Томми Б. Донован уже собирался ужинать – перед ним стояла разогретая в микроволновке тарелка макарон с сыром и стакан кофейного ликера «Алленс», – когда в дверь постучали. Он тихо выругался про себя, нехотя отодвинул исходящую паром еду с брызгами острого соуса и пошел выяснить, в чем дело. Открыв дверь, он оказался лицом к лицу с незнакомым мужчиной в рубашке поло, вельветовых брюках со стрелками и черно-красной клетчатой кепке с ушами. Наряд довершали мокасины на резиновом ходу, а через плечо у посетителя была перекинута кожаная сумка для инструментов. Излучая неловкость, он стоял на крыльце как вкопанный. У Томми Б. мелькнула мысль, что для дачников еще рановато. К тому же этот тип как будто не решил, чем собирается заняться: идти под парусом, охотиться или бродить по лесу. Должно быть, заблудился, ищет гольф-клуб или что-нибудь в этом роде. Однако выражение лица незнакомца внушало тревогу. Человек в щегольском наряде смотрел на Томми Б. как манекен с витрины – не совсем мертвый, но и не живой.

– Надо поговорить, – полувопросительно произнес мужчина.

– Ладно, – согласился Томми Б., не открывая разделяющую их сетчатую дверь. – Говори.

– Не здесь, – возразил мужчина. – Внутри.

Донован замешкался, а мужчина продолжил:

– Видите ли, как-то вечером я находился около омарового кооператива, и у меня есть определенная информация.

Мгновение Томми Б. стоял молча. Потом открыл сетчатую дверь и отступил назад. Странно одетый мужчина спокойно вошел в комнату и без приглашения уселся на единственный стул с обивкой. Сумку для инструментов он аккуратно поставил на пол.

– Пейте, – предложил он. – Доешьте ужин. Я не спешу.

– Есть теперь уже не смогу, – буркнул Томми Б. – Аппетит пропал.

Он выпил ликер одним долгим глотком.

Обстановка в доме была спартанская: на полу старый плетеный ковер и четыре складных стула, рядом с кухней стол с покрытой пластиком столешницей. На этот стол середины двадцатого столетия, возможно, и позарился бы какой-нибудь коллекционер на барахолке, но остальное не стоило и ломаного гроша. Казалось, пробившись на самую вершину прибыльного бизнеса, Томми Б. попросту не способен придумать, на что тратить деньги. Гость огляделся по сторонам: возможно, у хозяина есть дорогостоящие привычки, не оставляющие видимых следов, – проститутки, ставки на бега или спортивные соревнования. Или же Томми Б. просто рожден для борьбы, которая одна и доставляет ему удовольствие, в то время как ее плоды являются случайными и ненужными. От внимания незнакомца не ускользнул безупречно вылизанный желтый пикап у дома, но сколько можно потратить на машину?

Донован немного походил взад-вперед и поставил стакан на пустую полочку на стене, покрытую многолетним слоем пыли, которая чуть всколыхнулась и равнодушно осела на место. Мужчина на стуле молча кивнул. Даже домработницы нет. Загадка.

– Что вам надо? – наконец нарушил молчание Томми Б.

– Просто поговорить, – сказал мужчина. – Вы меня не знаете, и я вас не знаю, но пикап мне знаком.

– Можно сказать, моя гордость и отрада.

– Похоже на то. Не так давно я видел его у кооператива.

– Я там иногда бываю.

– В тот субботний вечер вы уже уезжали. А я, наоборот, ехал туда на встречу. На встречу с человеком, с которым вел дела. Точнее, он дал мне одно поручение, и я его выполнил. Но еще не получил деньги. У нас возникли небольшие разногласия.

– Я до такого не довожу, – заметил Томми Б. Он попятился к кухонному столу, взял с него бутылку кофейного ликера, потом вернулся к полке и снова наполнил стакан. Гостю он выпить не предложил. – Деньги на бочку, у меня только так. Зато никаких разногласий.

– Ну, – возразил гость со своего стула, – тут все не так просто. Тогда дело выглядело так, что может появиться еще один проект, гораздо более выгодный, однако тот джентльмен, которому я раньше доверял, – в свое время, еще в Висконсине, мы с ним прожили несколько лет под одной крышей, – он не хотел платить мне за первую часть, пока не сделана вторая. И мы не смогли прийти к взаимоприемлемому соглашению относительно второй части. Поэтому возникла необходимость встречи, чтобы устранить разногласия.

