Итак, Антиох рассчитался с армянами и возобновил войну против Египта. Однако за это время многое изменилось. Союз Македонии и «Азиатского царства» напугал греческих правителей. Прежде всего — пергамского царя Аттала, который оказался зажат между владениями Филиппа и Антиоха. Атгал немедленно сколотил коалицию против этих царей. В нее вошли Египет, Пергам, Родос и критские города.
Филипп V напал на врагов и смог разбить их поодиночке, загнал Атгала в его столицу, отобрал у египтян часть мало-азийских городов и полностью оккупировал Карию — область на юго-западе Малой Азии, в которой находилось одно из чудес света — великолепный Мавзолей, гробница царя Мавзола.
Казалось, Македония на подъеме. Но пройдет всего три года — и римляне, высадившись на Балканах, в жестокой битве при Киноскефалах уничтожат македонскую армию. А с ней — и независимость Македонии. Она превратится в страну с ограниченным суверенитетом.
Впрочем, пока об этом никто не знал. Во время малоазиатской кампании Филипп попросил поддержки у сатрапа Лидии Зевксида, героя первых войн Антиоха. Но со времени этих войн прошло двадцать лет, Зевксид был уже немолод и осторожен.
Он обещал Филиппу помочь людьми и продовольствием, но фактически саботировал все его просьбы. Может, он не хотел понапрасну враждовать с пергамским Атталом, который воевал против Македонии, но не против Антиоха. Может, был подкуплен пергамцами. А может, имел тайные инструкции от самого Антиоха не помогать македонцам. Ведь Антиох не хотел чрезмерного усиления позиций Филиппа в Малой Азии. Наоборот, был заинтересован в том, чтобы Филипп увяз в войне и возился с врагами подольше.
Именно с этой точки зрения и расценил саботаж Зевксида Филипп. Он решил, что наместник действует по тайному указанию Антиоха. Между македонским царем и его азиатским напарником произошло охлаждение.
А что же сам Антиох? После разгрома армян он собрал большое войско и бросил его на юг. Пора было вновь захватить Келесирию. Эту провинцию оборонял уже известный нам этолиец Скопас. Он располагал небольшим пехотным корпусом. При появлении Антиоха Скопас сумел отвести 6000 солдат в Египет. В то же время какие-то египетские отряды остались в укрепленных городах Келесирии, чтобы противостоять Антиоху, как это уже бывало не раз. Царь принялся методично осаждать крепости. Это составило основную часть кампании 199 года до н. э.
И тут заявил о себе новый противник — Рим.
Что знал о нем Антиох? Очень мало. По форме правления это была аристократическая республика, управляемая парой десятков семей. Каждый римский гражданин был обязан служить в армии, а граждан имелось примерно 300 тысяч.
Почти половину правления Антиоха римляне воевали с Карфагеном (218–201 годы до н. э.) и примкнувшим к нему Филиппом. Карфагенский военачальник Ганнибал оказался талантливым тактиком, но бездарным стратегом. Он нанес страшное поражение римлянам в битве при Каннах, но не сумел воспользоваться этой победой, затянул войну и проиграл ее. В битве при Заме Ганнибала разбил римский аристократ Публий Корнелий Сципион — военная звезда первой величины. После этого война закончилась, а Ганнибал ненадолго стал верховным правителем Карфагена. Вскоре «царь Азии» вступит в переговоры с Ганнибалом, прощупывая, насколько тот силен и готов ли заключить оборонительный союз.
Еще Антиох мог знать о существовании великого инженера и математика Архимеда, жившего в Сиракузах и убитого римлянами. Царь Сиракуз имел глупость примкнуть к Карфагену... и был осажден римскими легионами. Архимед изобрел множество приспособлений для уничтожения римских солдат и флота. Он поднимал корабли с помощью каких-то машин и разбивал их, сбрасывая вниз, а также сжигал с помощью зеркал, отражавших солнечные лучи. Но одна ласточка весны не делает: Сиракузы пали, несмотря на все таланты Архимеда как военного инженера, и ученому выпустил кишки какой-то легионер.
Вряд ли Антиох Великий сожалел об этой смерти — царю было не до того, он постоянно воевал, формировал армии, занимался проблемами снабжения, дипломатическими переговорами... За всеми этими делами падает ценность отдельной человеческой жизни.
Римлян он недооценивал. Ясно, что ни Антиох, ни Филипп V не думали о том, что римляне под предлогом защиты эллинов и египтян начнут новую войну почти сразу после того, как закончили старую. Борьба с Ганнибалом обошлась очень дорого. Римских граждан погибло столько, что пришлось пополнить ущерб за счет того, что в них записывали жителей родственных италийских племен, каковых имелось довольно много. В общем, по всем расчетам римляне не были готовы ввязываться в новый конфликт. Но эти расчеты опрокинула суровая действительность. Антиох и Филипп судили противника по себе. Оба царя были энергичны, храбры, но отнюдь не жертвенны. А противник оказался совсем другим. Он мог совершать сверхусилия для победы.
