Очнувшись, Инис поняла, что находится в полутемном человеческом жилище, тускло освещенном лишь слабым огнем, горевшим в очаге. Пахло горячей человеческой едой и дымом, а сама девушка лежала на узкой кровати с колючими одеялами. Заговорил какой-то мужчина, но Инис не могла понять, откуда доносится голос.

– Вот ты и вернулась, дитя, – сказал он. – Значит, тебе еще не конец. Могу поклясться, что видел, как дрогнули у тебя веки.

Инис хотела сказать ему, что она не йенлин, но не смогла: губы словно слиплись, язык как будто присох к гортани, а челюсть не двигалась. Ее охватил такой ужас, что она судорожно попыталась высвободиться из-под одеяла. Сильные руки появились из ниоткуда и удержали ее на месте.

– Не шевелись пока, – сказал тот же голос. – Я зашил и перевязал все места, где эти летучие ублюдки тебя поранили, но если ты попытаешься встать, то кровь пойдет снова, а тебе нельзя терять больше крови. Они здорово покромсали тебя, девочка. А ты, похоже, крепче, чем кажешься, – на твоем месте любой бы уже умер.

Инис стало не по силам держать глаза открытыми, и она опять соскользнула в сон. Но сон был необычным: крошечная хижина окрасилась в синие и зеленые тона, цвета Костопада, и перед глазами Инис возникла пара знакомых фигур.

– Брокен? Кто это с тобой?

– Мне неприятно говорить тебе это, Инис, но со мной старый друг.

– Кто?

Фигура поменьше вышла вперед. Инис поняла, что разница в росте должна была сразу подсказать ей, кто это. Фрост стала еще меньше и тоньше, чем когда они виделись в военном гнезде, но сияла ярким зеленоватым светом и выглядела даже более настоящей и живой, чем Брокен.

– Фрост, что случилось? – Инис сглотнула, ее сердце упало. – Ты отправилась на юг, да? Одна.

Фрост кивнула.

– Королева не захотела отвлекать от дела воинов ради бессмысленных поисков Зеленого человека, – с сожалением сказала она. – И, как ты и предполагала, я встретила отанимов. Я думала, что смогу перехитрить их, но…

Она поправила перышко у себя на груди:

– Видимо, я не так мудра, как думала. С ними находилось ужасное существо, обладающее властью над другими титанами. Не прикасаясь ко мне, оно вцепилось в мои кости и швырнуло меня наземь, как хищное животное.

– Фрост, прости меня. Я должна была отправиться с тобой. И Т’руук тоже.

В отчаянии Инис села и спустила ноги с узкой лежанки.

– Мы знаем, кто теперь Зеленый человек. Мы могли бы помочь тебе… – Девушка пристыженно опустила голову. – Но я хотела остаться и сражаться. И посмотри, что из этого вышло. Я, наверное, никогда больше не смогу поднять меч, а Т’руук, скорее всего, погибнет, пытаясь найти меня. И ты умерла.

– Ха, старость все равно настигла бы меня, и скорее раньше, чем позже. А так я еще смогла досадить этой отанимской суке перед смертью. – Фрост шагнула к Инис и положила голову ей на плечо. – Эрроу. Инис. Ты будешь сражаться, дитя мое. Наверное, не так, как ты ожидала, но будешь. Посмотри на себя.

Инис посмотрела. Ее тело лежало на кровати, плотно завернутое в одеяла, грязное лицо блестело от пота. Но ее истинное, духовное «я», сотканное из зеленого и синего огня, как у Фрост и Брокен, не пострадало. Когда она пошевелилась, то не почувствовала боли.

– Я умерла?

– Почти, – ответила Фрост. – Но твои способности ведьмы-провидицы только обострились. Я помню, ты не хотела слышать об этом раньше, Инис, но это и есть твое великое оружие против отанимов. Скоро появится дело, с которым справишься только ты. Я пока не знаю, в чем оно будет заключаться, но я чувствую это костями. – Старая грифоница кашлянула. – Хотя мне страшно подумать о том, где они сейчас.

– Я не понимаю, – призналась Инис. – Как я могу что-то сделать отсюда?

– В этой форме ты гораздо подвижнее, Инис, – ответила Фрост. – И сильнее. Здесь, на краю, твой дар особенно силен. Я думаю, ты сделаешь то, о чем никто другой и мечтать не может.

Она умолкла и подняла голову, как будто прислушивалась к чему-то, чего не могла расслышать Инис.

– Нам пора. Кто-то идет.

– Кто идет? Не оставляй меня здесь, Фрост. Брокен, пожалуйста.

Но Фрост уже таяла, ее свет гас, превращаясь в маленький блик на боку начищенного до блеска горшка. Брокен задержалась чуть дольше.

– Это дела ведьм-провидиц, – хрипло прошептала она. – Фионовар знает, что я никогда не разбиралась в мистицизме нашего ордена, но я скажу: ходить по краю между жизнью и смертью – твое призвание, Инис, как бы мне это ни было больно. А человек, который заботится о тебе сейчас, уводит тебя от края. Тебе решать, как поступить, когда время придет.

И Брокен тоже исчезла.