«Некоторые пути после 5-й Последовательности могут взаимозаменяться? Это в корне расходится с тем, что говорят внутри Ночных Ястребов!»

«Разве не считается, что, выбрав один путь, его уже невозможно сменить? Разве не говорят, что если свернешь на кривую дорожку, то хоть и обретешь причудливые, диковинные способности, но непременно станешь полубезумцем и навсегда закроешь себе путь к дальнейшему продвижению?»

«Оказывается, из этого правила есть исключения!»

Клейн смотрел на дневник, и его зрачки сузились.

Он ничуть не сомневался, что император Россель не стал бы выдумывать небылицы — его удивление, сквозящее между строк, было слишком искренним. Однако Клейн не исключал, что полученная Росселем информация могла оказаться не совсем верной: в конце концов, его могли обмануть, да и сам он мог что-то неправильно понять.

«Нужно будет это проверить… А пока просто возьму на заметку…» — мысленно напомнил себе Клейн, глубже погружаясь в раздумья над этим вопросом.

«Если записи Росселя верны, то система путей Последовательностей таит в себе множество подводных камней… И скрывает немало секретов…»

«Полный путь, которым владеют Ночные Ястребы — это „Бессонный“, а относительно полный, доходящий как минимум до 4-й Последовательности — „Сборщик трупов“. И вот оказывается, что после 5-й ступени они могут взаимозаменяться… Формулы зелий остальных цепочек у нас весьма обрывочны, от некоторых остались лишь начальные…»

«Точно так же полный путь Церкви Бога Пара и Машин — это „Савант“, а относительно полный — „Тайнозритель“. И они тоже могут заменять друг друга на высоких уровнях…»

«Любопытно… Интересно, с каким путем может взаимозаменяться моя Последовательность „Провидца“? С „Учеником“ или „Мародером“, которых тогда упомянул император?»

«Хм, в пути „Провидца“ первые пять Последовательностей, скорее всего, дают по одной отдельной способности, чтобы слиться воедино на 4-й ступени. Значит, на этом этапе заменить зелье на другое, по идее, невозможно…» — Клейн оборвал поток мыслей и вновь сосредоточился на дневнике.

В этот момент он заметил, что две страницы дневника хоть и кажутся продолжением друг друга, по смыслу совершенно не связаны. Они явно относились к разным периодам, и это была ошибка тех, кто позже переписывал и копировал оригинал.

«9 апреля. Церковь Вечного Пылающего Солнца, Церковь Повелителя Бурь и Церковь Бога Знаний и Мудрости находятся в отвратительных отношениях и люто враждуют друг с другом. А Церковь Богини Вечной Ночи и Церковь Бога Войны Империи Фейсак и вовсе как огонь и вода. Это то, что можно использовать, и над чем стоит поразмыслить».

«13 апреля. Я посетил собрание той самой древней организации. Кто бы мог подумать, что они тоже являются ее членами! От этого просто кровь стынет в жилах».

«Оказывается, вторая Скрижаль Богохульства находится в руках этой организации! Я впервые воочию узрел этот легендарный божественный артефакт!»

«Как я и думал, она таит в себе невообразимые секреты. Хе-хе, возможно, настанет день, и я сотворю собственную Скрижаль Богохульства. Нет, целый набор! И каждая будет хранить в себе величайшую тайну!»

«Твою ж мать, император, ты бы хоть название этой древней организации написал! Я же сейчас сгорю от любопытства! Возможно… возможно, Россель по каким-то причинам не стал или не осмелился зафиксировать название этой организации. Даже используя китайский язык…» — Клейн читал дневник, разрываясь между жгучим интересом и недоумением.

Впрочем, из этой страницы он наконец-то получил подтверждение: император Россель действительно видел вторую Скрижаль Богохульства. А позже, по ее подобию, создал колоду карт, где каждая карта соответствовала одному из божественных путей.

«Хм, возможно, они соответствуют величайшим тайнам божественных путей… Интересно, в чьих руках сейчас находится эта колода из двадцати двух карт… А эта древняя организация, оказывается, владеет второй Скрижалью Богохульства…» — в голове Клейна вихрем проносились самые разные догадки.

Но он быстро взял свои мысли под контроль. Оторвав взгляд от дневника, он посмотрел на «Повешенного», «Справедливость» и «Солнце» и с легкой улыбкой произнес:

— По правде говоря, вам совершенно не обязательно было меня ждать.

