*«Согласно опросу, проведённому среди эльфов высшего круга, 87 % респондентов заявили, что „никогда не стали бы работать в одном коллективе с демоном“. При этом 62 % добавили, что „даже в одном здании“. 23 % сказали, что „готовы терпеть присутствие демона, если он будет носить специальный ошейник“. И только 5 % признались, что „у них есть знакомый демон, и он, в общем-то, нормальный“. Эти 5 % были исключены из совета старейшин за „разжигание межрасовой дружбы“.»*

— Из доклада «Межрасовая нетерпимость: цифры и факты» (издание «Магический диссонанс», выпуск 12)

Жанна не спала всю ночь.

Не потому, что переживала за Азу или за встречу с психотерапевтами-поручителями. Нет. Она не спала, потому что в её голове завелась мысль, которая грызла её изнутри, как бес — печенье. Мысль была простая: «А что, если я неудачница?»

Она лежала на диване в своей холостяцкой квартирке (однушка в старом доме, с вечно капающим краном и соседкой-оборотнем, которая выла на луну даже днём — просто для тренировки) и смотрела в потолок. На потолке было пятно. Если долго смотреть на пятно, оно начинало напоминать демона. Или ангела. Или просто плесень.

— Я открыла агентство, — сказала она пятну. — У меня есть бес-бухгалтер, вампир-курьер с котёнком и демон-психотерапевт в свитере с оленями. Это нормально?

Пятно молчало. Оно было солидарно с цветком, который тоже молчал.

— Я ещё и ангела пригласила на чай, — продолжила Жанна. — Конкурирующего ангела из корпорации, которая хочет нас закрыть. Я идиотка?

Пятно не ответило. Зато соседка-оборотень за стеной начала выть. Не тоскливо, а как-то вопросительно: «У-у-у? У-у-у?» Жанна не знала, что ответить, поэтому просто крикнула:

— У меня всё хорошо, спасибо!

Вой прекратился. Соседка, видимо, решила, что разговор состоялся.

Жанна встала, умылась холодной водой, оделась в свой деловой костюм (пиджак и юбку) и кеды. Посмотрела в зеркало. На неё смотрела женщина тридцати двух лет с тёмными кругами под глазами и рыжими волосами, собранными в небрежный пучок.

— Ты справишься, — сказала она зеркалу. — Или нет. Но хотя бы будет смешно.

Зеркало не возражало.

В офисе (подвале) её уже ждали. Филя сидел за столом и что-то строчил в ноутбуке. Аза перебирал чётки — без свитера, в чёрной футболке, как велела бабушка Зина. Сергей уже приехал с Бубликом и в новой куртке: на ярко-жёлтую форму доставки он пришил нашивку «Добрая душа» и маленькое сердечко ниже — вопреки запрету Филя. Котёнок сидел в термопакете и вылизывал лапу.

— Гавриил звонил, — сказал Филя, не отрываясь от экрана. — Он приедет с поручителями через час. Ангел-психотерапевт — мужчина, зовут Рафаил. Очень либеральный, по словам Гавриила, но с характером. И вампирша-психотерапевт — женщина, Элеонора. Работает в кризисном центре «Светлая голова». Ей двести тридцать лет, она не кусается.

— А что ест? — спросил Сергей, подозрительно косясь на дверь.

— Пьёт кровь доноров, — ответил Филя. — Но в специальных пакетах, как сок. Так что не волнуйся, Бублика не тронет. У неё аллергия на кошачью шерсть. Кстати, Сергей, убери котёнка, когда она придёт. А то чихать будет на наши договоры.

Сергей посадил Бублика в переноску (специально купленную на рынке у гномов) и поставил в угол.

— А как мы их примете? — спросил Аза. — У нас есть план?

— План простой, — сказала Жанна. — Вы, Аза, рассказываете о себе и своём желании помогать людям. Филя показывает документы. Я предлагаю чай и пирожки. Сергей развлекает гостей своим обаянием и котёнком (в безопасной зоне). Гавриил выступает наблюдателем. Если кто-то из поручителей начнёт сомневаться, мы включаем режим «уют и доброта». У нас есть реквизит: плед, мягкие игрушки и свечи. Я купила вчера в магазине «Магический уют».

— Свечи? — удивился Аза. — Зачем?

— Создают атмосферу. Демон в окружении свечей выглядит загадочно, а не страшно. Я читала статью по пиару.

