— Что скажешь по этому поводу? — с усмешкой устроился за его столом Марлоу.

— Только что я с удивлением узнал, что кто-то засекает как долго я сижу в туалете, — метнул взгляд на нужного человека Эдвин. Он запомнил их всех, и они обязательно к этому вопросу вернутся. Трактирщик тоже свое получит.

— Сперва ты работаешь на репутацию, — заметил «серый». — А потом репутация бежит впереди тебя, обрастает ужасными подробностями, и вот ты уже по умолчания подозрительный тип, за которым надо следить.

— Вы для этого пришли? Следить за подозрительным типом? — Эдвин краем глаза следил за залом, где люди замерли с приборами в тарелках, делая вид, что завтракают, но есть забывали. Только уши были напряжены. Почти все, из угла доносились звуки пожираемой еды.

— Нет, не для этого. Хотели уточнить все ли люди согласно списку находятся в трактире, — Марлоу достал бумагу.

— Мы и не к тебе, если что, — добавил Богарт. — Но в ходе вновь открывшихся обстоятельств вполне не против узнать о вчерашнем дне.

Райли, как командир отряда и самый главный, взял список из рук «серых», с трудом сфокусировал зрение и пробежался по нему глазами.

— Вот этого нет, его вчера не нашли, — указал он. — Все вопросы задавайте моему заместителю, у меня есть очень срочное дело.

Нетвердой походкой он удалился в свою комнату по «очень срочному делу», которое наверняка включало в себя длительный сон и кувшин вина.

— Задавайте, чего уж, — сказал Эдвин. — Тем более, это я его вчера искал.

— Можно ли узнать точный распорядок вчерашнего дня?

Скрывать было нечего и Эдвин честно рассказал о том, как искал членов команды. Как не нашел мага воздуха, потому что он снял себе другое жилье, он не знает где…

— Мы знаем, продолжайте.

…как он оставил тому записку, но раз они знают о его месте проживания, то он сам, лично, его найдет и приведет сюда, если с ним поделятся местом обитания этой пропажи.

— Не поделимся, — также коротко ответил Богарт. — И искать его не надо.

— Его уже нашли, — добавил Марлоу.

— Меня в чем-то подозревают? — устало уточнил Эдвин. — Где его нашли?

— Нет, не подозревают. Нам нужны были детали для расследования. Не будем портить аппетит.

Стоило дверям трактира захлопнуться за двумя «серыми», как по лестнице слетел злой Райли.

— Альварес! — заорал он голосом весеннего медведя.

Продолжающий чавкать маг пропустил все произошедшее и только сейчас отвлекся от поглощения пищи. Райли указал пальцем на Эдвина.

— Теперь ты его тень. Ты вместе с ним завтракаешь, обедаешь и ужинаешь. Если он идет почитать книгу в комнату — ты сидишь рядом. Ему надо отойти по нужде — ты не даешь ему закрываться и смотришь ему прямо в глаза…

— В таком случае процесс точно затянется, — подал голос Эдвин.

— Плевать! В комнату поставят еще одну кровать, а окна я лично забью гвоздями намертво. Ты не будешь оставаться один ни на секунду. Никому, и я повторяю для особо одаренных, никому не выходить из трактира. Всех баб выгнать, алкоголь под запретом. Я к начальству!

И очень бодро для недавно умиравшего человека побежал. Дверью он хлопнул так, что некоторые даже дернулись.

— Привет, — улыбнулся парню Альварес, который принялся переносить за его стол свои тарелки. — Я доем, и куда надо, туда и пойдем.

— Ты же не воспринял эту фразу Райли серьезно? — уточнил Эдвин.

Альварес меланхолично пожал плечами, мол, понимать можно как угодно, и все же добавил.

— Звучало как приказ командира. Только он его и может отменить.

Молодой маг раздраженно выдохнул. Спорить со здоровяком нет смысла. А еще плохая примета спорить с человеком, который способен в одиночку избить отряд стражи. И вот они сидели за пустым столом, а Эдвин, попытавшись начать разговор, невинно уточнил:

— И что будем делать?

