— Итак, чтобы наше обучение прошло максимально комфортно, давайте определимся, на каком вы уровне знакомства с кухней? — начал я, пытаясь вжиться в роль учителя.

— Ой, да я так… Поскольку-постольку. — улыбнулась Галя.

— Чудно! Значит будем разбирать каждый шаг поэтапно и подробно. Наша задача за сегодня понять, как приготовить самый вкусный борщ. Поэтому начнём с основ. — мы зашли на старенькую кухню, которая очень напоминала мне родное рабочее место в «Шашлычке». Всё такое же домашнее и крайне уютное.

Остальные так же проследовали за нами. Больше всего меня интересовала Амелия. Сможет ли она со своим крайне специфическим уровнем коммуникации и социализации донести до дедушки суть блюда и обучить готовке?

Вся проблема заключалась в том, что человек — существо крайне хрупкое и имеет довольно ограниченный срок жизни. Дети обучаются очень быстро. Их свежий мозг впитывает информацию, как губка. Нейронные связи создаются очень быстро, ведь мир такой интересный и волшебный!

А вот у стариков всё было иначе. Огромные базы данных жизненного опыта буквально давили на разум. Новые нейронные связи создавались лениво и крайне неохотно. Запоминать и обучаться, чему-то новому было в разы тяжелее.

Поэтому… сдается мне, что Симонов приготовил для лидирующей группы самое сложное задание. Поблажки для любимой дочурки закончились на разрешении понаблюдать за утренним микро-брифингом из окна.

— Кухня начинается с гигиены! Моем руки и обязательно надеваем фартук, перчатки и шапочки. — я указал на раковины и корзинки со всем необходимым: — Чистота — залог лучшей кухни!

— О… Я об этом даже не подумала.

— Не страшно. Я всё покажу. — взяв небольшую корзину, мы отправились выбирать необходимые ингредиенты для борща. Продукты лежали на полках, в подвесном гарнитуре и огромном столовом холодильнике: — Как думаете, что является основой для каждого супа?

— Мясо и овощи? — Галя немного задумалась.

— Почти. Основой для всех супов является бульон.

— Эх… Как всегда — всё лежит на поверхности.

— Увы, в кулинарии подобное случается далеко не всегда. Любое вкусное ресторанное блюдо, которое способно пробудить в госте приятные эмоции, состоит из огромного количества мелочей. Я бы сказал, что сама концепция приготовления еды — это дьявол, который абсолютно всегда прячется в деталях. Стоит тебе не уследить и вовремя не убрать пенку — бульон превращается в некрасивую мутную жижу. А также приобретает крайне отвратительный привкус. Конечно, многие забивают и оставляют пенку провариваться… Но мы с вами готовим настоящий ресторанный борщ! Поэтому всё должно быть идеально.

— Здорово! Про пенку я запомню.

— О… Это лишь один из примеров. А вот теперь — основа для бульона. Как раз то, что вы и сказали. Мясо и овощи! Но и это необходимо выбирать грамотно. К примеру, многие часто допускают банальную ошибку при выборе мяса. Для бульона это всегда грудинка и голяшка.

— Правда? А моя свекровь готовила из мякоти бедра… Разве есть разница, из какого мяса готовить?

— Ну, конечно! Всегда помним про дьявола, который таится в деталях. — я внимательно осмотрел свеклу: — Так… На секунду отвлечёмся. Обратите внимания на свеклу. Вы видите разницу?

— Одна обычная, а вторая… вроде, с белыми кольцами. У нас на Югах она часто встречается.

— Именно! Организаторы специально перемешали обычную свеклу с так называемой «мишенью». Если её разрезать, то те самые белые кольца будут образовывать узор, который отдалённо напоминает мишень. Оттуда и название.

— Ничего себе! А они отличаются по вкусу?

— Дело не во вкусе. Борщ — блюдо, вокруг которого собирается огромное количество споров. Ибо в каждом регионе есть своя интерпретация. Можно сказать, что борщ по количеству способов приготовления вполне достоин потягаться с пловом.

— О, да… Я слышала, что его тоже везде готовят по-разному.

