Развитие литературы, образования и воспитания с IV до начала VI века тесно связано со взаимоотношениями, установившимися между христианством и языческим миром с его великой культурой. Споры апологетов христианства во II и III веках, можно ли христианину использовать языческое наследие, не привели к ясным выводам. Тогда как одни считали возможным примирить греческую культуру с христианством, другие полностью ее отвергали. Жизнь, однако, делала свое дело, и язычество отступало повсюду. Процесс этот получил особый размах в IV веке. При этом христианство постепенно вбирало элементы языческой культуры, так что, согласно Крумбахеру{43}, «христианские положения бессознательно облачались в языческие одеяния»[23].
На широких просторах Римской империи, внутри границ, которые существовали до персидских и арабских завоеваний VII века, христианский Восток I V и V веков имел множество культурных центров. Славилась своей литературой Каппадокия, важную роль в культурной жизни играли сирийские города Антиохия и Верит (Бейрут). В Палестине Иерусалим в это время еще не полностью оправился от разрушения во времена Тита, но Кесария и к концу IV века южнопалестинский город Газа с его процветающей школой знаменитых риторов и поэтов во многом способствовали развитию литературы. Еще большее значение имела Александрия в Египте, продолжавшая оказывать влияние на весь азиатский Восток. Новый город Константинополь, которому суждено было иметь блестящее будущее во времена Юстиниана, еще только набирал силы. Но здесь уже существовала высшая школа, которая готовилась затмить знаменитые центры обучения на западе восточной империи — Фессалоники и Афины. После основания Константинополя почти все историки были греками.
Каппадокийцы Василий Великий и Григорий Назианзин получили прекрасное образование в риторических школах Афин и Александрии. К сожалению, нет никакой информации о раннем этапе образования младшего брата Василия — Григория Нисского. Все три выдающихся каппадокийских писателя были хорошо знакомы с классической литературой и представляли так называемое «новое александрийское» течение. Вдобавок к литературным произведениям на чисто религиозные сюжеты они оставили большое количество речей и писем, которые представляют собой богатейший источник о культурной жизни эпохи и даже сейчас его значение с исторической точки зрения не исчерпано. Григорий Назианзин оставил также несколько поэм — в основном теологических и дидактических, но в известном отношении также исторических.
Антиохия создала в противовес александрийской школе свое собственное направление, которое защищало буквальное понимание Священного Писания без аллегорических интерпретаций. Это движение возглавлялось Иоанном Златоустом. Он сочетал классическое образование с необычной стилистикой и ораторским искусством; его многочисленные сочинения являются одним из драгоценнейших сокровищ мировой литературы. Из его трудов как из неисчерпаемого источника в последующие периоды авторами заимствовались идеи, образы и выражения. Его репутация была столь велика, что многие выдающиеся сочинения авторов, чьи имена не сохранились, приписывались ему. Его подлинные сочинения — проповеди и речи и более двухсот писем, написанных в основном в годы изгнания, представляют собой весьма ценный источник о внутренней жизни в империи. Отношение к нему последующих поколений хорошо характеризуется византийским автором XIV века Никифором Каллистом{44}, который писал: «Я прочитал более тысячи его проповедей, которые источали невыразимую сладость. С самой моей юности я любил его и слушал его голос, как если бы это был голос Господа. И всем, что я знаю, и всем, что я есть, я обязан ему».
Из палестинского города Кесария происходил «отец церковной истории» Евсевий (ок. 263–340). Он цитировался выше как главный авторитет по Константину Великому. С одной стороны, Евсевий был свидетелем суровых преследований Диоклетиана и его последователей и лично весьма пострадал из-за своих христианских убеждений; с другой, он увидел триумф христианства при Константине. Он стал одним из наиболее близких доверенных лиц и друзей императора. Евсевий написал много теологических и исторических сочинений.
Наибольшую ценность представляют исторические сочинения Евсевия. Хроника, написанная совершенно очевидно до гонений времени Диоклетиана, содержит краткий обзор истории халдеев, ассирийцев, евреев, египтян, греков и римлян. Основная ее часть дает хронологические таблицы наиболее важных исторических событий. К сожалению, хроника сохранилась только в армянском переводе и частично в латинском переложении Иеронима. Таким образом, четкого представления о форме и содержании исходного греческого текста сегодня нет, тем более что сохранившиеся переводы были сделаны не с него, а с сокращенного его варианта, который появился вскоре после смерти Евсевия.
