Джалал ад-Дин Фируз Хилджи (1290–1296). Заняв престол, Джалал ад-Дин не сумел обеспечить добровольного подчинения тюркской знати, которая не хотела мириться с правителем из рода Хилджи. Короновался он в Килокхри и в течение некоторого времени после этого даже не мог вступить в Дели. Он завершил строительство дворца в Килокхри, который Кейкубад оставил незавершенным, и заставил придворных перенести свои резиденции ближе к новому дворцу. Так вблизи Дели вырос новый город.
Слабость Джалал ад-Дина постепенно стала ясной всем. На втором году правления Джалал ад-Дина о своей независимости от Дели объявили Малик Чхаджу, правитель в Кара-Маникпуре, и Хатим-хан, наместник Ауда. Мятежники были разбиты и пленены близ Бадауна старшим сыном султана Аркали-ханом, но когда их привели в цепях к Джалал ад-Дину, он освободил их и даже позвал на пир. Верные султану вельможи протестовали против неуместного, по их мнению, милосердия, но он ответил, что не может подвергать опасности свою участь в потустороннем мире, пролив мусульманскую кровь. Однажды было арестовано более тысячи тхагов — разбойников, посвятивших себя служению Кали как богине смерти и разрушения, — но и они не были убиты, а впоследствии освобождены. Лишь один раз Джалал ад-Дин отказался от своего обычного милосердия: мусульманский святой из Дели по имени Сиди Маула был казнен (растоптан слоном) за то, что якобы претендовал на престол. Эта казнь и последовавший за ней голод создали в народе впечатление, что султан прогневил бога.
Единственным значительным военным мероприятием, в котором султан принял участие лично, был поход против крепости Рантхамбхор, которой владел раджа из династии Чахаманов Хамир, претендовавший на происхождение от Притхвираджи III. Стратегическое положение крепости было таково, что было небезопасно оставлять ее в руках раджпута. Но и тут Джалал ад-Дин не дошел до цели и вернулся в Дели, объяснив это тем, что не может подвергнуть опасности жизнь хотя бы одного правоверного в своем войске.
Вступление на престол Ала ад-Дина. После вступления на престол султан возвысил своего племянника и зятя Ала ад-Дина, а позже передал ему в управление Кара-Маникпур. Это был весьма честолюбивый человек. В 1292 году Ала адДин с разрешения дяди-султана вторгся в Малву, разграбил Бхилсу и привез огромную добычу в Дели, за что получил в управление еще и Ауд.
В Бхилсе Ала ад-Дин услышал о процветающем государстве Ядавов — Девагири и решился пересечь горный массив Виндхья, что не совершал до него ни один мусульманский правитель. Понимая, что одобрения на это султана не будет, в 1294 году Ала ад-Дин собрал войско под предлогом нового похода в Малву.
Правитель государства Ядавов Рамчандра был застигнут врасплох, настолько внезапным было появление мусульманской армии вблизи его столицы, и потерпел поражение. При этом надо заметить, что все войско Ала ад-Дина состояло из конницы примерно в восемь тысяч всадников, но он создал ложное представление о своей силе, распространяя слухи о гораздо более крупной армии, чем заставил противника паниковать. Рамчандра был рад заключить мир на условиях Ала ад-Дина, и тот отбыл восвояси, прихватив огромное количество золота и драгоценностей. «Добыча была огромной, — пишет Барани, — это была награда за один из самых смелых и дерзких походов, когда-либо известных в истории».
Улуг-хан, брат Ала ад-Дина, бывший при дворе Джалал ад-Дина, уговорил султана отправиться навстречу своему победоносному племяннику, изобразив дело так, будто тот жаждет преподнести ему добытые огромные богатства. Ничего не подозревая, Джалал ад-Дин так и поступил и был вероломно убит. После этого, 19 июля 1296 года, Ала адДин был провозглашен султаном, а голову Джалал ад-Дина, чтобы ни у кого не осталось сомнений в его смерти, возили насаженную на копье по городам.
