Книга Чисел, рассказывающая о переходе сынов Израиля от Синая в оазис Кадеш-Барнеа в пустыне Паран{316}, об их тридцативосьмилетнем пребывании там и о последующем переходе на Моавитское плоскогорье{317}, содержит значительное количество ранних материалов, касающихся периода Исхода Израиля из Египта. Это относится как к священническим текстам{318}, составляющим большую часть книги Чисел, так и к входящим в нее поэтическим и повествовательным несвященническим материалам.
В приводимом в Чис. 1:5—15 списке глав родов вышедших из Египта колен Израилевых (всего имен, учитывая имена отцов этих глав родов, 24) отсутствуют имена, включающие Тетраграмматон или его сокращенную форму. В то же время ряд теофорных имен — 'Элицур (букв. «Мой Бог — Твердыня»). Шаддай'ур{319} (букв. «Шаддай — Пламя [или Свет]»), Цуришад дай (букв. «Твердыня моя — Шаддай»), Педаиур (букв. «Цур (Твердыня) искупил»), Аммишаддай (букв. «Шаддай — мой родич») — содержат Имена-Эпитеты Бога Израиля — Шаддай и Цур{320}. Это согласуется с традицией, согласно которой религия YHWH-Господа была возрождена Моисеем в эпоху Исхода из Египта{321}.
Согласно священническим материалам книги Чисел, охрана Скинии осуществлялась священниками — внутри священных пределов, а также левитами — извне{322}. (Сходная традиция зафиксирована только в культе хеттов, государство которых прекратило свое существование в результате нашествия «народов моря» около 1200 г. до н. э.) Левитские стражи Скинии были вооружены и готовы поразить любого святотатца (ср.: Чис., гл. 25){323}. В то же время вооруженные левитские стражи не засвидетельствованы для эпохи Первого и Второго Храмов в Иерусалиме. В период после вавилонского плена соотношение священников к левитам было 12:1 (Езд. 2:36–42; ср.: 8:15); судя же по тексту Чис. 18:26–32, в эпоху Исхода это соотношение равнялось 1:10.
Лагерь израильтян в пустыне имел квадратную форму (Чис., гл. 2; 3:23–38), подобно военному лагерю фараона Рамсеса II, при котором, вероятно, произошел Исход из Египта. В более позднюю эпоху военный лагерь Израиля имел форму круга. Как замечает И. Ш. Шифман, расположение станов израильских племен, представленное в Чис., гл. 2, не соответствует размещению колен на территории Земли Обетованной, и, следовательно, зафиксированная здесь традиция, вероятно, восходит еще к кочевому периоду.
Границы Земли Обетованной, как они очерчены в 34-й главе книги Чисел, не могут быть соотнесены с каким-либо этапом в истории Израиля; в то же время они соответствуют территории египетской азиатской провинции в период Нового царства (XV–XIII вв. до н. э.). Показательно, что Заиорданье, судя по Чис. 34:10–12, оказывается за пределами Земли Обетованной (оно не входило и в азиатскую провинцию Египта):
Проведите себе границу восточную от Хацар-Энана к Шефаму; и пойдет граница от Шефама вниз к Ривле, с восточной стороны Айна; и пойдет граница потом по склонам с восточной стороны озера Киннерет. И пойдет граница вниз вдоль Иордана, и завершением ее будет Соленое море.
То же предполагают и тексты Чис. 20:12 и 27:12–13. В первом пассаже мы читаем:
И сказал Господь Моисею и Аарону: «За то, что вы не поверили Мне, чтоб явить Святость Мою пред очами сынов Израилевых, посему не введете вы собрания этого в землю, которую Я даю ему (то есть в землю к западу от Иордана. — И. Т.)».
Перевод второго текста выглядит следующим образом:
И сказал Господь Моисею: «Взойди на сию гору Аварим (горный кряж к востоку от Иордана, составляющий восточную границу Иорданской долины; самая высокая часть его — это Нево, с вершиною Писга, напротив Иерихона. — И. Т.), и посмотришь на землю, которую Я даю сынам Израилевым. И когда посмотришь на нее, присоединись к народу своему и ты, как присоединился Аарон, брат твой».
В то же время в период завоевания и поселения в Ханаане колена Реувена и Гада, а также половина колена Менашше поселяются именно здесь, в Заиорданье{324}. Согласно книге Второзакония, израильтяне, по повелению Господа, завоевывают Заиорданье (за исключением Аммона{325}){326}.