— Именно! Дело в том, что женщина, которая учила меня готовить борщ — родом из Сибири. И она рассказывала, что сибиряки искренне считали, что борщ должен быть ярко-красным! Чтоб прям насыщенный цвет. Поэтому мы с вами будем использовать именно обычную свеклу. А южную оставим для других блюд.

— Хорошо.

— И возвращаемся к мясу и мякоти бедра. Навар получается из соединительной ткани, жирка и костей. А в мякоти бедра лишь мышечные волокна! То есть, наш с вами бульон будет слишком жидким и без изюминки. Поэтому обратите внимание, что у грудинки — губчатая кость. В ней содержится огромное количество капилляров. Её ещё называют «сахарной косточкой». Благодаря ей получается очень вкусный, сладкий и наваристый бульон.

— Вот как? Поняла.

— Сама по себе структура мяса сильно отличается. Опять же, если мы возьмём мякоть бедра, то на выходе получим сухую солому, которую будет очень неприятно ощущать во рту. А мясо с грудинки и голяшки сильно отличается. После варки оно становится нежным. Разваристым! И гармонирует с гущей из борща. А ещё есть жилки! Видите?

— Их удаляем?

— Нет. Они тоже дают нам тот самый навар. Если вам они сильно не понравятся, то мы удалим их уже после приготовления бульона.

— Договорились!

— Супер. Итак, мы с вами набрали все необходимые ингредиенты. Теперь начинаем с приготовления бульона для борща. Для этого нам понадобится рабочее место. Это плита и стол. Здесь у нас индукционная конфорка! В целом, удобный и современный подход. Но лично я предпочитаю готовить на газу.

— Почему?

— Удобный контроль за температурой. К примеру, электрическая плитка о-о-очень медленно нагревается, и также медленно остывает. Это приходится учитывать при готовке. И многие попадают впросак. К тому же, для той же «индукционки» подойдёт далеко не любая посуда. А на газу — делай, на чём хочешь! В общем, одним словом — лично для меня, как для повара, газ в разы удобнее.

— Невероятно! Столько новой информации, а мы ещё даже не начали готовить…

— Мне поубавить пыл?

— Ни в коем случае! Мне это очень интересно!

— Хорошо. В таком случае, продолжим. — я поставил на плиту кастрюлю: — Заливаем холодную воду. И в неё складываем кусочки мяса!

— Так.

— Разблокировали плиту от детей и пардонцев. И сразу ставим «бустер»! Ибо сейчас нам нужен максимальный нагрев.

— Поняла.

— Теперь берём морковь. — я взял самую небольшую, ибо остальные были размером едва ли не с танковый снаряд: — Чистим её! Кстати, вы знаете, как ещё называют овощечистку?

— Как?

— Экономка! А знаете, почему её так называют? — я начал быстро очищать морковь.

— Почему же?

— Это пошло с французской кухни. Экономка реально сокращает затраты времени на очистку овощей и фруктов. А также существенно снижает уровень отходов! Тем самым экономит время и продукты.

— Обалдеть! — Галя смотрела на меня удивлённо-восхищёнными глазами: — Прости, Дерек… А можно вопрос не по теме?

— Можно.

— Сколько ты уже готовишь?

— Признаюсь честно — встал за плиту впервые в шесть. — пришлось слегка видоизменить настоящую историю. Благо, что я давно создал легенду: — Потом много дежурил на кухне в детском доме. В шестнадцать пошёл на подработку в шашлычку. И там меня поднатаскали.

— То есть… Ты научился всего за два года?

— Почему? Основы мне дали в детском доме.

— Это в каком детском доме готовят таких кулинаров? — улыбнулась бабуля.

— Честно говоря, это не самая лучшая часть моей жизни. Поэтому я постарался, как можно быстрее выкинуть эти воспоминания.

— Ой… Прости! Ляпнула, не подумав…

— Ничего страшного. Главное, что сейчас я здесь и обучаю прекрасную леди варить борщ.

— Ах ты ж дамский угодник! — рассмеялась Галя: — Девочки за тобой табунами ходят?

В этот момент, работавшая неподалёку Амелия кинула на меня очень жуткий взгляд. Да, ладно? Неужели уши греет? Непохоже на неё.