— Это большая честь для нас, — «Повешенный» Элджер уже давно спрятал свое недовольство и ответил с искренним смирением.

Одри, немного подумав, мягко улыбнулась:

— Господин Шут, тот самый метод открытых экзаменов для отбора государственных служащих, который вы описывали ранее, уже получил одобрение короля и премьер-министра. Вскоре он будет утвержден в верхней и нижней палатах парламента. Ожидается, что в начале следующего года он перейдет в стадию официальной реализации.

— Судя по всему, у короля и премьер-министра всё же есть мозги, — по привычке сыронизировал Элджер.

«Хм, к началу следующего года, учитывая интеллект Бансона, его усердие и трудолюбие, он должен натянуть знания по грамматике и бухгалтерии до проходного балла… Впрочем, как только обе палаты парламента одобрят законопроект, газеты раструбят об этом на каждом углу. И кто знает, как долго Бансону удастся удерживать свое стартовое преимущество… Чем раньше он сдаст экзамен, тем лучше…»

«Эх, за такой короткий срок Бансону при всем желании не обойти элиту, выпустившуюся из университетов. Но ему это и не нужно! Должности, за которые они будут бороться, совершенно разные. Эти умники наверняка нацелятся на кресла секретарей в кабинете министров или министерстве финансов…» — «Шут» Клейн, лишь молча и с улыбкой кивнувший в ответ, в глубине души изводил себя переживаниями за брата.

Увидев одобрительный кивок Шута, Одри еще больше выпрямила спину и с улыбкой повернулась:

— Господин Повешенный, я получила ответ на тот вопрос, который вы просили меня прояснить. Премьер-министр уже убедил короля, и в ближайшее время Королевство не станет предпринимать ответных мер против Империи Фейсак на восточном побережье Балама. Полагаю, вам пора выплатить обещанное дополнительное вознаграждение.

Элджер замолчал на несколько секунд, словно погрузившись в раздумья, а затем ответил:

— Мисс Справедливость, огромное вам спасибо за ответ. Это избавило меня от лишних тревог по некоторым вопросам. Какое именно дополнительное вознаграждение вы хотите получить? Я рассмотрю любые варианты в разумных пределах.

Одри с готовностью улыбнулась:

— Зацепки, ведущие к Алхимикам Психологии, или информацию о ключевых материалах для зелья «Телепата». Разумеется, это может подождать до тех пор, пока «Солнце» не передаст мне сам рецепт.

— Никаких проблем, — лаконично и без лишних проволочек согласился Элджер.

Тем временем «Солнце» Деррик Берг, сидящий на той же стороне, что и «Повешенный», но через два кресла от него, слушал всё это с полным непониманием. Он чувствовал крайнюю растерянность: казалось, он понимает значение почти каждого произнесенного слова, но, собранные воедино, они превращались в абсолютную бессмыслицу.

Какой еще метод открытых экзаменов для отбора государственных служащих? Какие еще король и премьер-министр? Что за верхняя и нижняя палаты парламента? Где находится это восточное побережье Балама? Что такое Империя Фейсак? Кто такие Алхимики Психологии? Он не понимал ровным счетом ничего.

Слово «Фейсак» по корню напоминало производное от «гиганта». Имеет ли это какое-то отношение к павшему Двору Короля Гигантов? Деррик посмотрел на «Справедливость», затем перевел взгляд на «Повешенного» и вдруг поймал себя на мысли, что они с этими двумя, возможно, находятся в совершенно разных мирах.

«Неужели где-то там, в Проклятых землях, бесконечно далеко от Города Серебра, существует не один город-государство, и они даже слились в целые страны?» — Деррик хранил абсолютное молчание, тихо прислушиваясь к разговору. Теперь до него начало смутно доходить, почему таинственный Шут обмолвился, что он вряд ли сможет получить так называемую денежную компенсацию от «Справедливости».

«Собрать в одном месте людей, которых разделяют столь колоссальные расстояния, и при этом напрочь игнорировать тех жутких монстров, что таятся в кромешной тьме Проклятых земель… Быть может, Шут и впрямь истинное божество… Древнее божество…» — размышлял он про себя.

Покончив со всеми запланированными делами, Одри уже собиралась стать тихой «зрительницей», но внезапно вспомнила о еще одной вещи и поспешно заговорила:

— Недавно я наладила контакт с некоторыми кругами Потусторонних и услышала о весьма могущественном человеке, которого называют мистером А. Господин Шут, господин Повешенный, господин Солнце, вам случайно не известны его подлинная личность и прошлое?

