Разделив обязанности, все трое взялись за дело. Киан ушел в конюшни выбирать самых выносливых коней для путешествия в горы. Дэрик отправился в город за проводником. А Сериз и Индиго навестили кухни в поисках провизии для поездки. Желая по возможности избежать сплетен среди слуг, она заручилась поддержкой Ласточки – одной из тех служанок, которые приходили к ней после пожара. Ласточка пообещала тайком отложить для них сушеного мяса и фруктов, а еще лепешек и несколько фляг с водой. Сериз поблагодарила ее, затем нашла перекус для Индиго и вынесла щенка в дворцовый сад, чтобы он мог размять быстро растущие лапы.

Это казалось невозможным, но Индиго уже набрал едва ли не полстоуна[1] за часы, прошедшие с рассвета. Умилительный круп с коротким хвостиком, еще недавно помещавшийся в ее ладони, теперь от земли доходил ей до середины икры. Если он и дальше будет так расти, она сможет носить его в перевязи еще день, от силы два.

– Не торопись так, мой хороший, – сказала она Индиго, сев на траву, чтобы почесать ему шею. – Побудь малышом еще немножко.

Будто отвечая, он пискнул и перевернулся на спину, подставляя живот для ласки. Но затем вскинул голову и замер в напряжении, подчиняясь инстинкту хищника. Должно быть, ветер принес ему какой-то запах, потому что в следующий миг щенок уже вскочил на лапы и побежал в сторону лабиринта из кустов так быстро, что Сериз не смогла его поймать.

– Индиго, стой! – Но она еще не учила его этой команде, и он стрелой унесся в заросли и исчез в лабиринте.

Сериз кое-как поднялась на ноги, оглядываясь по сторонам. Убедившись, что рядом никого нет, она подхватила юбки, задрала их повыше и совершенно не элегантно помчалась в сторону лабиринта. Заметив Индиго, она изо всех сил припустила за ним, но ей удавалось только не упускать его из виду. Индиго столько раз поворачивал и менял направление, что девушка начала бояться, что не найдет дорогу обратно. Щенок добежал до центра лабиринта, еще два раза завернул за угол и наконец остановился на маленьком поросшем травой пятачке, спрятанном за еще одним рядом кустов. Место было так хорошо скрыто, что сама Сериз ни за что бы его не нашла. Догнав Индиго, она обнаружила, что укромный уголок занят парой. Те двое сидели на мраморной скамейке, а их затянутые в гладкие ткани тела прижались друг к другу во время страстного поцелуя.

Сериз в замешательстве ахнула, и это спугнуло пару. Целующиеся тут же отстранились друг от друга и ахнули в ответ. Одна из них прижала растопыренную ладонь к округлой левой груди, будто пытаясь унять сердцебиение. Немигающий взгляд ее круглых глаз встретился со взглядом Сериз, и та с изумлением узнала леди Делору Шамплен. Лицо ее партнера было Сериз незнакомо. Длинный прямой нос, гладкая кожа, высокие скулы и сильный подбородок наводили на мысли о благородном происхождении. Золотисто-каштановые волосы были скручены в узел, закрепленный золотыми гребнями.

Тишину нарушил Индиго, визгливо залаяв на корзину с едой, стоявшую на траве у лавки. Леди вздрогнула, но глаз от Сериз не отвела.

Она не боялась Индиго. Она боялась ее.

– Простите за вторжение, – сказала Сериз. – Я пойду.

– Нет, постойте! – воскликнула Делора. Ее губы все еще были слегка припухшими от поцелуя, но румянец на щеках сменился восковой бледностью. – Позвольте мне объясниться!

– Не нужно, – сказала Сериз. Делора не сделала ничего плохого. Она завела любовную связь, помимо отношений с королем, и эта связь была тайной. Как фаворитка она имела на это право, к тому же довольно мудро об этом не распространялась. Раз уж дух Киана привлечен к Делоре, он вряд ли был бы рад узнать, что делит ее с кем-то.

