Айрис проснулась рано утром от шума водопада. Должно быть, в горах выпал дождь, или снежная лавина сошла в ущелье и стала таять, потому что шум усилился. А может быть, никакого дождя или тающего снега не было. Возможно, этот шум просто должен был в какой-то момент разбудить Айрис.

Патрик Лис спал рядом. Она протянула руку и коснулась его шеи, ощутила размеренный ритм его дыхания. Положив ладонь на его крепкую грудь, она стала думать о предстоящем дне. Если Флойд найдет следы и если Лидия сказала ей правду, они наверняка пойдут в горы вдоль прозрачной реки. Она думала о том, как трудно будет пробираться по такой местности, как близко они будут к этому стремительному потоку. Представляя все это себе, она закрыла глаза и постаралась дышать в такт Лису.

* * *

Как-то ранней зимой они с семьей пытались переправиться через быструю речку. Накануне весь день ревела буря, и вода в потоке, с неистовой силой несущемся через лес, где они оказались, стояла не очень высоко, но течение было яростным и непредсказуемым. Было бы глупо туда соваться, даже если бы они хорошо знали эту реку и ее дно, но они никогда ее прежде не видели. К тому же родители пили с самого утра.

Это было необычно даже для них – как правило, за выпивку они принимались уже после того, как заканчивали дело, на которое пошли. Но уже несколько недель не удавалось поживиться ничем: пересохшие поля, вооруженные путники, бдительные собаки, жертвы без гроша в кармане. В нескольких случаях им едва посчастливилось унести ноги. На тот момент у них не было ни денег, ни еды, но зато была выпивка, на которую они налегали днем и ночью.

Близнецы пытались уговорить родителей найти более безопасную переправу, но от них просто отмахнулись. В семнадцать с ними по-прежнему обращались как с детьми. Когда они говорили или делали что-то по-взрослому, мать и отец смотрели на них, как на чужих, словно время вдруг незаметно подкралось к ним и ударило по голове.

Когда отец самонадеянно ступил в белую от пены воду, Айрис закричала, чтобы он сейчас же вернулся, но он не стал ее слушать. Он шел вперед, пока не оступился, угодив в водоворот, – вода доходила ему до пояса. Отец остановился, ругаясь и дрожа от холода, мать бросилась ему на помощь, но в тот самый миг, когда она потянулась к его воротнику, ее настигли последствия возлияний, и она свалилась прямо на мужа. Несколько мгновений это выглядело даже смешно – она колотила его руками по голове, а он отплевывался водой ей в лицо, пытаясь устоять на ногах. Близнецы наблюдали с берега, ожидая, пока родители успокоятся, чтобы потом выловить их из воды.

Пенящийся поток плеснул отцу в глаза. Он вскинул ладони к лицу, и бурное течение толкнуло его назад. Мать все еще крепко держалась за его воротник, поэтому они оба потеряли равновесие. Не чувствуя под ногами дна, оказавшись на самой стремнине, они уже через несколько мгновений неслись по перекатам, ударяясь о торчащие из воды камни. Их тела превратились в один переплетенный комок, а шум воды заглушал их вопли.

Близнецы с громкими криками побежали за ними вдоль берега. Айрис увидела, что впереди поток становится шире и глубже, сменяясь большим порогом с яростными бурунами. Она остановилась, затаила дыхание и покосилась на Флойда, который как раз нагнал ее. Ей становилось все страшнее, и она ждала от брата плана, ответа, какого-то действия, но вместо этого увидела на его лице лишь мрачную решимость. А потом поняла, что у него на уме.