«Я вообще не понимаю, о чем ты…» — Деррик продолжал хранить молчание.

«Мистер А? А я знаком лишь с мистером Z… Учитывая такие схожие кодовые имена, не из Ордена ли Авроры этот тип?» — выстроил гипотезу Клейн в глубине души, но вслух ничего не произнес.

Он был обязан поддерживать свой величественный образ и избегать любых ответов, в которых не был уверен на сто процентов. А уж если ситуация вынуждала говорить, его формулировки должны были быть максимально размытыми и туманными, под стать матерому прорицателю-шарлатану.

Элджер бросил взгляд на Шута. Убедившись, что Тот сохраняет абсолютное спокойствие, по которому невозможно прочесть ни единой мысли, он, тщательно подбирая слова, ответил:

— Орден Авроры всегда был нацелен против Церкви Повелителя Бурь, Церкви Вечного Пылающего Солнца и Церкви Бога Знаний и Мудрости. Поэтому, в отличие от других организаций, эта троица знает об Ордене Авроры куда больше. И кое-какую информацию мне удалось выудить именно у них.

«Можешь не оправдываться, я и так знаю, что ты человек Церкви Бурь. Ну, или перебежчик в их рядах… Впрочем, с чего бы Ордену Авроры изливать всю свою ненависть именно на три древнейшие Церкви?» — Клейн молча улыбался, спокойно взирая на «Повешенного».[134]

Элджер прекрасно понимал, что скрыть свой путь Последовательностей от Шута попросту невозможно, а потому без лишних переживаний продолжил:

— В рядах Ордена Авроры числятся пятеро святых и двадцать два Оракула. Эти Оракулы используют в качестве кодовых имен буквы алфавита, называя себя мистером А, мистером Х и так далее… Самые слабые из них находятся на 7-й Последовательности, а сильнейшие достигают 5-й. Все они виртуозно владеют искусством маскировки… Если один из Оракулов погибает, его место тут же занимает другой.

— Я не могу ручаться, что упомянутый вами мистер А — это тот самый Оракул из Ордена Авроры, но вероятность этого крайне велика. Что же касается информации о самом Ордене, то я уже делился ею с вами ранее.

Выслушав его, Одри едва заметно кивнула. Ее настороженность по отношению к мистеру А возросла многократно.

С легкой болью в сердце она произнесла:

— Благодарю вас за ответ, господин Повешенный. То самое дополнительное вознаграждение… вы… вы можете его не выплачивать.

— Нет, я бы хотел, чтобы мой недавний ответ и еще большая награда пошли в счет оплаты за одну вашу услугу, — глухим тоном возразил Элджер.

— Какую именно услугу? — с недоумением спросила Одри.

Элджер обдумывал ответ пару секунд:

— До меня дошли сведения, что знаменитый пират, вице-адмирал Ураган Цилангос, тайно сошел на берег и проник в Баклунд. Ума не приложу, что он там забыл. Мне нужно, чтобы вы помогли отыскать его логово. Что до всего остального, вам не придется подвергать себя ни малейшему риску.

— Вице-адмирал Ураган Цилангос? Один из семи пиратских адмиралов? — глаза Одри расширились от удивления, и она едва не выпала из состояния «Зрителя».

О чем она мечтала больше всего после того, как стала Потусторонней? Разумеется, о встрече с теми самыми легендарными личностями, что раньше существовали лишь в аристократических байках и светских сплетнях!

— Верно. Кроме того, он является Потусторонним 6-й Последовательности пути «Моряка» — «Благословенным Ветром». А еще он владеет магическим артефактом, или, если угодно, Запечатанным артефактом. Этот тип чудовищно коварен и жесток, так что даже не думайте вступать с ним в схватку, — предельно серьезно предостерег Элджер.

На этих словах он внезапно повернул голову и посмотрел на Клейна:

— Господин Шут, могу ли я попросить вашего Благословенного прийти на помощь в критический момент? Я готов предложить цену, которая вас заинтересует.

«Мой единственный Благословенный — это я сам…» — Клейн спасался от неловкости мысленной иронией. С легкой улыбкой он ответил:

— Лишь при условии, что мой Благословенный в этот момент будет находиться в Баклунде.

— Что ж, хорошо, — в глазах Элджера, отводящего взгляд, читалась сложная смесь разочарования и надежды.