Но потом до Сериз кое-что дошло. Она заметила, как нежно Делора гладит своего партнера по спине. Она никогда не проявляла такой привязанности к Киану – ни теплых взглядов, ни поцелуев, ни объятий или прикосновений, кроме хождения под руку в паре. Казалось, будто никакой связи с королем у Делоры не было.

Почему-то Сериз почувствовала воодушевление.

– Моя госпожа, – начала Делора, облизнув губы. Она заломила руки, а внизу горла заметно запульсировала жилка. – Вы ведь об этом не расскажете?

– Я не вправе, – ответила Сериз. – Но будем честны, разве король не имеет права знать, – она обвела вокруг рукой, – об этом?

– Насчет короля я не переживаю, – Делора понизила голос. – Он уже знает.

Сериз моргнула. Глупость какая-то. Киан мог сделать своей фавориткой любую женщину королевства. Почему он выбрал ту, которая явно его не хочет? А в юных привлекательных девушках, которые готовы ухватиться за возможность зачать наследника и стать новой королевой, недостатка точно не было.

– Но… – начала Сериз. – Я думала, он сказал, что женится на вас, если…

– Если я понесу от него, – закончила Делора. – Да, мы всем так и сказали.

Сказали? Значит, это неправда?

– Вы позволите объяснить? – снова спросила Делора.

Сериз подошла поближе, чтобы они могли говорить тихо. Она присела на траву перед скамейкой. Индиго устроился рядом с ней, понюхал корзинку с обедом, заскулил, но быстро получил угощение в виде кусочков холодной курицы. Тем временем Делора представила Сериз своего спутника: – Филиппа, – и начала рассказ:

– Раньше, когда я еще жила дома, мы вместе занимались игрой на арфе: я брала уроки. Но рассказать своему отцу о чувствах, которые я испытывала, я не могла. Он придерживался старых порядков и считал, что сам выберет мне мужа. И когда он нанял сваху, я не возражала. Я думала, что все кавалеры будут старыми и страшными и я просто их всех буду отвергать и никогда не выйду замуж, – Делора издала сухой смешок. – Но сваха работала хорошо. Слишком хорошо. Она приводила мне красивых богатых мужчин, от которых не отказалась бы ни одна разумная девица. У меня почти закончились отговорки для отказов, и я понимала, что рано или поздно отец примет решение за меня.

– И вы попросили короля вмешаться? – догадалась Сериз.

– Он мой хороший друг, – сказала Делора. – Достаточно хороший, чтобы соврать и дать мне безупречную отговорку для всех женихов. Он подал гениальную идею – по его словам, ни один мужчина не рискнет оскорбить короля предложением женитьбы его фаворитке. Вот такую роль он мне дал. Сначала мой отец был в ярости, но потом Киан добавил, что, если я понесу наследника, он сделает меня королевой. Даже пожаловал мне титул леди, и тут уж никто не жаловался. Каждый отец мечтает о таком возвышении для своей дочери.

– Так вот что вы имели в виду, когда говорили, что спаслись, став фавориткой, – Сериз теперь понимала всю иронию. – Дружба с королем освободила вас, но она же и притягивает к вам его дух и ставит вас в опасное положение.

– У меня не так много свободы, как вам кажется, – Делора крепко сжала руки. – Местные жрецы во многом похожи на моего отца – тоже верят в старые порядки. Им плевать на законы. Пока король жив, они не посмеют выступить против меня, но, если они узнают о Филиппе, они найдут причину, чтобы отослать мою любовь. Или того хуже.

В груди Сериз зашевелился гнев. Она этого не сказала, но все возражения жрецов были беспочвенны. Никогда человек не подчинял себе богиню. Шиера одинаково любила всех своих созданий – и мужчин, и женщин. Некоторым жрецам в Мортаре следовало указать на их место.

– От меня жрецы об этом не узнают, – пообещала Сериз. – Но вы хотите сказать, что король никогда не пытался зачать наследника?

Делора склонила голову набок, ее взгляд смягчился.

– Моя госпожа, вы видите, как он страдает. Вы верите, что он хотел бы передать такое мучение ребенку?

