Гермий последовательно расправлялся с опасными офицерами, а заодно пытался обуздать провинциальную бюрократию. Именно так можно характеризовать слова Полибия о том, что временщик «наказывал одних за ошибки, обращаемые им в преступления, против других измышлял важные обвинения и был беспощадным и суровым судьею». Тогда-то провинциалы и восстали, выбрав Молона своим вождем. Впрочем, сам Гермий был уверен, что за спиной восставших стоят главные враги Селевкидов — египтяне. Возможно, так и было, а Молона просто подкупили. Ход событий показывает, что Молон взбунтовался не против царя, а именно против Гермия, который захватил власть при Антиохе. Юного базилевса любили в «верхних сатрапиях», а бюрократов и их вождя Гер-мия — ненавидели. Поэтому на сторону Молона сразу перешли расквартированные в «верхних сатрапиях» македонские полки. Возможно, лидеры мятежа даже распространили слух, что Гермий держит царя под арестом. Поэтому в качестве главной цели декларировалось освобождение несчастного юноши и возвращение к подданным. На самом деле Молон, конечно, планировал убить царя и взять власть в свои руки. Узурпатора поддержали братья — опытный Александр, правивший в Персиде, и юный Неолай, находившийся в Мидии при Молоне.

Едва известие о мятеже достигло Антиохии, Гермий собрал государственный совет. Молодой Антиох председательствовал в собрании. Высказывались по очереди. Когда слово дали стратегу Эпигену, тот изложил простой и ясный план борьбы с врагами. Нужно без промедления собрать армию и вторгнуться в мятежные области. У мятежников больше сил, но это ничего. Важно, чтобы царь Антиох лично возглавил армию и участвовал в боевых действиях. Тогда всем будет ясно, что царь самостоятелен в своих решениях. Это парализует мятежников. Молон капитулирует сам или будет выдан солдатами.

Эпигену яростно возражал Гермий. Он обвинил его в предательстве, сказав, что стратег хочет, чтобы базилевс сам пошел прямо в пасть льву и отдался в руки мятежников.

Гермий предложил другой план. Нужно выслать против Молона корпус, а основной удар нанести по Египту, где правил развратный фараон Птолемей IV Филопатор, подкупивший Молона. То есть необходимо уничтожить корни мятежа, а уже потом рубить верхушку. Нет, он не против восточного похода. Просто главные силы царства следует приберечь и задержать в Сирии, а по Молону нанести вспомогательный удар.

Юному царю Антиоху предложение показалось дельным. Эпиген утрачивал влияние, авторитет или, как сказали бы ныне, «аппаратный вес».

Гермий собрал наемные полки для похода против Молона. Их возглавили эллины Ксенон и Теодот Гемиолий. Стратеги выступили в «верхние сатрапии».

Между тем Гермий собирал в Сирии главную армию, дабы напасть на Египет. Царь колебался, одобрить ли этот план, — на кону стояло слишком многое.

Тогда временщик сплел интригу. Он подделал письмо Ахея Младшего, якобы адресованное фараону. Из письма следовало, что фараон обещал Ахею титул малоазийского царя, если полководец восстанет против центрального правительства, и Ахей колеблется. Дезинформация была составлена очень умело. Антиох поверил письму. Но как поступить? Напасть на Ахея? Это бы окончательно погубило страну. Не логичнее ли напасть на самого фараона, пока он не перекупил всех сирийских полководцев? И Антиох согласился воевать с Египтом.

Молон обладал обширными ресурсами для войны. Во-первых, в его распоряжении были царские табуны, пасшиеся в Мидии. Это дало возможность навербовать хорошую конницу. Затем, Мидия и Персия предоставили деньги и людей. Полибий пишет, что мятежник привлек на свою сторону каких-то соседних царей. Соседями были Парфия, расположенная в нынешнем Хорасане, и Атурпаткан (Атропатена, Азербайджан — страна, расположенная к югу от Куры вокруг озера Урмия). Молон пожертвовал союзникам часть территорий. Теперь парфяне заняли весь Хорасан, а Азербайджан расширился чуть не до Экбатан. Азербайджанцы предоставили Молону стрелков и линейную пехоту, а парфяне — превосходную тяжелую кавалерию рыцарского типа. Кроме того, Молон пополнил армию вспомогательными отрядами из подвластных племен. Костяк войска составили греки и македонцы. Полибий пишет об «очень большом» войске, которое вооружил Молон. Но для того, чтобы его собрать, потребовалось время. Правительственные войска делали ставку на быстроту. План состоял в том, чтобы разбить мятежников до того, как они успеют соединиться. Молон оставил одного брата — Александра — сторожить «верхние сатрапии», а другого — Неолая — взял с собой.

Ксенон и Теодот Гемиолий с греческими наемниками выступили на восток, продвинулись до среднего течения Тигра и вышли к городу Аполлониатида на стыке Мидии с Персидой. Тут оказалось, что они все-таки опоздали. Разведчики донесли, что неподалеку располагается огромная армия Молона, которая внезапно вывалилась из горных ущелий Загроса. Лихой рейд Ксенона и Теодота оказался бесполезен. Теперь нужно было выводить небольшую армию наемников из-под удара врага. Греческие стратеги тотчас отступили в крепости на границе Вавилонии, пытаясь прикрыть эту сатрапию от ударов противника.

Молон захватил район Аполлониатиды и завладел складами вавилонских купцов. Полибий пишет, что именно этот захват дал мятежнику «неисчислимые» сокровища. Затем бунтовщик решил переправиться через Тигр и овладеть городом Селевкия, расположенным на этой реке. Гарнизоном Селевкии-на-Тигре командовал еще один стратег Антиоха, Зевксид. Он частью сжег, частью угнал речные суда и тем самым спас положение: Молон не смог форсировать реку. Тогда мятежник подошел к городу Ктесифону на правом берегу Тигра и встал на зимние квартиры (222 год до н. э.).

Едва весть об успехах бунта дошла до Антиоха III, как он решил оставить идею войны с Египтом и лично идти на восток. Но Гермий выступил против. Он опасался, что Антиох обретет популярность в войсках. А следом — и реальную власть. Под тем предлогом, что с мятежниками обязаны воевать полководцы а царь должен сражаться только с царем, временщик сумел уговорить базилевса передать командование восточными войсками опытному стратегу.

Подобрали кандидатуру. Командующим стал Ксенойт — очередной грек из Ахайи. Ему присвоили должность «верховного стратега Азии» и выделили часть войск, предназначавшихся для захвата Египта. Стратег невероятно зазнался — раньше он никогда не командовал таким большим войском. Это чванство вскоре сыграло с Ксенойтом злую шутку.

В связи с отправкой армии на восток пришлось отложить большую войну с египтянами, но малую всё же начали. Войска Антиоха III вторглись в Келесирию (Южную Сирию, оккупированную когда-то Египтом; сейчас это Ливан и районы вокруг Дамаска; иногда в ее состав включают и Палестину). Поход был необходим по соображениям безопасности: граница с Египтом проходила слишком близко от Антиохии. Гермию хотелось отодвинуть рубежи государства дальше на юг. Для понимания: точно так русские хотели в свое время отодвинуть границу от Петербурга и вели войны со шведами.