Инис, беззаботно смеясь, приземлилась на голые ветви военного гнезда, а Т’руук резко замедлила полет и села с ней рядом. Вокруг них, весело болтая, садились другие грифоны из их патруля. Стояло раннее утро, они летели всю ночь, так что Инис, по правде говоря, должна была бы валиться с ног от усталости, но она чувствовала себя на удивление бодрой. В ту ночь она четырежды призывала свой меч, и каждый раз он пил кровь отанима.

– Последний даже вякнуть не успел, – говорил один из грифонов покрупнее, – как наша Молния уже оторвала ему голову своим когтем.

Молния – так теперь грифоны стали называть Инис. Они объясняли: это потому, что она бьет как молния – быстро и без промаха. Девушка только усмехнулась, услышав об этом.

– Они даже не поняли, что произошло, – добавил другой. – Мы быстро на них налетели и не оставили от них ни клочка.

Вернувшихся патрульных вышли приветствовать другие грифоны, в том числе и Флейн. Инис и Т’руук подошли к нему, и он принялся чистить дочерей, заботливо снимая грязь с маховых перьев Т’руук. Засохшая кровь опадала ржавыми хлопьями.

– Хорошо поохотились, йенлины?

– Лучшая охота за все время! – выпалила Т’руук. – Мы нашли стаю из шести отанимов и гнали их с вершины горы до самого низа, прежде чем выпустить им кишки! Потом нам попался патруль поменьше, и те, когда увидели синий огонек Инис, хотели удрать. Но мы им не позволили.

– Они начинают понимать, кто ты, – задумчиво произнес Флейн. – Пока они еще убегают, Инис, но будь осторожна. Они могут решить, что единственный способ справиться с синей молнией – собраться большой стаей, выследить тебя и заманить в ловушку. Будь осторожна, дочь.

– Я настороже, отец, и всегда готова.

– Полетишь в другой раз с нами, Молния? – Одна новенькая ткнула Инис клювом в плечо. – Наш патруль будет рад видеть тебя и твою сестру у нас.

– Привет! – Большой черный грифон, который первым назвал девушку Молнией, протиснулся вперед. – Скоро начнешь вытаскивать яйца из наших гнезд, а, Форген? Тебе не удастся украсть воинов для своего патруля – если твой патруль слаб, это твоя проблема.

Раздались смешки. Перья на шее Форген встали дыбом, отчего грифоница будто увеличилась в размерах.

– Неудивительно, что ты держишь Инис при себе, Фасад, – отозвалась она, – ведь ее мастерство скрывает твои недостатки. Возможно, к весне она и йенлина тебе снесет.

Кругом громко захохотали. Инис удивленно смотрела на грифонов. Когда-то она думала, что навсегда останется им чужой, а теперь они борются за то, чтобы летать с ней бок о бок. И все благодаря Гинид Тайли.

Флейн, однако, не собирался участвовать в обмене колкостями.

– Идите сюда, вы двое. Я пришел за вами, потому что в военном гнезде гостья, и она хочет вас видеть.

– Кто? – спросила Инис.

Она сразу подумала о Левен и виновато покраснела. Но та вряд ли могла пересечь границу незамеченной, ее убил бы грифоний патруль; могли ли грифоны, увидев ее крылья, вспомнить об Инис и решить, что можно довериться и этому крылатому человеку? Инис стало не по себе от этой мысли; она не знала, хочет ли видеть свою человеческую сестру.

– Это… человек? – уточнила она.

– Здесь? Откуда? Нет, конечно.

Флейн уже уводил их от галдящих грифонов. Инис, обернувшись, крикнула им, что скоро вернется и с радостью полетит с ними туда, где понадобится ее коготь. Т’руук что-то буркнула – кажется, предложила ей какое-то неординарное место для хранения своего когтя, но выяснять это не было времени.

– Идемте быстрее, королева ждет, – поторопил отец.

Гнездо королевы находилось на самой вершине военного гнездовья, и они все трое полетели туда в пасмурном свете утра. В ясный день оттуда просматривалась вся местность вплоть до границы с Бретленией, где густо-зеленые кроны Дикого леса волнами вздымались у подножия гор.

На смотровой площадке их встретила королева Феллвин с парой своих советников и маленьким, хрупким грифоном в сложном головном уборе из костей, которого Инис немедленно узнала.

– Фрост?

Та обернулась, и кисточки ее ушей приподнялись в радостном удивлении. Она стала старой и маленькой, совсем не такой, какой Инис видела ее в последний раз; перья и мех предводительницы краеходов поседели. На ее плече, откуда Инис когда-то вынула застрявший там наконечник стрелы, белела отметина.

– Ведьма-провидица Эрроу, – заговорила Фрост. – Я все гадала, увидим ли мы тебя снова. Я рада, что нити судьбы вернули тебя нам. И тебя тоже, Т’руук.

