Этим же вечером

В кабинете ректора Граймса тихо и тревожно. А ещё многолюдно: лотр Юваль, начальник императорской стражи, сам ректор, Ноктурна и оба ворона-секретаря — удивляюсь, как нам воздуха-то на такую компанию хватает.

Сидя в кресле, я никак не могу успокоиться: всё время ёрзаю, то складываю руки на груди, то кладу их на подлокотники. Хмыкнув, Райгард, занявший кресло рядом, протягивает руку и сжимает мою ладонь. Не знаю, как у него получается, но я в тот же миг чувствую, как узел в груди ослабевает. Мне даже дышать легче становится. Правда, ровно до тех пор, пока я не ловлю на себе внимательный взгляд императора. Его величество, как и положено, занимает кресло ректора и задумчиво изучает меня и Ноктурну. В кабинете из звуков только мерное постукивание императорских пальцев по столешнице.

— Брат, прекрати нервировать мою жену, — просит Райгард, не понимая, что одними своими словами будоражит меня ещё больше.

Жена… За прошедшие часы он называл меня так при каждом удобном случае. Ноктурна шепнула мне, что таким образом Райгард просто ставит всех в известность, что я теперь под его защитой, но мне от этого не легче. Слишком быстро сменился мой социальный статус.

— Ну-ну, жене, — хмыкает Айрнгард. Придвинувшись к столу вплотную и сложив пальцы домиком, глядит на меня и брата с серьёзностью, от которой у меня волоски на загривке дыбом встают. — Пока ещё не жене.

— Перед богами — жена, — упрямится Райгард, а сам сжимает мою ладонь.

Я молчу, предоставляя драконам самим разбираться с этим вопросом. В конце концов, я и так сделала большую часть работы — проявила нашу с Райгардом метку истинности.

— Рай, ты ведь понимаешь, что вас замучают сплетнями, слухами. А это благодатная почва для манипуляций с двором.

— Мне плевать, — цедит Райгард.

— Да, мне тоже, — поспешно киваю я.

— А мне — нет, — отрезает Айрнагрд. — Ты декан боевого факультета, соблазнил свою ученицу. Поступок в глазах общественности гнилой, как ни крути.

— А может, это я его соблазнила? — запальчиво возражаю я.

— Ещё лучше, — фыркает Айрнгард. — Опоила, привязала к себе, как инари. А может, и метка твоя фальшивая? Нет, Алиса, надо что-то с этим делать.

— Это вообще не проблема, — роняет Райгард и, поднявшись с места, достаёт из внутреннего кармана кителя свёрнутый лист бумаги. — Держи, брат.

Передав документ императору, мой перед богами муж усаживается обратно и подмигивает мне. Такой он — расслабленный, ироничный — нравится мне не меньше его генеральской версии. Робко улыбаюсь Райгарду, пока не подпрыгиваю на месте от звука удара. Император, ознакомившись с бумагой, несдержанно опускает кулак на ни в чём не повинную столешницу.

— Что это значит? Какая, к Бездне, отставка⁈

По кабинету прокатывается протяжный вздох. Ноктурна и вовсе ладонь ко рту прикладывает. Никак не привыкну к её молодой версии, но как же я рада, что нам удалось спасти библиотекаря.

— Моя отставка нивелирует все возможные претензии к нашей семье, — пожимает плечами Райгард. — Я ни на что не претендую. Свою награду я уже получил.

Дракон бросает на меня лучащийся довольством взгляд, а я невольно краснею. Никогда ещё в жизни меня не окружали таким обожанием.

— Погоди. — Император качает головой. — Не спеши с решением. Я могу снять тебя с должности декана, но армию бросить я тебе не позволю.

— Отлично, — тут же соглашается Райгард и подаёт брату новый документ. — Вот здесь подпиши тогда.

— Что это? — Опешив, Айрнгард смотрит на лист круглыми глазами.

