Я об этом не подумала, но было бы разумно попросить его о помощи.

— Я заплачу.

— Я не приму, — о ухмыляется. — Послушай, ты не могла бы поужинать со мной? На этот раз полиция не вмешается, клянусь.

— Не думаю, что это хорошая идея, — честно отвечаю ему.

Он кивает, одаривает меня одной из своих великолепных улыбок и отходит в сторону.

— Я должен был попытаться, — Дерек оглядывается. — Увидимся, Теа, — он кивает мне головой и уходит. Я наблюдаю, как он садится в свою машину и уезжает.

Вернувшись в дом, я звоню Мариссе, и она сразу же отвечает.

— О, боже мой, ты возвращаешься? Пожалуйста… пожалуйста, скажи мне, что это так, — говорит она, когда я отвечаю, что это я.

— Нет, это не так. Но я надеялась, что ты сможешь отправить мне электронные адреса поставщиков?

— Ммм... ладно. Зачем? — спрашивает она. По звуку ее голоса я понимаю, что она озадачена.

— Я думаю, что могу начать свой собственный бизнес. Возможно.

— Теа, о Боже. Да. Это такой умный ход. Ты раздавишь его. Возьмешь меня на работу, как только начнешь открывать вакансии?

Я смеюсь.

— Я серьезно. А ты не забыла мне кое-что сказать?

Я замолкаю и ничего не говорю.

— Наш босс — твой парень? — шепчет она. — Это он был у твоей машины в тот день. Ты поэтому уволилась, потому что не хочешь совмещать приятное с полезным?

— Нет, — я съеживаюсь.

— Ладно, он был в деле, и, девочка... все девчонки пускали по нему слюни. Мне нужен такой же, как я… молчаливый, задумчивый тип. Бьюсь об заклад, он просто фейерверк в постели. Он тебя не душит?

— Марисса, — мой голос становится выше на конце ее имени.

— Ладно, ладно, не рассказывай. Как хочешь. Но я уверена, что его член такой же порочный, как и тот взгляд, которым он одаривает всех, кроме тебя, потому что я помню, как он смотрит на тебя. И, девочка, — она делает паузу, — я хочу, чтобы кто-нибудь смотрел на меня так же.

— Ты пришлешь мне адреса по электронной почте? — спрашиваю я, игнорируя замечания по поводу Атласа.

— Хорошо! Да, конечно. Если меня уволят за это, тебя обязательно придется нанять меня.

— Тебя не уволят, — говорю я. На самом деле, я понятия не имею, но надеюсь, что нет. Если да, мне придется взять ее на работу, я буду перед ней в долгу.

— Хорошо, мы можем встретиться в ближайшее время? Мы все скучаем по тебе, а тебя так долго не было.

— Да.

— Ладно, Сидни только что вошла и попросила телефон, скоро увидимся, Теа.

— Ты запрашиваешь информацию? — Марисса пищит, и я закрываю глаза от громкого голоса Сидни. — Твой друг не очень-то спокойно отнесется к этому. В следующий раз, Марисса, закрой дверь и не включай громкую связь.

— Да, мисс, — я слышу, как Марисса говорит Сидни.

— Теперь ты... что ты пытаешься сделать? Тина упомянула, что ты собираешься открыть свой собственный бизнес. Тебе нужны контакты?

— Да.

— Ладно, можешь взять их, когда придешь на ужин.

Я замираю от ее слов.

— Эм... что?

— Ты и я, Тина и Атлас. Это нужно прекратить. Вам двоим нужно поговорить, и мы с Тиной можем стать посредниками между вами.

— Нет, — говорю я. Слово слетает с моих губ так быстро, что я не могу поверить, что вообще задумалась над этим вопросом.

— Нет... — она замолкает. — Ладно, тогда ты ни хрена не получишь. И поверь мне, Теа, тебе нужны все эти контакты, потому что им нравится иметь с тобой дело, и они будут поставлять тебе партии, потому что доверяют тебе. У тебя возникнут проблемы с поиском поставщиков.

Черт возьми! Она права. У некоторых из моих старых поставщиков я была первым клиентом и использовала шанс. Уверена, что теперь они ответят мне тем же.

— Атлас согласился встретиться со мной? — спрашиваю я.

— Он согласится, — говорит она, как будто знает его. Думаю, так оно и есть. Но чтобы он сел и поужинал с нами? В этом я не уверена.

— Если он согласится.

— Хорошо, Марисса пришлет тебе информацию, как только мы поужинаем, и не раньше, — Сидни резко обрывает разговор.

Я сижу на диване и смотрю на пол, где когда-то была кровь, и дрожу, глядя в пустоту. Воспоминания о том, что произошло той ночью, не приносят мне ничего хорошего. Я не могу долго сидеть в этой гостиной, потому что все, что я вижу — это кровь, залившая мой пол, хотя ее там больше нет.

Достав свой мобильный, я прокручиваю его, пока не вижу его номер. Мое сердце учащенно бьется, и я удаляю его.

После этого ужина, который, я даже не уверена, что состоится, это будет последний раз, когда я увижу Атласа. Надеюсь. И тогда я смогу быть свободна, чтобы продолжать жить своей жизнью. Свободна от любви, которая становилась все сильнее, к мужчине, который не заслуживает моего внимания.

Но если нет, то почему это чувство растет?

Любовь — непостоянная сука.

Я не буду такой, как мои родители, которых любовь ослепила, и они не могли видеть ясно.

Я вижу очень ясно, и знаю, что это не так.

По крайней мере, так я продолжаю говорить себе.

