Марлоу и Богарт скривились. Ситуация была крайне неоднозначной.

— Все чисто, — донесся из-за спины следователей голос стражника.

— Конечно чисто, — подтвердил Эдвин. — У меня тут убирают.

— Он про стену и окно, — просветил парня Марлоу.

Маг перевел взгляд на окно.

— И что с ними?

— После первого убийства мы сделали несколько… не важно. Но окно вы не открывали, а по стене никто не спускался. Это с одной стороны хорошо, а с другой — помещение я вам рекомендую проветрить.

— То есть вы продолжали меня подозревать? — не понял Эдвин.

— Мы всех продолжаем подозревать. У нас работа такая. Не хотите с нами прогуляться?

— Если честно, не особо.

— Придется.

Одевался маг под присмотром двух «серых». Глаз с него не спускали ни на секунду. В голове крутилась шутка по этому поводу, и даже не одна. Вот только определенную грань в общении с такими людьми пересекать не желательно, и парень промолчал.

Они спустились вниз, где Эдвин на секунду отошел в сторону от сопровождения и подошел к трактирщику.

— Завтрак вон за тот столик, — указал он рукой на самый дальний и самый маленький стол в углу. — Жаркое, отвар, и один стул.

— Три, — поправил его Марлоу. — Три стула, наш разговор может продолжится.

— Я не в восторге от складывающейся у вас традиции портить мне прием пищи, — честно сказал Эдвин.

— Вы это переживете, господин барон. А теперь продолжим…

Они вышли на улицу, свернули в сторону, и пошли по подозрительно знакомому пути.

«Да не может быть», — мелькнула у парня мысль. Как оказалось, очень даже может.

— Вы серьезно? — спросил он с отчетливым сарказмом. Ситуация не располагала, учитывая накрытое тело, но удержаться он не смог. Тот же самый переулок, то же самое место. — Дам совет: присмотрите за этим переулком в ближайшее время.

— В каких отношениях вы были с бароном Коллином?

— Я его угощал вином в обмен на не самые интересные истории.

— Мне сказали, вы последнее время с ним были в ссоре.

— Кто сказал? — уточнил Эдвин.

— Это не имеет ровно никакого значения.

— Просто я к тому, что тот, кто это сказал, пусть и поясняет про мои непростые отношения с, я так понимаю, — маг кивнул в сторону накрытого тела, — уже покойным бароном. На мой взгляд все наше взаимодействие закончилось вместе с моей щедростью.

— Показывай, — скомандовал «серый» своим помощникам.

Ему показали тело. Как и в прошлый раз, «серый» изучал его лицо в поисках… чего? Удовольствия от увиденного? Радости? Если они ищут хладнокровного убийцу, который тщательно продумывает все свои действия, а убийства проходят в городе полном имперских военных, вряд ли он так легко даст себя поймать.

— Интересно, — Эдвин подошел поближе. Мертвых тел он за последние годы насмотрелся, и если они свежие и не воняют, то в целом ничего страшного. — Вам не кажется, что повреждений стало больше?

— Не кажется, мы в этом уверены.

— По вашему мнению я именно тот человек, которого надо подозревать?

— Так где вы были ночью?

— Спал. Мы прибыли очень поздно, и об этом вам могут сказать все, кто был на воротах и четыре патруля в городе. Потом мы с Райли сидели в зале, где были люди.

— А потом?

— Я пошел мыться и ушел спать. Про Райли я не в курсе.

— Мы его опросили до вас, у него на всю ночь есть несколько свидетельниц… И на время прошлого убийства у него тоже полный зал свидетелей. Это абсолютно точно не он.

— Кхм-кхм, — откашлялся один из стражников. — Господин Марлоу, к слову… эээ… не могли бы вы мне выписать жалование несколько раньше срока?

Эдвин замаскировал смешок под кашель и повернулся к телу. Не было похоже на случайное быстрое убийство. Кто-то сильно поработал над беднягой бароном. Даже имея правильные инструменты нельзя быстро отрезать все пальцы, вынуть кишки и обмотать их… кхм. Еще и испачкаться во время процесса легче легкого, потом не отмоешься.