Завоевание Гуджарата (1297) и Рантхамбхора (1299–1301). Когда Ала ад-Дин счел, что его власть в Дели достаточно укрепилась, он задумал расширить свою территорию султаната, чего в серьезных масштабах не происходило со времен Илтутмиша.
Первой жертвой Ала ад-Дина стал богатый Гуджарат, который в это время находился под властью правителя из Вагхелов по имени Карна. Когда мусульмане взяли Анхилваду, Карна со своей дочерью Девалой Деви бежал в Девагири и нашел убежище при дворе Рамчандры. Жена Карны — Камала Деви — была захвачена и позже оказалась в гареме Ала ад-Дина. Во главе Гуджарата был поставлен мусульманский наместник; часть армии осталась при нем, а прочие отправились в обратный путь, но в дороге взбунтовались «новые мусульмане» — бывшие в армии монголы, которые посчитали, что добыча была распределена несправедливо. Восстание это было подавлено с ужасной жестокостью, причем за грехи мятежников расплатились также ждавшие их в Дели невинные жены и дети.
После этого Ала ад-Дин решил ударить по крепости Рант-хамбхор, поскольку владевший ею князь Хамир, кичившийся своими раджпутскими корнями, предоставил убежище некоторым мятежникам из «новых мусульман». В 1299 году султан отправил на Рантхамбхор братьев Улуг-хана и Нусрат-хана. Но Нусрат-хан погиб, а Улуг-хану пришлось отступить. Узнав об этом, Ала ад-Дин сам выступил в поход, но в пути задержался на несколько дней ради охоты. Это могло для него плохо закончиться, так как его племянник Акат-хан предпринял во время охоты покушение на него. Но Ала ад-Дин уцелел, а Акат-хан был схвачен и казнен. Ала ад-Дин прибыл под Рантхамбхор и в самом разгаре осады узнал, что сыновья его сестры, Амир Умар и Мангу-хан, восстали в Бадауне и Ауде. Восстание было подавлено военачальниками султана, мятежники были доставлены к султану и ослеплены. Осада Рантхамбхора продолжалась целый год, и взять крепость удалось лишь благодаря помощи изменившего Хамиру министра. Хамир был убит, и крепость отдана в управление Улуг-хану. Что характерно, изменник-министр был казнен вместе с тем, кого предал.
Меры по предотвращению восстаний. Мятежи в султанате следовали один за другим. Посовещавшись с советниками, Ала ад-Дин пришел к выводу, что они вызываются четырьмя главными причинами: 1) малым числом осведомителей, в результате чего султан остается в неведении о настроениях народа; 2) злоупотреблением вином, что ведет к неблагоразумным поступкам; 3) брачными союзами между семьями знати, что способствует заговорам; 4) процветанием народа, что оставляет достаточно досуга для праздных мечтаний и интриг.
По возвращении из Рантхамбхора Ала ад-Дин осуществил несколько радикальных мероприятий. Во-первых, были обложены налогами почти все ранее не облагавшиеся владения вельмож. Во-вторых, количество осведомителей и качество шпионажа выросли настолько, что, по свидетельству Барани, «знатные лица не осмеливались разговаривать даже в самых безлюдных местах, а если им надо было о чем-либо поговорить, они объяснялись знаками». В-третьих, было запрещено употребление алкогольных напитков, и сам Ала ад-Дин подал пример, перестав пить вино. «Кувшины и бочки с вином выносились из государственных подвалов, вино выливалось... в таком количестве, что образовалась слякоть и грязь, какая бывает в период дождей». Но вскоре выяснилось, что запреты не действуют и подданные все равно пьют; бороться с этим оказалось невозможно даже казнями. Тогда Ала ад-Дин изменил первоначальный указ и разрешил знатным людям пить вино у себя дома, но открыто продавать вино и подавать его на пирах было по-прежнему запрещено. В-четвертых, был наложен запрет на браки между представителями аристократических семей.