Они уже несколько лет обсуждали, как бы сбежать от родителей. Поначалу говорили не серьезно, лишь как о смутных мечтах. Но жизненные ситуации все чаще наталкивали их на эти мысли. Один раз мать велела им приставить нож к горлу хромой женщины, другой раз отец заставил их воровать последние яблоки у доходяги-садовода, а как-то раз уже оба родителя потребовали от близнецов, чтобы те держали старого пасечника, пока они выбивают у него, где стоят его ульи. С тех пор близнецы стали обсуждать реальные возможности сбежать, спрятаться и сменить личности, хотя серьезного плана у них так и не было. До этого утра, до этого момента, когда их родители барахтались в бурном потоке ледяной воды. Только теперь Айрис поняла, как это должно произойти.

Ее колотило – от холода или от нервного напряжения. Флойд обнял сестру за плечи и велел отвернуться. Айрис понимала, что он прав – скорее всего, им даже не по силам помочь родителям. Она убеждала себя, что никак не может повлиять на происходящее. Это была случайность, но, возможно, не такая и ужасная. В низинных лесах каждый день случались подобные вещи, и многие из жертв их родителей не сочли бы смерть своих мучителей такой уж жестокой. Айрис задержала дыхание, закрыла глаза. Она попыталась заставить себя стоять неподвижно, считая до ста. Но уже на десяти услышала крик матери, хриплый от заливающейся ей в горло воды. Айрис вспомнила, как всего несколькими днями ранее, когда она обливалась потом от лихорадки, мать утирала ей лицо влажной тряпицей. А еще вспомнила, как всякий раз, когда у них бывал сахар, отец тайком подкладывал его дочери в чай. Он ждал, пока Айрис, сделав первый глоток, поднимет голову, ошеломленная внезапной сладостью, и подмигивал ей. Еще она вспомнила, как, когда они с Флойдом были совсем маленькими и уставали идти, мать и отец брали их на руки и несли через бесконечный буш, передавая друг другу, словно бесценный груз, целуя их в лоб, щекоча их грязные пятки. Она вспоминала, как видела над плечом матери деревья, сливавшиеся в зеленоватую дымку, когда она засыпала, прижавшись к теплой шее женщины, которая сейчас тонула. У нее засосало под ложечкой, когда она вспомнила твердые, но нежные движения гребня матери в ее спутанных волосах.

Глаза, кожу, горло словно обожгли тысячи острых игл. Айрис развернулась, стряхнув руку Флойда, и прыгнула прямо в ручей.

* * *

Несмотря на рев воды, Айрис снова уснула. Когда она проснулась, было уже светло, и Патрика Лиса рядом не было. Она отыскала свою одежду, натянула ее, собрала волосы в пучок и вылезла из палатки.

Не только Лис, но и Флойд уже был на ногах. Палатка Флойда была уже собрана, и он бродил по лагерю, готовясь отправляться в путь. Лис стоял у своей лошади и возился с ремнями седла. Он улыбнулся Айрис, а Флойд лишь бросил взгляд на сестру, потом на палатку Лиса, потом снова на реку. Айрис подошла к своей палатке и стала разбирать ее быстрыми и резкими движениями. Лис, словно прочитав ее настроение, занялся своей палаткой. Много времени у них на это не ушло, и вскоре все трое уже повели лошадей обратно к водопаду.

Шедший впереди Флойд остановился и стал всматриваться в линию деревьев, потом указал на берег:

– Здесь кто-то был. Не могу утверждать, что это был южноамериканец, но кто-то здесь проезжал. Я бы сказал, это было чуть больше недели назад.

– Наверняка он, – кивнул Лис.

– Возможно, – пожал плечами Флойд. – Кто бы это ни был, он был не один.

– Должно быть, взял с собой слугу, – снова кивнул Лис, с бодрым видом оглядывая берег. – Куда ведут следы?

– Туда, наверх, – Флойд ткнул пальцем в сторону поросшего лесом склона рядом с водопадом.

– Отлично, – улыбнулся Лис, поглядел на Айрис, потом снова на Флойда и, заметив, что они избегают оказываться рядом друг с другом, решил не придавать этому значения. – Показывай дорогу.