Инис спрятала крылья. Ее первым побуждением было кинуться Фрост на шею и крепко-крепко обнять, как обнимают только самых близких друзей. Но она еще помнила их последнюю встречу.

– А я рада, что ты помнишь мое имя, – сухо сказала Т’руук. – Я думала, ты решила забыть его с тех пор, как отказалась помогать моей сестре найти меня.

– Что такое? – одернула ее королева Феллвин. – У нас нет времени на перепалки. Я этого не потерплю.

Ведьма-провидица Фрост слегка опустила голову:

– Это я виновата. Когда Эрроу и Т’руук жили у нас, на Костопаде, мы очень любили их обеих, но все действительно закончилось нехорошо, о чем я сожалею. Могу я поговорить наедине с йенлином?

– Делай что хочешь, краеход, – фыркнула королева Феллвин, – но помни: в битве за наше небо они обе доказали, что обладают йостом, и не должны больше зваться йенлинами. Им пристало другое имя.

Инис отошла к краю обзорной площадки следом за Фрост. Т’руук насмешливо щелкнула клювом им вслед и отправилась поговорить с Флейном.

– Наверное, она никогда не простит меня, – вздохнула Фрост.

– Краеходы бросили ее на произвол судьбы, – заметила Инис. – Или ты ждешь от меня рассказа о том, что случилось дальше? Только Фестусу хватило йоста помочь мне сделать то, что я должна была сделать.

– Я уже говорила тебе, Эрроу, гоняться за живыми или оставлять кости мертвых на Костопаде без присмотра не наше дело. Священные обязанности краеходов…

– Меня зовут не Эрроу, – перебила ее Инис. Странное, лихорадочное ощущение вдруг овладело ею. Только теперь она поняла, как сильно ранил ее когда-то отказ Фрост помочь. – Здесь мы не на Костопаде. Те же люди, которые ранили стрелой тебя и убили Брокен, засунули мою сестру в ящик и перевезли через море. На том берегу они посадили ее в клетку и мучили. Брали у нее кровь, выдергивали перья, кормили мертвечиной и не пускали в небо. Ты могла бы помочь мне предотвратить все это, но ты отказалась. Неужели ты ждешь, что она простит такое? Неужели ты ждешь, что такое прощу я?

Фрост кивнула так, словно предвидела именно эти слова.

– Я подвела вас обеих. Теперь я это понимаю. Не знаю, могла ли я тогда сделать иной выбор, но, когда к нам пришла ты, Инис, человек с природным даром ведьмы-провидицы, я должна была увидеть в тебе вестника перемен и принять эти перемены. – Она повернулась к Инис, дрожа от напряжения, и по телу Инис пробежала тревожная дрожь. Как же грифоница постарела и ослабела! Перелет от Костопада сюда, похоже, отнял у нее последние силы. – Но мои ошибки не должны изменить твой путь, Эрроу.

– Инис. Мои отцы дали мне имя Инис.

– Да, Инис, прости. Мы на Костопаде слышали, что ты вернулась в Эльвинию и теперь летаешь благодаря какой-то странной новой магии. Я знала, как сильно ты этого хотела, девочка, и я рада за тебя. Еще мы слышали, что ты летаешь с другими грифонами и сражаешься с древним врагом, но, Инис… Это не твой дар. Ты совсем отказалась от пути ведьмы-провидицы?

Инис покачала головой. За два года, проведенных в поисках Т’руук, она даже не вспоминала о данном Фрост обещании вернуться на Костопад и учиться ведовскому искусству дальше. Своим даром она пользовалась, чтобы найти сестру, и только.

– Все это не имеет значения, пока идет война, – ответила она именно так, как, по ее мнению, ответила бы на такой вопрос королева Феллвин.

Вдалеке, низко над лесом, она заметила движение – это патрули отанимов летели попытать счастья. С каждым днем их становилось все больше.

– Инис, послушай меня. У тебя редкий и ценный дар. Такая прочная связь с царством мертвых необычна даже среди грифонов. Я очень прошу тебя, не упусти его. Всякий молодой грифон с когтями и клювом может стать воином, но лишь очень немногие способны видеть нити судьбы и проницать взором темноту иного мира. Ты всегда была и будешь дочерью двух миров, Инис.

– Значит, я должна бросить семью и одна вернуться на Костопад? Потому что Т’руук никогда не согласится лететь туда со мной. А здесь меня принимают. – Она вспомнила, как другие грифоны называли ее Молнией. – Все мои мечты исполнились.

– Они принимают тебя потому, что ты их оружие, – возразила Фрост, и ее голос, прежде такой тихий, вдруг набрал силу и резкость. – Ты им полезна.

– Ты дала мне имя в честь оружия, – огрызнулась Инис. – И тебе я тоже полезна, так? Ты просто хочешь использовать мой другой талант, вот и все.

