После громких побед и полного разгрома Антиоха римляне наслаждались праздниками. Они включали военный парад, демонстрацию пленных и поверженных знамен, а также шествие победоносного полководца в колеснице. Для нас это малозначащая деталь, но для римлян — невероятный почет. Дело в том, что после изгнания царей, произошедшего в глубокой древности, никто в Риме не ездил верхом или в колеснице по улицам. Исключение делалось только для полководцев-победителей. При этом, чтобы отвратить зависть богов, было принято всячески высмеивать победоносного генерала. Роль шутов выполняли легионеры. Они шли строем и выкрикивали стишки, часто вульгарного содержания, в которых глумились над своим вождем. Например, много позже во время триумфа Цезаря легионеры называли его лысым развратником и гомосексуалистом, который отдавался вифинскому царю как женщина.
После военного парада начинались празднества, возлияния, хлебные раздачи и гладиаторские бои. Всё вместе это называлось «триумф».
Первым делом в Риме отпраздновали триумф Ацилия Глаб-риона, который разбил этолийцев и Антиоха при Фермопилах. Экс-консул устроил пышное зрелище. Впрочем, впоследствии он попал под суд за то, что присвоил часть добычи. Время римских полководцев-бессребреников уходило в прошлое.
Затем праздновался триумф претора Луция Эмилия Регил-ла, который разбил при Мионнесе флот Антиоха.
Наконец, из Азии вернулся Луций Корнелий Сципион. Этот никчемный человек начал требовать почестей и среди прочего — прозвища «Азиатик» (Азиатский). Он хотел сравняться в славе со своим братом Публием, который носил прозвище «Африканский» за победу над Ганнибалом.
Хотя многие знали, что вся честь победы над Антиохом в битве при Магнесин принадлежит Агенобарбу, сенат просьбу Луция Сципиона удовлетворил. В конце концов, Агенобарб не был официальным начальником, а Сципион был. И это ничтожество получило прозвище «Азиатский» и смогло отпраздновать пышный триумф.
А что же Антиох? Он выжидал, хитрил, пытался сохранить то, что еще можно. Например, долго не выводил гарнизоны из фракийских городов Эноса и Маронеи. Римляне обошли оба города как незначительные. «Великий царь» наивно полагал, что о них забудут. Не тут-то было. Для таких мелочей как раз и существовала комиссия децемвиров. Она потребовала вывести гарнизоны, и «Великий царь» покорился. Города получили статус свободных. Впоследствии их захватил македонский царь Филипп V, но римляне снова даровали им «свободу» — правда, лишь для того, чтобы впоследствии включить их в состав своей республики как часть провинции Македония.
Единственная проблема, которая оставалась у римлян на Балканах, называлась «Этолийский союз». Но его сочли недостойным полного завоевания. Во-первых, главная римская армия задержалась в Азии. Там нужно было расправиться с галатами, которых считали пособниками Антиоха, установить границы, собрать добычу. Во-вторых, этолийцы оборонялись отчаянно. Ограничившись взятием города Амбракии, входившего на тот момент в союз, римляне предложили этолийцам мир. Границы союза были ограничены собственно Этолией. После того как этолийцы владели половиной Греции, это было немного, но все же лучше, чем ничего. При этом они потеряли право вести самостоятельную внешнюю политику, то есть становились римскими сателлитами. Наконец, Этолийский союз выплачивал Республике дань в размере пятисот талантов (взносы разбивались на шесть лет).
Этолийское собрание одобрило эти условия, которые можно было счесть сравнительно легкими. Таким образом, люди, которые разожгли войну и втянули в нее Антиоха, отделались легче всех.
Римской армией в Азии командовал новый консул — Гней Маний Больсон. Верным союзником римлян оставался пергамский царь Эвмен, приславший им в помощь отряд во главе со своим братом Атталом. Пергамцы хорошо знали театр военных действий и выступали проводниками. Без них римляне блуждали бы как слепцы по малоазиатским нагорьям.
Начали с захвата небольших городов и крепостей во Фригии, которые в прошедшей войне частью были верны Антиоху, а частью объявили себя свободными. Самому Антиоху при этом определили позорную роль, обязав его обеспечивать римлян продовольствием. Царь согласился — а что ему еще оставалось?
Обозы с продуктами доставил сын Антиоха, принц Селевк, но их оказалось недостаточно. Возник скандал. Принц утверждал, что по уговору «Великий царь» обязался поставлять продовольствие только для римлян, а пергамцы в договор не входят — пусть кормятся, как хотят. Римский командующий быстро пресек эти препирательства. Он демонстративно разослал по войскам приказ: не принимать от Антиоха хлеб прежде, чем его получат войска Аттала. Селевк смирился и организовал новые обозы.
Римляне считали галлов старыми врагами, поэтому и стремились разбить и уничтожить их везде, где только можно. Причины вражды лежали глубоко. Когда-то галлы разграбили Рим. Потом — незадолго до описываемых событий — помогали Ганнибалу в Италии и даже составили основную часть его армии. Наконец, галлы (точнее, одно из их племен — кельтиберы) упорно воевали против римлян в Испании. Таким образом, мы видим огромное поле битвы между Республикой и галлами от Испании до Малой Азии.