Священническая концепция покаяния (например: Чис. 5:5–8) предшествует пророческой. Как отмечает Дж. Милгром, согласно Священническому источнику, покаяние может свести предумышленный грех к непредумышленному, но для полного устранения греха необходима искупительная жертва; в этом источнике не засвидетельствовано учение пророков о том, что для искупления греха достаточно самого покаяния.
Упоминание в Чис. 6:19 о принесении в жертву сваренного плеча (ляжки) овна по окончании периода назорейства{327}не согласуется с системой храмовых жертвоприношений израильтян, которая не предполагает использование плеча животного. Эта практика, однако, засвидетельствована в доизраильском Лахише и в Шило дохрамовой эпохи.
Детали описания золотого светильника Скинии с семью лампадами, меноры́{328}; позволяют сопоставить ее форму с конструкциями светильников позднебронзового века (ок. 1550–1200 гг. до н. э.). В то же время это описание не соотносится с образом светильника у послепленного пророка Захарии 4:2–3, 11–14{329}. В текстах же 3 Цар. 7:49, 1 Пар. 28:15, 2 Пар. 4:7, 20 упоминается о десяти золотых светильниках Храма Соломона.
Согласно Чис. 31:18, Моисей разрешает израильтянам оставлять для себя плененных мидйанитянских девушек, не познавших мужского ложа. Согласно Исх. 2:16–21, сам Моисей был женат на мидйанитянке Циппоре; в Чис. 12:1 говорится о его жене-кушитянке{330}. В период после вавилонского плена женитьба на иноземных девушках считалась преступлением (см., например: Эзр., гл. 9—10).
В перечне добычи, взятой израильтянами во время военных действий против мидйанитян (Чис., гл. 31), еще отсутствуют верблюды. Напротив, при описании войны судьи Гидбна (синод. Гедеон) с мидйанитянами (Суд., гл. 6–8) говорится о многочисленной верблюжьей кавалерии мидйанитян (6:5); верблюды упоминаются также при перечислении военных трофеев, взятых Гидеоном у мидйанитян (8:21, 26). Это позволяет предположить, что источник, используемый при описании военных действий в Чис., 31, возник до XI в. до н. э., когда у мидйанитян получает широкое распространение верблюжья кавалерия.
Послание к эдомитянам (Чис. 20:14–17) напоминает дипломатические письма II тысячелетия до н. э.
Перечисляемые в Чис. 26:29–34 роды колена Менашше фигурируют как наименования районов на остраконах из Самарии (вероятно, пер. пол. IX в. до н. э.); это говорит в пользу того, что потомки Менашше поселились в данном регионе значительно раньше.
К древнему пласту законодательства относится также предписание испытывать жену, подозреваемую мужем в неверности, горькой водой, смешанной с землей (Чис. 5:11–31), — ритуал, вероятно, заимствованный у язычников{331}.
В книге Чисел приводится цитата из песни, воспетой израильтянами на подступах к Моаву и входящей в древний, не дошедший до нас поэтический сборник «Книга войн Господних» (21:14–15):
...Вахев в Суфе{332} и потоки
(или: «ущелья», «ложбины»; «вади». — И. Т.) Арнона{333},
и склон потоков,
ведущий к поселению 'Ара
и прилегающий к пределам Моава.
Вероятно, в данную книгу входила и Трудовая песнь при постройке израильтянами колодца (Чис. 21:17–18):
Наполняйся, колодец!
Воспойте ему:
«Колодец, который выкопали князья,
вырыли благородные из народа
с Законодателем — посохами своими...»
(или: «жезл<ами>, посохами своими». — И. Т.),
а также Песнь о Хешбоне{334} (Чис. 21:27–30){335}:
Идите в Хешбон, да будет он отстроен,
и да будет утвержден город Сихона.
Ибо огонь вышел из Хешбона,
пламень — из города Сихона,
И пожрал 'Ар-Моав
и владык высот Арнона.
Горе тебе, Моав!
Погиб ты, народ Кемоша!
Сделал сыновей своих беженцами,
и дочерей своих пленницами
царя аморейского Сихона.
Но мы победили их —
разрушен Хешбон до Дивона;
мы опустошили их до Нофаха,
который простирается до Медевы!