– Что ж, – хмыкнул Томми Б. – Возможно, это послужит вам уроком. Согласовывать детали надо с самого начала. – Он молча отсалютовал гостю стаканом и осушил его наполовину одним глотком, жалея, что оставил пистолет в пикапе, в бардачке.

– Иногда новые детали появляются по ходу дела, – заметил мужчина. – Вы открываете дверь, а за ней еще одна дверь. Суть в том, что я не доехал до поворота к кооперативу всего несколько ярдов, когда вы на желтом пикапе вынеслись оттуда на бешеной скорости. Я едва успел затормозить, иначе бы врезался в вас. Видимо, вы очень спешили куда-то. Или спешили откуда-то убраться. А я, понимаете ли, совсем не торопился: просто приехал на встречу, поговорить со старым знакомым. И вовсе не ожидал обнаружить его в цистерне с омарами. Однако нашел его именно там. Сюрприз-сюрприз.

– Ничего об этом не знаю, – отрезал Томми Б. – Если не возражаете, я схожу на второй этаж, зубы там оставил. – Он кивнул на лестницу. В ящике ночного столика в спальне лежал еще один пистолет.

– Прекрасно вас понимаю. Но если вам были не нужны зубы, чтобы поужинать, теперь они тем более не понадобятся.

– Макароны с сыром, – сокрушенным тоном пояснил Томми Б. – Можно не жевать.

Но игра была проиграна.

– Полагаю, – продолжил незнакомец, – у вас имелась уважительная причина застрелить моего знакомого. Обычно так и бывает.

– Богом клянусь, ничего об этом не знаю. Вообще ничего.

Мужчина наклонил голову, как будто принимая сказанное собеседником, и опустил руку в сумку для инструментов. Когда он вытащил руку, в ней был пистолет – похоже, какой-то «глок», но из-за камуфляжного чехла непонятно, какой именно. Впрочем, модель Донована и не интересовала: он думал о своих двух пистолетах, до которых не мог дотянуться.

– Я уже давно этим занимаюсь, – проговорил мужчина с таким видом, как будто пытался улыбнуться, но лицо не слушалось.

Томми Б. сглотнул. Ему хотелось еще отхлебнуть из стакана, но он не мог: его парализовали вид пистолета, странное спокойствие, окутывающее человека на стуле, и его официальный тон, странным образом подчеркивающий изуродованное лицо.

– Я не хочу в вас стрелять, – продолжал гость. – У меня нет мотива, мы ведь даже не знакомы. Но хотел бы отметить, что вы убили человека, который был должен мне семьдесят пять тысяч долларов и, возможно, нашел бы в будущем гораздо более значительную сумму. Необдуманно с вашей стороны.

– Говорю же вам…

– Первое, что приходит в голову, – вы узнали о деньгах и где-то их спрятали, но я не уверен, что это так. Глядя на ваш дом, я прихожу к выводу, что вам, кроме пикапа, ничего не нужно. Конечно, чужая душа – потемки. Некоторые коллекционируют деньги, как иные коллекционируют пивные кружки. Вы коллекционер?

– Мистер, не знаю, откуда вы и что вам нужно, но я рыбак. Просто рыбак. – Томми Б. удалось расслабить мышцы рук и допить содержимое стакана.

– Я сказал, что не хочу в вас стрелять, – повторил мужчина. – Но не говорил, что не стану.

– Можно мне сесть?

– Конечно. Возьмите один из этих стульев. Давайте поговорим.

Донован осторожно подошел к столу, взял свой стул, развернул его и уселся, стараясь держаться подальше от пистолета. Потом протянул руку к столу, взял бутылку и пристроил у себя на коленях.

– Семьдесят пять штук – чертовски много за убийство сопляка вроде Джои Пицио, – сказал Томми Б., усевшись поудобнее. – Он в жизни столько денег не видывал, даже если считать от рождения до самой смерти.

Мужчина пожал плечами.

– У меня свой бизнес. А в каждом бизнесе свои расценки. Сами знаете. У любого есть своя ставка. Моя именно такова. Мы с мистером Тайсоном пытались добыть кое-какую информацию. Я решил, что есть шанс ее получить, и приложил к поискам ответов немало усилий. Но это моя профессия. Кое-кто присвоил большую сумму, принадлежавшую мистеру Тайсону. Гораздо больше чем семьдесят пять тысяч долларов. Чтобы получить свой гонорар, мне нужно было выяснить, кто это сделал и где находятся деньги. Вот и всё.