— Что захочешь, — хмыкнул Альварес.

Где-то в зале послышался громкий смешок.

— Да, смешно, — нахмурился он. Больше никто не смеялся.

Эдвин не слишком сильно хотел звать его к себе в комнату, поэтому пытался придумать занятие. Ничего в голову не приходило, а Альварес, как назло, молчал и отлично себя чувствовал и в неловкой тишине.

— Давно в армии? — наконец нашел универсальный вопрос парень.

— Да… как-то…

«Что же, это будет сложнее, чем я думал».

— Что скажешь по поводу нашей армии?

— Эта война очень странная, даже если нужно избавиться от буйных дворян, можно их послать в леса эльфов, слышал там много работы. Если бы империя предложила вхождение королевства в состав империи, с сохранением дворянству титулов и земель, то абсолютное большинство согласилось бы, даже королевская семья. Наверное, я просто не люблю бессмысленных войн… И мой друг Ольх тоже так считает, он с далекого севера.

Эдвин молчал. В трактире все тоже молчали. Альварес говорил крайне неудобные вещи.

— Кажется мне, — продолжал он, — не нужны местные дворяне нашему императору, у него своих девать некуда. Ну или я ничего не понимаю…

— Не понимаешь, — постарался объяснить Эдвин так, чтобы в случае, если кто-то записывает их разговор, который вполне может оказаться на столе у имперской службы безопасности (ну а как же, такие речи вести нельзя), у Альвареса был шанс остаться на свободе. Пока он еще чего-нибудь из своих мыслей не высказал. — Император хоть и правит своей волей, он должен учитывать не только интересы страны, но и интересы всех групп аристократов. И военных, и тех, кто занимается добычей ресурсов, кормить страну… вообще всех. И как можно учитывать их интересы, если на юге в королевстве есть богатые залежи железа? Явно кому-то конкуренция не нужна. Кроме того они, в королевстве, чужие. Тут может он и хотел бы мирно присоединить, да не дадут. А идти против влиятельных аристократов, которые тебя же и поддерживают… К тому же ходят истории, что король не показывал желания присоединиться к империи. Как и многие из его двора.

— Тогда ладно, — пожал плечами Альварес и замолчал.

Казалось, ему вообще не было ничего интересно. Он выдал самую длинную фразу из всех, что были за последнее время, и замкнулся в себе. Эдвин решил больше не пытаться разговорить свою вынужденную няньку (как минимум до отмена приказа Райли).

Сам командир явился через часа четыре, злой, и отказывающийся слушаться голос разума (то есть Эдвина). Он наоборот, еще несколько раз повторил, что Альварес должен быть рядом даже в туалете, а они через два дня отправляются в рейд. И продлил запрет на алкоголь и местных женщин. После нестройного возмущенного гула он сменил гнев на милость, и разрешил алкоголь, но умеренно и только сегодня.

— Что за рейд? — уточнил молодой маг у командира, когда они оказались рядом. Ну и Альварес за плечом Эдвина стоял, куда же без него.

— Сделаем большой крюк в глубокий тыл. Притремся друг к другу, научимся действовать в команде и опытные разведчики нас немного на практике поднатаскают. Никаких крупных операций.

Спустя недели, когда Эдвин уже сбился со счета дней, он лежал в яме, тщательно присыпанный все, чем только можно. Прямо перед головой из земли торчали остатки каких-то корней, которые дополнительно маскировали его позицию, но были слишком маленькими, чтобы вызывать подозрение. Лицо также было в земли и мусоре. В соседней яме лежал Альварес, и его яма была глубже, опытным путем они выяснили, что наблюдатель в группе может быть один. Не обязательно высовываться всем.

Это был уже третий обоз с провиантом, и про первые два вспоминать ему было… ну не стыдно, но все же немного стыдно. Они совершили все ошибки, которые можно было совершить. И лишь тот факт, что в их отряде было больше десятка магов, что само по себе является грозной силой, помог им обойтись без жертв со своей стороны.

