Молодой базилевс вернулся в Вавилонию в ореоле побед. Там разыгрался последний акт драмы с участием Гермия.

Кажется, временщика всё сильнее оттирали от власти. Как всякий вельможа, высоко вознесенный судьбой, он не хотел этого замечать, вел себя властно и надменно, что и явилось одной из причин гибели.

В чем беда авантюристов? Рано или поздно у них найдутся соперники. Греческая солидарность при дворе Селевкидов продержалась недолго, и вскоре появились интриганы, которые считали себя ничуть не хуже Гермия. Им тоже требовались деньги и власть. Решающий удар нанес царский лейб-медик Аполлофан. Врач, «нежно любимый царем», заметил, что «Гермий забывает уже всякие пределы в своем властолюбии». Так сообщает Полибий.

Антиох признался, что и сам не любит временщика. Этого было достаточно, чтобы оба — царь и придворный — поняли друг друга. Они разработали план, как устранить Гермия. Скоро замысел был приведен в исполнение.

Под предлогом, что царь страдает головокружением, они на несколько дней устранили придворных и свиту от участия в официальных мероприятиях. Царь удалился в свои покои и принимал только Аполлофана да близких друзей.

Дальше началось самое интересное. С друзьями царь и его медик проводили доверительные беседы, обсуждая, как уничтожить Гермия. Чванливый и властный временщик внушал всеобщую ненависть. Поэтому никто из друзей не выдал царя. Наоборот, Антиоху согласились помочь.

По совету врача Антиох каждое утро гулял на свежем воздухе в саду. К определенному времени на доклад явился Гермий, а с ним несколько доверенных друзей царя. Остальные придворные запоздали, потому что выход базилевса последовал гораздо раньше обычного.

Гермий поприветствовал Антиоха, и вместе они стали гулять в сопровождении охраны, всё более отдаляясь от людных мест. Рассуждали о государственных делах. Наконец государь заманил временщика на какой-то пустырь. После этого Антиох заявил, что хочет помочиться. Для этой важной цели базилевс покинул Гермия и удалился в поисках подходящего места. Едва Антиох скрылся, его друзья выхватили мечи и бросились на Гермия. Временщик был настолько потрясен, что даже толком не сопротивлялся. Его закололи. Когда царь вернулся, справив нужду, всё было кончено. Труп Гермия лежал у его ног. Начиналось самостоятельное правление.

Вскоре после этого была уничтожена семья Гермия. Она находилась в городе Апамея (неизвестно, в каком именно, Апамей было много; судя по всему, имеется в виду город на Оронте в Сирии). Для расправы разыграли сцену народного недовольства. И вот женщины из толпы побили камнями жену Гермия, а апамейские дети закидали булыжниками детей временщика. После этой расправы Антиох мог быть спокоен: за убийство Гермия стало некому мстить. Можно было спокойно заниматься политикой. За несколько лет царь расправился с тремя партиями: военными, бюрократами и сепаратистами. Теперь он обладал гораздо большей властью, чем в начале правления. При его дворе появились новые любимцы. Врач Аполлофан обладал большим весом в гражданских делах, полководец Зевксид — в военных. И всё же это были уже не временщики, а влиятельные подчиненные. Антиох постепенно концентрировал власть в своих руках.

Но тотчас возникли новые проблемы. Их создал другой вельможа и к тому же близкий родственник — Ахей Младший, наместник малоазиатских владений Селевкидов. Его главной базой была Лидия со столицей в Сардах.

Стало известно, что пока Антиох воевал на востоке, Ахей возложил на свою голову царскую диадему и принял титул базилевса. Держава Селевкидов продолжала расползаться, как ветхая овчина между пальцами. Едва царь сшивал одну часть империи, как другая начинала трещать по швам.