Томми Б. сверлил глазами странного посетителя, пытаясь понять, почему тот рассказывает все это ему. Если этот тип пытал, а потом убил Джои Пицио и не стесняется об этом говорить, это может означать только одно: человек в нелепом летнем костюме планирует застрелить Томми. До пистолетов ему самому не добраться. Все, что у него осталось, – информация.

– Беннет Тайсон хотел отжать мой бизнес, – заговорил Донован. – Я всю жизнь его строил и не собираюсь никому отдавать. Я приехал в омаровый кооператив, чтобы отвадить Беннета.

– И поэтому застрелили его и бросили в цистерну к омарам?

– Мне удалось кое-что раскопать, – продолжил Томми Б. – Я знал, что у него фальшивые водительские права, что он не тот, за кого себя выдает, а мой лучший друг – глава муниципалитета, от которого здесь многое зависит. Я знал, что в любой момент, как только пожелаю, могу сделать так, чтобы на Тайсона надели наручники. И хотел, чтобы и Тайсон это знал. А про деньги я вообще был не в курсе.

– Просто конкуренция? – уточнил мужчина. – Еще один охотник на угрей, от которого вы решили избавиться. Я слышал, уже был такой случай прошлой осенью. Мистер Тайсон мне говорил.

– Вы про Тома Хинчклиффа? Никто не знает, кто убил Тома.

– Я думал, он умер от инфаркта.

– Так и было, – подтвердил Донован, но в его голосе слышалась неуверенность.

– Вы просто связали его и бросили умирать.

– Ничего подобного.

– Он охотился на угрей. Мистер Тайсон тоже охотился на угрей. Вы не любите охотников на угрей.

– Это называется ловля. Лов, добыча. Охота тут ни при чем.

– Какая разница. Ловля, охота, инфаркт, убийство – вам всё едино.

– Я не собирался убивать Тайсона. Просто хотел его припугнуть, – гнул свое Томми Б. – Беда в том, что он воспринял мои слова в штыки. Сделал то же самое, что и вы сейчас, – достал оружие. Здесь, на острове, оружием пользуются для охоты – на оленей, иногда на медведя. Но у него было не охотничье ружье, а пистолет. Такой же, как у вас. В смысле, не точно такой же, но типа того. Из этого пистолета он и получил пулю. Мы боролись, вот что произошло.

– Значит, вы застрелили Беннета из его же пистолета.

– Богом клянусь, я не хотел. Не за этим туда поехал. Но что мне оставалось делать? Он сам на меня напал. Ищите сколько хотите, но не найдете у меня пистолета, из которого кого-нибудь застрелили. Это было его оружие.

– А деньги?

Донован хотел сказать, что ничего не знает ни о каких деньгах, потому что он действительно не знал, но у него мелькнула идея.

– Есть один парень, – протянул он. – Его зовут Саймон Кинг, он вел дела с вашим партнером.

Мужчина наклонил голову набок. Томми Б. сумел привлечь его внимание.

– Беннет Тайсон не был моим партнером, – отметил гость. – Он нанял меня, чтобы я сделал работу. Это разные вещи.

– Пусть так. Неважно. После смерти Джои этот Кинг исчез вместе со своим баркасом, а потом, когда вашего партнера – извините, господина, который вас нанял, – нашли в цистерне, объявился снова. Приезжал вчера, предлагал мне работать с ним. Но у него все рыбаки без лицензии.

– Интересно, – кивнул человек на стуле. – Я рад, что заехал к вам. – Продолжая держать пистолет в руке, он немного качнулся на задних ножках стула, но ствол по-прежнему смотрел на хозяина дома. – Пожалуйста, продолжайте.

– Мне больше нечего сказать.

Мужчина подался вперед, и передние ножки стула опустились на деревянный пол. Раздался тихий стук, но для Томми Б. он прозвучал как выстрел.

– Откуда взялся пистолет у меня в руке? – спросил мужчина.

– Да почем я знаю? Из этого вашего мешка, вот откуда.

– Это саквояж. Хотите посмотреть, что еще там есть? Думаю, что нет.

Он запустил руку в сумку для инструментов, нащупал там что-то, но вынимать не стал. Там могло быть все что угодно.