— Убийца скорее всего маг, — сделал он вывод.

— Как будто мы без тебя… — получил Марлоу удар локтем от своего напарника.

— Что же натолкнуло на эту мысль?

— Сложно выделить что-то одно. Убийство грязное, совершено ночью, и если совершивший не спрятался в одном из ближайших зданий…

— Вроде трактира.

— Кхм, да, вроде трактира. Так вот, если он не спрятался в пустом здании, где можно сменить одежду, а старую или спрятать, или сжечь… Генри!

— Кто это?

— Напомните мне, когда я закончу мысль. Так вот, если нет убежища, где можно переодеться, а вы наверняка все ближайшие здания проверили, то остается вариант с магией. Ледяные доспехи, я ими не владею, если что, полностью покрывают тело. В них теоретически можно было бы испачкаться кровью, но и уже через минуту остаться в чистой одежде.

— А если бы вы владели этим заклинанием, вы бы сказали? — усмехнулся Марлоу.

— Конечно сказал бы. А еще я бы им пользовался, и об этом тоже было всем известно. Кроме того, есть аналогичные заклинания у земли. Наверняка и у огня с воздухом что-то похожее найдется.

— Мы рассматривали эту версию, и про заклинания знаем. Воздух и огонь оставит явные следы, которых нет. Остается вода и земля, а вы…

Эти многозначительные паузы и завуалированные (а скорее даже нет) обвинения Эдвину не нравились.

— Вы если мысль не можете сформулировать, то обойдитесь без театральщины, — недовольно сказал он. А если меня в чем-то обвинить, то тоже скажите прямо. Как женщины, честное слово!

Его отповедь почти смутила «серых».

— Сами разберемся как нам говорить с подозреваемыми. Обвинять вас никто не обвиняет. А вот подозревать? Очень даже.

— Меня в городе долго не было.

— Так и убийств, такого рода во всяком случае, тоже не было.

Эдвин представил, насколько подозрительно это выглядело. Он появился в городе, и возле его трактира находят труп, пока он в рейде все спокойно, а как только возвращается, опять труп.

— Вы меня что, за идиота держите? — холодно уточнил он. — Или за сумасшедшего, который не может себя контролировать? То есть по вашему я только вернулся в город, как тут же принялся утолять свою жажду крови? А чтобы далеко не ходить, выбрал знакомого из своего трактира?

— Знаю, звучит очень глупо и невероятно, — кивнул Марлоу. — Но каких только глупых преступлений мы не видели.

Молодой маг сделал глубокий вздох и медленно выдохнул. Он не хотел портить с ними отношения, тем более, что они действительно выполняют свою работу. Пусть и несколько раздражающе для него.

— Очень надеюсь, что у вас есть и другие подозреваемые, — тяжело вздохнул он, хотя хотел просто выругаться.

— К сожалению очень много. У нас тут весь город подозреваемых, а к ним еще и имперцы добавились.

— Во сколько его убили? — уточнил Эдвин.

— После полуночи, точнее пока не скажем. Он оставался в зале после вашего ухода. Активно жаловался на вас.

«Во скотина!», — искренне возмутился маг.

— Момент когда он пропал никто не заметил.

— Женщины не заходили случайно?

— В такие трактиры постоянно заходят женщины.

— А…

— Нет, ее не нашли, — сказал Марлоу.

— Вашего преследователя нашли, — добавил Богарт.

— О! — заинтересовался Эдвин. — Это очень хорошо. И что он сказал?

Они синхронно скривились.

— Понятно, — понял маг. — Тоже изуродован или просто убит?

— Просто. У вас есть какая-то идея?

Идей у него не было. Кроме самых очевидных, которые он даже стеснялся озвучивать.

— Ничего такого, только самые общие, — честно сказал он.

— Говорите, раз уж начали.