* * *

Они шли вверх по течению прозрачной, как лед, реки. Склон оказался более крутым и каменистым, чем тропа, по которой они шли накануне. Сначала они пытались ехать верхом, но лошади неуверенно ступали по неровной земле, поэтому пришлось спешиться и вести их под уздцы, уговаривая перешагивать через поваленные деревья и обходить валуны, тихо подбадривая и воркуя на ухо.

Темный и сырой лес становился тем реже, чем выше они поднимались. Более низкие в этих местах деревья постепенно избавлялись от покрывавших их лишайников и мхов. Ветви вскоре перестали переплетаться в полог, и Айрис смогла разглядеть заснеженные пики, больше не отдаленные и величественные, а нависавшие над головой, отвесные, отрезавшие огромные куски неба.

Сквозь редеющий лес бежала прозрачная и быстрая река, даже от взгляда на которую пробирал холод. Серые камни ее дна оттеняли белизну пенистых бурунов, бесновавшихся на поверхности. Айрис старалась не смотреть на реку и не думать о ней. Она старалась вообще не думать: ни о тропе, ни о Хмари, ни о прошедшей ночи, ни о том, как Патрик Лис вышел из палатки, даже не позаботившись разбудить Айрис. Она сосредоточилась на том, чтобы лошадь ступала уверенно, и избегала смотреть на Лиса, однако заметила, что он закинул ремень винтовки на плечо, хотя та и била его по бедру и цеплялась за ветки. Еще она заметила, как его взгляд скользит по деревьям и горам, а его поза выдает напряжение и тревогу.

Потом пошел дождь – ледяная морось, которая вскоре превратилась в холодные тяжелые капли, а затем и в сплошной ливень. Когда тот стал совсем невыносим, Флойд повел их в укрытие под купой миртов рядом с участком реки, где она расширялась, а течение замедлялось, образуя голубую заводь после каскада речных порогов.

Они забрались в самое сердце огромного переплетения корней одного из деревьев и глядели, как капли дождя бьют по воде. Выбора не было, поэтому приходилось сидеть вплотную друг к другу. Айрис чувствовала близость обоих спутников – Флойд неподвижно сидел по левую руку, а Лис согревал ее справа. Айрис поймала себя на том, что все свое внимание она уделяет реке, мыслей о которой старалась избегать все утро, размышляя о силе ее течения.

* * *

Едва дождь пошел на убыль, Айрис вышла из-под защиты миртов, спустилась к заводи и открыла бурдюк. Наполняя его, она услышала рядом шорох камней под сапогом. Флойд опустился на колени рядом с ней, чтобы погрузить в воду лицо и напиться прямо из реки. Он подошел совсем близко, но не смотрел на нее, и Айрис не могла понять, что брат задумал, что означает эта близость. Да, они все еще обижены друг на друга, но она устала, проголодалась и дошла уже до такого состояния, когда сама точно не понимает, за что злится на него и за что он злится на нее. Действия были очевидны, но стоявшие за ними мотивы и эмоции – нет, и Айрис больше не была уверена в собственной правоте, не знала, должен ли кто-то из них извиниться или время само обо всем позаботится.

Пока она приводила в порядок свои мысли, Флойд перестал пить и заговорил, не поднимая лица от воды:

– За нами наблюдают.

Айрис замерла. Потом поняла, как подозрительно выглядит ее неподвижность, и заставила себя расслабиться и продолжить наполнять бурдюк.

– Откуда?

Флойд сделал еще глоток.

– Уступ над заводью. Справа.

Айрис уставилась на пузырьки, поднимавшиеся из воды вокруг ее запястья.

– Как давно?

– Заметил их, только когда мы остановились под деревьями. – Флойд выпрямился и утер подбородок. – Они могли быть здесь, когда мы пришли. А могли следить весь день.

Айрис собиралась откинуться назад и потянуть шею, что дало бы ей возможность бросить взгляд на скалы над порогами. Но тут раздался топот, тяжелое дыхание, и рядом с ними на колени рухнул Патрик Лис.