Во всех этих засадах на обозы с провиантом и другие не слишком мобильные цели есть множество нюансов, которые мешают быстро всех убить и уйти. Для начала, как бы это странно ни звучало, люди охраняющие обоз не хотят убиваться и активно сопротивляются. Это делает дело немного сложнее.

Во-вторых, у них война идет, а обоз доставляет провиант и подкрепление в замок на самой передовой. То есть они готовы быть атакованы, все же разведчики с двух сторон заходят на чужую территорию. Ну и подкрепление это не неподвижный товар, это знатное усиление охраны.

Самое главное в засаде — уничтожить всех. Они на чужой территории, и стоит одному человеку уйти, он передаст информацию, и их будут обкладывать как зверя во время загонной охоты. Уничтоженный обоз также скажет даже не самому мудрому следователю, что тут побывал враг, но когда он был, сколько, куда они потом направились… А вся их тактика заключалась именно в том, чтобы быстро ударить, не оставить свидетелей, и отойти в безлюдные места, где можно путать следы. Магия очень помогала путать следы и проходить там, где отряд следопытов или утонет, или еще чего.

— Ну что там? — шепотом спросил Альварес.

— Пусто, — также шепотом ответил Эдвин.

Нельзя выбирать удобное место для засады. Это они на втором обозе выяснили. Когда существует удобное место, словно созданное для этого — это ловушка. Эти обозы катаются по дорогам месяцами, и Эдвин сейчас понимал: тот поворот тропинки в лесу был не просто так оставлен. Их заметили заранее и атаковали первыми. Конечно, отряд магов всегда победит отряд солдат, однако молодой маг пережил несколько крайне неприятных секунд глядя на арбалетный болт воткнувшийся возле его головы.

— Надоели уже, — пожаловался Альварес. — Сколько нам еще лежать?

Было очень странно слушать жалобы на людей, которые должны попасть в твою засаду. Как вообще можно на такое злиться? А вот если полежать в одной позе без движения на холодной земле в грязи, то очень даже можно. Эдвин понимал своего напарника и няньку в одном лице.

— Терпи, информация проверенная.

«Проверенную» информацию добывали другие, и в ее надежности уверенности не было. Но раз командир доверял, значит и им нет смысла возмущаться. Райли не был тираном и не делил все точки зрения на свою и неправильную. Он вполне мог изменить мнение в случае убедительных аргументов. На данный момент конкретно с этим обозом ни у кого аргументов не нашлось.

Дорогу надо блокировать с двух сторон, что логично. Спереди они уже разработали рабочую тактику: маг земли по всей ширине дороги делал яму, которую было невозможно объехать, делал с небольшой ступенькой. Эдвин намораживал лед, который работал как крышка, клал его на эту ступеньку, и вновь маг земли все это дело засыпал и приводил в первозданный вид. Участок ничем не отличался от других. Лошади все равно чувствовали и переступали, а вот телега застревала намертво и перегораживала дорогу. В этот момент те, кто пропустил всю колонну атаковали последние телеги, чтобы люди внутри были в окружении и сбежать могли только на своих двоих, и только в направлении их отряда. План звучал надежно, как имперские часы работы столичных мастеров, и еще ни разу не сработал. Кстати, как оказалось, если использовать заклинания школы огня, телеги начинают гореть, дым замечают, и… долго они бегали тогда, пока не смогли уйти по болоту.

— А почему мы не нападем на них ночью? — еще через полчаса решил поговорить уже Эдвин. — Они же останавливаются на ночь?

— Не знаю, может в поле и лесу не останавливаются, а в трактирах и деревнях?

«Надо будет этот вопрос прояснить», — подумал маг.

— Как думаешь, может потому что у таких ночевок часовых больше, чем во всем нашем отряде? — продолжал размышлять Альварес. — Ставят свои телеги в круг, расставляют часовых, зажигают костров побольше. К таким незаметно подобраться сложно.

— Да… наверное…

— Мы же на обозы нападаем для отработки тактики. Они со всего королевства идут в замок десятками. Ты ведь замок помнишь?

Эдвин помнил. Переход через эту условную границу боевых действий он запомнил очень хорошо, и когда они переходили через то, что он назвал бы горами, они успели насладиться вдалеке видом замка. Город, не иначе.