Фрост вздохнула. Недавнее оживление покинуло ее, и она стала даже меньше и хрупче, чем раньше.

– Я прилетела сюда не затем, чтобы спорить с тобой.

– Тогда зачем?

– Нити судьбы связывают тебя со всеми нами, Инис. Я думаю, что тебе предстоит сыграть в этой войне важную роль. Важнее, чем защита неба Эльвинии. Я думаю, что…

– Ведьма-провидица! – властный окрик королевы Феллвин перекрыл все голоса в зале. – Хватит каркать в углу. Я хочу услышать весть, которую ты привезла нам с Костопада.

– Подумай о моих словах, – шепнула Фрост только для Инис. – Больше я тебя ни о чем не прошу.

* * *

Стоя перед королевой со склоненной головой и сложенными крыльями, Фрост походила на хрупкую фигурку из прутьев и слюны грифона, такую маленькую и тонкую, что ее мог унести порыв ветра. Инис стояла в стороне вместе с Т’руук и Флейном и с нетерпением слушала рассказ ведьмы-провидицы. Больше всего ее беспокоили две вещи: когда их наконец отпустят и не призовет ли Феллвин их снова. Конечно, во время патрулирования они один раз отвлеклись, чтобы поохотиться и перекусить, но с тех пор она проголодалась. Да и поспать тоже не мешало бы. Инис подавила зевок.

– …В смутное время мы всегда особенно внимательно наблюдаем за духами предков на Костопаде, а также следим за Логовом нежити. Были приметы и предзнаменования: видели козла с двумя головами, скворцы летают по ночам. Даже дунохи заходят небывало далеко на север, как будто что-то ищут.

Муж-советник Феллвин недоверчиво склонил голову набок:

– Дунохи покидают Дикий лес? Неслыханно.

– И я бы не поверила, если бы не видела это собственными глазами, почтенный соправитель, – кивнула Фрост. – Дикий лес, душа этого острова, неспокоен как никогда раньше, а в последнее новолуние мы почувствовали, как Друиданнон произнес мощное заклинание призыва.

– Старый безумец, – фыркнула Феллвин, хотя вид у нее стал встревоженный. – Видно, пережив всех сородичей, он повредился в уме. А еще он слишком любит своих питомцев-людей.

Ее взгляд метнулся к Инис.

– Я не хотела обидеть тебя, дочь Флейна.

Инис опустила глаза, и ее щеки вспыхнули, но не от стыда, а от гордости. Королева говорила с ней почти как с грифоном.

– Что он сделал? – требовательно поинтересовалась Феллвин у старой ведьмы-провидицы.

Фрост поколебалась, прежде чем ответить.

– Он призвал Зеленого человека, моя королева. Чтобы тот воскрес в облике смертного.

– Ах, эта бретленская суеверная чепуха, – отмахнулась от нее Феллвин и расправила крылья, при этом слегка задев по клюву одного из своих советников. – Какой нам прок от человеческого духа плодородия?

– Он имеет отношение не только к плодородию, ваше величество, – возразила Фрост. – Он – сама земля, а ведь мы, хотя и являемся созданиями неба, тоже ставим лапы на землю. Наш вожак, ведун-провидец Скри, считает, что Зеленый человек станет ключом к победе над отанимами. Когда…

– Погоди-ка, – неожиданно для самой себя перебила ее Инис. – Скри – ваш вожак? С каких это пор?

Все грифоны обернулись к ней.

– С тех пор, как он отстранил меня от власти, Инис, – тяжело вздохнула Фрост. – Я стара и с каждым днем становлюсь все слабее. Без Брокен, которая защищала меня и говорила от моего имени… и без тебя на Костопаде многое изменилось. Теперь Скри главнее меня. Вот почему я здесь, передаю его послание.

– Самец-вожак? – Феллвин фыркнула. – У краеходов всегда были странные обычаи. Продолжай, Фрост, мы тебя слушаем.

– Да. Зеленый человек обрел человеческий облик. Духи предков видели его и говорят нам, что его сила растет с каждым мгновением и что он может покончить с отанимами. Но он непредсказуем по самой своей природе и поэтому опасен. Было бы разумно разыскать его и сделать так, чтобы его сила подчинялась грифонам.

– Но кто он? – спросил другой консорт. – Как он теперь выглядит?

– Он один из детей Друиданнона. Друин с козлиными рогами и зелеными глазами, бывший траун. За ним следует птица, галка.

Инис подняла глаза и встретила пристальный взгляд Т’руук.

– Он путешествует с женщиной, – продолжала Фрост. – У нее под кожей – кости титанов, и на теле проступают линии, дающие запретную магию. Мы думаем, сейчас они где-то на юге, и…

– Простите. – Инис сделала шаг вперед, стараясь не моргнуть, когда все грифоны уставились на нее. – Простите, но, кажется, я знаю, кто это.