— Назначение Райгарда Скайрида командующим штурмовыми войсками, — лаконично поясняет теперь уже бывший декан боевого факультета. — Я возвращаюсь на свою старую должность. Этого достаточно, чтобы тебя не осаждали с нелепыми претензиями, братец?

Я уже достаточно хорошо изучила Райгарда, чтобы понимать: за этими словами кроется завуалированное послание. Райгард для себя всё решил, а страхи брата его не волнуют. Более того, дракон считает их надуманными.

— Делай что хочешь, — вздыхает император, смиряясь с выходкой младшего брата. — Алису ты с собой заберёшь? На передовую?

— В смысле на передовую⁈ — тут же вспыхиваю я, судорожно хватая Райгарда за ладонь.

Тот же, зараза такая, только посмеивается.

— Какая передовая? Я только женой стала, а уже во вдовы мечу? — продолжаю возмущаться я.

Ловлю улыбки Юваля и Граймса. Незнакомый мужчина, возглавляющий охрану императора, тоже понимающе улыбается. Да даже Ноктурна не скрывает, что её мои тревоги веселят.

— Спасибо, конечно, за веру в мои силы, любимая, — мягко произносит Райгард. — Да только передовой мы называем штаб, а не линию боевого столкновения. Знаешь почему?

— Почему? — эхом откликаюсь я, не веря словам мужа.

Ну с чего бы штаб был передовой?

— Потому что сражаться с бюрократией страшнее, чем с тварями Бездны. И Айрнгард прекрасно знает, как я ненавижу работу с отчётами. Братец просто мне мстит, верно?

— Не всё дракону в сокровищнице развлекаться, — философски отмечает император и переключается на сидящую в молчании Ноктурну. — Лотта Пейдж, раз с этими двумя уже всё понятно, давайте поговорим о вашей судьбе.

И тут я снова напрягаюсь. Если мы с Райгардом, по сути, легко отделались и врагов не нажили, то вот с моей сестрой-инари ситуация сложнее. Всё-таки Ноктурне могут предъявить государственную измену.

— Чего бы вы хотели, лотта Пейдж? — задаёт внезапный вопрос Айрнгард.

Удивлена не только я. Ноктурна тоже в недоумении. Она смотрит на меня, будто ждёт подсказки, а я даже не знаю, чем ей помочь.

— В каком смысле, ваше величество? — осторожно уточняет библиотекарь, когда молчание затягивается.

— В прямом, лотта Пейдж. Наша страна обошлась с вами не по-людски. Я хочу загладить вину. Мы изменим закон об инари, но этого мало. Нужны более решительные меры.

— К чему вы ведёте, ваше величество? — хмурится Ноктурна.

— Я хочу предложить вам возглавить комитет по инари. Здесь, в «Ресталии». Сначала была мысль открыть кафедру при боевом факультете. Вы бы могли спокойно помогать молодым инари осваивать их дар, проводить их по пути контроля силы. Но потом понял, что таких, как вы с Алисой, слишком мало, чтобы набрался целый курс. Потому пока только комитет. Если боги осчастливят нас появлением новых инари, вы возьмёте их под своё крыло. Как вам такой вариант?

— Больше никакого насилия, навязанных браков и жизни в изгнании? — хрипло переспрашивает Ноктурна, а я всерьёз переживаю за её состояние.

Библиотекарь бледна от волнения — того и гляди в обморок грохнется.

— Больше никогда, — кивает Айрнгард и мягко улыбается Ноктурне.

Внезапно император вырастает в моих глазах. Признать свои ошибки, взять на себя ответственность за поступки предков и предложить решение, которое вряд ли одобрит привыкшее к старым законам общество — для этого нужны сила характера. И у нашего императора эта сила есть.

— Вы согласны на моё предложение? — спрашивает Айрнгард.

— Д-да, — сдавленно отвечает Ноктурна и растирает горло. — Простите, я переволновалась. Думала, вы меня в катакомбы упрячете, а вместо этого даёте новую жизнь.

