Арина

В офис влетаю фурией.

После разговора с Леонидом остались мерзкие ощущения.

Он ушел, упрямо не забрав с собой ничего, кроме ноутбука. Покинул наш дом, уверенный в том, что сможет сюда вернуться и жить, как раньше. Что для него ровным счетом ничего не изменилось.

Где он, с кем и что делает, я не знаю.

Меня одновременно разрывает изнутри оттого, как хочется узнать обо всем, но при этом я не хочу знать о своем муже ничего. Ни единого упоминания. Так, будто не было его никогда в моей жизни.

Два дня я отвечала на сообщения и звонки с якобы поддержкой, хотя больше чем уверена — искренности в них практически не было, преобладало желание покопаться в чужом грязном белье. Всем отвечала одно и то же: что ж поделать? Это жизнь. Да, изменил.

Нет, развод неизбежен.

Ева хотела вернуться, но я еле-еле уговорила ее не приезжать. Назар попытался воззвать к моему здравому смыслу, но это не помогло.

Чеканя шаг, захожу в отдел кадров.

На меня сразу оборачивается весь отдел. По лицам становится понятно: все знают.

Жалость, насмешка, жгучий интерес.

Я не осуждаю людей, это нормально для человеческой натуры.

— Маргарита Олеговна на месте? — спрашиваю девушек в кабинете.

— Нет, Арина Германовна, она как раз должна вернуться.

— Пусть зайдет ко мне в кабинет, как приедет.

— Мы передадим, — девушки кивают болванчиками.

Я же иду к себе.

Да, в этом офисе у меня есть свой кабинет. Я и не припомню, когда была здесь в последний раз.

Толкаю дверь.

Тут чисто, прибрано, но понятно, что безжизненно.

Прохожу и сажусь за стол, открываю пустые ящики, складываю туда свои вещи.

Пока Рита не приехала на работу, я звоню адвокату, прошу о встрече как можно скорее, и Артур Александрович обещает быть у меня в ближайший час. Громов работал еще с моим отцом, так что должен помочь в моей проблеме.

Пока жду его, запускаю компьютер, пытаюсь нырнуть в отчетность, но понимаю, что большая часть данных не выложена в общий доступ, — значит, мне нужен человек, который проведет меня к ним.

— Ариша! — Рита заходит в кабинет.

Загорелая, яркая, отдохнувшая.

— Привет, Рит, — устало улыбаюсь и встаю, обнимаю подругу.

— Арин, прости, что не была с тобой рядом, когда все случилось. То в аэропорту с сетью проблемы, то летела больше десяти часов.

Подруга была в отпуске, так что это представление прошло мимо нее, можно сказать.

— Как узнала? — спрашиваю Риту.

Я ведь ей ничего не говорила.

Рита опускает взгляд:

— Ариш, ты прости, но город ведь гудит. Во всех бабских чатах обсуждают. Только ты не думай, все поливают дерьмом Лёню!

Чушь это, конечно.

Меня тоже осуждают. Строят гипотезы о том, почему же мужик налево пошел. Ну или посмеиваются за спиной, мол, так ей и надо.

Я сажусь в свое кресло, Рита рядом.

— Что делать вообще будешь, Ариш? Я думала, ты время возьмешь, чтобы в себя прийти.

— А я уже пришла, Рит. Вот как видео увидела — так и пришла. По углам ныкаться не буду. Это не меня уличили в предательстве, пусть прячется виновный.

— Так-то да.

— Рита, скажи мне честно, ты знала? — смотрю на нее в упор.

— Упаси бог, Арина! — кладет руку на грудь. — Я бы никогда в жизни не смолчала, если бы узнала!

— Что с ней сейчас, знаешь?

— С Аллой? Я же только на работу пришла, Арин. Пока не видела почту. А что, хочешь, уволю ее? Одним днем! Еще и по статье за непотребное поведение!

Закусываю губу, размышляя. Мне очень интересно, что будет делать Леонид.

— Нет, пока не трогай ее. Ты мне лучше в другом помоги.

— Все, что угодно!

— Я хочу узнать о состоянии дел. Выдели мне толковую помощницу. Хваткую и умную.

Такую, которая подальше от Леонида и Аллы была.

— Есть у нас одна. Новенькая. Стажерка. Она, правда, в юридическом, но хвалят ее.

— Давай. Пригласишь ее ко мне?

— Ты точно решила, Арин? — Подруга прищуривается, явно не уверенная в правильности моих действий.

— На сто процентов.

Буквально через двадцать минут девушка оказывается у меня.

Худющая, как жердь, очки с толстыми линзами, одета очень просто, я бы даже сказала дешево. Она несмело проходит по кабинету и становится напротив моего стола.

— Здравствуйте, Арина Германовна.

я указываю на стул, девушка садится. Нервничает.

— Алевтина, верно?

— Да.

— Алевтина, мне нужна правая рука. Которая будет делать все, что скажу. Возможно, даже нарушать корпоративную этику и правила. Шпионить. Докладывать. Мне нужны глаза, пока меня нет в офисе. Обещаю оклад в четыре раза выше нынешнего и отсутствие самодурства с моей стороны.

— Я согласна! — аж подпрыгивает.

— Ты можешь подумать.

— Я согласна, — повторяет, и улыбка расцветает на ее лице.

Киваю, довольная девушкой.

— А теперь слушай. Мне нужно, чтобы ты достала самые свежие отчеты о движении денежных средств...

Через час Алевтина уходит от меня в мыле, на ее место приходит Громов. Как всегда, мрачный, сдержанный, строгий.

— Присаживайтесь, Артур Александрович. Я хотела поговорить о своем разводе.

— Я примерно так и думал, — кивает.

Рассказываю Громову, чего хочу. И в какие сроки.

— Арина Германовна, — поправляет он галстук. — Не хочу вас расстраивать, но должен напомнить о брачном договоре, который вы составили с Леонидом.

Да. Брачный договор был одним из условий моего отца.

— А что не так с брачным договором? — хмурюсь. — Я получаю все активы, имущество и средства в случае развода. Разве нет?

Громов поджимает губы.

— Так, но… вы получаете все, что нажито в браке, если первым на развод подаст Леонид.

А если подадите на развод вы, то все движимое и недвижимое имущество, деньги на счетах и так далее переходит к вашему мужу.