Наиболее раннее из дошедших до нас внебиблейских упоминаний о пребывании Израиля в Земле Обетованной содержится в иероглифической надписи на т. н. Стеле Израиля, или Стеле фараона Мернептаха (ок. 1212–1200 гг. до н. э.), датируемой пятым годом его правления, то есть 1208/1207 гг. до н. э., и хранящейся в Египетском музее в Каире. Похваляясь своими победами, фараон восклицает:
Князья распростерты и говорят: «Мир!».{425}
Никто не поднимет головы своей под Девятью Дугами{426}.
Разрушение для Техену{427}; Хатти{428} усмирен;
Ханаан разорен, так что (его постигли) все виды бедствий:
Ашкелон побежден, Гезер захвачен,
Йаноам{429} более не существует;
Израиль опустошен, и его семени больше нет,
Хурру стала вдовой из-за Египта.
Все страны вместе усмирены;
Каждый, кто был беспокоен, связан
царем Верхнего и Нижнего Египта...
Термин Хурру, обычно обозначающий Ханаан и Южную Сирию, или область данного региона, выписан с детерминативом для понятия «страна, земля», в то время как Израиль — с детерминативом «народ», т. е. он еще не успел сформироваться как определенное территориальное «конфедеративное» образование. Это предполагает, что израильтяне, вероятно, появились в Ханаане незадолго до написания победной оды Мернептаха. В приведенном фрагменте надписи на стеле обнаруживается явный поэтический параллелизм: Израиль — муж и Хурру — жена/вдова; термин Хурру, в свою очередь, коррелирует здесь с Ханааном, фактически употребляется как его синоним. Иными словами, Израиль рассматривается в тексте стелы как владыка Ханаана. Возможно, название Хурру используется для обозначения Ханаана и Южной Сирии или области данного региона в силу того, что многие представители хурритского нобилитета входили в верхушку общества ханаанейских городов-государств. Судя по табличкам из Та'анаха (XV в. до н. э.), Шехема (синод. Сихем) и Эль-Амарнским письмам (XIV в. до н. э.), хурритское население было сосредоточено в основном в Центральном Ханаане.
Ф. Юрко отождествил народ, обозначаемый на Стеле Мернептаха как «Израиль», с противниками фараона, изображенными на одной из батальных сцен в Карнаке; они носят одежду типично ханаанейского стиля (то есть одежду оседлого населения Ханаана), отличающуюся от одежд кочевников-«шасу», присутствующих на этом же изображении. Израиль, вероятно, должен был обладать значительными военными силами, дабы противостоять колесницам фараона.
Стела Мернептаха, как кажется, подтверждает рассказ книги Иисуса Навина о том, что Израиль в основном овладел Ханааном в течение короткого периода времени — судя по тексту стелы, он пришел недавно, но уже владыка Земли Обетованной (или значительной ее части). (Согласно Нав. 14:7, 10, овладение Ханааном израильтянами произошло в течение пяти лет.) И еще один фундаментальный вывод позволяет сделать текст Стелы Мернептаха: к концу XIII в. до н. э. союз колен воспринимал себя и воспринимался окружающими как единый народ, Израиль. Некоторые исследователи полагают, что под «Израилем» здесь подразумеваются только северные колена или даже союз четырех колен — Эфраим (глава союза), Менашше, Бинйамин и Гил'ад (синод. Галаад), — располагавшихся в центральной части страны. В Победной песни пророчицы и судьи Деворы, зафиксированной в книге Судей, гл. 5, с Израилем идентифицируются десять северных колен (5:12–18). Песнь Деворы была создана, вероятно, до 1130/1125 гг. до н. э{430}. и считается многими исследователями древнейшим дошедшим до нас памятником еврейской литературы. Приводим ее текст полностью (5:1—31):
И воспела Девора, вместе с Бараком, сыном Авиноама, в тот день так:
«Когда ведут вожди Израиль{431},
когда выходит добровольно народ — благословите Господа!
Слушайте, цари,
внимайте, владыки!
Я, я Господу буду петь{432},
восславлю Господа, Бога Израиля.