Самые строгие меры решено было предпринять против индусов. В ответ на вопрос султана его советник казн Мугис ад-Дин, известный своим благочестием, высказал следующее мнение о том, каким должно быть положение индусов: «Они называются плательщиками дани, и, когда сборщик налогов требует у них серебра, они должны беспрекословно и со всяческим смирением и уважением предлагать золото. Если сборщик налогов захочет плюнуть в рот индусу, последний должен, не колеблясь, открыть свой рот... Сам бог приказал их всячески унижать, поскольку индусы являются самыми смертельными врагами пророка... Пророк сказал, что они должны либо принять ислам, либо их надо убивать или отдавать в рабство, а собственность их должна быть конфискована государством».
Ала ад-Дин не мог истребить индусов или всех их превратить в рабов, поскольку индусы составляли огромное большинство населения империи, но он принял действенные меры, чтобы лишить их собственности. Они должны были отдавать половину урожая в казну султана и кроме того платить налоги на пастбища и на дома. Землевладельцы-индусы были низведены на столь низкую ступень, что, как пишет Барани, «любой чапраси (гонец) налогового ведомства мог собрать иногда человек двадцать землевладельцев, старост и их людей и наносить им пинки и удары».
Завоевание Читора и Малвы. Походы Кафура в Декан. Дабы лишить коренное население даже вероятных предводителей, Ала ад-Дин стремился покорить, а еще лучше уничтожить, раджпутских князей, еще сохранявших независимые владения. 26 августа 1303 года он взял в Меваре крепость Читор. Крепость была переименована в Хизрабад и отдана под управление старшему сыну султана — Хизр-хану.
Затем настала очередь Малвы. Здесь султанскому полководцу Айн аль-Мульку оказал серьезное сопротивление некий индусский князь; имел ли этот князь отношение к Парамарам, правившим в Малве по крайней мере до начала XIII века, неизвестно. Мусульмане разбили его войско, и Айн аль-Мульк был назначен наместником Малвы.
Таким образом, к 1305 году Ала ад-Дин сделался властителем всей Северной Индии, за исключением Кашмира и Ассама. Но взгляд его уже был обращен на богатства, накопленные в городах Декана. Вскоре после падения Рант-хамбхора Улуг-хан стал готовиться к походу на Декан, но умер раньше, чем успел осуществить это предприятие.
В 1306 году вчерашний раб, всего семь лет назад купленный Нусрат-ханом на рынке в гуджаратском портовом городе Камбее, а теперь полководец евнух Малик Кафур был послан в Декан во главе большой армии. Ему было приказано привести в повиновение Рамчандру из Девагири, который уже три года не отправлял дань в Дели и предоставил убежище Карне, бывшему правителю Гуджарата. Другая цель похода состояла в том, чтобы доставить в Дели дочь раджи Карны Девалу Деви, которую хотела иметь при себе ее мать Камала Деви, оказавшаяся в гареме Ала ад-Дина.
Карна отдавать дочь не пожелал и поспешил договориться о ее браке с Санкаром, сыном Рамчандры. Отправив Девалу Деви в Девагири, он выступил против мусульманского войска, был побежден, и что с ним было потом, неясно. Возможно, он так и не узнал, что Девала Деви была перехвачена в пути мусульманами, отослана в Дели и выдана замуж за Хизр-хана.
Что же до Рамчандры, то он сдался на милость Кафура, затем отправился в Дели с подарками огромной ценности и получил от султана прощение и титул рай-и-райяна (вождь вождей).
Покорив государство Ядавов в западной части Декана, Кафур в 1308 году выступил против Варангала — государства Какатиев в восточной его части. Телингана, столица Какатиев, была окружена двумя кольцами крепких стен. Местный раджа Пратапрудра II выдержал почти двухлетнюю осаду и сумел выговорить себе вполне приемлемые условия сдачи. Кафур захватил в Варангале огромную добычу, в том числе лошадей, слонов и драгоценности.