Самое замечательное историческое сочинение Евсевия — «Церковная история» в десяти книгах, охватывающая время от Рождества Христова до победы Константина над Лицини-ем. По его собственному заявлению, он не ставил себе целью рассказывать о войнах и трофеях полководцев, но скорее «записать нестираемыми буквами самые мирные войны, ведомые ради мира души, и рассказать о людях, совершающих героические поступки скорее ради истины, чем для страны, скорее ради благодати, чем для самых лучших друзей». Под пером Евсевия церковная история стала историей мученичеств и преследований, со всем их сопровождающим террором и ужасами. Из-за изобилия документальных сведений его «История» должна быть признана одним из наиболее важных источников для первых трех столетий христианской эры. Труд Евсевия очень важен и потому, что он был первым историком, написавшим историю христианства, охватывающую все возможные аспекты этой темы. Его «Церковная история» принесла ему большую славу, стала основой для работы многих позднейших церковных историков и часто служила объектом для подражания. В начале IV века она была широко распространена на Западе благодаря латинскому переводу Руфина{45}.
«Жизнь Константина», написанная Евсевием позднее — если вообще она была написана им, — вызвала множество интерпретаций и оценок в ученом мире. Это произведение надо отнести не столько к сочинениям чисто исторического типа, столько к панегирикам. Константин представлен как избранный Богом император, наделенный даром предвидения, новым Моисеем, назначение которого вести народ Господа к свободе. В интерпретации Евсевия, три сна Константина символизируют Святую Троицу, тогда как сам Константин — благодетель христиан, который достиг того высокого идеала, о котором они ранее только мечтали. Для того чтобы сохранить в целостности гармонию своего произведения, Евсевий обошел молчанием мрачные события своих дней и отдался полностью восхвалению и прославлению своего героя. При умелом обращении, однако, это сочинение может дать ценное понимание времени Константина, так как оно содержит много официальных документов, которые, вероятно, были вставлены после завершения первой редакции работы[24]. Несмотря на посредственные литературные способности, Евсевий должен рассматриваться как один из крупнейших христианских ученых раннего Средневековья и как писатель, оказавший большое влияние на средневековую христианскую литературу.
Целая группа историков продолжила то, что начал Евсевий. Сократ из Константинополя довел свою «Церковную историю» до 439 года. Созомен, происходивший из области, соседней с палестинским городом Газа, был автором другой «Церковной истории», также доведенной до 439 года. Феодорит, епископ Кирский, родом из Антиохии, написал подобную историю, охватывающую период от Никейского собора до 428 года, и, наконец, арианин Филосторгий, сочинения которого сохранились только во фрагментах, изложил события до 425 года со своей точки зрения.
Необычной и интересной фигурой литературной жизни конца IV и начала V века был Синезий из Кирены. Потомок старинной языческой семьи, он воспитывался в Александрии и позднее был посвящен в мистерии неоплатонической философии. Он сменил свои привязанности с Платона на Христа, женился на девушке-христианке и стал в последние годы своей жизни епископом Птолемаиды. Несмотря на все это, Синезий, вероятно, всегда чувствовал себя более язычником, чем христианином. Его миссия в Константинополь показывает его интерес к политике. Строго говоря, он историком не был, однако оставил очень важную историческую информацию в 156 письмах, которые отражают его блестящие философские и риторические достижения, установившие стандарт стиля для византийских Средних веков. Его гимны показывают странную смесь философских и христианских взглядов. Этот епископ-философ чувствовал, что классическая культура, столь ему дорогая, приближается к своему концу.
Во время длительной и жестокой борьбы с арианством появилась блистательная фигура страстного поборника взглядов Никейского собора Афанасия, епископа Александрийского, который оставил немалое число сочинений, посвященных теологическим спорам IV века. Он написал также Житие св. Антония, одного из основателей восточного монашества, изобразив в нем идеальную картину аскетической жизни. К V веку относится также крупнейший историк египетского монашества Палладий из Эленополя, родившийся в Малой Азии, но хорошо знакомый с египетской монашеской жизнью, так как он провел десять лет в Египте. Под влиянием Афанасия Александрийского Палладий изобразил идеал монашеской жизни, введя в свою историю элемент легенды. В это же время жил и творил Кирилл, епископ Александрийский. Он написал множество писем и проповедей, которые греческими епископами последующего времени иногда заучивались наизусть. Ему же принадлежит ряд трактатов, которые являются одним из основных источников по церковной истории V века.