Господь, когда шел Ты из Сеира,
когда шествовал Тыс полей Эдома,
земля тряслась,
с небес лил ливень,
и облака изливали воду;
горы таяли пред Господом, (даже) этот Синай,
пред Господом, Богом Израиля.
Бодни Шамгара, сына Анат,
во дни Йаэли,
опустели дороги,
и путники ходили путями окольными.
Не осталось вождей{433} у Израиля, не осталось —
пока не восстала я, Девора{434},
доколе не восстала я, мать во Израиле.
Избрали себе новых богов,
оттого и война во вратах{435}.
Виден ли был щит и копье
у сорока тысяч Израиля?{436}
Сердце мое (взывает) к законодателям Израиля,
к добровольцам из народа —
благословляйте Господа!
Ездящие на ослицах белых{437},
восседающие на чепраках{438}
и идущие по дороге, пойте песнь!
Голоса раздающих воду{439} при колодцах:
там рассказывают о праведных деяниях Господа,
о праведных деяниях Его вождей — в Израиле!
Тогда сошелся к вратам народ Господень.
«Воспрянь, воспрянь, Девора!
Воспрянь, воспрянь, воспой песнь{440}!
Восстань, Барак,
веди пленников твоих, сын Авиноама!»
Тогда сошлись оставшиеся (из народа) к знатным;
народ Господень сошелся ко мне вместе с витязями.
От Эфраима (пришли) укоренившиеся в Амалеке{441},
за тобою, Бинйамин, среди воинства твоего,
от Махира сошлись предводители,
от Зевулуна — носящие жезлы вождей.
И князья Иссахара — с Деворой,
и Иссахар верен Бараку —
ринулся вслед за ним в долину!
А вот подразделения Реувена —
в великих размышлениях!
Отчего сидишь ты средь загонов,
слушая блеяние стад?{442}
Подразделения Реувена —
в великих размышлениях!
Гил'ад обосновался себе за Иорданом;
и что Дану на кораблях его?
Ашер сидит на берегу моря,
и у заливов своих обитает.
Зевулун же — народ, бросающий вызов смерти;
Нафтали — на высотах полевых.
Пришли цари, сразились;
тогда сразились цари ханаанские —
при Таанахе, у вод (близ) Мегиддо.
Но не добыли они серебра!
С неба сражались звезды,
с путей своих сражались с Сисерою!{443}
Поток Кишон увлек их{444}, —
поток древний{445}, поток Кишон.
Попирай, душа моя, силу (врага)!
Тогда застучали копыта коней,
понеслись, понеслись его могучие жеребцы{446}.
«Прокляните Мероз, —
говорит посланец Господень, —
предайте проклятию жителей его
за то, что не вышли на подмогу Господу,
на подмогу Господу с витязями{447}».
Да будет благословенна средь женщин
Йаэль, жена Хевера-кенея{448},
средь женщин, (живущих) в шатрах,
да будет благословенна она.
Воды просил он (Сисера) —
молока подала она,
в чаше для знати
принесла сливок{449}.
Руку свою к колку{450} протянула,
и десницу свою — к молотку работников{451},
ударила Сисеру,
сокрушила главу его,
разбила и пронзила висок его.
К ногам ее рухнул, пал и лежит —
к ногам ее рухнул, пал;
где рухнул, там и лежит сраженный.
В окно{452} выглядывает,
вопит мать Сисеры сквозь решетку:
«Что так долго не едет колесница его,
что же медлят колеса колесниц его?».
Умные из свиты ее отвечают ей,
и сама она дает такой же ответ себе:
«Верно, нашли они и делят добычу —
по девке, по две девки на каждого воина!
Добыча Сисеры — разноцветные одежды!
Добыча — разноцветные одежды вышитые,
разноцветные вышивки двусторонние с шей взятых в плен»{453}.
Да погибнут так все враги Твои, Господь!
Любящие же Его — подобны солнцу,
восходящему в силе своей!..».