— Если честно, то мне сейчас совсем не до девочек. Как мы с вами уже успели понять… — я разрезал морковку вдоль на четыре части: — Кулинария — штука сложная и требует максимального внимания. Поэтому — первым делом, первым делом самолёты. Ну, а девушки, а девушки — потом.

— О! А это откуда слова?

— Из одной современной песни. В общем, поехали дальше! Мясо у нас уже в кастрюле. Солим сразу. Это обязательно! — я закинул в кастрюлю две столовые ложки соли.

— Почему нельзя в конце? Ну, или, скажем — в середине процесса?

— Соль вытягивает все соки из овощей и мяса. И если мы варим бульон — нам жизненно необходимо, чтобы соль вытянула из наших голяшки и грудинки весь вкус. А вот если бы мы с вами готовили именно мясо, то тогда посолили бы в конце.

— Ничего себе…

— А я вам что говорил? Детали! В них сила. — я постучал пальцем по разделочной доске: — Теперь нам необходимо подготовить овощи. Для этого нам хватит двух кусочков моркови и половинки луковицы.

— Не маловато? — уточнила Галя.

— Дело в том, что наша задача — подчеркнуть мясной вкус бульона. До заправки мы ещё не дошли.

— А заправка — это?

— Это уже будет главная часть борща!

— Поняла. Так, морковка и лук для бульона. Не заправка. И что же мы с ними делаем?

— В первую очередь, ставим сковороду с антипригарным покрытием на свободную конфорку. Включаем. Не добавляя растительного масла, просто выкладываем морковь.

— Так.

— Теперь, берём луковицу! Разрезаем её на пополам. Удаляем корневище и верхнюю часть, откуда у нас выходят перья. Моем! Обтираем бумажным полотенцем и избавляем от лишней шелухи. Но не полностью!

— Эм-м-м… Разве так делают? Я ни разу не видела в блюде лук с шелухой.

— В том и фишка. Мы всё ещё делаем бульон. То есть — основу для нашего борща.

— Поняла… Просто, это так необычно.

— Представляю. Но я на борщах собаку съел. Да и к тому же, если вам вдруг не понравится — вы всегда можете рассказать обо всём нашему арбитру или Дмитрию.

— Честно говоря… — бабуля перешла на тон потише: — Ты такой галантный, что я боюсь жаловаться…

— Нет-нет-нет. Таковы правила нашей академии. — улыбнулся я: — В общем, доверьтесь мне!

— Обязательно.

— Так вот, выкладываем лук на сковороду к кусочкам морковки и ждём. Нам не нужны угольки. Просто слегка поджаренные овощи для большего раскрытия вкуса.

— Ой… А то, что дымок пошёл… Это нормально?

— Ничего страшного. — я включил вытяжку: — Мы сейчас дождёмся, пока они немного закарамелизуются и отправим их в бульон.

— Хорошо.

— Лук приготовился первым. Видите? — я достал половинку луковицы со сковороды: — Небольшие пригарины в месте разреза. Но не угольки! Отправляем в бульон. А пока ждём морковь, добавим то, что идеально подчеркивает мясной вкус. Как думаете, что это?

— Перец?

— Нет. Это лавровый лист! У нас с вами примерно три литра воды на семьсот грамм мяса. То есть, два листочка нам хватит за глаза. С любыми приправами и добавками необходимо действовать очень точно. Тут любые полграмма могут испортить нам всё блюдо! Я рассчитываю примерно половинка листика на килограмм блюда.

— Запомнила.

— Теперь отключаем сковородку и бросаем морковку!

— Так.

— Наш бульон начинает закипать. Что мы делаем?

— Убираем пенку! Чтобы она не расщеплялась и не превращалась в муть. — Галина тут же достала небольшую ложку.

— Эм-м… — я с удивлением взглянул на бабулю: — Откуда вы знаете, что пенку нужно убирать ложкой?

— Разве это не очевидно?

— Хех… Не очевидно. — я вытащил шумовку: — Большинство, чтобы не зачерпывать бульон, используют вот такую шумовку. Видите? В ней есть отверстия.

