Вечер наступил слишком быстро даже для последнего летнего месяца, избавив всех нас от участи заживо запечься на жарком солнце, которое в какой-то момент начало палить немилосердно.

Теперь парк скрывался в тенях, фонари рваной цепью тянулись вдоль тропинок и аллей, музыка постепенно стихала, а тишину прерывал только далёкий смех студентов — мы специально выбрались на аллею, чтобы улучить небольшую передышку перед тем, как вновь нырнуть в самое пекло.

— Ты слишком спокоен, — наконец произнесла Эльза, не глядя на меня. — После всего, что сегодня случилось, ты всё ещё выглядишь так, словно сходил на скучную лекцию.

— Я просто не хочу беспокоиться до тех пор, пока я могу просто и с удовольствием держать тебя под руку, — отозвался я, посмотрев на девушку. — Проблемы и сами меня прекрасно найдут, их даже звать не нужно…

Эльза фыркнула, но её щёки порозовели.

— Если ты постоянно будешь на острие копья, Лекс, то эта тенденция будет только набирать обороты. Понимаешь? — она заглянула мне в лицо, прищурившись.

— Прекрасно понимаю. Но это — неотъемлемая часть моей жизни. Так уж получилось, и иного варианта нет и не предвидится…

Так, продолжая болтать ни о чём и обо всём одновременно, мы сделали круг почёта по парку, прежде чем вновь вернулись на территорию фестиваля. И там, у одного из закрывшихся к вечеру стендов, нас перехватил незнакомец — юноша с уверенной осанкой, широким размахом плеч и открытой улыбкой.

Он шагнул навстречу, приложив левую ладонь к груди с красующимся под мечом, иглой и молотом гербом рода.

«Второй эшелон знатных семей. Борзые или Борзовы? Не суть — сам представится. Достаточно знать, что они обладают определённым весом, историей и приличной репутацией».

— Господин Лазарь, — произнёс юноша, протянув вперёд правую руку. — Позвольте представиться. Сергей Борзов. Мы не были знакомы ранее, но мой отец настоятельно советовал мне исправить это упущение при первой же возможности.

Я кивнул, пожимая его ладонь, на которой ощутимо выделялись мозоли от фехтования — ни с чем такие не перепутать.

— Рад знакомству, господин Борзов, — я кивнул вежливо, не сводя взгляда с его лица.

— И это взаимно, господин Лазарь, — улыбнулся тот открыто. — Вижу, вы несколько заняты, поэтому буду краток: мой отец просил передать, что род Борзовых рассматривает вас как серьёзную, самостоятельную фигуру, и потому был бы рад в будущем поддерживать тёплые отношения.

«Ну надо же. Вот, что делают животворящие… затрещины, выданные самым видным „особям“ в стае» — хмыкнул я про себя, но вслух сказал совсем другое.

— Передайте вашему отцу мою искреннюю благодарность. Я совершенно не против поддержания адекватных связей с хорошими людьми.

Парень ещё раз кивнул, бросил на Эльзу вежливый взгляд, раскланялся и с ней, пожелал нам приятного вечера — и растворился так же быстро, как и появился.

А на его место, как по волшебству, шагнул следующий кандидат, менее статусный, но столь же решительный.

Вереница рукопожатий, формальных приветствий и вежливых улыбок растянулась на треть часа, если не больше. Студенты, лиц которых я и не помнил даже, сегодня вдруг находили насквозь формальные поводы подойти и завести знакомство.

Кто-то хвалил прошедшую дуэль или моё выступление на экзамене, кто-то интересовался моими дальнейшими планами, кто-то выражал своё уважение тому, как умело я «преподавал» под присмотром профессора, а кто-то просто и прямо подходил, чтобы «засвидетельствовать почтение».

Сама ситуация не заставила меня нервничать — я держался держался спокойно, отвечал коротко и вежливо, придерживая за локоток Эльзу, взирающую на всё это с непроницаемым лицом типа «я здесь ни при чём, но понаблюдать готова».

А когда последний желающий поручкаться со мной студент скрылся из виду, она наконец вздохнула:

— Ты сам выступил катализатором, — Эльза покачала головой. — Эффектно и громко макнул Кризенфортов лицом в лужу, и этой соломинки, на удивление, хватило, чтобы переломить хребет верблюду. Тебя дружно решили воспринимать всерьёз, Лекс. И, я думаю, попутно убедились в том, что ты — не с Его Высочеством, а сам по себе.

