Алиса Люкан

Райгарда нет уже несколько часов, и всё это время я чувствую себя оглушённой: эмоциями, чувствами, воспоминанием о поцелуе. Райград сделал это первым, показал, что я для него не просто ученица.

— Мрр? — вопросительно мурчит Сплюша, подойдя ко мне и трогая лапкой ногу.

Отодвинувшись от стола, позволяю малышу забраться на колени. В отсутствие Эфи котобудильнику приходится довольствоваться моими поглаживаниями.

— Как думаете, я правда ему важна? Это не секундное увлечение? — в сомнении спрашиваю я. — А вдруг всё, что во мне интересного, — это моя инарность?

Замолкаю и ловлю на себе взгляды деток. Себастьян, сосредоточенно плетущий очередной коврик, лишь разводит второй парой лапок. Таракаш с Храбрецом оставляют попытки сложить мои записи, которые я рассеянно перебирала весь длинный вечер. Малыши переглядываются и пожимают плечами. Уверена, если бы Жора не страдал старческой тугоухостью, он бы тоже выказал своё отношение к ситуации. Но измельчитель не слышит моих терзаний и продолжает меланхолично прибираться, попутно съедая бахрому с пледа Эфи.

— Ты, конечно, меня прости, Алиса, но, по-моему, Райгард показал себя ответственным и рассудительным драконом, — выдаёт лежащий в ящике стола Хваст. — Если он поцеловал, значит, это не просто так.

В спальне повисает тишина. Кажется, затихает даже мерный стрекот светящегося брюшка Храбреца. Выдвинув ящик, я вытаскиваю слепарь и пристально смотрю на артефакт.

— Когда это ты у нас таким мудрым стал? — не удерживаюсь от ехидства. — Помнится, ты Райгарда спалить хотел.

— Не спалить, а припугнуть, — обиженно парирует Хваст. — Не преувеличивай. У меня было время подумать о своём поведении.

— И?

— И я понял, что иногда язык мой — враг мой.

— Иногда? — улыбаюсь я.

— Ну ма-а-ам, — тянет Слепарь, заставляя стать шире мою улыбку. — Ну был дурак. Я молод и горяч, мне позволительно! Но сейчас я всё осознал и больше не буду лезть поперёк мамки на дракона!

Остальные детки лишь глаза закатывают и возвращаются к своим делам.

— Ладно, считай, ты прощён, — великодушно произношу я. Секундное молчание возвращает мысли к Райгарду, отчего в сердце тут же ярко и тепло вспыхивает. — Так ты думаешь, что я правда ему нужна?

— Ещё как! — с готовностью откликается Хваст.

— А если его сейчас перед выбором поставят? — нахмурившись, задаю я самый волнующий меня вопрос. — Либо семья и долг, либо я. Вдруг император потребует, чтобы меня выдали за Кайгарда?

— Ты под магической защитой «Ресталии», забыла? — со скепсисом напоминает слепарь.

— Императору закон не писан хотя бы потому, что он и есть закон, — возражаю я.

Хотя в глубине души уверена: его высочество Айрнгард из справедливых правителей. Он придерживается буквы закона, и сейчас этот закон играет мне на пользу. По иронии судьбы совсем другой закон после выпуска из «Ресталии» принудит меня выйти замуж. И я, честно, уже готова. Если Райгард, конечно, не против. Но кто ж нас спросит?

— Может, нам жениться скрытно? — в задумчивости бормочу я, встав со стула. Сплюша ворчит, но быстро успокаивается, когда оказывается на подушке Эфи. — Если я для Райгарда не развлечение на несколько месяцев, можно предложить ему если не настоящий брак, то хотя бы фиктивный. Это же обеспечит мне защиту после выпуска, верно?

Пройдя кружок по спальне, я замираю между кроватями и вопросительно смотрю на деток, оккупировавших стол. По молчанию и шоку в глазках артефактов, понимаю, что слегка удивила малышей.

— Что?

— Ты хочешь предложить дракону брак? — уточняет Хваст.

— Ну да.

— Дракону? Ты? Первая? — Слепарь точно пытается что-то до меня донести, но я не понимаю проблемы.