— Мне кажется, и я подчеркну это, что у него или нее, есть явная ненависть к убитым. Первое, что приходит на ум — это из-за войны. Какой-нибудь маг пострадал от военных действий, потерял семью, и мстит таким образом. Силы у него хватает, вот он и охотится на офицеров и дворян. А перерывы между убийствами связаны с подготовкой. Если вы не находили похожим образом изуродованных местных, то этот сумасшедший убивает только имперцев. Вполне вероятно, что убитые заслужили свою смерть в его глазах другими своими действиями, но я вижу в них только одно общее — для местных они захватчики из армии империи.

— Ну так себе версия, — честно сказал Марлоу. — Местный мстит империи таким образом. А ненависть выплескивает через жестокость.

— Так я и не занимаюсь расследованием, — немного обиделся маг. Его предположение действительно и версией назвать было нельзя, и все равно было неприятно. — У вас тоже нормальных подозреваемых нет, судя по тому, что вы меня из кровати вытаскиваете.

— Мы разрабатываем разные варианты.

Хотелось, очень хотелось молодому магу, который впервые за долгое время дорвался до кровати, и был из нее безжалостно выдернут, сказать им что и кому они разрабатывают. Только это было бы даже не на грани оскорбления, а прямым грубым и целенаправленным.

— Я вам здесь еще нужен? — вежливо уточнил он.

— Не узнаете? — ему указали на рукав жертвы.

— Следы светлой крови? — не понял маг. — Вина?

— Не совсем.

— Тогда не узнаю.

— Вы хотели что-то рассказать про Генри.

— Да, если кто вам и поможет с этим делом и выслеживанием убийцы, то это Генри.

— Где живет этот таинственный помощник? — заинтересовался Богарт.

Было желание подержать интригу, немного поиздеваться. Усилием воли Эдвин это желание сдержал, и прямо рассказал им про рейд и про ящерицу.

— И я настаиваю продолжить в трактире, — закончил он свою историю. — Тут прохладно, я голоден, и хотелось бы попробовать поспать после завтрака, раз уж вы испортили мне утро. Вы же не приказывали обыскивать мою комнату и потрошить кровать?

Марлоу и Богарт переглянулись. У Эдвина внутри все упало.

— Вы серьезно? — обреченно спросил он. — Да что ж вы за люди такие.

Он больше не стал спрашивать разрешения или намекать на завтрак, просто развернулся и побрел в сторону трактира. От барона Коллина он был не в восторге, но и смерти он не заслуживал. Во всяком случае, в глазах Эдвина не заслуживал, другие могли думать иначе.

«И кто-то явно так думал. Или он мог стать случайно жертвой… но как? На улицу ночью никто не выходит. И поесть, и выпить, и помыться, и даже отойти по нужде можно внутри здания, оно обустроено всем необходимым. Поэтому в ночной город выходят по своему желанию и другим причинам. Но каким?».

Он и не думал раскрыть убийство по пути в трактир. Тело барона, которое изувечили, не выходило из головы. Если верить количеству крови, которое вытекло из его ран, наносили эти раны ему еще при жизни — сердце работало и гнало кровь.

«Он должен был как минимум кричать изо всех сил», — подумал Эдвин. — «Я бы точно орал, будто меня режут. Хотя его в прямом смысле резали…».

За завтраком подали жаркое, он подозревал, что разогрели вчерашнее, и небольшой кусок мяса. После тела барона этот кусок мяса уже не казался таким вкусным, но стоило Эдвину его попробовать, и организм взял свое.

— Ест как человек повидавший трупы, — устроился напротив него Богарт. — Я после первого своего дела два месяца мясо есть не мог. Тошнило при одном виде.

— Так у тебя твой первый труп был заживо сожженным. Свежим еще, дымящимся. Кто угодно после такого есть не будет, — Марлоу занял третий стул.

— Мы же его вместе вели, и у тебя я проблем с аппетитом не замечал.

— Всех по мне не равняй, — усмехнулся «серый».

Эдвин отложил приборы в сторону.

— Я вам не мешаю? — вежливо уточнил он. — Может вам здесь комнату снять? Посидите там за кувшином вина, воспоминания свои переберете.

— Не наглей, барон, — потерял все шутливое настроение Богарт.

— Извиняюсь, — понял свою ошибку парень. — Вы тоже держитесь в определенных границах, мы не друзья.