Я поправил повязку на запястье:

— Не ожидал, что дуэль в разы более простая, чем наше с Александром выступление в финале, вызовет такую реакцию.

— Пф-ф, — Эльза фыркнула. — Не дуэль, Лекс, а факт того, что ты действовал в отрыве от Его Высочества, плюс перевёл конфликт из традиционной плоскости интриги в нечто… более приземлённое, так скажем.

— Ты так неуверенно об этом говоришь, словно на месте «более приземлённого» должно было оказаться нечто вроде «плебейского мордобоя», — хмыкаю я, улыбнувшись и взглянув на Эльзу сверху вниз.

— В каком-то смысле, так оно и есть…

Нас заставило обернуться вежливое покашливание, которым обозначила своё присутствие девушка весьма необычной, но крайне приметной внешности.

Высокая, с не по-Имперски смуглой кожей и яркими синими глазами, она сильно выделялась среди всех прочих людей. Слишком необычная комбинация, так что и определить, кто она есть, было несложно.

«Роксана Изерелли, дочь графского рода Изерелли-Фаустов с северных провинций. О которых я знаю лишь самую малость, и ту — по вершкам. Неприятно».

— Лександр Лазарь, — мелодичным голосом произнесла она, остановившись в паре шагов и взирая на меня с открытой, располагающей и чрезмерно тёплой улыбкой. — Надо же. Столько лет, а ты почти не изменился. Разве что вырос и перестал дёргать девочек за косички. Но начал показательно шпынять всяких мальчиков…

— Леди Изерелли, — я склонил голову. — Признаться, ещё на вступительных я не ожидал увидеть вашу фамилию среди поступающих. Ведь ваш род традиционно обучался на родине…

— Традиции имеют свойство прерываться. Отец решил, что здесь у меня будет больше перспектив, — ответила она с хитрым прищуром, бросив взгляд на Эльзу и тут же вернув его на меня. — Нам стоило бы пообщаться при случае поближе, Лександр. Уверена, нам найдётся, что обсудить.

Её нисколько не смутила ни моя подчёркнутая вежливость, ни присутствие Эльзы. Интонация — лёгкая, игривая настолько, что я даже ощутил, как пальцы моей спутницы сильнее сжались на моей руке.

— Боюсь, мой график загружен до предела, — ответил я ровно, — и мне сложно будет найти время для общения. Но я ценю ваше предложение, леди Изерелли.

Уголки губ Роксаны чуть дрогнули, приподнявшись, а в глазах вспыхнуло что-то хищное, оценивающее:

— Что ж… — она качнула головой, пару раз моргнув. — В детстве, помнится, ты был куда более заинтересован во мне. Но, видно, те времена минули безвозвратно…

— Мы были детьми, — осторожно заметил я, чувствуя, как шагаю по минному полю. — С тех пор многое изменилось, леди.

— Бесспорно, — а вот теперь она чуть нахмурилась, явно ожидая какой-то другой реакции. — Но я надеюсь хотя бы на продолжение старой искренней дружбы, заложенной восьмилетками за какую-то неделю, Лександр. К слову, я тоже намерена вступить в клуб Точных конструкций… — она вновь мазнула многозначительным взглядом по Эльзе. — Увидимся там.

Роксана развернулась на месте, махнув копной пышных волос, и устремилась прочь, оставив после себя шлейф невесомого цветочного аромата… и облегчение от того, что мне удалось избежать обвинения в амнезии. Но это не точно.

А вот Эльза, к которой я сразу же обернулся, выглядела… мрачно. Она смотрела в спину Роксаны, поджав губы, и в ней медленно, но верно закипало раздражение.

— Вижу, твоя репутация начинает работать в обе стороны, — спустя пару секунд заметила она задумчивым тоном, в котором проскальзывала дрожь. — И привлекает не только союзников, но и… старых знакомых.

— Я её почти не помню, Эльза, — я пожал плечами, чуть притянув девушку к себе. — Мне было восемь лет, с её слов. Это не повод для ревности.

— Пф-ф, ещё чего! — рыжеволосая аристократка задрала голову, вперив в меня взгляд своих глаз, ставших почти чёрными. — Просто эта девица смотрела на тебя так, словно её отправили сюда прицениться к породистому жеребцу.

Я рассмеялся, и потянул было Эльзу дальше по дорожкам, петляющим среди стендов, когда мой взгляд вычленил среди толпы ещё пару знакомых лиц: Александр с Викторией двигались в нашем направлении.

А так как стояли мы почти в тупичке, ретировавшись сюда от навязчивого внимания, то и сомневаться в их цели не приходилось.