— Именно так.

— Алиса, ты как будто вчера родилась! Ну это же позорище для драконов — чтобы женщина делала им предложение руки и сердца. Надо дождаться, пока он сделает это первым.

— Да с его благородством я скорее состарюсь и превращусь в тварь Бездны, чем нарожаю ему деток в законном браке! — в сердцах восклицаю я и вздрагиваю от грохота.

Чик, не размениваясь на деликатный стук, влетает в стекло и распластывается по нему чёрной кляксой. Ойкнув, я бросаюсь открывать створку.

— Что случилось⁈ — спрашиваю я ворона, который выглядит так, будто прошёл бездновскую войну.

Перья в разные стороны, взгляд безумный, клюв безмолвно открывается и закрывается.

— Храбрец, срочно воды! — прошу светляка, который тут же срывается со стола и летит в ванную. Я же бережно беру Чика на руки. — Что случилось? Тебе плохо?

— Не-е-ет, — сипло выдаёт ворон и закаркивается. — Спеши-и-ил.

В этот момент к нам возвращается Храбрец и подаёт Чику стакан воды. Ворон опускает в него клюв и жадно пьёт. И всё это время сердце моё грохочет буквально в ушах. Что произошло, раз Чик в таком состоянии?

— Ноктурна! — наконец выдаёт ворон, когда стакан пустеет. — Лямуриэль восстановила путевые листы.

— И? — недоверчиво спрашиваю я, хотя, признаться, в душе поднимается тревога. — При чём тут Ноктурна.

— Лотры Граймс и Юваль проанализировали их, и по всему выходит, что наш заклинатель — Ноктурна, — выдыхая между словами, поясняет Чик. — Я как услышал, попытался к тебе рвануть. Но эти ироды меня закрыли. Если бы не Лямушечка, я бы не выбрался из клетки!

Чик ещё что-то говорит, но я полностью сосредоточена на мыслях. Не хочу верить в то, что Ноктурна — наш преступник. Хотя всё вокруг указывает на неё, всё против бедного библиотекаря. Она ненавидит драконов, у неё плохое прошлое, но Ноктурна слишком добра и умна, чтобы не понимать, к чему приведёт явление Бездны в «Ресталии». Погибнут не только драконы, но и невинные студенты и работники.

— Где сейчас ректор и лотр Юваль? — перебиваю стенания Чика.

Поднявшись с кровати, я начинаю собираться. Не знаю, что задумали наши взрослые, но мне нужно вмешаться. Пока Райгарда нет в академии, кто-то должен быть гласом разума.

— Насколько я понял, они собираются арестовать Ноктурну, — подтверждает мои догадки ворон.

— Значит, ей понадобится защитник, — киваю я.

Беру сумку, кладу туда даже не пикнувшего Хваста, несколько печенек для перекуса, склянку с водой, плащ и мешочек с деньгами. Там немного, но, если Ноктурне придётся бежать, их хватит на первое время.

— Ты собралась покинуть «Ресталию»? — Чик округляет и без того круглые глаза. — А как же я?

— Никуда я не собираюсь, — отмахиваюсь я и, обведя комнату взглядом, прикидываю, достаточно ли собрала. Сумка у меня хоть и вместительная, но больше ничего и не влезет. А брать ещё одну — привлекать к себе внимание. — Просто обеспечиваю Ноктурну шансом на побег.

— Ты не веришь, что это она? — задаётся вопросом ворон.

— Если бы ты верил, то не предупредил бы меня, верно?

— Твоя правда, — кивает Чик. — Тогда беги, пока есть время.

Не сказав больше ни слова, я покидаю спальню. Переступая порог, ощущаю странную волну тепла, прошедшего сквозь тело. Точно, Райгард же навесил на комнату дополнительную защиту, а я её сейчас нарушила. Надеюсь, чары не одноразовые и восстанавливать не придётся.