Римляне разбили галлов и отогнали за реку Галис (Кызыл — Ирмак). Захваченные земли были переданы Пергаму. Галис стал границей между Пергамом и азиатскими кельтами. Консул Больсон отвел свои войска из холодных предгорий Тавра к теплым берегам Эгейского моря, к Эфесу. Здесь он разместил войска на зимние квартиры, а сам принимал послов от азиатских династов. В числе прочих прибыли люди Ариарата IV из Каппадокии. Царь просил извинения за то, что необдуманно связал судьбу с Антиохом Великим. Римляне приговорили Ариарата к штрафу в 600 талантов.
Весной Вольсон со своими легионерами двинулся из Эфеса во фригийскую Апамею (неподалеку от Келен). Через три дневных перехода римляне достигли Памфилии. Сюда сирийцы должны были доставить 2500 талантов серебра и продовольствие. Антиох честно выполнил обещание, хотя ради этого пришлось опустошить казну. Получив деньги и хлеб, римляне двинулись к городу Перга, где оставался единственный в Памфилии сирийский гарнизон.
При появлении римлян начальник гарнизона встретился с консулом и попросил месяц отсрочки: он не мог сдать город без личного приказа царя. Консул должен понять его как военный военного.
Вольсон согласился. Его расслабили роскошь, награбленные сокровища и даровое продовольствие, которое подвозили отовсюду. Торопиться было некуда. Он дождался решения Антиоха. «Великий царь» приказал сдать город, и туда вошли римляне.
Миссия Больсона в Малой Азии на этом практически завершилась. Он вернулся в Эфес и вызвал туда сирийских послов. Там римляне огласили результаты работы комиссии децемвиров, после чего мирный договор с Антиохом окончательно вступил в силу.
Он содержал следующие пункты:
1. Антиох обязывается не пропускать через свою территорию враждебных римлянам войск и не поддерживать их продовольствием.
2. Антиох не имеет права вести войну с жителями Эгейского архипелага и переправлять войска в Европу.
3. Оставляет малоазиатские земли вплоть до Тавра.
4. Обязуется не принимать перебежчиков от Эвмена.
5. Передает римлянам всех боевых слонов и весь флот. Впредь его морские силы ограничиваются десятью тяжелыми кораблями и небольшим количеством легких (точная цифра утрачена).
6. Выплачивает римлянам 12 000 талантов отступных и сверх того передает 550000 мер пшеницы.
7. Пергамскому царю Эвмену платит 350 талантов дани и 127 талантов в виде компенсации за зерно с разоренных полей.
8. В качестве гарантии мира Антиох отправляет в Рим двадцать заложников не моложе 18 и не старше 45 лет. Они меняются каждые три года. Таким образом, помимо гарантии мира римляне получали возможность воспитать сирийцев-заложников в нужном ключе, то есть сделать их агентами влияния в Сирии.
В том же договоре записали пункт о выдаче политических эмигрантов, включая этолийца Фоанта и пунийца Ганнибала. Однако Антиох не стал их выдавать, при всех своих недостатках он не был предателем. При попустительстве «Великого царя» оба врага римлян скрылись. Судьба Фоанта неизвестна. Ганнибал бежал сначала в Армению, где втерся в доверие к тамошнему правителю Арташесу и даже спроектировал для него новую столицу — Артаксату. Арташес подчинялся Се-левкидам до 187 года до н. э. Не известно, раньше или позже этой даты прибыл к нему Ганнибал. Впрочем, прожив в Армении несколько лет, пуниец поссорился со своим покровителем и отбыл к вифинскому царю Прусию. Но тут ему сильно не повезло: туда как раз прибыл старый римский политик Тит Фламинин. Узнав, что Ганнибал находится при дворе Прусия, Тит потребовал немедленной выдачи карфагенянина. Прусию пришлось согласиться. Ганнибал, узнав об этом, принял яд и умер, лишив римлян удовольствия казнить его (183 год до н. э.).
Но вернемся назад.
Консул Вольсон присягнул договору с Антиохом Великим. Затем послали нескольких римлян, чтобы принять присягу Антиоха. Консул отправил также небольшой морской отряд на юг, в Патары, чтобы уничтожить сирийский флот. Легко вообразить горечь морских офицеров и переживания наварха Поликсенида, который воевал на этих кораблях с римлянами несколько лет. Больше у сирийцев не будет флота.
Слонов, полученных от Антиоха, Вольсон передал Эвмену. Тогда же он простил половину дани Ариарату IV. Дело в том, что хитрый каппадокийский царь быстро переориентировался и выдал дочь за Эвмена, сделав таким образом пергамского царя своим заступником. Так, Ариарат сэкономил приличную сумму в 300 талантов.
Уладив все дела, Вольсон с армией и огромным обозом возвратился в Европу через Геллеспонт. Здесь его атаковали фракийцы, изрядно потрепали войско и отняли часть добычи. Это несколько подмочило репутацию римлян, но никак не повлияло на результаты войны с Антиохом, годы которого уже были сочтены.