— Леди Шталь, — первой заговорила Виктория на удивление дружеским тоном, — не составите мне компанию? Я бы хотела обсудить с вами кое-что. А мальчики, — она бросила взгляд на кузена, — пусть пока обсудят свои скучные дела без оглядки на то, как бы мы не заснули ненароком.

Эльза замешкалась от такого напора, но быстро взяла себя в руки. Она отпустила мою руку, кивнула мне — и девушки отошли в сторону, туда, где их обеих нам было прекрасно видно.

— Удобно, — заметил я, провожая их взглядом. — Чувствуется отработанная схема.

— Мы не практиковали такие приёмы целенаправленно, Лександр, — качнул головой выглядящий совершенно довольным принц. — Она всего лишь хорошо понимает разного рода ситуации. И леди Шталь ей чем-то импонирует. Редкий случай.

Александр развернулся всем корпусом, поправив очки на переносице и посмотрев на меня с прищуром, сулящим не самый простой разговор. Впрочем, я и так это прекрасно понял.

— Я не ожидал от своего «соперника» такого прямолинейного, но вместе с тем изящного и полного скрытых посылов решения проблемы, — начал он спустя секунду. — Честно говоря, я ждал ответной интриги. Изящной, опасной… соответствующей духу Лазарей. А ты взял и вывернул всё наизнанку так, что наследник Кризенфортов от неожиданности допустил самую фатальную в его положении ошибку…

— И какую же? — я чуть улыбнулся.

— Он согласился на публичную дуэль с тем, кто держался на равных со мной, конечно же, — честно ответил Александр, сложив руки за спину. — И дураку должно быть понятно, что его лучший балл — это ничто против реальных практических навыков.

— На это я и рассчитывал, — я потёр переносицу, мысленно выругавшись на этот свой непроизвольный жест. — У меня не было ресурсов для подобающей интриги. Пришлось импровизировать.

— И импровизация эта, бесспорно, удалась, — Александр улыбнулся и уверенно кивнул. — Я поздравляю тебя с пусть не победой, но с выигранной передышкой так точно, Лександр.

Я кивнул, приняв поздравления, а принц вдруг улыбнулся ещё шире, сверкнув глазами:

— Кстати, о победах. Сколько у тебя жетонов?

Я покосился на ленту, перекинутую через грудь:

— Восемьдесят один.

— Сто сорок, — в голосе Его Высочества прозвучал намёк на превосходство. — Впрочем, мне не дано завлекать наставительными речами десятки человек разом, да ещё и так, чтобы процесс растянулся на часы. У тебя талант, знаешь?

Я приподнял бровь, чувствуя за этими словами что-то кроме банальной вежливости. Какой-то тонкий намёк на очень толстые обстоятельства.

— Должно быть, ты не слышал, — довольно усмехнулся он, — но стоило лишь разойтись слуху о том, что ты намерен вступить в клуб Точных конструкций, как туда решила записаться львиная доля первокурсников и первокурсниц. Ожидается аншлаг, а предварительные бюджеты, утверждённые администрацией, теперь требуют срочного пересмотра. Это, впрочем, служебная информация…

— Служебная информация, которой располагает обычный студент? — я хмыкнул, скрывая искреннее удивление.

Моя «лекция» под руководством профессора Коваля не казалась мне чем-то из ряда вон выходящим — просто способ скоротать время и заработать жетоны, не занимаясь унижением однокурсников.

«Но вот поди ж ты».

Александр в то же время демонстративно медленно развёл руками, словно извиняясь. И в этом жесте было искренности больше, чем во всём том, что он обычно позволял себе показывать, общаясь с кем-то другим.

— Увы мне, но положение не позволяет забыть о себе всецело. Как бы ни просил я сам, и как бы ни старались многие, но обычным студентом мне не быть никогда, — голос, которым это было сказано, полнился искреннего сожаления. А вот последняя его фраза была скорее ехидно-предвкушающей: — И тебе, впрочем, тоже.

— Я ожидал отклика, но никак не подобного резонанса, — поморщился я.

— Напрасно. Ты — видная фигура в черте Академии. Держался на равных со мной, одолел наследника Кризенфортов, сдружился с нейтралами, — он кивнул куда-то в сторону, где, вероятно, находились Громовы, Виктор и Белль. — Да и сам держишься нейтральной позиции, не примыкая ни к одной из сторон. Это создаёт вокруг тебя вакуум, который другие хотят заполнить. Ты же понимаешь это, Лександр?

