Как во внешней, так и в религиозной политике преемники Анастасия перенесли центр тяжести с Востока на Запад. Государями за время с 518 по 610 год были следующие лица: один из начальников гвардии (экскувиторов) необразованный Юстин I Старший, случайно избранный на престол; после него знаменитый его племянник Юстиниан I Великий (527–565), за ним племянник последнего Юстин II Младший (565–578). Славянское происхождение Юстина II и Юстиниана долгое время признавалось многими за исторический факт. Основанием для этого служило напечатанное в начале XVII века хранителем Ватиканской библиотеки Николаем Алеманом^{51} жизнеописание императора Юстиниана, составленное неким аббатом Феофилом. В этом житии приведены были имена Юстиниана и его родни, которыми они назывались на родине, — славянские, по мнению славистов. Так, например, Юстиниан назывался Управдой. Рукопись, которой пользовался Алеман, была найдена и исследована в конце XIX века английским ученым Брайсом^{52}, который доказал, что она была составлена в начале XVII века и исторической ценности не имеет. На основании источников Юстина и Юстиниана следует считать иллирийцами или, может быть, албанцами. Во всяком случае, Юстиниан родился в одной из деревень Верхней Македонии, недалеко от современного Ускюба^{53}, на границе с Албанией. Некоторые ученые производят семью Юстиниана от римских колонистов в Дардании, в Верхней Македонии. Итак, первые три императора эпохи были иллирийцами или албанцами, хотя, конечно, романизованными. Их родным языком был латинский.

Не имевший детей Юстин II усыновил и сделал кесарем начальника гвардии фракийца Тиверия. По этому случаю он произнес весьма интересную речь, которая произвела глубокое впечатление на современников своей искренностью. Она была стенографирована писцами и сохранилась в оригинале. После смерти Юстина II Тиверий правил как Тиверий II (578–582); с его смертью окончилась династия Юстиниана. После него правил муж дочери Тиверия — Маврикий (582–602). Источники по-разному говорят о его происхождении: одни считают родиной Маврикия и его семьи отдаленный каппадокийский город Арависс, другие, называя его каппадокийцем, считают первым греком на византийском престоле. И в самом деле, может быть, Маврикий был первым византийским императором-греком. Встречается еще традиция, выводящая род Маврикия из Рима. Ю. А. Кулаковский^{54} считает вероятным армянское происхождение Маврикия на том основании, что туземное население Каппадокии составляли армяне. Последним императором рассматриваемого периода был свергнувший Маврикия тиран, фракиец Фока (602–610). Таким образом, если не считать Маврикия, который, вероятно, был греком, остальные императоры VI века были романизованными варварами — иллирийцами и фракийцами.

Сразу же после прихода к власти Юстин I отошел от религиозной политики своих предшественников, окончательно присоединившись к последователям Халкидонского собора и начав период суровых преследований монофизитов. Он установил мирные отношения с Римом, и таким образом разногласия между Восточной и Западной церковью, восходящие к Энотикону Зенона, пришли к концу. Это еще более отдалило восточные провинции. Весьма интересный в связи с этим намек появляется в письме, адресованном папе Гормизду в 520 году племянником Юстина Юстинианом, влияние которого чувствовалось с первого года правления дяди. Он тактично предлагал проявить мягкость к несогласным: «Вы сможете привести к миру народ Господа нашего не преследованиями и кровопролитиями, но терпением, чтобы, желая завоевать души, мы не теряли бы тела многих людей, каки души. Подобает исправлять длительные ошибки с мягкостью и снисхождением. Тот доктор справедливо восхваляется, кто страстно стремится вылечить старые болезни таким образом, чтобы от них не произошли бы новые раны». Сам Юстиниан, кстати, в последующие годы этим советам следовал не часто.

На первый взгляд известная несообразность проявляется во взаимоотношениях Юстина с далеким эфиопским царством Аксум. В результате войны с царем Йемена эфиопский царь при эффективной помощи Юстина и Юстиниана восстановил христианство в этой стране. Можно удивиться тому, что православный Юстин, который принял халкидонитскую доктрину и начал наступление против монофизитов в своей собственной империи, поддерживает монофизитского эфиопского царя. Однако за границами империи византийский император поддерживал христианство в целом, вне зависимости от совпадения или несовпадения с его собственными религиозными взглядами.

Сближение между Юстином и эфиопским царем нашло необычное отражение в позднейшие времена. В Эфиопии в XIV веке был составлен один из важнейших памятников эфиопской литературы — Кебра Нагаст — «Слава Царей». Согласно ему, генеалогия эфиопской царствующей династии уходит в глубь веков, ко времени Соломона и царицы Савской. Кебра Нагаст утверждает, что эфиопы являются избранным народом, новым Израилем; дескать, два царя, Юстин, царь Рима, и Калеб, царь Эфиопии, встретились в Иерусалиме и разделили Землю между собой. Эта легенда ясно показывает глубокое впечатление, которое произвела на эфиопскую историческую традицию эпоха Юстина!.