Он начал наполнять свой бурдюк. Флойд посмотрел на него. Айрис не обращала на него внимания. Ей хотелось выяснить, кто следит за ними, прежде чем она что-нибудь скажет или сделает. Но Лис заметил их странное безмолвие и, прищурившись, наблюдал за ними, поэтому ей пришлось, сделав еще глоток, нарушить молчание:

– Мы не одни.

Он отреагировал именно так, как она опасалась: принялся озираться, явно считая, что делает это незаметно, что, конечно же, выглядело совсем не так.

Флойд закрыл глаза.

Айрис натужно засмеялась.

– На уступе справа, – она похлопала его по плечу и снова рассмеялась. – Только сразу не смотри в ту сторону.

Лис подхватил игру и рассмеялся вместе с ней, запрокинув голову. Выпрямив шею снова, он смотрел прямо на уступ.

– Это она.

Он быстро нащупал винтовку, перевешивая ее на грудь.

Флойд плеснул водой себе в лицо.

– Ты совсем слепой? Это не пума, – громко прошептал он.

Оружие было уже в руках Лиса.

– Это Хмарь. Я уверен.

Айрис по-прежнему не видела, кто или что наблюдает за ними. Она подняла голову и пробежала взглядом по порогам, пока не различила темную скрюченную фигуру.

– По мне, так не похоже на кошку.

Лис замер и посмотрел на нее. Его губы растянулись в тонкой улыбке.

– Поверь мне.

Подняв винтовку, он навел ее на уступ.

Флойд напрягся, но он был слишком далеко от Лиса, чтобы помешать.

Айрис была между ними. Она снова присмотрелась к наблюдавшей фигуре и различила лишь темные очертания, не обязательно человеческие. Она почувствовала, как рядом замер Лис. Увидела, как он нажимает на спусковой крючок. Заметила таинственную ухмылочку на его губах. Она вспомнила все его маленькие тайны и обманы, как он всегда скрывал от нее правду, и вскинула руку, ударив по стволу, в последний момент отведя его от цели. Выстрел громыхнул на весь лес, и от уступа напротив оторвался камень, с плеском упавший в заводь.

Лис в ярости уставился на Айрис. Его лицо побледнело от злобы, которой Айрис никогда прежде не видела. Он вскочил на ноги и пнул ее в грудь, угодив сапогом прямо в правую. Айрис растянулась на земле. Он начал перезаряжать винтовку, но Флойд, подскочивший к Айрис, заорал:

– Погляди, болван!

Он обращался к Лису, но со своего места, барахтаясь в грязи и держась за грудь, Айрис тоже подняла голову. Она увидела, что фигура на уступе поднялась на две ноги, не двигаясь и не пытаясь скрыться. На человеке было не то пальто, не то плащ; лица было не разглядеть, но Айрис чувствовала на себе его взгляд так отчетливо, словно это было прикосновение.

Лис выругался. Он снова вскинул винтовку, но Флойд ударил по стволу.

– Ты спятил?

Он обернулся к лежавшей сестре и протянул ей руку. Над его плечом она заметила искаженное гневом лицо Лиса и испугалась, что тот собирается навести оружие на Флойда, или на нее, или на них обоих. Она увидела, как он оглянулся на уступ и вся злость пропала, сменившись паникой. Проследив за его взглядом, она заметила, что наблюдавший за ними человек исчез.

Флойд помог ей встать. Пока она поднималась на ноги, он поморщился, и при виде его искаженного болью лица она забыла о Лисе и потянулась к спине Флойда. Ее рука соскользнула, когда брат обернулся к уступу. Заметив, что наблюдатель исчез, он снова повернулся к Айрис, потом посмотрел на заводь, на лес, на горы. На лице отразились замешательство и тревога. Айрис решила, что это из-за пропавшего наблюдателя, но, оглядевшись, тут же осознала свою ошибку. Патрик Лис тоже исчез.