В общежитии боевого факультета на удивление тихо. После становления Райгарда деканом все на удивление чётко придерживаются как распорядка дня, так и комендантского часа. А потому я покидаю спальни, так никого и не встретив. Крадучись двигаюсь по сумрачным коридорам академии и радуюсь тому, что Хваст не лезет с разговорами. Я успеваю отсчитать ступеньки лестницы и оказаться на площадке перед библиотекой, как меня хватают за локоть.

Я машинально провожу приём из дахусим, выворачиваясь из хвата, и одновременно достаю слепарь из сумки. Вспыхнувшее лезвие упирается прямиком в грудь Райгарда.

— Я тоже рад тебя видеть, Алиса.

Дракон криво улыбается, а у меня от облегчения аж руки начинают трястись.

Я молча гашу слепарь и бросаюсь в объятия Райгарда. На секунду мелькает мысль, что он оттолкнёт меня, что всё, что случилось с нами в разрядной камере, для него всего лишь помутнение сознания. Что, побывав во дворце, поговорив с братом, дракон примет для себя решение отказаться от меня.

Но Райгард обнимает меня так крепко, будто боится, что я исчезну. Я слышу и бешено стучащее сердце дракона, и его прерывистое дыхание. Он тоже волнуется.

— Что ты тут делаешь? — шёпотом спрашивает Райгард.

— Ноктурну спасаю, — честно признаюсь я.

— Моя девочка.

Слышу улыбку в голосе дракона, и сердце замирает.

— Ты себе не изменяешь. А если она враг?

— Она не… — Встрепенувшись, я дёргаюсь из объятий Райгарда.

Но не успеваю договорить. В этот момент сзади раздаётся хриплое:

— Она не предатель!

Я стремительно разворачиваюсь, а точнее, Райгард задвигает меня к себе за спину. Правда, я не понимаю почему. Ведь Эфи, стоящая перед нами, мне совершенно точно не враг. Подруга выглядит измотанной, глаза болезненно блестят, но угрозы от неё не исходит.

— Она. Не. Предатель, — по словам выдыхает Эфи, хватаясь за косяк библиотечной двери.

Из одежды на подруге больничная пижама да халат, и я удивлена, что в таком виде она так далеко забралась. По идее, её должен был остановить первый же патруль стражей, курсирующих по коридорам академии.

— Эфи, успокойся, — миротворчески просит Райгард, а я только сейчас замечаю, как между пальцами подруги то и дело мелькают пурпурные искры.

Этот цвет её пламени с недавних пор стал для меня плохим сигналом. Эфи снова на взводе и вот-вот сорвётся.

— Вы её казните, как мне успокоиться? — в сердцах шипит Эфи. — Как мне успокоиться, если единственному человеку, который любил меня с детства, грозит опасность?

— Эфи, кто я, по-твоему? — негромко интересуется Райгард, всё так же не давая мне выйти из-за его спины.

— Лотр Скайрид, генерал, декан и дракон, — не задумываясь, чеканит Эфи и косится на меня. — Алиса, ты-то мне веришь? Ноктурна не предатель.

— Но она заклинатель, — не спрашивает, а утверждает Райгард, и молчание Эфи служит нам красноречивым подтверждением. Я прерывисто выдыхаю, понимая, что теперь всё совершенно точно изменится. А Райгард тем временем продолжает: — Ноктурна не предатель, а я не палач. И пришёл сюда не для ареста.

— А зачем тогда? — вырывается у меня.

— Я никогда не рублю сплеча, Алиса. Сейчас мне гораздо важнее узнать, как так получилось.

— А потом? — ершится Эфи. — Что потом? Узнаете и предадите Ноктурну императорскому суду?

В коридоре повисает тишина, которая с каждой секундой становится всё тревожнее. Я дёргаю Райгарда за рукав кителя, но дракон бросает на меня хмурый взгляд. И до меня доходит, что сейчас он принимает важное решение. Дать обещание Эфи или поступить по воле долга.

— Ты же понимаешь, что для меня превыше всего защита моей страны? Близких мне людей? — прерывает молчание Райгард.

— Это да? — дрогнувшим голосом уточняет Эфи. — Вы сдадите её?

