Сначала Инис не хотела, чтобы король шел с ней. Даже после двух лет поисков Т’руук в компании Левен и Киллиана она все равно мало верила в людей: они были шумными, плохо знали свое место в этом мире, и от них неправильно пахло. Но, когда дорога стала совсем темной и незнакомой, Инис поняла, что рада слышать уверенные шаги короля рядом и видеть, как его волки рысят впереди, разведывая путь. Сколько их было, этих волков, она так и не смогла сосчитать; они то приходили, то снова уходили, но не все разом, так что Инис и король никогда не оставались без их присмотра.

Время шло – или стояло на месте, трудно сказать, – а кровавая нить судьбы все вела их вперед, рассекая облака. Болото давно кончилось, и они шли по сухим, безводным местам, поднимались на голые холмы, пыльные из-за отсутствия зелени, проходили через каменные круги. В одном из таких кругов они остановились передохнуть. Артур сел, положив на траву меч, и тихо затянул печальную мелодию, необычайно уместную под этим серым небом. Сначала Инис хотела попросить его, чтобы он перестал, – мало ли чьи уши услышат. Но тут волки начали подвывать королю, и от жуткой гармонии голосов волосы у Инис на затылке встали дыбом, и слова замерли на языке.

Когда он закончил, Инис точно стряхнула колдовские чары, и ей показалось, что она побывала где-то далеко-далеко. Она встала и начала разминать онемевшие руки и ноги, чувствуя покалывание в ладонях и ступнях.

– Мы давно здесь сидим?

Король посмотрел на нее, прикрыв глаза, как будто сам только что проснулся:

– Хм?

– У меня такое чувство… что мы здесь уже целую вечность.

Ей вдруг стало страшно. Действительно, а как узнать, сколько она уже идет по этим мрачным местам или сколько времени прошло в мире за пределами Логова нежити?

А вдруг Левен и Т’руук уже состарились и умерли? Или, еще хуже, погибли в безнадежном бою против побеждающих отанимов, бою, где Инис не смогла помочь сестрам?

– Вставай, король, подъем! Надо продолжать поиск.

Артур медленно встал. На его древней кольчуге появились новые пятна ржавчины, которых не было, когда он заводил свою песню. Он повернул голову, нашел глазами нить судьбы и, проследив ее, указал длинным пальцем на восток.

– Может быть, мы ищем вон то, юный воин?

Инис посмотрела туда, куда он указывал. Призрачный, как и все в этих местах, пейзаж то исчезал, то проявлялся в густом тумане, который вел себя как живое существо; но там, куда показывал король, было что-то еще. Что-то большое и зеленое мерцало на горизонте. Такой яркой зелени Инис не видела с тех пор, как ступила в Логово нежити, и нить судьбы вела прямо к ней.

– Наверное, – сказала она и побежала с холма вниз.

Волки с тявканьем бежали за ней, а за ними поспевал король.

* * *

Чем ближе они подходили, тем более смутным становился зеленый силуэт. Он то прятался за холмом, то терялся в тумане, а то и вовсе исчезал, заставляя Инис прибавлять шагу, чтобы снова и снова находить его взглядом.

– Он как будто смеется над нами, – задумчиво произнес король. – Или нас кружит Логово нежити. Не могу сказать наверняка.

Но они все же почти достигли зеленого пятна. Взобравшись на вершину еще одного пыльного холма, выше всех прежних, они взглянули оттуда на изменчивый пейзаж и увидели громадное дерево. Дуб такой величины Инис не видела никогда в жизни, ни в том мире, ни в этом. Дуб был зеленым весь – от корней, зарывшихся в землю, до кончиков ветвей, протянутых к небу. И даже само небо над ним оказалось таким же зеленым, как и листва. Нить судьбы Киллиана уверенно вела к центру могучего ствола.

Инис остановилась. Она не знала, что именно ожидала увидеть, но только не это.

– Как же я уведу его из Логова нежити, если он дуб?

Королевские волки уже скользили с холма вниз, серые и быстрые, как ножи.

– Давай подойдем ближе и посмотрим, – предложил король. – Возможно, ответ появится сам собой.

Но и вблизи они тоже не нашли никаких ответов.

Они стояли в тени огромного дерева, между его гигантскими корнями. Дерево оказалось целым миром. Трещины коры складывались в бесконечный узор, наполненный жизнью: в нем росли бледные светящиеся грибы, сновали туда и сюда жуки черного и желтого оттенков, в дуплах свили гнезда крошечные птички. В одном месте Инис разглядела даже гадюку, которая, извиваясь, ползла по дорожкам коры.

– Воистину, могучее дерево, – заметил король.