— А… Да. Но я никогда не видела подобный прибор… Поэтому взяла первое, что пришло в голову.

— И это правильно! Шумовку ни в коем случае нельзя использовать для удаления пенки, поскольку она зацепляет исключительно верхнюю фракцию. Всё остальное продолжает кипеть и расщепляться, делая наш бульон мутным и невкусным.

— Запомнила!

— Теперь нам осталось только следить за бульоном и убирать пенку ещё двадцать пять минут.

— То есть, уйти нельзя?

— Если вы хотите вкусный и качественный бульон, то ни в коем случае его не покидайте. Да, пенка исчезнет через семь минут. Но лучше одним глазком поглядывать. К тому же, сейчас у нас будет подготовительная часть для заправки. Ведь борщ — это максимальный вкус мяса и овощей!

— Выходит у нас, вообще, нет свободного времени?

— Практически. Повторюсь — если мы хотим качественный и вкусный суп, то лучше поглядывать за ним.

— Ладно… — Галя взяла крышку и потянулась к кастрюле.

— СТОЯТЬ!!!

— Что такое⁈ — бабуля явно слегка испугалась.

— Прошу прощения, но накрывать кастрюлю крышкой ни в коем случае нельзя! Конденсат, который будет вечно испаряться, а затем снова стекать обратно — сделает бульон замыленным и некрасивым. Поэтому на данном этапе варить необходимо без крышки.

— Поняла! — кивнула Галя и отложила крышку в сторону: — Я просто привыкла, что кастрюлю всегда закрывают.

— Да, во многих случаях. Вы всё верно говорите. Но на данный момент мы будем готовить без неё. — повторил я, вытащив глубокую тарелку с овощами: — В первую очередь нам нужны картошка, морковка и свёкла. И сейчас мы с вами научимся пользоваться экономкой! Она полностью безопасная, поэтому можете не переживать.

— С таким учителем, как ты — вообще, не переживаю! — с готовностью ответила бабуля.

— Значит, берём картофелину и на себя. Аккуратно! Без лишних телодвижений. Вот так…

К моему удивлению, Галя обращалась с экономкой чрезмерно ловко для своего возраста.

— Весело! — улыбнулась она.

— Вы делаете это слишком хорошо. Уже пользовались?

— В годы своей молодости проходила практику на имперской овощебазе. Там, конечно, был не настолько красивый и удобный инструмент. Но суть та же.

— Это уже чуть больше, чем подробный уровень.

— Ой, да брось. Это единственное, что я помню. — Галя очень быстро начистила картошку, морковку и свеклу: — Вот так хорошо?

— Идеально! Теперь нам нужно всё это порезать на мелкие кубики. Я всегда рекомендую делать картошку, морковку и свеклу поровну, чтобы никто из них не перетягивал на себя одеяло.

— Хм-м… Логично. А капуста?

— Сейчас и до неё доберёмся. Сперва — учимся резать. Берите нож вот так! Следите за мной. Будьте аккуратнее! Не спешите. Увы, нож в сотни раз опаснее экономки. И поверьте мне на слово — прежде, чем научиться быстро резать, я повредил почти все пальцы.

— Ужас, какой… Но, наверное, всё дело в том, что у тебя не было такого прекрасного учителя, как ты сам?

— Это точно. В большинстве заведений, где мне удалось побывать — отвратное отношение к персоналу.

— В большинстве? Ты разве не в шашлычке работал?

— Ну, да. Однако Дядя Рубен позволял мне иногда ходить на практику к своим друзьям. Увы, когда работаешь только в одном заведении — кругозор совсем никакой. Надо всегда смотреть у других и брать вдохновение.

— Ничего себе. Ни за чтобы не подумала…

— В общем, держим вот так. И аккуратно… Аккуратно! Повторяйте за мной. Не торопитесь!

И вновь Галя меня приятно удивила. Казалось бы — это старческие деревянные ручки. Но сейчас они очень лихо нарезали овощи.

— У вас точно нет опыта работы в общепите? — с подозрением спросил я.

— Овощебаза же. — мило улыбнулась бабуля. Ну, вот и как после такого её в чём-либо подозревать?