Другой весьма интересной фигурой этой эпохи была Ипатия — женщина-философ исключительной красоты и необычных умственных способностей. Благодаря отцу, знаменитому александрийскому математику, она познакомилась с математическими науками и классической философией и сама прославилась как преподаватель. Среди ее учеников был, например, Синезий из Кирены, который упоминает Ипатию во многих своих письмах. Один источник{46} говорит: «Одетая в плащ, она имела обыкновение бродить по городу и объяснять случайным слушателям сочинения Платона, Аристотеля или каких-либо других философов». Ипатия погибла в 415 году, будучи растерзана фанатичной толпой.
Греческая литература процветала в Египте до 451 года, пока Халкидонский собор не осудил монофизитское учение. Одной из ответных мер местной церкви был отказ от греческого языка и замена его коптским. Коптская литература, которая развивалась после этого, имеет известное значение даже по отношению к греческой литературе, ибо некоторое количество несохранившихся греческих сочинений дошли до настоящего времени только в коптском переводе.
Это время увидело развитие литературы религиозных гимнов. Авторы гимнов постепенно отошли от исходной традиции имитации классической поэзии и развили свои собственные формы. Формы эти были совершенно самобытны, и иногда их даже рассматривали как прозаические. И только сравнительно недавно эти размеры были частично объяснены: они характеризуются разными типами акростихов и рифм. Из их авторов наиболее известен Роман Сладкопевец. В его кратком жизнеописании упоминается, что он приехал в Константинополь во время правления императора Анастасия, однако сложно было определить, идет речь об Анастасии 1 (491–518) ил и об Анастасии II (713–716). Лишь после долгого изучения сочинений Романа Сладкопевца ученый мир окончательно пришел к выводу, что речь идет об Анастасии I. Романа Сладкопевца иногда называют величайшим поэтом византийского времени. Он родился в Сирии и весьма вероятно, что расцвет его гения приходится на время Юстиниана, ибо, согласно его жизнеописанию, он был молодым дьяконом, когда приехал во время царствования Анастасия в Константинополь, где обрел чудесным образом дар писания гимнов. Законченность произведений Романа показывает, что религиозная поэзия в V веке достигла высокого уровня развития. Трудно представить себе существование этого необычного поэта в VI веке без известного предшествующего развития церковной поэзии, но, к сожалению, достаточным количеством информации мы не располагаем.
Лактанций, известный христианский писатель начала IV века, родом из Северной Африки, писал по-латински. Он особенно важен как автор сочинения «О смерти преследователей». Это сочинение дает весьма интересную информацию о времени Диоклетиана и Константина до так называемого Миланского эдикта.
Христианская литература этого времени представлена многими известными авторами, однако языческая литература не очень сильно от нее отставала. Среди ее представителей также было немало талантливых и интересных личностей. Так, во второй половине IV века широкую известность приобрел философ Фемистий из Пафлагонии, бывший руководителем константинопольской высшей школы, придворным оратором и сенатором; его одинаково уважали язычники и христиане. Фемистию принадлежит большое сочинение «Парафразы Аристотеля», в котором он сделал попытку ясно изложить самые сложные идеи греческого философа. Он также является автором около сорока речей, которые дают много информации как о важных событиях эпохи, так и о его собственной жизни. Крупнейшим ритором в IV веке был уже упоминавшийся Либаний из Антиохии, который более, чем кто-либо другой, оказал влияние на своих современников. Среди его учеников были Иоанн Златоуст, Василий Великий, Григорий Назианзин. Его лекции с большим энтузиазмом изучались молодым Юлианом до его восшествия на престол. Большой интерес представляют 65 публичных речей Либания, которые дают обильный материал о внутренней жизни эпохи. Не меньшее значение представляют его письма, которые по богатству содержания могут быть сопоставлены с письмами Синезия из Кирены.
Важное место в интеллектуальной жизни IV века занимал император Юлиан, ясно продемонстрировавший свой талант в разных областях литературы. Речи Юлиана, его письма, сочинение «Против христианства», сохранившееся только во фрагментах, сатирический «Мисопогон», написанный против антиохийцев, важный как биографический источник, — все это указывает на Юлиана как на талантливого писателя, историка, сатирика и моралиста. Особо следует подчеркнуть теснейшую связь его сочинений с насущными проблемами времени. Ранняя смерть молодого императора воспрепятствовала полному развитию его необычного гения.