Я вижу слёзы в глазах подруги, и они острыми иголками впиваются в моё сердце. Меньше всего я хочу причинять боль Эфи и Ноктурне. Но сейчас разговор идёт не об их жизнях. На кону гораздо большее.

— Так случилось, что Ноктурна дорога тебе, а ты стала дорога Алисе, — вздохнув, произносит Райгард. — А с недавних пор я понял, что те, кто важны Алисе, важны и мне. Такой ответ тебя устроит?

От слов дракона в душе растекается искристое тепло. Хочется обнять его, ведь только что он дал нам надежду на благополучный исход. Райгард определённо сможет придумать, как нам спасти Ноктурну.

Эфи в ответ лишь кивает, а декан внезапно продолжает:

— Разумеется, если Ноктурна сама понимает, в какой ужасной ситуации оказалась.

Это условие зависает над нами, как остриё топора над шеей преступника. Мой взгляд тут же находит Эфи, в лице которой я надеюсь увидеть поддержку. Она чувствует Ноктурну лучше меня, подруга должна знать, что у библиотекаря на уме.

— Ноктурна всё понимает, — раздаётся вместе со скрипом открывшейся двери.

На пороге появляется сама библиотекарь. Выглядит она не лучше Эфи и кажется ещё больше постаревшей. Обведя нас усталым взглядом, Ноктурна кивком приглашает следовать за ней.

Эфи тут же срывается с места, я же не успеваю и шага сделать.

— Будь осторожнее, — просит меня Райгард.

— С чем? — удивляюсь я, даже оглядываясь, чтобы найти неведомый источник опасности. — Ноктурна же не проявляет агрессии. Да и Эфи мы успокоили.

— Никогда не стоит недооценивать противника, — отмечает Райгард и в задумчивости потирает подбородок. — Их покладистость может быть ловушкой. Не забывай: Ноктурна — заклинатель, а Эфи — бастард Файердорнов.

Он первым скрывается в тёмном зале библиотеки, а я задерживаюсь всего на мгновение. Мне нужно перевести дух.

— Вытащи-ка меня из сумки, — просит Хваст. — Кажется, в ближайшие часы я пригожусь тебе прямо под рукой.

И мне даже спорить с ним не хочется. Цепляю слепарь к поясу и ныряю следом за ушедшими Райгардом и Эфи с Ноктурной. В главном помещении библиотеки никого нет, зато из каморки смотрительницы доносятся голоса, а из-под двери пробивается неровный свет.

— … когда вы собирались нам всё рассказать? — долетает до меня, когда я подхожу ближе.

Ноктурна обнаруживается сидящей за рабочим столом. Эфи заботливо подливает ей чай, в то время как библиотекарь зябко ёжится в накинутую шаль. Я замечаю, что кончики её пальцев стали тёмно-фиолетовыми, а между ними то и дело проскакивают пурпурные огоньки.

Райгард бросает на меня быстрый взгляд и кивает, предлагая занять место рядом. Сам дракон расположился на расстоянии, достаточном, для ответной атаки в случае, если ситуация выйдет из-под контроля.

— Сегодня, — с кривой ухмылкой отвечает Ноктурна и благодарит Эфи, которая накрывает её своим халатом. — Я поняла, что больше не справляюсь с глашатаем. Его голос становится слишком навязчивым. Он почти не замолкает.

— Значит, его явление произойдёт совсем скоро, — констатирует Райгард и замолкает, явно что-то обдумывая.

— Вы убьёте её? — ещё больше побледнев, уточняет Эфи.

— Детка, если так надо, значит, я умру, — со щемящим душу смирением произносит Ноктурна и сжимает ладонь Эфи. — Я сама виновата в происходящем. Я была так слепа в своей ненависти, что даже обрадовалась, когда мне в руки попала та книга.

— С этого момента прошу подробнее. — Райгард подбирается, как перед броском, а я незаметно сжимаю его ладонь.

— Конечно, ваша светлость, — устало ухмыляется Ноктурна. — Это единственное, что мне остаётся. Как вы, наверное, уже раскопали, на моё имя пришла посылка. От моего бывшего мужа. Сначала я не хотела получать её, но затем пришло и послание. Муж утверждал, что это единственная выжившая у него моя детка. Как я могла не забрать её?