Я ответил не сразу, и Александр воспользовался этой паузой, чтобы продолжить:

— Я лишь надеюсь, что это не попытка возглавить новый полюс силы. В омрачённые событиями последних недель времена внутренние дрязги Империи не нужны. Даже если сейчас всего лишь закладывается их фундамент.

— Такие цели мне не интересны, Александр, — я сразу же качнул головой. — Политические игрища я с радостью оставлю Родерику. Мои приоритеты лежат в совсем другой плоскости.

«Что есть чистая правда… в каком-то смысле».

Принц же посмотрел на меня внимательно, а после вдруг рассмеялся — легко и искренне.

— Я тебе верю. Но не выразить беспокойство не мог, — он демонстративно вздохнул. — Noblesse oblige, Лександр. (прим.Авт: франц. «Положение обязывает»).

— Понимаю и принимаю, Александр… — мой взгляд скользнул по студентам, которые тихонько стояли в своей компании, прислушиваясь.

И было таких кучек вокруг нас порядком, и лично мне совершенно не верилось в то, что все они вдруг решили насладиться благодатной вечерней тишиной.

— На нас смотрят, — прокомментировал принц, проследив за направлением моего взгляда. — Уже гадают, о чём мы говорим.

— Пусть гадают, мне не жалко, — я хмыкнул.

— Согласен. И напоследок, — он чуть понизил голос. — Твой кристаллический купол. Лично не видел, но уже наслышан. Что за материал?

— Авторская разработка, — ответил я, задумавшись на секунду. — Свойства — плод моего воображения на стыке всего того, что показалось мне наиболее удачным. А форма как по учебнику.

— Вот как, — произнёс Александр задумчиво, поправив очки на переносице. — Раз ты решил блеснуть во всех сферах, Лександр, то подумай над тем, чтобы предложить эту технику Трону. За уникальные и эффективные разработки Империя обычно очень щедро благодарит, и речь не только о материальных ценностях. Для справки, это я говорю не как твой друг, а как наследник престола. Подобные вещи не должны пропадать в стенах Академии.

— Я подумаю, — и я не слукавил, потому как техника, даже самая продвинутая, после достижения определённого уровня решительного преимущества просто не даёт. — И спасибо за совет. Честно — это действительно очень помогает. Нелегко вновь влиться в общество, из которого так старался выпасть, и при этом ничего не потерять…

Принц улыбнулся и кивнул, развернувшись к Эльзе и Виктории — они как раз подошли к нам. И обе выглядели на удивление довольными: видимо, их беседа и правда удалась.

— Саша, нам пора, — произнесла брюнетка. — Ещё нужно успеть к ужину в главный зал, у нас встреча…

Александр картинно вздохнул, развёл руками и, попрощавшись, улёк кузину в сторону центрального крыла. Эльза же плавно сместилась ко мне, взяв меня под руку:

— Знаешь, из-за тебя у меня совсем не получается быть серой мышкой, как я планировала. Спокойно заниматься своими делами, ни во что не влезать… — она покачала головой якобы мечтательно, а потом уткнулась головой в моё плечо. — Но я ничуть не против.

— Ты не представляешь, насколько я рад это слышать…

Остаток вечера мы провели, изучая начавший потихоньку рассыпаться фестиваль. На одной из площадок нам встретились Виктор и Мариэлла — издалека блондин выглядел вполне себе довольным жизнью, что-то обсуждающим со своей «мучительницей» и смеющимся, но при нашем приближении трагик вновь оказался на коне:

— Она взяла надо мной шефство, — сообщил он обречённо, когда «герцогиня» отошла за напитками. — Теперь я почётный член конного клуба. Почти. Осталось только бумажки оформить…

— Мои соболезнования, — хмыкнул я, окинув его взглядом с головы до ног. — Но ты не выглядишь таким уж разбитым, Вик. Заодно и подучишься обращаться с конями. Ну разве не замечательно?

— Издеваешься, — покачал он головой, допустив в голос щепотку ехидства. — А ведь я почти привык. Лошади, правда, всё ещё смотрят на меня как-то недобро…

Мариэлла тем временем вернулась с парой бокалов, вручила один своему «подопечному», сказала Эльзе, что она намерена сделать из Виктора если не гордого наездника, то хотя бы человека, который не бледнеет при виде пони — и торжественно удалилась, на буксире утянув за собой блондина.

— Знаешь, — начал я задумчиво, — иногда мне кажется, что я совсем ничего не понимаю в флирте.