Но это всё, что можно сказать хорошего о Римской республике. Цель у этих жертв была довольно примитивна: захват сокровищ, земель и рабов для той самой горстки олигархов, которая правила Римом. Сперва олигархи сохраняли скромность, но затем вошли во вкус, и их ненасытность стала настоящей бедой для всего населения Средиземноморья. Но в описываемое время эта хищническая система только начала складываться. Суровый Рим был крайне агрессивен, однако выступал под личиной демократии, играя роль верховного арбитра и блюстителя справедливости и порядка в тогдашнем мире. Увы, эта маскировка истинных целей многих ввела в заблуждение. Причем не только в античный период. Немецкий историк Теодор Моммзен, живший в Новое время, не пожалел сил для того, чтобы оправдать Рим и превратить агрессора едва ли не в жертву обстоятельств. Излишне говорить, что эта концепция не имеет ничего общего с реальностью.
Этот период жизни Антиоха нам известен гораздо лучше, чем первые два десятилетия его правления, благодаря тому, что «царь Азии» попал в поле зрения Рима. Автор самой подробной римской истории — современник императора Августа (44 год до н. э. — 14 год н. э.) Тит Ливий. Он написал сочинение, которое, если бы его напечатали сегодня, заняло бы примерно четырнадцать объемистых томов. Но труд историка зачастую неблагодарен. Книги — это последнее, что может уцелеть в хаосе войн и восстаний. Из написанной Ливием «Истории Рима от основания Города» уцелело всего три тома, но в одном из них есть упоминания про Антиоха. Второй важный источник — это серия монографий другого историка римской поры — Аппиана Александрийского, автора «Римской истории». Одно из его монографических исследований называется «Сирийские войны»; в нем рассказывается среди прочего об эпохе Антиоха III Великого. К сожалению, и этот рассказ неполон: работа Аппиана дошла до нас в сильно поврежденном виде. Но это лучше, чем ничего. Кое-что уцелело из «Всеобщей истории» Полибия, Юстин сделал выписки из более ранних работ предшественников, еврейский ученый Иосиф Флавий тоже коснулся той поры в обстоятельном двухтомнике «Иудейские древности». Наконец, крупицы сведений сохранились в «Сравнительных жизнеописаниях» Плутарха, дошедших до нас почти в идеальном состоянии.
Итак, большинство работ дошло до нас в неудовлетворительном состоянии, но испорчены они, как правило, в разных местах, а все вместе дополняют друг друга. Поэтому дальнейшие события из жизни Антиоха-политика можно восстановить в подробностях. Но, увы, безвозвратно погиб образ Антиоха-человека. Мы слишком мало знаем о личной жизни царя, о воспитании его детей, о его быте, наконец. Всё это можно восстановить на страницах исторического романа, но эта книга написана в другом жанре, который не предполагает вымышленных диалогов или бытовых фантазий.
Известно, что у Антиоха была на редкость дружная семья, и это удивительно для Селевкидов. Сохранились имена сыновей от первой жены. Это Антиох Старший, Селевк и Антиох Эпифан. Антиох Старший участвовал в битве при Рафии, затем женился на своей родной сестре Лаодике, но вскоре умер. Великий царь очень любил этого сына и считал самым талантливым из своих детей. От другой жены или наложницы у царя родились Ардий и Митридат (матерью второго из них — Митридата — скорее всего, была вдова Ахея Младшего). Все братья-принцы любили друг друга и выручали при первой возможности, а отца считали непререкаемым авторитетом. У царя также были дочери. Первая, Лаодика, родилась от главной жены и стала, как мы видели, женой старшего сына. Эти кровосмесительные браки, подобные бракам египетских фараонов, были призваны оградить династию от вмешательства посторонней родни, которая могла возвыситься и претендовать на часть земель и сокровищ. Наконец, не нужно исключать фактор простой любви, что между родственниками в те времена не считалось постыдным.
Еще одна дочь родится у царя в последние годы его жизни, после брака с греческой красавицей Эвбеей. Из прочей родни можно упомянуть сестру Антиохиду, которая вышла замуж за софенского царя Ксеркса и играла роль шпиона при его дворе. Эта женщина была абсолютно верна своей родине и своему брату царю Антиоху.
Сохранял верность царю и его племянник Антипатр, который сам мог бы претендовать на престол. Все они — и сыновья, и племянник — были опорой трона и империи в тот век, когда в других странах сыновья восставали против отцов, дядья — против племянников... Почему Селевкидское царство стало островком стабильности после многих десятилетий войн и усобиц? Вероятно, в этом заслуга царя, который не напрасно назван «Великим».
Антиох Великий оказался настоящим воином с твердыми принципами верности, чести, взаимовыручки по отношению к родным, солдатам и офицерам, сановникам. Он имел харизму, умел сплотить людей и повести за собой. И конечно, обладал невероятным обаянием не только как политик, но и как глава семьи. Может быть, в этом секрет семейной гармонии? А если посмотреть шире — и внешнеполитических успехов? Правда, с годами Антиох становился нерешительней — войны и походы подорвали его силы. Но до окончательного падения было еще далеко.
Таковы крупицы сообщений о жизни царя. Удовлетворимся тем, что есть, и перейдем к дальнейшим событиям, то есть к большой политике.