Древняя Русь была своего рода федерацией отдельных княжений, городов и земель. Объединяющими началами были: I) единство княжеского рода; 2) единство церковного общения; 3) сознание общих связей племенных и родовых и 4) вытекающее из всего этого сознание единства народа и страны. В более ранний (собственно киевский) период действенной объединяющей силой был торговый интерес — эксплуатация Днепровско-Черноморского торгового пути.
Единство княжеского рода было идеалом, который не уничтожали в общем сознании постоянные ссоры и распри между отдельными князьями или группами князей. Единовластие было осуществлено на Руси лишь во времена каганов Владимира Святого (978—1015) и сына его Ярослава (который сделался единовластием после смерти брата своего Мстислава Тмутараканского, 1036 год). После Ярослава Русский каганат распался на отдельные княжения, число которых все увеличивалось по мере возрастания княжеского рода и раздробления владений. С другой стороны, однако, наряду с центробежными силами проявлялись и центростремительные. Более сильные князья стремились объединить вокруг себя менее сильных. Создавались отдельные союзы князей. Междукняжеские связи даже в случаях фактического подчинения более слабых князей более сильными определялись, однако, терминами не феодальных, а родовых отношений. Андрей Боголюбский попробовал ввести понятие «подручника», близкое к западному вассалитету. Это встретило, однако, сильный отпор.
Ввиду принятия христианства от греков и зависимости средневековой русской церкви от константинопольского патриарха, при византийских понятиях о слитности церкви и государства, естественно было ожидать притязаний со стороны византийских императоров на признание их верховными властителями и на Руси. Фактически византийской политике удавалось иногда добиться влияния на отдельных русских князей. Так, какой-то русский князь (быть может, Святополк) помогал императору Василию в его экспедиции против таврических хазар (1016 год). Владимирко Галицкий признал себя даже вассалом (ипоспондос) императора Мануила Комнина. Суздальский князь Юрий Долгорукий пошел войной на киевского князя Изяслава по наущениям византийцев (1149 год). Однако, как правило, русские князья себя подданными византийских императоров не считали.
Монгольское завоевание 1237–1241 годов положило конец независимости русских земель. Русские князья должны были признать себя подручниками монгольских ханов. Для получения стола русским князьям пришлось теперь ездить в Орду получать ярлык на княжение. Ханов Золотой Орды русские летописи величают царями. Выдавая ярлыки на княжение, монгольские ханы желали лишь признания зависимости со стороны русских князей, но вместе с тем, за редкими исключениями, в русские междукняжеские отношения не вмешивались и уважали принцип родового старейшинства. Родовое начало власти было понятно монгольским ханам, так как и их собственная власть была построена на этом. Ханами могли быть лишь потомки Чингиса.
Тем не менее подчинение монгольской власти внесло существенные изменения в русские междукняжеские отношения. В эти отношения был введен теперь принцип иерархичности, подчинения младших старшим. Из общей семьи князей в Восточной Руси выделяется несколько «великих князей», претендующих на первенство среди других князей того же удела (старшинство это строилось по образцу старшинства ханов в каждом улусе). Великие князья появляются почти в каждой земле-княжении (Москва — Владимир, Тверь, Ярославль, Рязань и пр.). Среди них постепенно растет власть великого князя Московско-Владимирского.
Политический строй западнорусских земель, которые в XIII веке завоеваны были монголами так же, как и восточнорусские, складывается в дальнейшем по-иному. Первое время после монгольского завоевания монголы держатся по отношению к западнорусским князьям той же политики, что и к восточным: требуют подчинения и дают ярлыки. Только Киевская область поступает в непосредственное управление татарских баскаков. В XIV веке, однако, большинство западнорусских земель попадает в состав Великого княжества Литовского. Галичина признает над собою власть польского короля.
Большинство западнорусских княжеских столов переходит к Гедиминовичам (литовским князьям). На некоторых столах держатся, однако, и Рюриковичи (Святославичи) — так, например, в Северщине.
Политические отношения, устанавливающиеся как в Восточной, так в особенности в Западной Руси в XIV–XV веках, наводят мысль на аналогию с феодальными порядками средневековой Европы. С одной стороны, княжеские уделы, ввиду быстрого возрастания потомства как Рюриковичей (Святославичей), так и Гедиминовичей, быстро дробятся. Многие «княжества» не отличаются теперь величиной от боярских вотчин. С другой стороны, устанавливается известный иерархический порядок среди князей, напоминающий отношения сюзерена к вассалам типа романо-германского феодализма.
Надо сказать, что в Западную Русь действительно — через Венгрию, Силезию, владения Немецкого ордена — доходили непосредственные влияния романо-германских образцов. Да и славянские страны Средней и Восточной Европы — Чехия и Польша, — приняв латинскую (католическую) культуру и войдя в тесное общение со странами романо-германской Европы, были проводниками тех же идей и порядков{139}.
Политический строй Великого княжества Литовского может быть сопоставим с ленным строем немецких или чешских земель и французским феодализмом.
Политические же отношения в Восточной Руси складывались, во всяком случае, скорее под восточными, чем под западными влияниями. Как было уже упомянуто, иерархический строй междукняжеских отношений продолжал держаться на родовом принципе. Иная боярщина могла быть больше иного княжества, но боярин князем стать по-прежнему не мог. Связи между землей и вассальной службой, «смычки» между феодализмами экономическим и политическим так и не установилось до самых времен полного изменения политического строя Восточной Руси. Это изменение явилось результатом роста московского единодержавия и принятия на себя московским великим князем титула царя — в наследие от павшей Византии (взятой османами в 1453 году) и падающей Орды. В Московском государстве установился не феодализм, а поместная система.