— Пф-ф! — Эльза едва не рассталась с напитком, глоток которого только что сделала. — Шутишь? Он, конечно, дурак, но не настолько же. Просто два великовозрастных дитяти бесятся. И довольно безобидно, кстати…

Дима, Лиза и Белль тоже попадались нам на глаза, но мы не стали их отвлекать — у них царила своя, особая атмосфера, влезать в которую мы с Эльзой сочли лишним.

Фестиваль постепенно затихал. Огоньки гасли один за другим, шатры сворачивали, светлячков в небе становилось всё меньше, и парк медленно погружался во тьму. Я, как это уже повелось, проводил Эльзу до дверей западного крыла, а после вернулся в свою комнату.

За день произошло достаточно того, что следовало обдумать.

Этим я и собирался заняться перед тем, как рухнуть на боковую…

[Интерлюдия 3].

В комнате Яна Кризенфорта было светло, но неспокойно. Сам парень сидел в кресле, тарабаня пальцами по подлокотникам одной рукой, а второй — подперев подбородок. Он смотрел в одну точку перед собой, невидящим взглядом пытаясь прожечь в стене дыру к незадачливому соседу.

Астрид обнаружилась здесь же. Она стояла у окна, прижав к уху элегантный внешне телефон. Она уже заканчивала обрисовывать деду ситуацию — сухо, без прикрас и без попыток выгородить брата.

Честно, как и подобало Кризенфортам.

— Активные действия — прекратить, — донёсся из динамика искажённый голос Кеннета Кризенфорта, действующего главы рода, задержавшегося на своём месте дольше положенного. — Я не могу гарантировать, что этот… Лазарь, не опасен для окружающих. И не попробует решить проблему радикально, если вы создадите для этого все предпосылки.

Астрид нахмурилась, словно ей такой вариант развития событий в голову просто не приходил. Ну а Ян, прекрасно слыша голос деда, замер, бесшумно сглотнув вставший в горле ком.

— Ты считаешь, что это возможно, дедушка? — наконец спросила блондинка, не отрывая взгляда от окна.

Кеннет вздохнул устало и недовольно:

— Дед Лазарей, покойный Генрих, в молодости заколол на дуэли юношу, посмевшего соперничать с ним за сердце будущей супруги. Даже тогда, в смутные времена, это было жутким моветоном. Но Лазари вошли в Первую Сотню именно так — по головам, ведь то был лишь первый из его неоднозначных поступков, — старик замолчал, давая внукам время осознать услышанное. — И я не хочу, чтобы мои внуки стали лишь очередной ступенькой для безумца из их рода.

— Я поняла, дедушка, — Астрид ответила, прикрыв глаза. — Я передам всё Яну.

— Ты хладнокровнее его, внучка, — продолжил между тем Кеннет. — Я доверяю тебе проследить за тем, чтобы твой брат не наделал глупостей ещё больших. Его молодость и горячность могут дорого обойтись всем нам, — и снова небольшая пауза. — Берегите себя.

Связь прервалась с коротким щелчком — глава Кризенфортов, как и всегда, был немногословен и скуп на сантименты.

Астрид опустила руку с зажатым в ней телефоном, повернулась к брату, который сидел во всё той же позе, что и полчаса назад.

— Я всё слышал, — выдохнул он тихо. — Я признаю свои ошибки. Я недооценил Лазаря, и как несмышлёный ребёнок не смог в моменте засунуть гордыню подальше, отказавшись от заведомо проигрышной дуэли. Это непозволительно. Мне даже не нужна отповедь отца или деда, чтобы это осознать.

Астрид подошла к нему, обойдя кресло по кругу. Положила руки на плечи наследника:

— Я рада, что ты это понял, Ян, — напрямую его глаз девушка не видела, но знала, что там сейчас преобладает стыд. — Но теперь действовать буду я. Не мести ради, а во благо Кризенфортов. Учиться в академии долго. Лазарь рано или поздно расслабится. А я умею ждать. Ты же… просто сосредоточься на том, что у тебя получается лучше всего. Связи, учёба, долгосрочные деловые планы. Не Лазарь.

Ян коротко кивнул, принимая необходимость «передачи эстафеты», а дочь Кризенфортов, отпустив плечи брата, подошла к окну. Её лицо, спокойное и непроницаемо-холодное, отразилось в стекле, за которым постепенно гасли последние огни фестиваля.

Астрид ещё сама не знала, хочет ли она продолжать цепляться за прошлое.

Но здесь и сейчас она отступать точно не собиралась.

//Прим.Авт: Кризенфорты, нейроарт:)