— Хорошо! Картошку, свеклу и морковку мы разделяем на три одинаковые кучки. Теперь приступаем к капусте! Молодая. Свеженькая и очень ароматная. Её мы режем совсем мелким кубиком.

— Разве? А мне рассказывали, что нужно резать длинной полоской…

— Уж простите, что так неаппетитно говорю, но длинные полоски потом превращаются в отвратительные тянущиеся сопли, которые очень неудобно есть! Свисают с ложки… Просто ужас.

— Ого… Прагматично.

— Мы же для ресторана стараемся. Гостю должно быть не только вкусно, но ещё и комфортно, а также — эстетически приятно. Идеальное блюдо — наш с вами гарант, что гости вернутся в заведение.

— С тобой хоть иди и ресторан открывай.

— Откроем, Галя! Обязательно откроем. — улыбнулся я: — Поехали дальше! Теперь нам нужны свежие грунтовые томаты. Сочные! С приятной кислинкой. Они зададут игривый тон нашей заправке. А также добавят яркость.

— Сочные и свежие? То есть… зимой мы борща не поедим? — расстроенно спросила Галя.

— А зимой, в качестве исключения — можно использовать томатную пасту. Но только в качестве исключения!

— Слава богу…

— Теперь нам нужно порезать красный краснодарский лук.

— О! Наконец-то, что-то местное.

— Конечно. Краснодарский лук — один из лучших для заправки борща. Но опять же, если вдруг так вышло, что вы оказались вдали от дома — можно заменить его обычным репчатым. Вкус не сильно поменяется, но сегодня мы готовим для гостей. Поэтому всё должно быть идеально!

— Отлично! На этот раз — лук без кожуры?

— Без кожуры. — кивнул я.

Галя быстро нарезала луковицу на идеальные маленькие квадратики.

— Зажарка для заправки начинается с лука! — квадратики отправились на раскалённую сковороду: — И к нему морковь.

— А масло?

— Секунду. — я вытащил из холодильника стаканчик топлёного масла: — Столовую ложку прямо туда. Ничего страшного от перемены мест слагаемых не произойдёт.

— А почему именно топлёное?

— Так вкуснее. Но это опять же — каждому на своё усмотрения. Если нет топлёного, то и растительное вполне подойдёт.

— Ладно.

— И пока масло тает на сковороде — сразу же солим и перчим, чтобы овощи начали отдавать свой сок. Как бы, зажарка — это не полное обжаривание, а скорее — пассировка. Нечто вроде тушения. Это делается специально, чтобы овощи отдали свою солёность мясу, а вкус — бульону.

— Как сложно…

— Да. Я поэтому и поясняю, чтобы у вас в будущем не возникало вопросов.

— Это приятно.

Аромат от зажарки быстро распространился на всю кухню. И пока я помешивал получившуюся смесь в сковороде, к нам пришли пардонцы.

— Эм-м… Я не уверен, что животным сюда можно.

— Нет-нет-нет! Не переживай. Они воспитанные! Не прыгают по столам, не подходят к плитам. И даже не воруют еду.

— Я к тому, что это может быть очередная часть задания, которая тонко намекает на санитарные нормы. Нет?

— Нет. — улыбнулась Галина: — Но тем не менее — это очень хорошо, что ты заметил. Мне бы не понравилась приправа из кошачьей шерсти в супе.

А пардонцы разлеглись ближе к выходу и теперь лениво наблюдали за студентами и их престарелыми подаванами из-под полуприкрытых век.

— Теперь настало время для первой ступени чеснока! — я раздавил зубчик приличных размеров, очистил его, а затем начал мелко нарезать.

— Первой ступени? Это как?

— Потому что чеснок стоит добавлять три раза. Конечно, не заставляю. Но лично я делаю так.

— О как… Ладно.

— Сперва нарезаем прям совсем мелкими кусочками. До состояния эдакой полукаши. Добавляем на сковородку. И засыпаем мелкопорезанной свеклой. — я быстро перемешал всё лопаткой: — Сейчас самое главное, чтобы свекла не сгорела. Это очень ответственный момент!

— А если сгорит?