– Дело не только в этом, – ответила ему Инис. – Разве ты не чувствуешь? Его корни уходят в другие миры.

Проговорив эти слова, она вздрогнула – ей показалось, будто их произнес кто-то другой.

– Как и у всех деревьев, – отозвался король.

Инис бросила на него взгляд – он улыбался, голубые глаза сияли. Она и забыла, что он тоже друин.

– Каждое дерево – врата в иные миры, вот что мы знали раньше. Но, возможно, это дерево является такими вратами в большей мере, чем все остальные.

Инис опустилась на колени среди огромных кривых корней и положила руку на один из них. В одно мгновение перед ее мысленным взором промелькнул поток образов: седой старик, полный честолюбия и злобы, висит на ветках, а дождь хлещет по его обнаженному телу; отчаявшаяся молодая женщина с блестящими золотыми волосами сидит на корне с человеческим ребенком на руках и смертоносным кинжалом в рукаве; мужчина и женщина прячутся в огромном дупле дерева, пока весь мир охвачен войной и разрушениями; змея, свернувшаяся кольцами, скребется о кору. У Инис даже дыхание захватило, и она отдернула руку.

– У тебя есть зрение, – серьезно сказал король.

– Да, но какой мне сейчас от него прок? – Инис покачала головой. – Это дерево может рассказать тысячи историй, но какая из них о Киллиане? У меня нет времени слушать их все.

– Мой меч знал бы, – сказал король. – Это был очень знающий меч.

– У тебя же есть, – бросила Инис.

– Этот? – Он потянулся за спину и постучал пальцем по рукояти огромного клинка, который носил за спиной. – Он годится только для защиты от тварей, которые крадутся по этой темной земле. Мой прежний меч пел и высказывал свое мнение – слишком часто, по правде говоря, – но он принадлежал озеру и рыцарю, который должен был прийти после меня.

– Ясно. – Инис встряхнулась. – Давай обойдем дерево кругом. Может, увидим что-нибудь новое.

Путь вокруг дерева занял немало времени. Приходилось перелезать через самые толстые корни, ноги скользили по опавшей листве. Один раз Инис оглянулась на холм, с которого они спустились недавно, и увидела там темную фигуру – человеческую, но не совсем. Неведомое существо следило за ними из-за стоячего камня, его глаза горели двумя красными точками. Увидев, что Инис смотрит на него, оно исчезло, как тень в полдень. «Пора уже нам заканчивать, – подумала она. – Мы и так пробыли здесь слишком долго».

Но сколько они ни ходили вокруг дерева, ничего нового так и не обнаружили. Инис касалась ладонью переплетенных корней, и ей открывались обрывки памяти об иных местах и временах, но ни в одном из них не было Киллиана. А пока за пределами Логова нежити жизнь без нее шла своим чередом. Инис села на один из корней, и тут подошел волк и положил свою огромную голову ей на колено. Она рассеянно погладила зверя по носу.

– Я не знаю, что делать, – проговорила она. – Я проделала такой путь. Я…

Волк обнюхивал ее рукав. Она вспомнила тесную хижину Лома и как будто заново пережила острую боль, которую испытывала, разрывая швы у себя на животе.

– Фрост и Брокен так верили в меня, а ведь я всего лишь недотепа. Недогрифон, недопровидица. Мне все время чего-то не хватает.

– О, юный воин, я не верю в эту ложь, – возразил король. – Я прекрасно разбираюсь в людях – иначе как бы я выбирал рыцарей, достойных сесть за мой стол? И я вижу в тебе огромную силу и ум, опережающий твои юные годы.

Инис рассердилась. Люди так одержимы словами, что забывают о делах. Взять хотя бы ее: она могла рассказать о полете лучше, чем иной грифон, но какой в этом был прок, пока она оставалась бескрылой? На словах ведь не полетаешь.

За спиной короля она увидела еще одну тень с красными глазами. Ближе, чем в прошлый раз. И пока они продолжали говорить, эта тень все приближалась. Значит, их время на исходе.

– У тебя есть что-то в кармане? – спросил король. – Вяленое мясо? Кусочек соли? Она ужасная лакомка.

Инис опустила глаза и увидела, что волчица тычется носом в карман ее куртки и шумно сопит. Она осторожно отодвинула голову животного.

– Только это, – сказала она, доставая камень с дыркой, который принесла ей галка. – Это от моей сестры. Сестры-человека.

– О! – Король шагнул к ней, коснулся камня пальцем, и в тот же миг резные фигурки на его роге вспыхнули зеленовато-голубым светом. – Это могущественный дар! Почему ты не сказала, что у тебя есть ведьмин камень? Да еще и от самой королевы Маб, ни больше ни меньше.

– Что?

– Загляни в дырочку, мой юный воин, и многое увидишь!

