Царь Азии» ждал исхода предприятия. Свою свиту он отпустил и с двумя-тремя телохранителями пребывал в шатре, не смыкая глаз. Когда Камбил, Болид и критяне ввалились в шатер, введя скрученного Ахея, и бросили его к ногам царя, Антиох долго хранил молчание. Наконец он заплакал. Полибий пишет, что слезы полились из глаз царя оттого, что он «познал неотвратимость ударов судьбы». Скорее всего, это была просто истерика от долгого перенапряжения. Так плачут иногда солдаты-победители после победы.

Скоро забрезжил рассвет, и в шатер Антиоха стали подтягиваться гетайры на обычный утренний сбор. Каково же было их изумление, когда в шатре они увидели Ахея, распростертого у ног царя в жалкой позе.

Когда первое изумление прошло, гетайры принялись обсуждать, как поступить с Ахеем. Все соревновались в жестокости, чтобы их не заподозрили в сговоре с узурпатором. Решили: прежде всего отрубить несчастному конечности — пальцы рук и ног, нос и уши. Затем отсечь голову, труп зашить в ослиную шкуру и в таком виде пригвоздить к кресту. Это была самая позорная казнь из возможных. Можно вообразить, что перечувствовал в эти минуты Ахей, слушая рассуждения государственных людей о способе собственной казни. Как он жалел, что попался в силки предателя-критянина. А может быть, Ахей вспоминал, как участвовал в возведении Антиоха на престол Селевкидов...

Решение о казни исполнили быстро, и вскоре труп Ахея болтался на кресте на виду у солдат. Воины сирийской армии ликовали. Всем было ясно, что победа близка. Мучительная осада крепости Сард подходила к концу.

В крепости оставалась за старшую Лаодика — вдова Ахея. Тревожно вслушиваясь в крики солдат у подножия скалы и наблюдая их волнение, женщина поняла: ее муж попал в руки врага. Скоро догадка подтвердилась. В крепость поднялся глашатай Антиоха. Он сообщил о гибели Ахея и потребовал сдаться.

Первое время защитники не могли ничего сказать и только разразились стенаниями. Не столько из жалости к Ахею, подчеркивает Полибий, сколько из-за неожиданности этого несчастья. Словом, с ними случилась та же истерика, что прежде с царем. Тем не менее гонца отпустили без ответа. Защитники крепости разделились на две партии. Греки сплотились вокруг Лаодики. Восточные воины признали вождем Арибаза — единственного из крупных военачальников Ахея, оставшегося в живых. Стороны не доверяли друг другу и в конце концов сдали крепость. Лаодика стала одной из жен Антиоха. Судьба Арибаза неизвестна.

В крепости Сард Антиох поместил свой гарнизон. Наместником Лидии стал Зевксид — давний соратник царя, отличившийся в борьбе с Молоном и затем сражавшийся с египтянами. Его верность была вне подозрений. Сатрапия стала наградой этому воину за услуги, оказанные царю.

Покорение селевкидской Малой Азии завершилось (214 год до н. э.). Митридат Понтийский тотчас перешел на сторону Антиоха. Зато царь Пергама Аттал тотчас превратился из союзника во врага. Впрочем, он был достаточно осторожен и ждал удобного момента, чтобы ударить в тыл Антиоху и захватить его малоазийские владения. Но до открытой войны с Пергамом было еще далеко. Антиох восстановил границы державы на Западе. Настало время вернуться к делам Востока — к делам, за которые его назовут Великим.