— Будет о-о-о-очень неприятный горьковатый привкус. Но самое главное — мы потеряем цвет нашего борща!

— И всё из-за одного ингредиента?

— Именно. Очередная мелочь.

— Действительно…

— Конечно, я всегда относился к уксусу предвзято. Однако он добавляет ещё больше яркости нашему борщу. Можно использовать обычный семипроцентный. Можно яблочный. В целом, это никак не отразится на вкусе, ибо мы выпарим всю кислоту.

— Кстати, а почему мы сразу не закинули свеклу?

— О! Хороший вопрос. Всё дело в том, что, когда мы вываливаем все овощи сразу — начинается обмен вкуса. А так мы выразили лук и подчеркнули морковь, оставив при этом лёгкую терпкость свеклы.

— А я думала борщ — дело простое…

— Ну… Тут же всё зависит от цели и конечного результата. Видите ли, мы с вами сегодня открываем ресторан. Нам нужно угодить гостям! Поэтому мы будем максимально внимательны к деталям.

— Замечательно!

— Теперь добавляем в нашу зажарку три кусочка лаврового листика.

— Так.

— На поверхности нашего бульона образовалась небольшая шапочка. Видите?

— Ага.

— Это жир. Снимаем его поварёшкой и отправляем в зажарку. Буквально штучки три! И оставляем тушиться на малом огне.

Овощи тут же зашипели, а в воздух устремился волшебный мясной аромат.

Пардоновцы нервно забили хвостами, но вставать и атаковать не спешили. Всё-таки, в первую очередь — они были очень воспитанными котами, а не вороватыми гопниками с подвала.

— Из бульона достаём луковицу, морковь и обновляем лавровый лист!

— Зачем его обновлять?

— Чтобы бульон приобрёл новые нотки, и вкус мяса стал более концентрированным.

— Умно!

— Теперь немножко усилим нашу заправку. Берём помидор и натираем его.

— Не режем?

— Нет. Кожура нам не нужна. Поэтому — прямо на терочке и в тарелку, а затем на сковородку.

Если честно, то отсутствие завтрака давало о себе знать. Мне самому не терпелось отведать борща. А самое главное, я заметил в холодильнике несколько буханок бородинского хлеба. Ой, что скоро будет…

— Добавили перетёртый томат. Перемешали! Кстати, перемешивать надо, как можно чаще… — к пристальным взглядам пардоновцев добавился хищный зырк Амелии. Бедолага тоже осталась без завтрака. Кстати, супец — идеальное лекарство с похмелья! Жаль, что они с дедулей готовят котлеты.

— Так! Теперь самое ответственное. Удаление костей. — я вытащил из бульона все кусочки мяса: — Видите? Волокна стали нежными! Они очень легко отделяются от костей. Режем мясо на средние кусочки и отправляем обратно в бульон.

— А кости?

— Кости нам больше не нужны. Их в помойку.

— Поняла.

— Теперь добавляем картошечку! — я вывалил всё в кастрюлю. Желудок вновь предательски заурчал.

— Дерек, может покушаешь? — с волнением предложила Галя.

— Нет. Мы с вами вместе отведаем наш замечательный борщ!

— Уверен?

— Более, чем. — кивнул я, перемешав картошку в бульоне: — Что же касается капусты. Есть люди, которые обожают похрустеть! Поэтому они добавляют капусту едва ли не в самом конце. Но лично я предпочитаю, когда всё плюс-минус одной консистенции. Впрочем, как и большинство людей. Поэтому — добавляем прямо сейчас!

— А она не переварится?

— Нет. Мы же нарезали картошку мелким кубиком. Так что, всё будет нормально.

— Хорошо!

— Дожидаемся, пока картошка и капуста сварятся. Это минут десять. Пока займёмся самым важным ингредиентом!

— Это каким же?

— Нашей волшебной добавкой! — я вытащил кусочек копченого шпика, который нашёл в холодильнике и зеленый лук с укропом: — Зелень мы режем максимально мелко! Помогайте.

— Ага… — Галя начала активно шинковать перья зеленого лука: — А почему только укроп? Я слышала, что в борщ ещё петрушку добавляют.