Еда потеряла свою привлекательность. А может, он просто наелся, и продолжать сидеть в такой компании не хотел. Так бы наверняка через силу без лишней спешки впихнул бы в себя остатки и потом лежал с надутым животом изредка издавая сытые звуки сожаления.

— Думаю я, барону есть что нам сказать, только вот он верно заметил: мы не друзья. Поэтому и говорить не хочет, — сказал Марлоу. — Уж больно он задумчивый шел.

Они пристально на него уставились.

— У меня возникло еще несколько предположений, которые точно также должны были возникнуть и у вас.

— Такими вещами надо делиться.

— Мне интересно другое, — задумался Эдвин. — Вы меня прямо не обвиняете, но все равно я один из подозреваемых, верно?

— На данный момент ты лишь один из многих, у которых были три столпа любого преступления, — пояснил ему Марлоу.

— Что за три столпа? — не понял маг.

— Это такой прием у следователей.

— Да, что за три столпа? — повернулся к своему напарнику Богарт.

— Вот поэтому ты и не ел мясо… — пробормотал тот.

Он взял три небольших полотняных салфетки и положил их на стол.

— Вот эти вот доски стола, это все подозреваемые. А вот эти три салфетки это мотив для убийства, возможность и средство.

— Так, — кивнул Эдвин.

— У меня в блокноте напротив каждого имени есть три пометки: был ли у него мотив, с этим сложно, ведь он не всегда очевиден. Поэтому я смотрю на другие два: возможность и средство. Возможность в нашем случае это то, что вы, господин барон были в этом здание, рядом с убитым, у вас нет никакого алиби на предположительный момент смерти барона Коллина…

— Я спал!

— Заведите привычку не спать в одиночестве. Так вот, возможность у вас была. Средство? — он дотронулся до третьей салфетки. — Ножи, лезвия из льда, которыми вы наверняка владеете… тоже есть. А когда мы поговорили с остальными о ваших с жертвой взаимоотношениях, появился и мотив.

— Слабый какой-то мотив, — неуверенно сказал Эдвин. — Вы все дела так расследуете?

— Это всего лишь один из способов разделения подозреваемых.

— И много у вас в списке людей?

— Из этого трактира не так много, — уклончиво ответил Марлоу.

Молодой маг посмотрел на салфетки, символизирующие «три столпа», внимательно подумал о словах «серого», и высказал свое отношение.

— Какая-то откровенная глупость. Мы в захваченном городе, где часть населения пострадало от наших действий прямо или косвенно. Попытки убийств офицеров и запрет на ночные прогулки об этом говорит прямым текстом. А вы ищете того, у кого наберется три салфетки? А как быть с криками?

— Какими криками? — уточнил Богарт.

— Человека режут — он кричит. Я от ворот до трактира в полной тишине с Райли шел, и то четыре патруля встретил. На крик барона должны были слететься все ближайшие. Или он не кричал, или кто-то при помощи магии воздуха не дал это сделать.

— Или артефакт.

— Такое тоже возможно, — кивнул Эдвин. — Но как мне кажется, под эту версию я не попадаю. Так вот, вопрос, который я вам хотел задать с самого начала. Как только мы начали этот безусловно увлекательный и познавательный диалог за моим столом: что мне мешает послать вас подальше и заниматься своими делами вместо разговоров? Когда будете готовы обвинить, тогда мы и поговорим.

— Мы можем испортить вам дальнейшую службу.

— Я за нее и не держусь.

— И сильно осложнить жизнь.

— Посоревнуйтесь в этом с герцогом.

Они переглянулись.

— Когда появятся аргументы, я жду вас в этом трактире, — поднялся Эдвин из-за стола, и решил красиво оставить последнее слово за собой. — А по поводу следов на рукаве. Розовых таких, я их сначала за кровь или вино принял.

«Серые» сделали стойку как собаки-следопыты, или как ящерица Генри. Разве что капюшоны за головой не раскрылись.

— Об этом я вам ничего не скажу, — виновато улыбнулся молодой парень. — Ничего не знаю.

Это он очень зря.