Перед отъездом на запад Антиох отдал «верхние сатрапии» в управление двум братьям-военачальникам, которые пользовались авторитетом среди солдат. Старший из братьев, Молон, получил Мидию, а младший, Александр, — Перейду. Казалось, восток страны в надежных руках. Не то было на западе.

Прибыв в Антиохию, молодой базилевс обнаружил, что западная армия дезорганизованна, казна пуста, а при дворе имеются две враждебные группировки: военные и бюрократы.

Бюрократов возглавлял временщик Гермий — ученый талантливый грек из малоазийской области Кария, земляк «отца истории» Геродота. Гермий, как многие греки, приехал из своего захолустья в Сирию, чтобы делать карьеру. Это ему удалось благодаря собственной ловкости и помощи земляков-эллинов. Схематично это выглядело так. Покидая свои полисы, эллины больше не чувствовали себя гражданами маленького мирка. Они переставали быть афинянами, спартанцами или галикарнасцами, а делались просто эллинами. И держались группой, продвигая своих.

Партия Гермия оказалась очень сильна. Сам Гермий был опасным человеком. Знаменитый античный историк Полибий характеризует временщика как жестокого, хитрого и надменного субъекта.

Другую партию — военную — возглавил стратег Эпиген. Стратег и чиновник ненавидели друг друга.

В партию военных входили македонские командиры, но она имела важный недостаток: отсутствие единства. Дело в том, что командиры были двух сортов. Часть из них — это потомки соратников Селевка!. Таким был, например, стратег Ахей Младший, с которым мы еще не раз встретимся на этих страницах. Более того, Ахей принадлежал к царской семье. Его отец Ахей Старший был внуком Селевка I и активно участвовал в «смуте мертвого царя». Но в описываемое время Старший уже умер, и «старомакедонских военных» возглавил его сын. Мужчины в этой семье постоянно заключали браки с представительницами старшей линии Селевкидов. Поэтому Ахей приходился Антиоху одновременно троюродным и двоюродным братом.

Другая группировка — это македоняне второй и третьей волны, которые покидали свою родину, чтобы, как и эллины, поискать счастья при дворах царей «Азии» или Египта. Похоже, именно этих людей возглавлял Эпиген. Наличие группировок ослабляло военных в борьбе с бюрократами, ибо последние могли играть на противоречиях в стане врагов. Так и случилось.

Для начала царю Антиоху нужно было делать выбор, на кого опереться, и он выбрал бюрократов, потому что думал не о войне, а о том, как сохранить стабильность и управляемость.

Ему нужны были дельные гражданские советники, которые вели бы финансовые дела, собирали налоги и обладали опытом деловой переписки.

Гермий очаровал юного царя. Антиох назначил его управлять делами царства, то есть сделал «премьер-министром». Это решение приветствовала партия «гражданских», но оно вызвало резкое неудовольствие Молона и Александра, правивших «верхними сатрапиями». Вероятно, Молон считал себя кем-то вроде вице-короля, а Гермий ограничивал его влияние. Наместники «верхних сатрапий» стали подумывать об отделении от империи. Так возникла еще одна партия — сепаратистов.

Но на время их оставили в покое. Гораздо больше Гермий боялся не далекого Молона, а близкого Эпигена и его солдат. Что было делать с ними? Гермий нашел изящный выход: собрал армию в предгорьях Тавра, реорганизовал и велел отбить утраченные малоазийские владения. Это означало серьезную войну с Пергамом и горными племенами.

Во главе этой армии Гермий поставил стратега Ахея Младшего, родственника царя Антиоха и вождя «старомакедонской партии». Армия с энтузиазмом приветствовала этот выбор, зато Эпиген остался без войск. Партия военных была расколота. Вместе с Ахеем удалили солдат-македонян, которых Гермий заменил в столице наемными эллинами из разных городов. Эти наемники подчинялись только временщику, но не македонским офицерам. Влияние Гермия в центре страны резко усилилось, и это опять же не могло понравиться наместникам окраин. Мятеж Молона стал вопросом времени.

Зато македонское войско под началом авторитетного полководца продемонстрировало неожиданную прыть. Ахей Младший перевалил Тавр и подчинил горные области на юге малоазийского полуострова — Ликию, Памфилию и Писидию. Это было тем более удивительно, что ситуация в Малой Азии казалась безнадежной. Пергамский царь Аттал I — главный враг Антиоха III в регионе — чрезвычайно усилился и захватил почти все владения Селевкидов на полуострове. Со своими войсками он дошел до самого Тавра. В 222 году до н. э. Ахей собрался с силами и нанес ответный удар. Полководец перевалил Тавр, выдержал несколько крупных сражений и разбил пергамского царя. Война продолжалась два года. За это время Ахей отвоевал Галатию, прошелся по Лидии, занял Сарды, вышел на побережье Эгейского моря, захватил Ионию, затем повернул на север и занял Эолиду. Писидию, Ликию и Памфилию полководец оставил в тылу. Фактически эти области отпали от Пергама и обрели независимость. В них жили греки, разбросанные в городах на побережье, а также много мелких племен, которые немедленно стали враждовать между собой. По этнической пестроте области напоминали современный российский Дагестан.

Со своей стороны Гермий заключил союз против Пергама с царями Понта и Каппадокии, причем понтийский базилевс Митридат II выдал за Антиоха свою дочь Лаодику. Это было греческое «царское» имя. Понтийские правители носили иранские имена Митридатов, а вот женщин называли по-гречески — в основном Лаодиками.

Понтийскую принцессу привезли в Антиохию-на-Оронте и пышно отпраздновали свадьбу. Так Антиох породнился с потомками старой иранской знати. Любил ли он жену? Вряд ли. В его жизни будет много других женщин, в том числе законных супруг (эллинистические цари являлись многоженцами), из чего можно заключить, что Антиох — легко увлекающаяся личность. Он брал женщин в свой гинекей по любви или в случае политической необходимости, но не хранил верность ни одной из них.

Видимо, союз с Понтийским царством и Каппадокией стал решающим фактором для побед Ахея. Другой фактор — симпатии местного населения. Лидийцы предпочли необременительное подчинение далекому «царю Азии» назойливой власти пергамских владык. В итоге Ахей запер пергамского царя Аттала в его столице. Правда, осада была неудачной. Пергам оказался неприступной крепостью, а у Ахея не хватало ни денег, ни сил для продолжения войны. Он заключил мир, по которому ограничил владения Аттала Пергамом и прилегающей областью. Все завоевания пергамского царя были утрачены. Мир заключили в 219 году до н. э. Впрочем, не будем забегать вперед.

Пока Ахей Младший одерживал победы на западе, от «Азиатского царства» отпал восток. Наместник «верхних сатрапий» Молон, полный ненависти к успешному и наглому Гермию, поднял бунт.

Это сразу осложнило положение Антиоха, у которого остались только Вавилония и Северная Сирия.