Таким образом, здесь мы встречаемся с группой Эфраима: сам Эфраим и его «клиенты» — Вениамин, располагавшийся к югу от него; Махир, который, вероятно, репрезентирует здесь восточную (заиорданскую) часть колена Менашше{454}; и Гил'ад{455}, располагавшийся напротив Эфраима в Заиорданье (как и колено Гада, не упомянутое в Песни Деворы){456}. Кроме того, в Песни упоминаются галилейско-изреэльские колена Ашера, Зевулуна, Иссахара, Нафтали; а также Дан, первоначально поселившийся к юго-западу от Эфраима и включавший средиземноморское побережье в районе Яффы, а затем мигрировавший на крайний север Земли Обетованной, в район Лаиша (Дана), и колено Реувена, располагавшееся в Заиорданье, к югу от Гада. В египетском «Сатирическом письме» (папирус Анастаси I), датируемом второй половиной XIII в. до н. э., упоминается номадическая группа ί-s-r (i-s-rw), которая, вероятно, может быть идентифицирована с Ашером. Как отмечалось выше, в надписи на Стеле моавитского царя Me-ши (сер. IX в. до н. э.) говорится, что «люди Гада жили в земле Атарота» ('rs 'trt; ок. 23 км к с.-з. от Дивон в Заиорданье) «извечно (m'lm)», то есть с незапамятных времен (строка 10). О строительстве гадидами Атарота и других городов в Заиорданье говорится в Чис. 32:3, 34. (В книге Судей 11:26 содержится следующее замечание, вложенное в уста судьи Ифтаха (синод. Иеффай): «Проживает Израиль в Хешбоне и окрестных селениях его, в Аро<э>ре{457} и окрестных селениях его, и во всех городах{458} близ Арнона{459} уже триста лет».)
В Песни Деворы не упоминаются наряду с заиорданским северным племенем Гада и (западной частью) Менашше южные колена Йехуды и Шимона, а также представители священнического колена/сословия Леви. Вероятно, это может быть объяснено как социально-политическими причинами (например, плохие взаимоотношения северян с южанами в данный период), так и географическими факторами — призыв Деворы восстать против города-государства Хацор, расположенного далеко на севере Земли Обетованной, обращен к северянам, прежде всего к колену Нафтали (непосредственно к этому городу примыкающему) и его соседям Зевулуну и Иссахару (Суд. 4:6 сл., 5:15); но, как кажется, далеко не все колена (а также не все представители внутри колен) откликнулись на призыв «северной» пророчицы Деворы (ср. 5:15–18 о Реувене, Гил'аде, Дане, Ашере, Зевулуне и Нафтали).
Йехуда (включая группы кениззитов, калевитов{460}, корахитов, йерахмеэлитов, кенитов) и его «клиент» Шимон располагались к югу от Иерусалима и были отделены от Эфраима и Бинйамина анклавом ханаанейских — хиввитских и иевусит-ских — деревень.
Левитов некоторые исследователи рассматривают как локальную священническую группу из Бет-Лехема{461} (Вифлеема, удел Йехуды; ср., например: Суд. 17:7–9), приобретшую особую значимость со времен царя Давида, сына Ишая, из колена Йехуды. Во всяком случае, левиты, как полагают, были тесно связаны с коленом Йехуды. Существует также точка зрения, согласно которой левиты являлись членами группы родов религиозных функционеров в древнем Израиле, получивших особый религиозный статус предположительно в результате того, что во времена Моисея истребили почитателей золотого тельца (Исх. 32:25–29).
Значение термина «левит» носит двойственный характер, и подчас он употребляется в двух значениях. С одной стороны, левиты — это потомки Леей, одного из двенадцати сыновей Йакова-Израиля, а с другой — священнослужители, подчиненные и помогающие священникам, потомкам Аарона{462}. Аарон, один из потомков Леви и первый израильский первосвященник, является основной фигурой в книге Левит.