– Слушайте, мистер, я пытаюсь помочь вам, – заторопился Донован. – Ничего подобного не планировалось, и я не знал, что Тайсон должен вам или кому еще деньги. Мне казалось, что, если удастся заставить его убраться с острова, мои проблемы будут решены. Когда Тайсон умер – ладно-ладно, когда я его застрелил, – этот Саймон Кинг вернулся. Больше я ничего не знаю. Но вот что скажу. Это исчезновение Кинга и появление после смерти Тайсона наводит на мысль, что ваши деньги у него. Он или знает, где они, или уже забрал их.

Мужчина, казалось, задумался под своей маской.

– Спасибо, что поделились своей теорией насчет Саймона Кинга. Она мне уже знакома.

Томми Б. осекся. Его единственный туз не сыграл. До него не сразу дошло почему.

– Джои Пицио, – выдавил он наконец и сник. – Черт.

Мужчина медленно кивнул.

– Мистер Пицио уже оказал нам всю посильную помощь. Единственный важный факт, который вы мне сообщили, – это что мистер Кинг вернулся.

– Вернулся, да, – подтвердил Томми Б., слегка оживляясь. Может, еще остается надежда.

– Вернулся, – повторил мужчина. – Что значит «вернулся»?

– Черт, я не знаю. Он где-то здесь. У него есть дом на Хеллер-лейн, а баркас он держит в кооперативе. Ходит на нем вдоль побережья, скупает угря, или чем он там занимается.

– Он при оружии?

– Саймон охотится на оленей. Раз в год с дружками ходит на медведя. Возможно, держит пистолет в бардачке. Как все. Но вряд ли всегда таскает оружие при себе.

– Расскажите еще что-нибудь.

– Не уверен, что я знаю что-то еще.

Мужчина поглубже засунул руку в саквояж, и Донован выставил вперед ладонь.

– Послушайте меня минутку, а? – Несмотря на его усилия, это прозвучало как мольба. – Если хотите найти Кинга и свои деньги, буду рад помочь. Я знаю людей, знаю здесь всё. Кинг хочет работать на меня. Я сумею его найти. Нам обоим выйдет польза. Особенно если дадите мне небольшие комиссионные, как вам обещал Тайсон.

Мужчина, целясь из пистолета прямо Томми Б. в грудь, вытащил из саквояжа моток черной веревки и бросил на пол. Потом снова полез в саквояж и извлек охотничий нож с удивительно изящной рукояткой из полированной березы. Томми Б. узнал его: скандинавский. Такие ножи – пуукко – делают оленеводы-саамы. Донован и сам временами подумывал купить такой, но всякий раз отговаривал себя, потому что вполне обходился и обычным складным ножом из универсального магазина. Теперь, глядя на пуукко, он пожалел, что не купил его, пока была возможность. Мужчина положил нож на моток веревки, направив лезвие к Томми Б.

– Острый, – заметил мужчина.

– Завидую, – выдавил Томми Б.

– Раньше думал, что такие ножи самые острые в мире. Но взгляните на эти.

Он в третий раз запустил руку в саквояж, а когда вытащил, на ладони у него лежали четыре маленьких изогнутых клинка с белыми пластиковыми рукоятками – Томми знал, что такими разделывают крабов. Их лезвия напоминали птичьи клювы. Донован молча уставился на них.

– Они все острые, – заверил гость, – но вы только гляньте. – Он поднял один маленький нож: лезвие точили столько раз, что оно сделалось узким, как проволока; рукоятка была слегка оплавлена. – Острее любых других, острее, чем пуукко. Но гораздо дешевле. При известной сноровке таким ножом можно сделать операцию.

– Черт, – выпалил Томми. – Не надо комиссионных. Я все сделаю просто ради того, чтобы навести порядок. Я здесь родился и вырос. Всех знаю. Что скажете?

– У меня есть предложение получше, – отозвался мужчина. – И попроще. Почему бы вам не позвонить Саймону Кингу?

– По телефону?

– Ну а как еще? Конечно, по телефону.

– Прямо сейчас?

– Объясняю на пальцах: возьмите телефон и позвоните Саймону Кингу. Скажите ему, что вы подумали над его предложением работать вместе и, пожалуй, готовы договориться. Но только сделать все надо быстро. – Мужчина оглядел кухню. – Давайте так: скажите ему, чтобы он ехал прямо сюда, чтобы все обсудить.

Томми Б. покосился на телефон.

– Если я уговорю Саймона приехать, вы меня не застрелите?

– Если он приедет, обещаю, я вас не застрелю. Это не мой стиль.