Блёклые глаза Ноктурны впиваются сначала в дракона, потом библиотекарь переводит взгляд на меня. И я прекрасно понимаю мотивацию Ноктурны. Я стала инари совсем недавно, а уже за своих малышей костьми лягу.

— Дальше, — просит Райгард ровным, ничего не отражающим голосом.

Он на лекциях и то красноречивей бывает. А сейчас я понимаю, что дракон полностью сосредоточен на словах библиотекаря.

— Я забрала книгу, но муж меня обманул. Это была не детка. В тот день я настолько расстроилась, что решила не возвращаться в академию. Поселилась в гостинице, а ночью обнаружила себя в её подвале с распечатанной книгой. Я не помню, как это сделала, лотр Скайрид. Лишь помню голос глашатая, который вёл меня во сне.

Ноктурна замолкает, снова кутаясь в шаль и халат. Эфи с тревогой смотрит то на меня, то на дракона. А Райгард, поглаживая подбородок, молчит.

— Такое возможно? — тихо спрашиваю я, чтобы хоть как-то снизить градус напряжения.

— Использование вслепую? — уточняет Райгард. — Да, вполне. Особенно если заклинатель полон гнева и ненависти.

Ноктурна в этот момент протяжно выдыхает и отставляет от себя кружку с чаем.

— Да, обиды во мне было столько, что ею можно накрыть всю нашу империю, лотр Скайрид…

— Но? — Райгард приподнимает бровь.

— Но я поняла, насколько сильно заблуждалась. Как была слепа. — Библиотекарь бросает полный любви взгляд на Эфи, затем частичка тепла достаётся и мне. — Я обрела смысл жизни. И я поняла, что не все драконы — скоты.

— Приятно это слышать, — кивает декан, но продолжать не спешит.

— Да, Райгард! — вскрикиваю я в нетерпении. — Хватит мучить Ноктурну. Ты же знаешь, как всё исправить. Верно?

Уголок драконьих губ дёргается в мимолётной улыбке. Я права: он всё уже давно решил, но почему-то продолжает играть. И мне впервые хочется треснуть Райгарда. Как моего братишку или как Никса с Кайгардом.

— Конечно, я знаю, — с лёгкой улыбкой произносит дракон. — Но проблема не во мне. Необходимо, чтобы Ноктурна сама решилась на разрыв. Чтобы хотела этого всем своим сердцем.

— Я хочу, — с жаром заявляет библиотекарь. — Я хочу, чтобы девочки жили в безопасном мире. Чтобы закончили учёбу и устроились так, как мне было не дано. Это возможно? Вы защитите их?

Тревога лёгким уколом касается моего сердца. Что-то в словах Ноктурны цепляет. Я понимаю, почему она переживает за меня, за мою судьбу инари. Но почему она просит защиты для Эфи? Потому что она бастард Файердорнов или потому что за ней по пятам ходит Кайгард?

— Даю вам слово, лотта Пейдж. И Алиса, и Эфи будут под моей защитой. Как и всякий честный гражданин нашей империи, — добавляет Райгард и внимательно смотрит на Ноктурну, как бы говоря: не только наша жизнь важна, на кону многие миллионы.

— Да, конечно, — тут же соглашается Ноктурна и продолжает спустя секундную заминку: — Так что нам нужно делать? Я готова!

— Для начала спустимся в разрядную камеру. Это единственное место в академии, где мы можем провести ритуал, не рискуя раскрыть окно в Бездну.

Едва Райгард заканчивает фразу, как всё приходит в движение. Ноктурна резко поднимается, шагает навстречу дракону. Эфи подхватывает упавший халат и поспешно надевает на себя. Я же стою, не совсем понимая, что делать мне.

— Алиса, просить тебя проводить Эфи бессмысленно? — спрашивает Райгард с мягкой улыбкой.

Мне даже отвечать не нужно, потому дракон, вздохнув, кивает нам на выход. Но едва мы покидаем каморку и доходим до высоких дверей библиотеки, как те распахиваются, являя нам Кайгарда.