В то же время обращает на себя внимание тот факт, что в данной книге Торы левитам не отводится какой-то особой роли (собственно левиты упоминаются здесь лишь однажды, в тексте Лев. 25:32–33) в отличие от книги Чисел, где им уделено первостепенное внимание. В этой связи следует отметить, что в библейском иврите термин «левиты» имеет коннотацию — «священники», «священство». Например, во Втор. 17:9, 18; 18:1, Нав. 3:3 употребляется выражение «священники-левиты», «левитские священники». У пророка Иеремии — Иер. 33:21–22 — термин «левиты» употребляется как синоним «священники». В книге пророка Малахии Господь, обращаясь к священникам Иерусалима, говорит о нарушении ими Его Завета с Леви, сынами которого они являются (2:1 — 10, 3:3). В свете сказанного представляется вполне корректным встречающееся в Мишне наименование книги Левит как Topám кохани́м (Мегилла, III, 5; Менахот, IV, 3){463}, что может быть интерпретировано как «Указания для священников», то есть правила, которыми должны руководствоваться священники при исполнении своих функций; или же «Наставления священников», то есть указания, правила, которые священники адресовали народу Израиля. Греческое наименование книги — Αευϊτικόν, — по-видимому, может быть истолковано аналогичным образом: «Священническая (книга)». Как замечает Б. Левин, книга Левит указывает Израилю, как ему следует осуществлять Божественную программу, определенную в следующих словах Всевышнего (Исх. 19:5–6):
...Моя вся земля; а вы (то есть израильтяне. — И. Т.) будете у Меня (или: Моим. — И. Т.) царством священников и народом святым.
В то время как в книге Левит основное внимание уделяется священникам, книга Чисел содержит обширные материалы о левитах. Согласно одному из предположений, левиты первоначально составляли светское колено, носившее имя (по мнению некоторых, лишь символически) Леви, третьего сына Йакова и его первой жены, Леи. В то же время отмечается, что если левиты когда-либо и были членами светского колена, то, во всяком случае, ко времени овладения израильтянами Землей Обетованной его, вероятно, уже не существовало; ибо левитам в отличие от двенадцати колен Израилевых была выделена не отдельная собственная территория, а сорок восемь городов, расположенных по всей стране (Чис. 35:1–8). Некоторые исследователи, правда, утверждают, что, образуй даже левиты колено, наподобие других колен Израилевых, им все равно не пристало иметь земельного удела, ибо для служителя культа «приношения Господу, Богу Израиля, суть удел его» (Нав. 13:14). Показательны в этом отношении также следующие пассажи из Пятикнижия:
В то время отделил Господь колено Леви, чтобы носить Ковчег Завета Господня, предстоять пред Господом, служить Ему и благословлять Именем Его... Потому нет левиту части и удела с братьями его: Сам Господь есть удел его, как говорил ему Господь, Бог твой (Втор. 10:8–9; см. также: Втор. 18:2).
И сказал Господь Аарону: «В земле их не будешь иметь удела, и части не будет тебе между ними. Я — часть твоя и удел твой среди сынов Израилевых. А сынам Леви, вот, Я дал в удел десятину из всего, что у Израиля, за службу их, за то, что они отправляют службы в Скинии собрания» (Чис. 18:20–21; см. также: Чис. 18:22–24; Нав. 13:33).
Полагают также, что при восстановлении истории левитов следует учитывать вероятность того, что в их рядах могли оказываться представители других (всех) колен.
Поскольку культовые функции левитов, очевидно, менялись с течением их многовековой истории, современные исследователи не в состоянии точно выявить функциональные взаимоотношения, существовавшие между левитами и священниками, потомками Аарона (Леви был прадедом Аарона). Мы знаем, однако, что только священники-аарониды могли быть священниками в полном смысле этого слова. Левиты же, очевидно, выполняли подчиненные функции, связанные с публичными службами; они были храмовыми служащими, музыкантами, привратниками, судьями и ремесленниками, а также вооруженными стражами Скинии.