Покорение Девагири и Варангала породило у Ала ад-Дина честолюбивый замысел подчинить себе всю Южную Индию. В 1310 году Малик Кафур снова прошел через Девагири, где в качестве преемника Рамчандры правил Санкар, не-состоявшийся супруг Девалы Деви. Преданность Санкара, по-видимому, внушала некоторые подозрения, поэтому Кафур, чтобы защитить свой тыл, оставил гарнизон в Джалне на Годавари. Затем он быстро двинулся по направлению к Дварасамудре, столице хойсалского правителя Вирабалла-лы III, и захватил ее. Вирабаллале III ничего более не оставалось, как расстаться со своими богатствами, признать себя вассалом султана и обязаться платить ему ежегодную дань.
От Дварасамудры Кафур двинулся к государству Пандьев на Дальнем Юге. «Тарих-и-алаи» Амира Хосрова содержит яркое описание похода Кафура через незнакомые и негостеприимные области, управляемые Хойсалами и Пандьями. В начале 1311 года Кафур появился у столицы Пандьев Мадуры, которая при его приближении была покинута жителями. Здесь он захватил богатейшую добычу, в которой только драгоценностей было 500 маундов (более пяти тонн). Затем Кафур дошел до Рамесварама, где разрушил большой храм, к которому совершали паломничество индусы, и построил мечеть. Оставив мусульманского наместника в Мадуре, он вернулся в Дели, где ему была устроена пышная встреча, которую он вполне заслужил.
В 1313 году ему, однако, опять пришлось идти в поход, так как Санкар из Девагири прекратил уплату дани. Кафур явился в Девагири, убил Санкара и, двигаясь на юг, Кафур подчинил обширную территорию. Затем он пошел в западном направлении и захватил важные морские порты Дабхол и Чаул. Таким образом, вся Южная Индия была подчинена султану. Впрочем, как показали последующие события, удержать ее оказалось куда труднее, чем завоевать.
Набеги монголов. Взяв в 1303 году Читор, Ала ад-Дин вынужден был поспешить в Дели, поскольку получил известие о вторжении монголов. Однако организовать отпор он не успел и заперся в крепости Сири, предоставив врагу грабить Дели и соседние районы. Монголы также внезапно исчезли, как и появились, но пережитая опасность заставила Ала адДина принять меры по защите границы. Он укрепил старые крепости и построил новые, разместив в них сильные гарнизоны. Численность армии была увеличена.
В 1304 году монголы совершили новый набег. На этот раз султанские войска были готовы к их нападению. Посланные им навстречу полководцы Малик Кафур и Гази Малик разбили монгольское войско и пленили около 8 тысяч монголов, включая двух военачальников. Военачальники были растоптаны слонами, а простые воины обезглавлены, и головы их замурованы в стены крепости Сири. За эту победу Гази Малик был вознагражден наместничеством в Пенджабе.
В 1306 году он одержал новую победу над монголами, которые в громадном числе перешли Инд в районе Мултана. Если верить источникам, он перебил и взял в плен около 50 тысяч монголов. Многих пленных казнили, других продали в рабство.
Последнее нападение монголов при Ала ад-Дине пришлось на 1307–1308 годы, но и оно было отражено, монгольский предводитель Икбалманд убит.
Монгольские набеги отражались на положении «новых мусульман» — в основном монголов по происхождению. «Новые мусульмане» отвечали на притеснения восстаниями. К концу правления Ала ад-Дина они организовали против него заговор, но это вышло наружу, и Ала ад-Дин приказал перебить всех «новых мусульман» в Дели и провинциях. Было убито около 30 тысяч человек.
Экономика при Ала ад-Дине. Расширяющаяся империя нуждалась в большой армии, а для содержания такой армии требовалось много денег. Ала ад-Дин установил твердое жалованье солдатам, а для того чтобы его хватало им на жизнь, сам устанавливал цены на товары. За тем, чтобы эти распоряжения исполнялись, следил специальный чиновник шахна-и-манди (главный управляющий рынками), имевший в своем подчинении множество людей. В канцелярии шахна-и-манди должны были регистрироваться все купцы. Барани говорит, что когда во время засухи шахна-и-манди предложил повысить цену на зерно, шах приказал дать ему 21 удар бичом.
