Ругательства в речи жили всегда. Это — обязательная и необходимая часть языка.

Много или мало бранились раньше русские крестьяне? Во всяком случае, сами они, противопоставляя себя пьяному и сквернословящему городскому работному люду, утверждают, что раньше в деревнях ругались меньше — «Бога боялись».

«В обычной повседневной речи бранные матерные слова не употреблялись, — вспоминают многие, — больше употребляли божбу». Уважение — к слову, себе, соседям — препятствовало громкой ругани.

Крестьянка В. Я. Бакланова вспоминала: «Уважали друг друга, обидеть боялись. Ругались в кулачок, да и то шепотком, чтоб не услышал никто...»

Женщины-крестьянки не ругались вообще — большим грехом считалось даже чертыханье. Впрочем, при ссоре, споре, драке, когда гнев затуманивал голову, выплескивались эмоции — ругательства летели напропалую...

Вообще большинство стариков крестьян считают, что ругань раньше употреблялась лишь при ссоре, вспышке гнева — а не в обыденной речи, как сейчас. Типично такое суждение: «Люди стали сейчас озлобленные на жизнь, нет счастья у людей, поэтому и ругаются. Раньше больше было хороших, приветливых слов. Старались в словах друг другу уважения больше выразить...».

Речь здесь не идет о городе, заводе, мастерской: поговорка «ругается как сапожник» сложена не зря. Василий Ильич Р-ин, бывший сапожник, вспоминая о своем ученичестве, рассказывал: «Когда где трудно или страшно было, так не раз Боженьку помянешь, бывало. Зазорного в этом ничего не было. Однако и культуры у народа никакой не было. Пили водки много и ругались матом, бывало, через слово. Особенно когда в мастерской сапожной работал. Там только и слышно мат на мате. Изъясняться с помощью матерщины легче было. И напряжение нервное снимает в работе...»

Ругань могла быть и следствием ссоры людей, порой — спутником драки. Да и сами слова брани часто были совершенно, на современный взгляд, безобидны.

«Ругались у нас дьяволом, лешим. Называли чертом: «Бес ты окаянный!»; «Дура ты, сатана, нечистая сила!»... Ругались нечасто. Деревня была не ругательская. Ругались, когда сильно насолят друг другу. Часто из-за земли ругались. Мерили-то шагами. У одного — шире шаг, у другого — уже. Вот и говорили: «Ты у меня прикосил к себе!»... Исподтишка корову портили — тоже ругались. Камни бросали на сенокос — и из-за этого вызубривали косу. Ругались из-за сена...» (Лысов А. А., крестьянин).

Ругательство в речи действительно отражает стиль жизни, образ мыслей, отношение человека к миру и самому себе. Если человек чист духом, он чист и в речи...

Свидетельство деревенской жительницы А. А. Машковцевой подтверждает эту мысль: «В наше время в словах скромнее были. Таких грубых и резких слов раньше не употреблялось, по сравнению с теперешним днем. Такого матерного слова, как сейчас (прямо у некоторых через слово повторяется), не слышно было. Это мужики наши в ранешные времена в сердцах ругнутся так. А так, чтобы постоянно, то такого не водилось. Как Господь говорил, чтоб уста свои разными пакостными словами не оскверняли... [о.

В работе мужик — так это тоже ругнется изредка. А как: же: тяжело приходилось работать! Ну иль по пьяному делу кто выскажется, то было простительно: не владеет собой человек... А в доме, в семье об этом и речи не может быть! Родители никогда себе не позволяли какую-то ругань, особен-но — при детях. А среди нас тем более такого не было. Тятя за такое дело строго бы наказал...

Парни при драке — деревня на деревню — тоже, бывало, изредка вплетали слова разные. А так: скромнее люд раньше был — и в словах, и в поведении. Более выдержанные были и уравновешенные. Друг к другу относились с большим уважением. Что между собой — даже к животным, к скотине домашней с лаской относились. Поговорят с ней, как будто она понимает...

А от женщины (тем более — от девушки) грубых слов, не говоря уже о матерных, не услышишь. А сейчас это стало — как обычное явление. Люди уже не замечают за собой этого — вот до чего дожили! Потому что сейчас у людей друг к другу уважения нет...»

Уважение к себе и другим, уважение к слову, внутренняя сосредоточенность и духовная опрятность — все это, оказывается, очень тесно связано. И одно без другого существовать не может.

Но тяготы невыносимой жизни часто были бы просто непреодолимы без крепкого слова, да к тому же — с русским матерком.

«Эх, житье: вставши — да за вытье!» А выругаешься от души — и вроде легче тебе станет!..