Предполагается, что содержащиеся в книге Чисел материалы о левитах — тексты 1:48—4:49; 7; 8:5—26; гл. 18 — некогда входили в отдельный документ. Судя по текстам Чис. 1:47–53, 2:33 и 26:57–62, левиты исключаются из общенациональной переписи и исчисляются отдельно. Согласно Чис. 3:39, 43–47, число левитов по их первой переписи было 22 000{464}; по второй переписи, согласно Чис. 26:62, их было уже 23 000. В текстах Чис. 3:11–14, 40–51 и 8:16–19 говорится о замещении левитами первенцев мужского пола из сынов Израилевых, освященных Богом для Себя во время Исхода, то есть посвященных служить Господу (см.: Исх. 13:2, 12 и др.). Здесь имеются в виду первенцы, родившиеся у израильтян после получения заповеди о посвящении таковых Господу (Исх. 13:2), то есть в течение года между Исходом из Египта и проведением первой переписи (ср.: Чис. 1:1). Это явствует из сопоставления текстов Чис. 3:44–48 и Лев. 27:1–2, 6. В первом пассаже говорится следующее:
И говорил Господь Моисею так: «Возьми левитов вместо всех первенцев из сынов Израилевых, и скот левитов вместо их скота, и будут левиты Моими: Я Господь. А в выкуп двухсот семидесяти трех, которые лишние против (числа) левитов, из первенцев сынов Израилевых, возьми по пяти шекелей{465} с головы, по шекелю священному возьми, двадцать гер в шекеле, и отдай серебро это Аарону и сынам его, в выкуп за излишних против (числа) их».
Во втором отрывке мы читаем:
И говорил Господь Моисею так: «Объяви сынам Израилевым и скажи им: «Если кто дает обет посвятить душу Господу по оценке твоей... от месяца до пяти лет оценка твоя мужчине должна быть пять шекелей серебра...»».
Для других же возрастов — оценка иная (см.: Лев. 27:3–7).
Дж. Милгром усматривает в замене первенцев левитами отголоски борьбы с языческим культом предков; засвидетельствовано, что первенцы получали священный статус и играли первостепенную роль в культе предков на древнем Ближнем Востоке.
В 8-й главе книги Чисел говорится об очищении и посвящении левитов и о передаче их под начало священников во главе с Аароном, дабы они могли отправлять службы за сынов Израилевых при Скинии собрания, совершать искупление сынов Израилевых и следить, чтобы не постигло сынов Израилевых поражение, когда сыны Израилевы приступили к Святилищу. Согласно закону о левитах в Чис. 8:24–26, «от двадцати пяти лет и выше должны вступать они в службу для работ при Скинии собрания, а в пятьдесят лет должны прекращать отправление работ и более не работать. Тогда пусть помогают они братьям своим содержать стражу при Скинии собрания...». Отправляя службу в Скинии, левиты под страхом смерти не должны приступать к вещам Святыни (Святая Святых) и к жертвеннику (Чис. 18:3; см. также: 4:15, 20). В обязанности левитов входило носить Скинию и священные предметы и «вещи служебные, которые употребляются для служения во Святилище» (см., например: Чис. 3:31, 4:15, 7:9, 10:17, 21). Не имея удела среди сынов Израилевых, левиты получают за свою службу при Скинии собрания десятину из всего, что у Израиля (Чис. 18:20–24). Согласно Чис. 31:30, 47, левиты получают также два процента от доли военной добычи сынов Израилевых. Как отмечалось выше, левитам выделялось для жительства сорок восемь городов из уделов всех колен с полями, прилегающими к этим городам (Чис., гл. 35). Шесть же городов из сорока восьми предназначались также для убежища тем, кто совершил неумышленное убийство.
И будут у вас города эти убежищем от мстителя, чтобы не был умерщвлен убивший (имеется в виду совершивший непредумышленное убийство; см.: 35:6—15, 22–28. — И. Т.), прежде, нежели он предстанет пред обществом на суд...; ибо должно общество спасти убийцу от руки мстителя за кровь, и должно возвратить его общество в город убежища его, куда он убежал, чтобы он жил там до смерти великого священника (первосвященника. — И. Т.), который помазан священным елеем...; а по смерти великого священника должен был возвратиться убийца в землю владения своего (Чис. 35:12, 25, 28; см. также: Исх. 21:13, Втор. 4:41–43, 19:1-13, Нав. 20:2){466}.