Филя скептически посмотрел на Жанну, но спорить не стал.

Ровно через час в дверь подвала постучали. Стук был вежливым, размеренным — два коротких, один длинный. Жанна открыла.

На пороге стояли трое. Гавриил — как всегда, с планшетом и с выражением «я здесь по делу, но не против выпить чаю». Рядом с ним — высокий мужчина с золотистыми волосами и крыльями, сложенными за спиной. Ангел. Очень красивый, как на картинках в учебниках по светлой магии. Но при этом в очках и с бородкой «я интеллектуал, а не просто красавчик». Он улыбнулся Жанне, обнажив ровные белые зубы.

— Рафаил, — представился он. — Психотерапевт. Я слышал, у вас тут демон, который хочет лечить души. Это интересно. Я пришёл посмотреть.

— А я Элеонора, — сказала вторая гостья. Вампирша лет сорока на вид, с седыми прядями в чёрных волосах и в строгом медицинском халате поверх платья. У неё были красные глаза (не от голода, а от бессонницы, как она пояснила). — Я работаю с кризисными пациентами. Видела всякое. Демон — не самое страшное. Самое страшное — это люди, которые отказываются от помощи. Так что показывайте вашего рогатого.

Аза, услышав своё имя, вышел из-за ширмы. Он был без свитера, но в чистой футболке и с аккуратно причёсанными волосами (рожки он специально полировал). Хвост нервно дёргался, но он взял себя в руки.

— Здравствуйте. Я Азазель. Можете называть меня Аза.

Рафаил окинул его взглядом. Долгим, изучающим. Потом кивнул.

— Хорошо. Давайте поговорим. Где можно присесть?

Филя тут же подвинул стулья, Жанна зажгла свечи (одна из них чихнула искрами — оказалось, она была магическая, с характером), Сергей поставил чайник. В подвале запахло пирожками и корицей.

Разговор длился два часа.

Рафаил расспрашивал Азу о его мотивации, о дипломах, о том, как он представляет свою работу с людьми. Аза отвечал честно: говорил, что он эмпат, что чувствует эмоции, что хочет помогать, а не питаться страхами. Что он устал быть грузчиком. Что он плакал, когда не мог помочь человеку на улице, потому что тот боялся его свитера.

— Почему свитера? — удивилась Элеонора.

— Потому что я думал, что свитер с оленями сделает меня уютным, — признался Аза. — Но оказалось, олени тоже пугают. Особенно если они красные. Люди думают, что это намёк на кровь.

— А вы не пробовали носить что-то нейтральное? Например, серый кардиган? — спросил Рафаил.

— Пробовал. В сером кардигане я похож на учителя математики, которого боятся за его строгость, а не за рога. Но тоже боятся. — Аза вздохнул, и из его ноздрей вылетели два облачка дыма. — Я не могу изменить свою внешность. Но я могу изменить отношение к себе. Если вы дадите мне шанс.

Элеонора посмотрела на Рафаила. Тот кивнул.

— Мы дадим поручительства, — сказала она. — Но при одном условии.

— Каком? — спросил Аза, замирая.

— Вы пройдёте супервизию в нашем центре. Три месяца бесплатной работы под наблюдением. И если за это время не будет ни одной жалобы от пациентов, мы продлим поручительство на постоянную основу.

— Согласен! — выпалил Аза, даже не дослушав.

— Погодите, — вмешался Гавриил. — А как же комиссия? Пробная сессия с пациентом-человеком?

— Уже есть, — сказала Жанна, доставая заявление бабушки Зины. — Вот. Пациентка написала, что всё прошло хорошо. Что демон не украл душу, не напугал, а наоборот — помог справиться с депрессией. И даже сковородка перестала дымиться.

— Сковородка? — переспросил Рафаил, поднимая бровь.

— Долгая история. Но суть в том, что пациентка довольна.

Гавриил взял заявление, прочитал, хмыкнул.

— Формально всё правильно. Подпись есть, дата есть. Можно подавать в комиссию. — Он посмотрел на Азу. — Поздравляю. Вы — первый демон в этом городе, который получит шанс на лицензию психотерапевта.

Аза не сдержался. Он заплакал. Но слёзы у демонов были не солёными, а горьковатыми на вкус, с примесью серы. Филя протянул ему носовой платок.

— Не порти пирожки, — сказал бес. — Их и так мало.

Элеонора улыбнулась — впервые за вечер.