— Нет! Ни в коем случае. Никакой петрушки, кинзы, тархуна и прочего зеленого баловства! Укроп и точка.

— Хех… Хорошо. — бабуля, как-то странно усмехнулась. Словно я рассказал давно забытую шутку.

— Что-то не так?

— Один мой хороший друг… Его уже, конечно, нет с нами. Но я до сих пор помню, как он говорил, что укроп — всему голова. И тоже никогда не добавлял его в борщ.

— Видимо, он был отличным поваром.

Увы, Галя лишь загадочно улыбнулась и промолчала.

— В нашу добавку пойдёт вторая ступень чеснока! Ма-а-а-а-аленький зубчик. Вот, прям самый небольшой, какой найдёте. Его мы нарезаем очень мелко.

— Тоже полукаша?

— Именно! — кивнул я, быстро нашинковав зубчик чеснока: — Добавляем в него соль. Не сильно много!

— Для чего?

— Опять же исключительно для того, чтобы чеснок отдал свой вкус.

— Так.

— Перемешиваем солёную полукашу с зеленью. И теперь само волшебство! — я отрезал небольшой кусочек копчёного сала: — Срезаем толстую корочку… И мелко-мелко шинкуем его. Вот так!

Всё… Моя нервная система начала сыпаться. Живот снова неистово заурчал, и я едва сдержал себя, чтобы не наброситься на измельчённое сало. Пардонцы уже сменили позу с «ленивая жопка» на «буханочка». Это когда котаны подминают передние лапки под себя. Видимо, тоже держались из последних сил.

— Так, капуста и картошка сварились. Значит — самое время для третьей ступени чеснока. — я нарезал ещё один зубчик и добавил в зажарку, после чего, как следует перемешал: — Вытаскиваем из зажарки лавровые листы. И заливаем всё это добро в кастрюлю!

— М-м-м… Как пахнет! — блаженно протянула бабуля.

— Это ещё не всё. — я как следует перемешал получившийся суп: — Без нашего фирменного ингредиента ничего не выйдет!

— Заинтриговал, так заинтриговал.

— Сейчас мы перемешиваем сало с зеленью в единую массу. С ароматом дымка и чесночка! Восхитительно… — мне кажется, я этими описаниями выстрелил себе в ногу.

— И мы это добавим прямо в кастрюлю?

— Нет. — я ещё раз перемешал борщец и вытащил две тарелки: — Накладывать борщ тоже надо уметь. Сперва гущу. И только потом аккуратно заливаем бульоном.

— Вот это зелененькое?

— Секунду. — я поставил тарелки перед Галей, а затем сделал при помощи обычной столовой ложки зеленый шарик из нашей добавки и выложил поверх супа: — Сейчас чесночок ещё подварится и даст больше вкуса!

Невероятный аромат борща с копчёным салом и чесноком окончательно раздраконил пардонцев. Они нервно поднимались и топали в нашу сторону. Правда, бедолаг тут же отловил Димон и отнёс в сторону мисок с кошачьим кормом. Не сдержались. Опростоволосились. Предали свои принципы ради борща.

Хотя, я бы тоже предал… Но пока нельзя.

Вытащив из холодильника буханку бородинского, я нарезал его на тонкие треугольные кусочки, а затем выложил на небольшие деревянные доски с узелком из зеленого лука:

— Кушать подано!

— Ой… А сметана? — поинтересовалась Галя.

— Сало довольно жирное. Плюс — даёт мощный вкус. Поэтому можно есть без сметаны.

— Отлично! Блюдо для нашего с тобой ресторана есть. Осталось найти первых гостей. — бабуля огляделась по сторонам и увидела Амелию, которая стояла возле плиты и голодными глазами смотрела в нашу сторону: — О! Нашла! Братец! А ты чего за своей учительницей не следишь?

— Так, слежу. Как не следить-то? — усмехнулся дедок.

— А чего она у тебя голодная?

— Так, не хочет! Я ж силком кормить не буду.

— Ладно… Милая леди! Не удостоите ли вы нас с Господином Цареградцевым чести отведать борщ?

— Удостою! — бедолага пулей полетела к нам.