Беспокойство на лице принца тут же сменяется недовольством. Смоляные брови Кайгарда и вовсе сходятся на переносице, когда взгляд принца касается замершей Эфи.

— Что тут происходит? — вопрошает дракон, глядя на дядю.

— Не дорос ещё, чтобы тебе докладывали, — отрезает Райгард и, придерживая одну из створок, пропускает сначала меня, а затем и Ноктурну.

Едва Эфи суётся пройти мимо, как Кайгард ловит её за локоть.

— Ты что тут делаешь? Почему не у лекарей?

— Слушай старших, Кай, — шипит Эфи, вырываясь из хватки принца.

— О, даже так, — с обманчивым спокойствием произносит принц и отступает на шаг. — Хорошо, тогда я пойду и скажу отцу, что здесь происходят нездоровые движения.

— Отцу? — тут же вскидывается Райгард. — Айрнгард здесь?

Я притормаживаю Ноктурну, и мы оглядываемся на драконов. Что-то в голосе декана подсказывает мне: ситуация осложняется.

— И папа, и мама, и даже глава тайной службы, — с ухмылкой отвечает Кайгард. — И ещё два десятка представителей знати. Слышал, у нас объявилась инари. — В интонациях принца проскальзывают издевательские нотки. — А ещё вроде как поймали заклинателя Бездны. А наши аристократы не упустят возможности посмотреть на казнь столь сильного врага.

У меня сердце в пятки убегает. Все, абсолютно все секреты раскрыты. Розали растрепала обо мне, но кто раскрыл информацию о Ноктурне? Неужели Райгард? На мой немой вопрос дракон лишь качает головой.

— Райгард, что делать? — вылетает у меня.

— Действовать по плану. Некого будет казнить, если Ноктурна лишится печати заклинателя.

— А… — Я хочу спросить про мою инарность, но останавливаюсь. Не уверена, что готова услышать и мой приговор. — А как это сделать?

— Спускаемся в камеры. Кай, задержи делегацию, — отдаёт команду Райгард и подхватывает меня с Ноктурной под руки.

— С какого перепуга? — слышится нам вдогонку.

— С такого, что так поступил бы порядочный человек. Кай, у тебя сейчас появилась прекрасная возможность доказать, что ты не высокомерное дерьмо, а вполне адекватный парень, — бросает через плечо Райгард и обращается к Эфи: — Адептка Зах, вам задание. Делайте что угодно, но задержите императора и его свиту. Они не должны попасть в камеры в ближайший час.

— Так точно, — произносит Эфи, и в тот же миг вокруг её ладоней загораются огненные круги.

— Я сказал задержать, а не сжечь! — рявкает Райгард.

— Простите!

Подруга гасит огонь, я же перекидываю ей слепарь:

— Держи, он поможет тебе фокусировать магию. И сходи за моими детками. Устройте гостям представление!

— А как же?..

— Да какая разница, — фыркаю я, посылая подруге усталую улыбку. — Всё равно все, кто не нужно, уже знают о моей инарности. Так пускай малыши порезвятся и покажут себя во всей красе. Только Жору к императрице не подпускай. И Храбреца тоже, он для её величества слишком взрывоопасный.

Эфи секунду молчит, а затем кивает с таким серьёзным видом, что мне даже жалко становится императорскую чету и их приближённых. Подруга совершенно точно приложит максимум изобретательности, чтобы гости забыли о своей цели на всю ночь.

— Поспешим, — напоминает Райгард, подталкивая нас с Ноктурной к лестницам.

На Кайгарда никто из нас внимания не обращает, но, судя по его лицу, принц проникся словами дяди. Остаётся надеяться, что он поможет Эфи и не станет совать ей палки в колёса.

— Спасибо, — слышу сухую благодарность Ноктурны.

— Потом поблагодаришь. Сейчас надо избавить твою душу от этой бездновской гадости, — холодно отвечает Райгард.

Мы торопливо спускаемся этаж за этажом. Сердце стучит в такт шагам и в голове звенит лишь одна мысль: хоть бы у нас всё получилось!