Ответ родился в сердце Сериз. Нет, разумеется, он не хотел бы, чтобы его первенец, да и любой другой ребенок, получил его проклятие. Но дальновидно ли было позволить династии Мортара угаснуть, прежде чем будут сняты проклятия? Они только что узнали, где искать Клинок Петроса, и то, если верить записям матери Страут. А если они ошиблись? Тогда Орден попытается захватить трон, а этот исход выглядел страшнее, чем тени.

* * *

Как и за день до этого, Сериз проснулась от громкого лая щенка. Открыв глаза, она резко села, оглядывая комнату в неверном сиянии оранжевого рассвета. В покоях не было никого, кроме Индиго, который выглядел абсолютно довольным. Пес уже вымахал ростом с олененка и стоял у ее кровати, виляя коротким хвостиком и облизывая щеки, будто только что перекусил.

– Ты проглотил жука? – спросила девушка. – Тебя все время от них тошнит. Когда ты уже это запомнишь?

Индиго облизнул ей подбородок, и она тут же отшатнулась от его дыхания. Запах невозможно было спутать ни с чем. Щенок ел лакомство с псарни, но Сериз даже представить не могла, где он его нашел. Она не приносила ничего в свои покои, а если и забыла об этом, тут же учуяла бы.

Что-то было не так.

Она откинула простыню и на цыпочках прошла через спальню, дойдя до выхода в гостиную. Заглянув туда и никого не увидев, дошла до входной двери и повернула ручку.

Дверь была не заперта.

– Нет, не может быть, – пробормотала она себе под нос. Вчера она закрыла дверь, это точно. Даже потом подергала ее, чтобы проверить, и она не поддалась.

Должно быть, кто-то украл ключ от ее покоев. Но если у чужака был ключ, почему он не запер за собой дверь, уходя? Этот кто-то хотел, чтобы она знала, что он был в ее спальне? Смотрел, как она спит, и мог ради забавы ее обесчестить? Кто-то во дворце намеренно пытался ее напугать?

– Ну, ничего не вышло, – объявила она, но дрожащий голос звучал фальшиво. Девушка вернулась в спальню и потрепала Индиго за ухом. – Забудь все, что я сказала вчера насчет малыша. Расти достаточно большим, чтобы съесть того, кто пробирается в мою комнату. Договорились?

Индиго взвизгнул и обернулся вокруг себя – так он сообщал, что ему нужно выйти облегчиться.

Сериз быстро переоделась в дорожное – легкую льняную тунику поверх штанов – и покрыла волосы тонким платком от солнца. Она уже уложила в небольшую сумку две перемены одежды и сердечное зеркало и теперь закинула поклажу на плечо. Через другое плечо она набросила самодельную перевязь и, упихнув туда Индиго, приготовилась к дневному путешествию.

Девушка заглянула на кухню за миской медовых хлопьев для себя и сырым цыпленком для Индиго, а заодно удостоверилась, что заказанные вчера припасы уже доставлены в конюшни. Разобравшись с этим, она выскользнула в сад, где они со щенком позавтракали и размяли ноги, пока могли.

Когда Индиго набегался по лабиринту из кустов, выплеснув энергию, Сериз вновь укутала его в перевязь и отправилась мимо выгона на встречу с Дэриком и Кианом. Добравшись до места, она увидела трех лошадей, привязанных у ворот конюшни, уже оседланных и нагруженных водой и припасами. Киан слонялся в теньке, одетый в легкий светло-коричневый костюм фермерского работника, изучая замковую территорию холодным взглядом, задрав подбородок.

– Доброе утро, ваше величество, – поприветствовала она, ища на его лице хоть один признак того, что Делора рассказала ему об их вчерашней встрече. Тема казалась деликатной, даже личной, и Сериз сомневалась, что стоит ее поднимать. Киан молча поздоровался с ней кивком, и она добавила:

– А где Дэрик?