— Понимаете, Ноктурна, я хоть и чудовище, но чудовище справедливое. На ваш век испытаний хватит. — Айрнгард улыбается и кивком подзывает к себе ректора. — Лотр Граймс, будьте добры, в течение недели подготовьте для меня проект комитета. Естественно, вместе с лоттой Пейдж. Я должен знать, что вам понадобится.

— Разумеется, — с достоинством отвечает ректор.

И я не сомневаюсь, что для комитета обучения инари обязательно потребуется отдельная дахусимная. С парными, массажными и прочими расслабляющими сознание и тело процедурами. Ректор у нас не упустит возможности побаловать себя любимого.

— А вы чего ещё тут? — Айрнгард делает вид, будто крайне недоволен нашим с Райгардом присутствием. — Кыш-кыш, нашему бравому генералу нужно вещи собирать. Отбываем уже сегодня.

— Погодите! — раздаётся паническое карканье, и все поворачиваются к молчащему до сих пор Чику. — А как же я⁈

Секунду все молчат, в недоумении переглядываясь между собой. Лямуриэль прячет голову под крылом, в то время как Айрнгард поворачивается к моему ворону. Тот же в приступе храбрости важно выпячивает грудку, упакованную в стильный камзол.

— А вы кто? — официально интересуется Айрнгард.

— Чик-Чирик, ваше величество, ворон-секретарь декана боевого факультета и его первый помощник!

— И чего ты всполошился, первый помощник? — Губы императора скашиваются в знакомой ухмылке. — Не хочешь на передовую ехать?

— Да нет, с бумагами-то мне не привыкать возиться. А вот к боевым условиям меня никто не готовил. — Чик разводит крыльями. — Я хоть и храбр, как мои предки-драконы, но чувство самосохранения у меня развито куда сильнее.

— Согласен, птичкам на войне не место, — задумчиво произносит Айрнгард и внезапно хлопает ладонями по столу. — Слушай, Чик, а иди ко мне в помощники?

— Что-о-о? — закаркавшись от удивления, вопрошает Чик.

— Не нравится? — деланно обижается император и подмигивает мне.

— Что вы! Нравится! Просто не ожидал…

— Да, карьерный взлёт по-драконьи стремительный, — ухмыльнувшись, отвечает Айрнгард и обращается к брату: — Райгард, отдашь мне хотя бы помощника?

— Если Алиса и Чик не против, конечно, — кивает мой муж.

— Не против! — в один голос отвечаем мы с вороном.

— Вот и отлично! — с воодушевлением произносит император. — Ну раз наша сладкая парочка уходить не желает, а с помощниками вопрос решили, тогда предлагаю обсудить последнюю проблему. Вы так и не поймали полукровку?

— Полукровку? — переспрашивает Ноктурна.

Кожа на её лице снова идёт бледными пятнами, но я не понимаю причины волнения женщины.

— Да, лотта Пейдж. Помимо вас, в «Ресталии» был обнаружен след магии полукровки. Может быть, вы в курсе? — вопрос почему-то задаёт Райгард.

Глядя на него и императора, я подозреваю, что эти двое как раз таки в курсе. Просто почему-то водят за нос Ноктурну. И почему её-то? Она же заклинатель, а не полукровка!

— В курсе, — выдыхает Ноктурна и вытаскивает из-под рубашки цепочку с фиалковым камнем. — Возможно, дело в этом артефакте.

Райгард в удивлении смотрит то на кулон, то на Айрнгарда. Складывается впечатление, будто братья ждали другого ответа.

— Разрешите? — Командир стражей императора вырастает рядом с Ноктурной так стремительно, будто и не стоял секундой ранее у двери.

Библиотекарь, кивнув, передаёт украшение в руки дракона. Тот окружает кулон бирюзовой сферой анализа. Секунда-другая — и от камня во все стороны начинают бить пурпурные молнии. Они хлещут в сферу, но за её пределы не выходят.