Инис повертела камень в руках и только теперь заметила, что его окружает остаточная магическая аура. Она ощущалась как временный ожог роговицы глаза, который случается, если долго смотреть прямо на солнце. Инис поднесла камень к глазу и заглянула в дырочку. Зеленое дерево сразу преобразилось. Оказалось, что его ствол и корни покрыты не корой, а человеческими телами; зеленые, они плотно лепились друг к другу, закрыв глаза, с умиротворением на лицах; каждый человек отличался от прочих. Огромный поток тел поднимался по ветвям до самого неба. «Их здесь, должно быть, тысячи», – подумала Инис.

– Дерево состоит из людей, – сообщила она, стараясь не обращать внимания на головокружение, которое вызвала у нее эта фраза. – Может быть, это те, кто когда-то впускал в себя Зеленого человека? Тогда Киллиан наверняка один из них. Киллиан! Киллиан, ты здесь?

Ни один не шелохнулся.

Как же его найти? Можно разглядывать лица через дырочку в камне, но это займет вечность.

– Ищи его, – сказал ей король. – А я буду сдерживать их, сколько смогу.

Инис обернулась, чтобы посмотреть, о чем он говорит. К ним приближалась орда красноглазых теней. Они тянули к людям длинные лапы, и чем ближе они подходили, тем больше становились видны отвратительные подробности: шипастые спины, длинные заостренные уши, глаза, похожие на тлеющие угли в костре.

– Кто это? – выдохнула она.

– Души тех, кто не сумел выйти отсюда вовремя, – объяснил Артур. – Болото выпило из них жизнь, и теперь они завидуют всем, от кого еще пахнет миром за его пределами. Они сожрали бы тебя, если бы смогли, но я им не позволю.

Он вытащил из-за спины огромный меч, и волки собрались вокруг него в грозный круг.

– Смотри в отверстие, юный рыцарь, ищи нашего господина!

Инис заставила себя повернуться к теням спиной и прильнуть глазом к камню. Дерево снова превратилось в скопление зеленых людей. Взгляд Инис метался от одного лица к другому, сердце бешено колотилось. Позади нее кряхтел старый король, поднимая меч, тявкали и рычали волки, тревожно шипели тени, когда король разрубал их пополам.

– Где же ты?

Осмотрев дерево с одной стороны, Инис перебралась через его корни на другую сторону и стала искать там, переводя взгляд с лица на лицо. Некоторые лица оказывались такими странными или прекрасными, что ей не хотелось отрывать от них взгляда, но времени не было, совсем.

– Прочь, баргест!

Инис оглянулась и увидела, как королевский меч рассек тень и та, распавшись, растеклась по земле. На смену ей тут же встали две новые.

– Кровавый клюв Фионовара, где же ты, Киллиан?

Наконец она заметила его. Он сидел в верхней части ствола, там, где начинались ветви. Увидев его лицо в обрамлении рогов, она слегка вздрогнула.

– Нашла!

Она повернулась, чтобы сообщить об этом королю, и оказалась лицом к лицу со скалящейся тенью. Но клинок Артура тут же рассек тень пополам.

– Тогда полезай за ним, – сказал король.

Работа мечом проявила в нем что-то новое, его глаза горели дикой энергией, которой она не замечала в нем раньше. Король улыбнулся ей, и она сразу поняла, почему за ним шли люди. И даже посвящали ему свои жизни.

– Как? – Она указала на ветви. – Я могу залезть туда, но это займет уйму времени, а тени одолеют тебя раньше.

– Да ведь ты полетишь туда, сир рыцарь! – рассмеялся король. – У тебя же есть крылья!

Инис моргнула. Она вспомнила, как скелет сказал, что у нее пернатая душа. Вспомнила, что здесь она сама – дух, а значит, может все. Она повернула голову к плечу и ничуть не удивилась, увидев за ним изгиб крыла – и не светящуюся стекляшку, как у герольда, а прекрасное пернатое крыло грифона. Перья на нем были черными, коричневыми и белыми, как у всех в ее семье. От какого-то сильного чувства у Инис перехватило дыхание. Взгляд вдруг затуманился.

– Вперед! – крикнул король. – Скорее, сир рыцарь. Даже мои руки устают, рано или поздно.

Инис протерла глаза, вздохнула и поднялась в воздух. Крылья легко вознесли ее над землей, по которой она пресмыкалась всю жизнь. От радости она почти забыла, зачем взлетела, пока не увидела совсем рядом лицо спящего Киллиана. Она остановилась, протянула руку и встряхнула его за плечо.

– Киллиан! Проснись, Киллиан!

Он открыл глаза так резко, как будто ждал ее:

– Инис?