Одни считают, что Антиоха склонил к роковому столкновению с римлянами хитрый Ганнибал, другие сваливают вину за роковое решение на придворных «Великого царя». Третьи во всем обвиняют римлян. Все они отчасти правы. Но каплей, переполнившей чашу, оказались интриги этолийцев, решивших воевать с Республикой.

Причины для обид были веские. Когда-то этолийцы первыми призвали римлян на Балканы для войны с Филиппом V. С тех пор небольшой союз греческих горцев, расположенный между Эпиром и Коринфским заливом, очень усилился и захватил значительную часть Греции. Это обеспокоило римлян, которые принялись поддерживать другие греческие союзы в противовес Этолийскому. Один из таких союзов возник на Пелопоннесе и назывался Ахейским, другой — в Фессалии.

Осенью или зимой 194 года до н. э. этолийцы созвали общее собрание своей конфедерации. Это произошло в городе Навпакт, на северном берегу Коринфского залива. Стратегом (выборным «президентом») у них тогда был Фоант. Он произнес перед собравшимися возмущенную речь, направленную против римлян. В принципе, его претензии были обоснованны. Рим проводил в Элладе политику, основанную на знаменитой максиме «разделяй и властвуй». Фоанта это не устраивало. Он предложил направить трех послов: в Македонию к Филиппу V, в Спарту к тамошнему тирану Набису и в «Азиатское царство», чтобы попросить помощи против Рима. Собрание Этолийского союза одобрило это решение. Послы отправились в путь.

Филипп V отказался участвовать в замышляемой этолийцами авантюре. Его войско еще не оправилось от страшного поражения при Киноскефалах. У македонского базилевса просто не было людей, чтобы вмешаться как равный в конфликт великих держав.

Набис медлил с окончательным решением.

К Антиоху Великому отправился опытный этолийский политик Дикеарх — брат стратега Фоанта. Не очень давно Дикеарх сам побывал в должности стратега. Именно тогда римляне пришли на Балканы и победили Филиппа при Киноскефалах. Дикеарх расхвастался перед Антиохом, вспоминая об этом. Мол, победа над Филиппом V — это заслуга не римлян, а исключительно его, Дикеарха. Именно его этолийская конница совершила решающую атаку при Киноскефалах и вырвала победу из рук врага.

Затем хвастун пустился перечислять, сколько пехоты и конницы получит Антиох, если высадится в Европе. Назывались фантастические цифры. Как выяснилось впоследствии, Дикеарх имел в виду не только этолийцев, но и массу других греческих городов и союзов, которые считались дружественными или хотя бы нейтральными.

Однако Антиох оказался весьма осторожен. Ему сообщили, что из Рима в «Азиатское царство» направляется посольство. До этого времени царь поостерегся принимать какое-либо решение. Тут, однако, неожиданно пришло известие, что спартанский тиран Набис примкнул к этолийцам и готов выступить против римлян. Дела в Греции складывались как нельзя лучше для Антиоха.