В предлагаемом теперь читателю первом томе нашего обзора мы будем иметь дело с достижениями русской культуры — духовной и материальной — древнего периода, до середины XV века, то есть с историей той эпохи, которую теперь, для согласования с европейской историей, принято называть русским Средневековьем.

До недавнего времени в науке не только европейской, но и русской принято было на достижения русской культуры не только этого периода, но и последующего, то есть всей «допетровской» эпохи, смотреть несколько свысока. С такой точки зрения написаны, например, известные «Очерки» Милюкова^{3}. С этой точки зрения достижения русской культуры признавались возможными лишь в меру «европеизации» России.

Такой подход к развитию русской культуры прежде всего неисторичен. Нельзя объяснять развитие культуры какого бы то ни было народа только иностранными влияниями. Для развития культуры общества нужна основа, субстанция. На эту основу уже могут действовать «влияния», а на пустом месте и «влияния» были бы бесплодны.

Но, независимо от этих общих методологических соображений, нельзя теперь не видеть, что культура Древней Руси была действительно культурой полновесной, значительной, во многих отношениях перворазрядной, а вовсе не какой-то полуварварской «полукультурой», как иногда принято считать. Если в отношении науки, литературы, музыки достижения русской культуры XIX–XX веков способны, может быть, затмить достижения веков предшествующих, но, например, русская живопись никогда позже не достигала таких высот, на какие она поднялась в XV–XVI веках.

Да и достижения Древней Руси в области литературы или музыки нельзя считать малозначительными. «Слово о полку Игореве» есть литературный памятник силы совершенно необыкновенной. И если еще во времена Пушкина можно было считать, что «Слово о полку Игореве» возвышается уединенным памятником в пустыне нашей словесности»^{4}, то в настоящее время мы знаем, что «Слово» создалось в самом тесном взаимодействии с другими замечательными произведениями русской литературы той эпохи. Что же касается музыки, то, например, древнерусская народная песня свидетельствует о значительной высоте уровня музыкального творчества народа. Своеобразно развивалось и пение церковное.

Науки естественные и технические были действительно слабо развиты в Древней Руси, но то же можно сказать и о средневековой Европе. Руководящая роль в развитии математики и естествознания, по крайней мере до XII века, принадлежала арабскому Востоку. Следует, однако, заметить, что, хотя о развитии науки в Древней Руси сведений у нас почти не сохранилось, из этого нельзя заключать, что никакой работы не велось. Сложные постройки Древней Руси предполагают наличие хотя бы у некоторых русских мастеров серьезных знаний по архитектуре и математике. Точно так же раз в Древней Руси проживали, и притом иногда подолгу, первоклассные восточные врачи, мы можем предполагать, что были у них хотя бы в малом числе какие-то русские ученики-медики.

Что же касается наук гуманитарных, то в этой области, несомненно, в Древней Руси были свои творческие работники большого масштаба. В этом отношении Русь, в сущности, не отличалась от Византии и Европы. И для Европы, и для Византии характерно преобладание гуманитарных наук, и прежде всего богословия, над науками естественными. В области богословия и философии русские той эпохи были учениками прежде всего византийцев. Не отрицая начитанности многих духовных вождей Древней Руси в области богословия и философии, «европействующие» наши «гуманитарные ученые» отделываются обыкновенно от своих предшественников словом «начетчик».

Разницу между истинным «ученым» и «начетчиком» не всегда, конечно, можно провести, но ясно, например, что Климента Смолятича (XII век) «начетчиком» назвать нельзя, а надо называть ученым, каким он и был, — иначе вообще мало кого можно было бы назвать ученым для эпохи Средневековья. Несомненно, что и на всем протяжении древней русской истории среди духовных руководителей русского народа находились всегда люди, весьма в стиле той эпохи образованные.

Тот факт, что в XI веке на Руси мог появиться такой блестящий мыслитель и ритор, как митрополит Иларион, показывает, что уже к этому времени русская культура достигла значительных высот и что, следовательно, и языческая эпоха не была так темна, как это обычно себе у нас представляют, в этом отношении уже следуя указке не только «европеизации», а также и своей церковной традиции.