Не исключено, что в «Книгу войн Господа», кроме того, входили «Песнь о Господе» (Исх. 15:1 — 18; см. выше, гл. III, 6) и «Песнь Моисея при начале движения и остановке Ковчега» (Чис. 10:35–36):
(при начале движения)
Восстань, Господь!
И рассеются враги Твои;
и побегут ненавидящие Тебя от Лица Твоего!
(при остановке)
Возвратись, Господь,
ко множеству тысяч Израилевых!
Многие исследователи допускают, что эти поэтические тексты могут восходить к эпохе Исхода и странствований и сражений на пути израильтян к Земле Обетованной.
Также и некоторые поэтические пассажи из «притч»-провидений Бил'ама, сына Бе'ора (синод. Валаама, сына Веора; Чис., гл. 23–24 [см. ниже: III, 2]), написаны весьма архаичным языком и могут, по мнению ряда исследователей, датироваться XIII–XII вв. до н. э. Отдельные историко-географические аллюзии, в частности, пассаж Чис. 24:24, в котором предрекается появление «кораблей от берега киттимского («киттиев»){336}», то есть, по-видимому, с Кипра (или Крита?), могут, вероятно, рассматриваться как отражение событий периода нашествия т. н. «народов моря» (конец XIII — первая треть XII в. до н. э.){337}.
Некоторые повествовательные несвященнические материалы, содержащиеся в книге Чисел, также относятся к глубокой древности. Например, это касается ряда текстов, в которых фигурируют мидйанитяне. Как отметил О. Айссфелдт, в XIII в. до н. э. мидйанитяне, не имея собственного оформившегося государственно-территориального образования, контролировали целый ряд народов палестино-сирийского региона через своих постоянно проживающих на территории того или иного государственного образования представителей. В числе последних, к примеру, были «старейшины мидйанские» в Моаве (Чис. 22:2–4) и «вожди мидйанские» в «царстве Сихона, царя аморейского» (Нав. 13:21). Когда израильтяне отправляются в путь от горы Синай, Моисей приглашает идти с ними и Ховава{338}, сына мидйанского жреца Реуэла, тестя Моисея, вероятно, не только потому, что тот хорошо знает пустыню, но и в качестве гаранта безопасности евреев во время их странствования по контролируемым мидйанитянами территориям (Чис. 10:29–32){339}. Согласно Чис. 22:7, «старейшины мидйанские» сопровождали «старейшин моавитских» во время посещения последними прорицателя Бил'ама, сына Бе'ора, с просьбой о помощи против Израиля. Некоторые исследователи не исключают возможности того, что именно мидйанитяне инициировали впадение многих израильтян в идолопоклонство и блуд во время их пребывания в Шиттиме (Моав) (ср.: Чис. 25:6–9, 14–19{340}). В связи с упомянутыми текстами следует заметить, что в первом тысячелетии до н. э. у израильтян уже были столь смутные представления о мидйанитянах, что компилятор книги Судей{341}, составляя свое повествование о борьбе судьи Гид'она (жил, вероятно, в конце XII — первой половине XI в. до н. э.) с мидйанитянами, вынужден был пояснять читателям, что мидйанитяне являлись разновидностью ишме'э'льтян (исмаильтян; Суд. 8:24).
В Чис. 11:25 упоминается о пророчестве семидесяти старейшин, когда на них почил Дух Господень. Феномен группового экстатического пророчества не зафиксирован в Еврейской Библии после правления израильского царя Саула; ок. 1030–1009 гг. до н. э. (см.: 1 Цар. 19:20–24).
В тексте Чис. 21:4–9 рассказывается о медном (бронзовом) змее, утвержденном, по повелению Господа, Моисеем на знамени («вехе»); многие израильтяне, будучи ужалены змеями, устремляли свой взор на этого змея и выздоравливали{342}. Согласно 4 Цар. 18:4, иудейский царь Хизкиййа (синод.: Езекия; [729]715–686 гг. до н. э.) «разбил медного змея, которого сделал Моисей, потому что до самых тех дней воскуряли сыны Израиля ему благовония и называл<и> его Нехуштан{343}». Среди находок древних изображений змей на Ближнем Востоке, вылитых из медного сплава или бронзы, лучше всех сохранился змей из медного сплава с золотым покрытием, обнаруженный в Тимне, к северу от Эйлата, и, вероятно, относящийся по времени приблизительно к периоду Исхода.
