После переноса столицы кемалисты ожидали, что дипломатический корпус, подобно государственной бюрократии, также переедет из Стамбула в Анкару. Однако, к их большому разочарованию, надежды не оправдались. Иностранные представительства не желали покидать Стамбул, большой, разносторонний и космополитичный город, славящийся своей красотой и предлагающий все возможные выгоды городской жизни. Как выразился министр иностранных дел Великобритании Остин Чемберлен в письме послу Великобритании в Париже лорду Крю: «Правительство Его Величества не может требовать от дипломата в ранге посла <…> проживать в маленькой грязной горной деревушке в центре Анатолии <…> или отправлять[его] в мучительное и позорное изгнание в упомянутый город, <…>[такое лицо] не должно жить в нищете и с ангорскими блохами на постоянной основе. <…> Поскольку Турция остается частью Европы, давайте извлекать из этого все возможные преимущества»[103]. Великобритания не только отказалась перенести посольство, но и уговаривала союзников по Первой мировой войне последовать ее примеру. Иностранные правительства, которые, по крайней мере, изначально, считали долгосрочные перспективы Анкары неопределенными, как правило, не стремились вкладывать средства, необходимые для переноса своих представительств. Такое состояние дел поставило турецких лидеров в крайне затруднительное положение. Им следовало либо смириться и оставить посольства в Стамбуле, что косвенно снизило бы статус Анкары как местонахождения правительства, либо открыть представительства в новой столице, рискуя понизить уровень, на котором проходили дипломатические сделки. Исход в обоих случаях означал, что со стороны крупных мировых держав Турция утратила право на признание в качестве равноправного национального государства.

Посольство Германии в Стамбуле (сверху), зимние апартаменты (посередине) в районе Пера с видом на Золотой Рог и Босфор, а также летние апартаменты (внизу) у пролива

Надо признать, что чрезмерное усердие Великобритании в многостороннем дипломатическом наступлении больше объяснялось нерешенными вопросами после окончания действия Лозаннского мирного договора, чем неудобствами, связанными с переводом дипломатических миссий в Анкару. Документ положил конец вооруженному конфликту и признал право Турции на существование, но не урегулировал ее спор с Соединенным Королевством о контроле над богатыми нефтью провинциями Мосул и Киркук. Этот вопрос завел мирную конференцию в тупик, и по настоянию других участников обе страны согласились провести двусторонние переговоры, чтобы определить юго-восточную границу Турции с Ираком, контролируемым Великобританией. Соглашение фактически открыло перед последней возможность использовать переезд своего посольства и представительств союзников по Первой мировой войне в качестве рычага давления на зарождающуюся республику в решении Мосульского вопроса.

В попытке противостоять действиям Великобритании Турция обратилась к бывшему партнеру в Первой мировой войне, Германии, и заключила новый союз с советской властью. Обе страны, которые теперь также оказались лишенными политического влияния на международной арене, заблаговременно открыли посольства в Анкаре и наладили тесные отношения с бывшей Османской империей. Несмотря на прошлые разногласия, Турция, Германия и Советский Союз сформировали другой, взаимовыгодный политический блок в Восточной и Центральной Европе, предоставлявший его участникам возможность влиять на международные дела, которой у них не было по отдельности. Более того, Германия и СССР воспользовались отсутствием конкуренции со стороны Великобритании и ее союзников и взяли на себя важную роль в послевоенном восстановлении и модернизации Турции. Эти отношения позволили Советскому Союзу и особенно Веймарской республике на протяжении долгого времени оказывать значительное влияние на внешний вид и традиции современной Турции. В свою очередь, она, в частности Анкара, служила незаменимой площадкой для демонстрации культурных и промышленных достижений союзников, способствуя их продвижению на международной арене.

Опыт Турции служит важным примером для понимания до сих пор упускаемого из виду территориального аспекта международных отношений. Республиканские лидеры поставили главные внешнеполитические задачи: получить статус полноправного суверенного государства на мировой арене и обеспечить признание международных границ. Примечательно, что усиление Анкары сыграло важную роль в переговорах по обоим направлениям. Следовательно, в этой главе рассматривается взаимозависимость между различными пространственными масштабами, на которых ведется внешняя политика. Это, с одной стороны, демонстрирует, как вопросы региональной геополитики влияют на дипломатические маневры в рамках городов. С другой стороны, это показывает, как пространственная тактика, применяемая при личных встречах с иностранными официальными лицами, может влиять на политику, проводимую в государственном масштабе.