— Знаете, — сказала она, — я за двести тридцать лет работы видела много пациентов. Вампиров, оборотней, даже одного лешего. Но демона впервые. И я должна признать: вы не страшный. Вы… трогательный. Как котёнок, который пытается казаться львом.

— У нас есть котёнок, — вдруг сказал Сергей, доставая Бублика из переноски. — Хотите подержать?

— У меня аллергия, — напомнила Элеонора.

— Он гипоаллергенный, — соврал Сергей. И сам в это не поверил, но очень хотел поделиться котёнком.

Элеонора вздохнула и взяла Бублика. Котёнок немедленно начал мурлыкать. Вампирша чихнула, но не отложила.

— Ладно, — сказала она. — Вы меня убедили. Давайте подпишем бумаги.

Через час все договоры были подписаны, чай выпит, пирожки съедены (кроме одного, который Филя спрятал на завтра). Аза светился от счастья (буквально — его рожки издавали слабое оранжевое свечение). Гавриил собрался уходить, но у двери задержался.

— Жанна, — сказал он тихо, чтобы не слышали другие. — Вы знаете, что Совет старейшин уже подал жалобу на ваше агентство?

— Нет, — ответила она, хотя внутренне похолодела.

— Пока это только запрос. Но если они докажут, что вы «способствуете смешению рас без надлежащего контроля», вашу лицензию могут отозвать. Будьте осторожны. — Он помолчал. — И… спасибо за чай.

Ангел вышел. А Жанна осталась стоять в дверях, глядя ему вслед.

— Он тебе нравится? — спросил Филя, бесшумно подкравшись сзади.

— Что? Нет! — возмутилась Жанна. — Он конкурент!

— Конкуренты тоже могут нравиться. Это я тебе как бес говорю. Мы, кстати, очень романтичные, когда захотим. Но я не захочу, так что не смотри на меня.

— Я и не смотрю.

— Ну и ладно.

Филя вернулся к ноутбуку. Сергей укачивал Бублика. Аза рассматривал свои договоры и улыбался.

Жанна закрыла дверь подвала и подумала: «А ведь у нас получается. По-настоящему получается».

И в этот момент в окно снова кто-то постучал. Но не ангел. Гном. Невысокий, бородатый, в каске. Тот самый, который шарахнулся от неё на улице, когда она разговаривала с цветком.

— Вы Жанна Огнева? — спросил гном.

— Да.

— Меня зовут Грим. Я логист. Услышал, что вы ищете сотрудников. Я уволился от эльфов, потому что они меня бесят. У вас есть работа?

Жанна посмотрела на Филю. Филя пожал плечами.

— Работа есть, — сказала она. — А вы что умеете?

— Всё, что связано с деньгами, логистикой и перевозками. Я гном. Это у нас в крови. — Грим достал из-за пазухи удостоверение. — Вот моя лицензия. И я не пью кровь, не пугаю людей и не курю. Ну, то есть курю трубку, но только на улице. И не при детях.

— Каких детях? У нас нет детей.

— А котёнок есть, — кивнул Грим на Бублика. — Котёнок тоже считается. Я свой табак не курю в присутствии животных.

Жанна засмеялась.

— Вы приняты, Грим. Испытательный срок — месяц. Оплата — печеньки и надежда. И иногда, возможно, зарплата.

— Сойдёт, — сказал гном, входя в подвал. — А где мой стол?

— Вон там, — указал Филя на свободный угол. — Только не трогай мои папки.

— А я и не буду. У меня свои.

Грим достал из рюкзака (огромного, с множеством карманов) планшет, калькулятор, связку ключей и маленького механического паука, который начал ползать по полу и собирать пыль.

— Это для чистоты, — пояснил Грим. — Дарю офису.

— У нас теперь есть уборщик-паук? — спросил Сергей.

— Технически — да.

Жанна посмотрела на эту разношёрстную компанию: бес, демон, вампир, гном, и котёнок. И подумала: «Мы команда. Странная, нелепая, но команда. И, кажется, у нас получится».

Она села за стол, открыла ноутбук и начала писать план на завтра: «Встреча с Гавриилом по поводу Совета старейшин. Подготовка документов для лицензии Азы. Поиск новых клиентов. Купить печеньки. Не забыть покормить Бублика».

В углу коптила сковородка бабушки Зины. Жанна решила не выбрасывать её — пусть будет талисманом.