– Пошел к казначею за еще одним мешком золота, – Киан жестом пригласил ее подождать вместе с ним в тени. Когда она подошла, он сократил вежливую дистанцию между ними и придвинулся так близко, что сердце ее заколотилось. – Хорошо бы этот проводник того стоил, – сказал он, почесывая Индиго за ухом.

Сериз не хотелось, чтобы он стоял так близко. В ее груди полыхал какой-то новый, незнакомый жар. Она обмахнула ладонью щеки, но они все равно покраснели.

– А как же генерал Петрос? – спросила она. – Думаю, его тоже следует позвать.

– Уже позвал, – ответил король. – Сейчас он отлучился, чтобы выполнить одно мое поручение, но он прекрасный следопыт и еще лучший наездник, так что я не сомневаюсь, что по дороге он нас нагонит.

Сериз не нравилась идея выезжать без генерала. Она вспомнила сердитые выкрики, которые слышала в городе: «Долой Полукороля!»

– Что мы знаем о проводнике? Можем ли ему доверять? Я чувствовала бы себя спокойнее в сопровождении королевской стражи, хотя бы до тех пор, пока к нам не присоединится генерал Петрос. Короля следует защищать.

– Следует, – согласился Киан. – Открывать свое лицо за пределами дворца без должной защиты – для меня безумие. Поэтому я надену чужое.

Сериз подняла бровь.

– Этим утром я вызвал отца Падрона, – объяснил Киан, – и велел ему изменить мою внешность на какую-нибудь более… заурядную… на этот день.

– Вот почему вы так одеты, – сказала она, оглядев его наряд.

– От вас ничего не скрыть, моя храмовая госпожа, – подмигнул ей Киан. – Падрон может начать мое преображение в любой момент.

Будто по сигналу Сериз почувствовала металлический привкус магии, и волосы Киана начали укорачиваться и менять цвет на красновато-русый. Глаза его не изменились, но нос слегка загнулся крючком, лоб удлинился, а губы стали тоньше.

За одно мгновение король превратился в незнакомца.

Она оглянулась в поисках отца Падрона, но не увидела его.

– Он превратил вас, не выходя из дворца?

– Совершенно верно, – сказал Киан, хмурясь и ощупывая новую форму носа и широкий разлет бровей. – Вас не пугает, как легко он это делает?

Сериз понимала, что имеет в виду Киан, но, хоть ее вера в Орден и пошатнулась, она была восхищена могуществом отца Падрона.

– Я очень рада, что он служит вам.

Киан засмеялся:

– Слышу речи политика. Вы становитесь настоящей посланницей, моя храмовая госпожа.

– Я лишь хочу сказать, что от Ордена есть польза, – ответила она, – и что не все жрецы жаждут сесть на ваш трон. Некоторые из них верны богине.

Киан ухмыльнулся, как когда-то ухмылялся один из прислужников в храме много лет назад, когда она спросила, правда ли, что горячий какао дают бурые козы.

– Вот с такой Сериз я познакомился в саду. С девочкой со светящимися глазами, которая не ведает зла. Я так и знал, что она еще с нами.

– Но я ведь права, – настаивала она. – В Ордене есть достойные жрецы.

– Вы переоцениваете их и ничего не можете с этим поделать. Вас так воспитали.

– Возможно, я предвзята, – ответила она. – И я готова это признать, если вы тоже это признаете.

– Я? – спросил он, касаясь груди. – А я-то почему предвзят?

– Все просто, – сказала она. – Проклятие Шиеры каждую ночь отправляет вас в тени, и именно ей служит Орден. Вы питаете злобу к богине за то, что она вас наказывает, и распространяете это чувство на ее служителей и тех, кто ей поклоняется.

– Это было бы логично, если бы…

– Если бы?

– Если бы я питал злобу и к вам, – одной рукой Киан погладил ухо Индиго, а большим пальцем другой прикоснулся к подбородку Сериз. – Но это не так. А вы еще более слепо преданы своей богине, чем любой жрец в моем подчинении.

Сериз не сразу обрела дар речи. Она могла вымолвить только одно:

– Она и ваша богиня тоже.