Целый ряд содержащихся в священнических текстах терминов также позволяет говорить о древности этих материалов (по крайней мере об их происхождении в эпоху, предшествовавшую вавилонскому плену). Например, в т. н. «четверо-книжии»{344} (Бытие — Числа) термин 'аводá означает только «физическую работу»; в книге Чисел это физическая работа. которую осуществляют левиты. В произведениях же, созданных после эпохи вавилонского плена (в книгах Эзры (синод. Ездры), Неемии и Хроник (синод. [Паралипоменон]), данный термин используется для обозначения «культового служения», которое дозволялось осуществлять исключительно священникам. Это свидетельствует о том, что контексты, в которых упоминается левитская 'авода-«физическая работа», создавались в допленную эпоху. Аналогично термин мишмéрет. имеющий в книге Чисел значение «стража», «охранная обязанность», в послепленный период используется в значении «череда, смена, очередность в исполнении служебных обязанностей». Обращает также на себя внимание тот факт, что вошедший в широкое употребление в VII в. до н. э. (а возможно, еще в VIII в.) профетический глагол шав в значении «покаяться», не встречается в Священническом источнике (и вообще в «четверокнижии»: Бытие — Числа); в данном источнике употребляется его предшественник — глагол 'ашáм/'ашéм, имеющий одно из значений «чувствовать вину», «повиниться»{345}. Термин халлá, «буханка хлеба», встречающийся только в священнических текстах (в книге Чисел в стихах 6:15, 19; 15:20) и 2 Цар. 6:19, заменяется в параллельном к последнему тексту месте в созданной после вавилонского плена 1 Паралипоменон 16:3 на термин κιικκáρ. Далее, обозначение лéхем тами́д (Чис. 4:7), «хлеб постояный (синод.: «хлеб всегдашний»)», называемый также в священнических текстах (например: Исх. 25:30, 35:13) и ранних повествованиях (1 Цар. 21:5; 3 Цар. 7:48 = 2 Пар. 4:19) лехем пани́м, «хлебом Присутствия» (букв.: «хлеб Лика»; синод.: «хлеб предложения»), в по-слепленных книгах обозначается всегда термином ма'арéхет (см., например: Неем. 10:34; 2 Пар. 2:3[4]). Встречающийся в Чис. 25:15 древний термин 'уммá («народ», «нация», «племя»; употреблен во мн. ч. — 'уммóт{346}), аккадский эквивалент которого зафиксирован в текстах XVIII в. до н. э. из города Мари на среднем Евфрате, заменяется в позднейшей литературе словом ле'óм. Отметим также используемое в Чис. 1:3 выражение pāqad sābā', «исчислять воинство», которое точно соответствует аккадскому sābam paqādu (или šatāru), встречающемуся в документах из Мари. (Сам приведенный в книге Чисел ценз может быть сопоставлен с аналогичными материалами из города Мари, где проводились переписи как на предмет военной службы, так и для распределения земли.)
В тексте Второзакония, составлявшегося, по мнению большинства исследователей, в эпоху до вавилонского плена (то есть до начала VI в. до н. э.){347}, можно обнаружить знакомство со следующими священническими материалами из книги Чисел (по Дж. Милгрому): 1) предвещание Господа о том, что лишь дети вышедших из Египта будут введены в Землю Обетованную (Чис. 14:31–34; Втор. 1:39); 2)указание на то, что священникам и левитам не будет дано земельного удела между коленами Израилевыми, ибо Сам Господь Бог — удел их (Чис. 18:20; Втор. 18:2); 3)смерть Моисея (Чис. 27:12–14; Втор. 32:48–52); 4) возложение рук Моисеем на Иисуса Навина, который становится его преемником (Чис. 27:18; Втор. 34:9); 5) города-убежища для совершивших непредумышленное убийство (Чис. 35:13–15; Втор. 19:7–9). Второзаконие также знакомо со священническими установлениями из книги Левит, например: законы о том, что проблемами, связанными с проказой, должны заниматься священники (Лев., гл. 13–14; Втор. 24:8); запрещение приносить в жертву Богу животное с пороком (Лев. 22:20; Втор. 17:1); формула Завета Бога и народа, выраженная в Лев. 26:12 (ср.: Исх. 6:7) и Втор. 29:12.