— Это оно, — подняв взгляд на императора, лаконично подтверждает командир стражей. — Скорее всего, именно его активацию засекли на экзамене.

— Ты уверен? — хмуро переспрашивает Айрнгард.

А я не пойму, что его так беспокоит. Полукровки нет, вся проблема в этом артефакте.

— Да, — следует немногословный ответ.

— Ноктурна, откуда у вас этот кулон? — спрашивает Райгард.

— Подарок человека, который единственный во всём Файердорне относился ко мне с любовью, — с печалью в голосе произносит Ноктурна и переводит взгляд на меня.

И в этом её взгляде мольба. Просьба молчать. Ведь я знаю, кто был близок Ноктурне. Но это значит…

— Мне срочно надо выйти! — почти выкрикиваю я, вскочив с места.

— Куда? — тут же подбирается Райгард и тоже поднимается.

— В комнату. Хочу передать тебе моего Таракаша. С ним тебе ни один отчёт не будет страшен, — на ходу сочиняю я, хотя идея рождается дельная.

Даже правдивая.

— Да? — Райгарда не так легко провести. — Ну пойдём. Айрнгард, без меня разберётесь?

— Да не с чем вроде бы, но разговор не требует твоего присутствия. Идите, молодожёны.

Ни с кем не прощаясь, я вылетаю сначала в приёмную, а затем и в коридор. Понимаю, что заслужу осуждение в глазах остальных, ведь я нарушила правила этикета, но необходимость подтвердить мою догадку просто жжёт пятки.

— Алиса, да куда ты несёшься?

Райгард хоть и возмущается, но с его широким шагом идти рядом со спешащей мной ничего не стоит.

— Ты же уезжаешь, надо поторопиться.

— И тебя это даже не огорчает? — спрашивает дракон. — Что твой муж сегодня же уедет.

Спотыкаюсь на ровном месте, потому что Райгард прав. И до меня только сейчас доходит, что нас разлучают. Да, официально я неприкосновенна и мне ничего не грозит. Но за это мы платим ссылкой Райгарда.

— Спокойно, любовь моя, а то сердечный приступ схлопочешь. — Дракон улыбается, и по его лицу я понимаю, что он просто надо мной подшучивает. — Никто нас не разлучает. Я буду приходить к тебе порталом каждый день. Как и любой работающий муж. Поселимся в соседнем городке, ты будешь учиться, а я — разгребать штабные дела.

— Тогда к чему все эти претензии⁈

— К тому, что ты явно обеспокоена не моим отъездом. И это, надо сказать, неприятно удивляет.

— Я волнуюсь, — заверяю Райгарда.

— Да уже вижу, — хмыкает тот. — Пойдём, отдашь мне своего Таракана…

— Таракаша, — поправляю мужа. — И это лучший артефакт для работы с бумагами. Последний, кого я оживила.

До нашей с Эфи комнаты мы идём под мой рассказ о чудесных свойствах Таракаша. Кажется, Райгард остаётся под впечатлением.

— Ну а рубашки твои спалил Храбрец, магический светильник, которого я оживила первым, — с улыбкой поясняю я и дёргаю дверь.

И тут же её захлопываю, потому что посреди спальни стоит Эфи не совсем в приличном виде.

— Что? — хмурится Райгард.

— Подожди тут, ладно? Эфи, видимо, только из душа, — поясняю я с нервной улыбкой.

Снова открываю дверь, но делаю это так, чтобы дракон ничего не увидел. Эфи уже натянула халат и испуганно смотрит на меня, сидя на кровати. Перед тем как к ней шагнуть, я протяжно выдыхаю. Спокойно, она всё объяснит.

— Покажи, — прошу я, оказавшись перед Эфи.

И подруга понимает меня с одного слова. Сев вполоборота, она приспускает плечо, показывая змеевидные метки Бездны. Пурпурные, они будто светятся под кожей подруги.