— А я, пожалуй, пока нам с братцем тоже накрою… — Галя быстро налила ещё две тарелки и поставила на столик перед плитой.

— Ну… Это самое… — дедок сделал ловкое движение ладонью, и из его рукава элегантно появился шкалик водки «Сябры»: — Грешно борщец-то… И без этого самого… Даванём малость?

— Гришка! — хитро усмехнулась бабуля: — Ты мне тут детей давай не спаивай!

— А нам и нельзя. — честно признался я, поставив перед Амелией деревянный поднос с борщом, узелком лука и несколькими кусочками бородинского хлеба.

— Ну, нам-то можно. — Гришка вновь сделал ловкое движение ладонью, и из его рукава элегантно появилось две рюмки.

— Ладно! Пока Дмитрий не видит… — Галя махнула рукой и присела рядом с нами.

Амелия дождалась, пока наши ученики выпьют и преступят к трапезе, а затем со скоростью звука всё съела.

Да. Честно говоря, мне уже тоже было невтерпёж. Перемешав добавку с борщом, я приступил к дегустации.

Маленькая кухня. Яркий солнечный свет. Аромат свежего горячего борща… И мама, что стоит за плитой и тихо позвякивает поварёшкой в кастрюле. В такие моменты она всегда была такой сосредоточенной, но в тоже время очень радостной и умиротворённой.

Ощущение, словно в маме сосредоточились уют и всё домашнее тепло, которое она передавала нам с братом через… борщ. Сперва кривили нос. Мол, суп… это же невкусно.

А теперь я прекрасно понимал, что вкуснее ничего и никогда не ел. И это время безвозвратно ушло. Навсегда.

Маленькая кухня. Яркий солнечный свет. Аромат свежего горячего борща… И мама, что стоит за плитой и тихо позвякивает поварёшкой в кастрюле.

— Ой, Ами… Ты что, плачешь? — удивилась Галя и тут же погладила Амелию по щеке.

— Ой… — Госпожа Симонова быстро вытерла слёзы: — Извините. Чихнуть хотела.

— Честно говоря, я тоже хочу чихнуть. — улыбнулся Гришка: — Не думал, что Витя привезёт к нам своих главных звёздочек. Но тем не менее — очень рад быть арбитром столь талантливых ребят!

— В смысле? — я с удивлением посмотрел на дедулю.

— Вы прошли в следующий этап, ребятки. Я Григорий Зырянов. Выпуск пятьдесят девятого года. Владелец сети ресторанов «Гриц». — спокойно ответил он: — Арбитр Госпожи Симоновой.

— Галина Кошкина. Выпуск шестидесятого года. Владелица сети домашних ресторанов «Кошкин Дом» и «Тётенька-Котенька». — произнесла Галя: — Арбитр Господина Цареградцева.

— Овощебаза, значит? — улыбнулся я: — Ладно шумовка… Это могло быть совпадением. Но не может обычный человек так чистить и резать овощи. Я это сразу понял.

— Уж простите. — бабуля невинно пожала плечами: — Мне семьдесят семь лет. И скажу честно — актриса из меня никудышная.

— Хорошая актриса. Но на чистке и нарезке спалились.

— Что поделать? Такая вот я. — Галя вытащила из кармана золотую карточку: — Вот твой пропуск на завершающее испытание! Завтра в десять утра ресторан «Тётенька-Котенька». Он на Красной поляне единственный, так что — не заблудишься.

— А что мы будем делать?

— Всё увидишь. Главное — не сильно увлекайся с напитками в «Серебряную ночь».

— Ой, да ладно вам…

— Я помню себя и Гришку в те времена. Так что прекрасно понимаю, о чём говорю. — Галя взлохматила мне волосы, а затем направилась обратно к плите.

— Так! Стоп… Серебряная ночь⁈ — мы с Амелией с ужасом переглянулись.

Студенты… Они никогда не меняются.

Примечание от автора: Дорогие друзья! Прекрасно понимаю, что борщ — тема большая. Но у каждого он свой. Поэтому очень прошу — давайте не устраивать борщесрач в комментариях, пожалуйста. С любовь и без негатива:3