— Да уж, — вздохнул маг.

— Туда нагнали войск, и все они нуждаются в еде, питье, медикаментах и многом другом. Поэтому уничтожение одного или двух обозов… если не поставить на поток, это пылинка в общей массе. А массово мы на всех нападать не сможем. Нас мало, нас выследят, мы слишком далеко от своих… и много мы не уничтожим, потому что нас мало.

— Ты повторяешься, — заметил Эдвин.

— Я знаю.

— Так чего же ты Райли все это не выскажешь, а ноешь мне?

— Командиру я уже об этом говорил. А ною я с тобой, потому что кроме нас двоих тут никого и нет.

Это было тоже часть их плана. Стрелять из арбалетов они начинали как только первая телега застревала. У каждого было по два полностью готовых к бою арбалета (ох и весело их таскать). Первый залп был слитный, потом каждый как умеет, и уже после всего этого начинали использовать заклинания. И то, огненные лучше не использовать.

— Критикую — предлагай, — не стал спорить молодой маг. — Другими словами, говорить как все неправильно и плохо могут многие, а вот предложить идею получше…

— Я предложил, — спокойно отметил Альварес.

— Да? — искренне удивился Эдвин. Они находились рядом сутки напролет даже… в общем, всегда они рядом были, но этот момент он упустил. — И что предложил?

— Уничтожать мосты через реки, нам это по силам, и здорово снизит их боеспособность.

— Хорошая идея. Он согласился?

— Конечно. И на все остальные мои предложения тоже.

— Так их еще и несколько? Рассказывай, все равно на горизонте ни единой повозки не видно.

— Эти самые обозы не в какой-то деревне загружаются, есть склады, на которых хранится провизия. Их можно сжечь. Кроме еды есть зелья, которые точно также производятся в определенных алхимических мастерских.

— Альварес, признаться честно, я не ожидал от тебя таких здравых идей.

— Все на поверхности лежит. Командир сказал, что после этого обоза начнем выбирать цели по моим критериям. Это при условии, что все пройдет… лучше чем в прошлые разы.

— Ну да, предыдущие два раза были не самыми удачными.

Они замолчали и задумались каждый о своем. Альварес, насколько смог его узнать Эдвин, был очень хладнокровным, и скорее всего задремал. Как можно спать в такой обстановке?

«Когда при рождении людям раздавали страх — этот парень проспал».

Сам же он, как и часто в последнее время, вспоминал про Адель. Как она? Выздоровела ли? Что их ждет? Что за пыль вдали на дороге? Допрашивала ли девушку служба безопасности?

— Пыль, — прошипел он.

— Ась? — тут же пришел в себя его напарник.

— Едут наши телеги, — повторил Эдвин. — Вот наш обоз.

— Ну наконец-то, — шепотом выдохнул Альварес. — Сейчас их убьем и наконец нормально поедим. Ну и спину размять можно будет… Долго им до нас?

— Не особо.

В такие моменты время тянется иначе. Эдвин смотрел не на сам обоз, а рядом. Как объяснили ему бывалые разведчики — люди со временем чувствуют на себе недобрые взгляды, и это может сорвать засаду. Как и чем они чувствуют объяснить никто не смог. Парень хоть в это и не верил, решил на всякий случай действовать как говорят опытные товарищи. Он допускал, что знает далеко не все.

«Хоть это и деревенские суеверия», — для проформы повторил он мысленно.

— Альварес, — прошептал он.

— Да?

— Готовность две минуты.

Их телега была четвертой по счету. Первые будут атаковать другие двойки. Эдвин подтянул к себе поближе арбалет. Один слева от него, другой справа. Перезаряжать времени не будет, после выстрела он схватит второй и тут же перейдет на магию. Тем более, есть у него пара новых заклинаний как раз на такой случай.

Первая телега проехала мимо их замаскированной позиции. Потом вторая и третья.

«Они как раз должны подъезжать к яме», — прикинул Эдвин. Раздался треск льда, ржание лошадей и крики их противников.

— Начали! — скомандовал он Альваресу.