Были установлены твердые цены на скот, ткани, пшеницу, ячмень, рис, топленое и растительное масло, соль и другие товары. Если какой-либо лавочник обвешивал покупателя, у него вырезали из тела такой же по весу кусок мяса. Что бы мы ни думали об экономической и политической целесообразности этих правил — они временно достигали цели. Во всяком случае, Барани говорит, что даже во время засухи не ощущалось недостатка в зерне.
Последние годы Ала ад-Дина. В последние годы правления постаревший Ала ад-Дин стал игрушкой в руках Малик Кафура, интриги которого создали тяжелую обстановку при дворе и в гареме. Хизр-хан был сослан в крепость-тюрьму Гвалиор, его мать была заключена в тюрьму в Старом Дели. Алп-хан, наместник Гуджарата, заподозренный в связях с Хизр-ханом, был убит.
Ала ад-Дин умер 2 января 1316 года. Поговаривали, что Кафур ускорил его смерть при помощи яда.
Кутб ад-Дин Мубарак Хилджи (1316–1320). Перед смертью Ала ад-Дин — скорее всего под влиянием Малик Кафура — лишил Хизр-хана права наследовать престол и назначил своим преемником своего самого младшего сына — Шихаб ад-Дин Умара. При султане Шихабе Кафур стал фактическим правителем империи. Хизр-хан и его брат Сади-хан были ослеплены. Была сделана попытка ослепить еще одного сына Ала ад-Дина — Мубарака, но тот подкупил людей Кафура, и они убили ненавистного евнуха. Затем Мубарак ослепил Шихаб ад-Дина Умара и занял престол. Все эти события заняли после смерти Ала ад-Дина всего три месяца.
Мубарак начал свое правление с разумных мер — он освободил многих из тюрем, вернул владельцам конфискованные у них земли и отменил наиболее строгие правила, введенные его отцом, в том числе принудительное регулирование цен. Но, будучи человеком подверженным лести, он очень быстро стал игрушкой в руках фаворита Хосрова, принявшего ислам выходца из индусской касты неприкасаемых.
При слабом правителе жизнь в султанате быстро разладилась. Повсюду вспыхивали мятежи. В 1317 году Мубарак лично отправился в Декан с целью подавить восстание в Девагири. Оно послужило поводом к тому, чтобы разрушить многие индусские храмы, причем их камни пошли на строительство мечетей. Вскоре Малик Яклаки, которого оставили наместником в Девагири, объявил себя независимым правителем. Пришлось посылать против него войско. Малик Яклаки был пленен, в наказание ему отрезали нос и уши, но этим ограничились и отправили его наместником в пограничную Саману.
Тем временем недовольные правлением Мубарака и Хосрова составили заговор с целью захвата власти, но были разоблачены. После чего ближайшие претенденты на трон
Хизр-хан и Шихаб ад-Дин Умар были убиты, а Девала Деви, жена Хизр-хана, оказалась в гареме султана. После этого тщеславный Мубарак вообразил себя центром мира, отказался тем самым от формального подчинения халифату и принял духовный титул ал-васик-биллах — «богоподобный». Жить ему оставалось недолго, поскольку Хосрову надоело быть тенью султана. Он сам захотел быть султаном, и в апреле 1320 года «богоподобный» Мубарак был убит его людьми.
Возвышение и падение Хосрова (1320). Вступив на престол, Хосров принял имя Насир ад-Дин Хосров-шах. Он сразу отдал приказ убить всех представителей династии Хилджи и преданных им чиновников. На первую роль в султанате выдвинулись родственники Хосрова и выходцы из его касты, причем некоторые из них тут же отказались от ислама. Мусульманская аристократия почувствовала себя оскорбленной. Выразителем ее интересов выступил Гази Малик. В сентябре 1320 года Хосров был схвачен и обезглавлен, а Гази Малик провозглашен султаном. Он принял имя Гияс ад-Дин Туглак-шах. Барани говорит: «Ислам был обновлен, и новая жизнь пришла к нему. Умы людей были удовлетворены, а их сердца довольны».