Языческая литература IV–V веков широко представлена и в области собственно истории. Среди наиболее значительных произведений сборник биографий римских императоров. Автор, время создания и историческое значение сборника — все это является предметом дискуссий, породивших огромное количество мнений. Н. Бейнз{47} сделал попытку доказать, что этот сборник был написан при Юлиане Отступнике с целью пропаганды его религиозной политики, но этот взгляд не был принят ученым миром.
Существенный вклад в описание событий эпохи внес Приск Фракийский, историк V века и участник посольства к гуннам. Написанная им «Византийская история», которая сохранилась во фрагментах, и его информация об обычаях гуннов весьма интересны и ценны. Приск был основным источником по истории Аттилы и гуннов для латинских историков VI века — Кассиодора{48} и Иордана.
Зосим, живший в V и в начале VI века, написал «Новую историю», изложение событий в которой доведено до осады Аларихом Рима в 410 году. Ревностный почитатель старых богов, он объяснял упадок Римской империи их гневом, поскольку римляне их оставили. Наибольшую критику у него вызывает Константин Великий. Наоборот, его мнение о Юлиане было весьма высоким.
Аммиан Марцеллин, сирийский грек родом из Антиохии, писал свои «Деяния» — историю Римской империи на латинском языке — в конце IV века. Он стремился быть продолжателем истории Тацита, начав свою историю от времени Нервы и доведя ее до смерти Валента (96—378). Сохранились только последние семнадцать книг из его сочинения, которые охватывают период 353–378 годов. Автор воспользовался собственным суровым военным опытом во время кампаний Юлиана против персов и дал первостепенное по значению описание современных ему событий. Хотя Аммиан оставался язычником до конца жизни, он проявлял большую терпимость к христианству. Его сочинение также является важным источником для готской истории и ранней истории гуннов. Его литературные способности были весьма высоко оценены сегодняшними историками. Э. Штайн назвал Аммиана величайшим литературным гением в период между Тацитом и Данте, а Н. Бейнз считал его последним великим историком Рима.
Афины, город угасающей классической мысли, были в V веке домом последнего выдающегося представителя неоплатонизма — Прокла из Константинополя, который преподавал и писал там в течение долгих лет. В Афинах родилась жена Феодосия II — Евдокия (Афинаида), которая обладала определенными литературными способностями и написала некоторое количество произведений.
После перенесения столицы в Константинополь латинский еще два века оставался официальным языком империи. Он использовался во всех императорских декретах, собранных в Кодексе Феодосия, и в позднейших декретах V и начала VI века. Однако он стал уступать греческому, который в восточной половине империи был наиболее широко распространенным разговорным языком. Греческие традиции поддерживались также афинской языческой школой.
Время от IV до VI века было периодом, когда разные элементы постепенно смешивались, образовывая новое искусство, которое носит имя византийского или восточно-христианского. По мере того как историческая наука исследует его корни, все яснее становится, что в развитии византийского искусства ведущую роль играли Восток и его традиции. С момента появления в 1900 году знаменитого труда Д. В. Айналова{49} «Эллинистическое происхождение византийского искусства» ив 1901 году труда австрийского ученого Й. Стржиговского{50} «Восток или Рим» проблема происхождения византийского искусства приобрела совершенно новые формы. Считается теперь точно установленным, что основная роль в развитии восточно-христианского искусства принадлежит Востоку и проблема заключается только в определении, что следует понимать под терминами «Восток» и «восточные влияния». Сначала Стржиговский искал центр восточного влияния в Константинополе, потом обратился к Египту, Малой Азии и Сирии и, двигаясь далее на восток и север, дошел до пределов Месопотамии и искал истоки основных влияний в Иране и Армении. Он утверждал: «Чем Эллада была для искусства Античности, тем Иран был для искусства нового христианского мира». Он обращался также к Индии и китайскому Туркестану для дальнейшего изучения проблемы. Впрочем, признавая большие заслуги Стржиговского в поисках истоков византийского искусства, историческая наука с большой осторожностью подходит к его последним гипотезам.
IV век был очень важным периодом в истории византийского искусства. Новый статус христианской веры в Римской империи, сначала как легальной, позже — как государственной религии, ускорил развитие христианства. Три элемента — христианство, эллинизм и Восток — встретились в IV веке, и из их союза выросло то, что известно под именем восточно-христианского искусства. Сирия и Антиохия, Египет, ведомый Александрией, и Малая Азия, отражая в своей художественной жизни влияния более древних традиций, оказывали на этот процесс благотворное влияние. В истории искусства IV–V века можно рассматривать как подготовительный период к эпохе Юстиниана Великого, которую справедливо описывали как первый золотой век византийского искусства.