– Неужели? – тихо сказал он, придвигаясь ближе, а его взгляд опустился на ее губы.

Она и моргнуть не успела, а уже потянулась лицом к нему. Разум велел ей остановиться, но сердце отказывалось его слушаться. Не имело значения, что Киан выглядел как незнакомец. Ее душа знала, что это он, и жаждала его. Сериз задержала дыхание в предчувствии поцелуя, а тело ее полнилось в равной степени страхом и желанием.

Где-то далеко за их спинами послышалось приветствие Дэрика, и она отшатнулась от Киана. Король, похоже, быстро взял себя в руки и снова сосредоточился на почесывании Индиго за ухом, легко улыбаясь как ни в чем не бывало.

– Все достал! – Дэрик трусцой вбежал на выгон, потрясая мешочком с монетами. – Ну что, кто готов к поездке по пустыне верхом на потном звере?

– На потном звере? – Киан демонстративно посмотрел вокруг, безуспешно пытаясь скрыть улыбку. – Что-то твоей матушки не видно.

– Она дома, – невозмутимо сказал Дэрик, – приходит в себя после тех десяти секунд, на которые тебя хватило вчера вечером.

Киан хлопнул себя у сердца:

– Вы меня раните, лорд Калатрис.

– О да, я бы тебя изуродовал и отпустил, да кто-то успел до меня, – Дэрик прищурился, разглядывая новые черты Киана. – Что Падрон сделал с твоим лицом?

– А тебе не нравится? Я считаю, что оно довольно…

– Зловещее? – предположил Дэрик.

– Я хотел сказать «хулиганское». Но «зловещее» тоже подойдет.

Сериз осознала, что улыбается. Она наклонила голову и прошептала Индиго:

– Вот дурацкие мальчишки, да?

– Я все слышал, – Дэрик погладил жидкую бороду. – Но может ли простой мальчишка произвести на свет нечто столь же прекрасное?

Киан фыркнул:

– Борода может хотя бы вырасти, не то что остальные части тела.

– Вы так и будете весь день обмениваться оскорблениями? – спросила Сериз. – Или пойдем на встречу с проводником?

Дэрик посмотрел на Киана:

– Почему бы не совместить?

– Верно. Взбирайтесь на этого потного зверя, лорд Калатрис, – тихо усмехнулся Киан. – Я назову своего в честь вашей сестры.

Дэрик похлопал себя по уху:

– Простите, не понимаю. Я знаю много языков, но шутовской в этот список не входит.

Идя к лошадям, Сериз сдерживала хохот. Животные поприветствовали ее склоненными головами. Пока она по очереди гладила их челки и прислушивалась к веселой перепалке позади, в ее груди расцветало ужасное ощущение.

Этот момент был так мимолетен. Если им не удастся найти Клинок Петроса, все это закончится очень быстро. А даже если и найдут, им еще предстоит разобраться, как именно снять проклятие. До Дня Обретения Дэрика оставалось всего пять лун. А вскоре после этого время выйдет и для Киана. Потерять любого из них для нее было немыслимо.

От этой мысли у нее перехватило дыхание.

– Мы спросим Сериз, – голос Дэрика вернул ее в реальность. – Что больше любят дамы – мозги или мышцы?

Дэрик постукивал пальцем по голове, а Киан шутливо оттеснял его в сторону, поигрывая бицепсами. Она сосредоточилась на них обоих, запечатлевая в своей памяти эту картинку. Запомнила чахлую бороду, и легкую улыбку Дэрика, и его ум, который сиял ярче солнца. Затем перевела взгляд на Киана и его глаза цвета грозовых облаков, которые видели в ней то, о чем она и сама не догадывалась. В какой-то момент ее краткого пребывания во дворце они оба стали ей родными. Это вышло случайно, но она не сомневалась в том, что их близость была настоящей.

Она хотела запомнить их такими.

– Ни то ни другое, – улыбаясь и тайком смаргивая слезы, шутливо ответила она. – Богиня достигла совершенства, создавая женщин. Мы ничего не хотим.