— Ты полукровка? — спрашиваю я, зная ответ.

— Да, — с грустью подтверждает Эфи.

И меня обнадёживает то, что она хотя бы не отпирается.

— Зачем? Почему? Как так? — вылетает у меня прежде, чем я успеваю сформулировать внятные вопросы.

— Отец думал, что родится мальчик. И что этот мальчик будет могущественным драконом, способным подчинить все страны. Что он поставит на колени все остальные народы, — с горькой ненавистью поясняет Эфи. — А родилась я.

— Ты знала свою мать?

Я сажусь на край кровати и протягиваю руку, чтобы сжать ладонь подруги. Полукровки — наши враги, но я уже знаю, какова Эфи. Она не зло, даже несмотря на магию Бездны в её крови.

— Нет, маму… — По лицу подруги проходит судорога. — Мамы больше нет.

Мы обе замолкаем. Я не знаю, что говорить, а потому просто обнимаю Эфи. Чувствую, что ей это нужно. Мои детки сползаются к нам, возглавляемые Сплюшей. Котобудильник привычно забирается к Эфи на колени, принимаясь успокаивающе урчать.

Всё так буднично, так обычно, будто и не было этого признания. Хотя так ведь оно и есть. Моё отношение к Эфи оно не изменило.

— Почему ты мне не рассказала?

— Я боялась. Думала, что моя тайна может стать угрозой для тебя. Если бы меня разоблачили, а ты бы обо всём знала, на казнь могли отправить нас обеих.

Отстранившись от подруги, я с мягкой улыбкой качаю головой:

— Знаешь, кажется, мы слишком плохо думали о нашем императоре. Он не рубит сплеча и далеко не самодур.

— Да ну, — хмурится подруга.

— Он не наказал Ноктурну, извинился перед ней и предложил возглавить комитет инари!

— Серьёзно⁈

— Да! Так что, может, и в твоём случае всё не так страшно?

Эфи качает головой и сосредотачивается на поглаживании Сплюши.

— Нет, — говорит она спустя полминуты молчания. — Одно дело — сбившаяся с пути инари, другое — дитя твари Бездны. Каким бы Айрнгард ни был понимающим, полукровка для него — враг.

— Ты поэтому отвергаешь Кайгарда? — спрашиваю я.

И по вспыхнувшим щекам подруги понимаю: попала в точку.

— Он перегорит, — бормочет Эфи. — Тем более Кай в этом году выпускается. Вернётся во дворец, и там маменька найдёт ему подходящую кандидатуру. Нет, Алиса, это не моя сказка. Принц и полукровка — такому не суждено случиться.

Улыбаюсь подруге, видя в ней себя.

— Я ведь тоже так думала, Эфи. Что генерал драконов и простородная девица — это из разряда мифов. Но как видишь…

— Ты его истинная, это другое.

Подруга взглядом указывает на тускло сияющее созвездие, виднеющееся в вырезе блузки. Возразить мне нечем, да и деликатный стук в дверь напоминает мне о второй цели.

Сняв Таракаша с Жоры, на котором тот катался, я подхожу к двери.

— Алиса, ты ведь не расскажешь? — в волнении уточняет Эфи.

— Это не моя тайна, — отвечаю я. — И ты же не собираешься погубить этот мир, да?

— Я люблю этот мир. — Эфи впервые улыбается.

— Вот и отлично. А насчёт Кайгарда подумай. Любовь даже невозможное превращает в реальность.

Я выхожу из спальни в полной уверенности, что всё сделала правильно. Эфирайн ни разу меня не подводила, не дала повода усомниться в её доброте. И она бережно хранила мою тайну. Самое меньшее, чем я могу её отблагодарить, — это сохранить её секрет. Потому к ожидающему меня Райгарду я выхожу с улыбкой и подарком в руках.

Нас ждёт удивительная жизнь.