Глава 8

Люси

— Люси, — Атлас произносит мое имя, и я улыбаюсь этому темноволосому и красивому мужчине.

Я люблю Атласа всей душой.

— Я не в твоем полном распоряжении, так что перестань мне звонить.

Я звоню и буду звонить, потому что знаю, рано или поздно он придет. И вот, как доказательство, он стоит у нашей входной двери. Его дьявольское лицо прямо передо мной, и я с трудом сдерживаюсь, чтобы не подойти и не поцеловать его.

Сейчас он не принимает мои поцелуи.

Но он примет.

Я знаю, что рано или поздно он примет.

Я протягиваю руку и беру его за руку, кладя ее себе на живот.

— Она толкается, — говорю я ему. Когда поднимаю на него взгляд, он хмурится, глядя на мой живот. — Как мы ее назовем? — спрашиваю я.

— Ее? — переспрашивает он. Затем, как будто чары рассеялись, он отдернул руку и покачал головой. — Тебе решать, Люси. Итак, что же такого срочного у тебя случилось?

— Я что, пленница? — спрашиваю. Мои руки покоятся на животе, который становится все больше и больше. Если бы только это был его ребенок, а не его двоюродного брата.

— Нет, но ты же знаешь это, — говорит он мне.

— Значит, я могу ходить, куда захочу?

— Да, Люси.

— Я хочу вернуться к тебе, мне здесь одиноко, совсем одной.

— Заведи себе друзей. Позвони своей сестре.

Я морщу нос от его слов.

— Что? Я не хочу иметь ничего общего с Теей, никогда не хотела, — выплевываю я ему в ответ. — Не понимаю, почему ты этого хочешь.

Атлас пристально смотрит на меня, и поначалу он даже не моргает. Я слегка улыбаюсь ему, и он качает головой, словно приходя в себя от какой-то задумчивости.

— Позвони своей сестре и перестань быть избалованным ребенком, — Атлас собирается отойти, но я тянусь к нему, и хватаю за руку. Он останавливается, и его взгляд падает на мою ладонь, лежащую на его руке, затем снова на меня. — Я не говорил, что ты можешь прикасаться ко мне, Люси. Убери. Свою. Руку.

— Но она может прикасаться к тебе? —  убираю руку с его руки.

— Теодоре было позволено, — говорит он мне. Его глаза сейчас почти золотистые. Они притягивают меня, но сводят с ума, когда сверкают при упоминании ее имени.

— А ей все еще можно это делать? — спрашиваю.

— Это тебя не касается. А теперь перестань мне названивать. Я помогаю тебе в честь Бенджи, не более, Люси. Тебе лучше начать думать о том, как стать хорошей матерью, — его взгляд опускается на мой живот.

— Ты ведь поможешь мне растить ее, правда? — спрашиваю. — Я не знаю, как смогу справиться с этим в одиночку.

— Все справляются, и ты сможешь, — отвечает он.

Когда он собирается уходить, я снова тянусь к нему.

— Ты ведь не любишь ее, да?

Я внимательно наблюдаю за ним. Он вздрагивает от моих слов и прищуривается.

— Да, — выдыхаю я. — Боже мой, да.

— Ты не понимаешь, о чем говоришь, Люси. Иди спать, уже поздно.

Я отпускаю его и отступаю к двери.

— Я могла бы заставить тебя не думать о ней, — говорю я ему.

— Люси, ты не сделаешь этого. Держись от нее подальше.

Я накручиваю прядь своих волос на пальцы.

— Это могло бы быть так просто, просто подсыпать что-нибудь в ее напиток и...

Рука Атласа быстро тянется ко мне. Он собирается схватить меня за шею, но останавливает себя и вместо этого хватает за плечо.

— Держись от нее подальше, Люси, и начни думать так, как должна думать сестра, — его взгляд опускается на мой живот. — Ты захочешь, чтобы Теодора была рядом с тобой, — он кивает на мой живот.

— Нет, не захочу. У меня будешь ты.

— Я не люблю детей. И твоего, скорее всего, тоже не полюблю.

— Ты говоришь, что я тебе не нравлюсь, но ты всегда защищаешь меня, — замечаю я.

— В первый раз все было иначе, пока я не увидел ее, и я не убил тебя, потому что расстраивать Теодору не входило в мои планы, — его глаза сужаются. — Ты живешь, потому что живет она. Если она перестанет жить, Люси, то и ты тоже. Я найду хороший дом для этого ребенка, и ему никогда не придется узнать, какая ты никудышная мать.

Прежде чем подумать и остановиться, я бросаюсь к нему и прижимаюсь губами к его губам. Он не может так говорить, он просто не понимает, что мы созданы друг для друга.

Его руки касаются моих бедер, и я обхватываю его за шею, крепко прижимаясь к нему. Я шевелю губами и пытаюсь приблизиться, но безуспешно.

Стону, и он отталкивает меня, но так просто меня не оттолкнуть. Нужно бороться за то, что любишь, а Атлас — мужчина, которого я люблю, и полюбила задолго до того, как он влюбился в мою сестру или даже встретил ее.

Почему он не может понять, что нам было бы намного лучше вместе?

— Черт, — он отталкивает меня и вытирает губы. Его напряженный, лихорадочный взгляд полон ненависти. Но я знаю, что он просто сбит с толку. Он не понимает, что чувствует.

— Люси, Люси... — он цокает языком. — Это последний раз, когда ты, черт возьми, прикасаешься ко мне без моего разрешения. Которого, могу добавить, ты никогда не получишь.

— Ты трахал ее? — спрашиваю я, и слезы текут по моему лицу. — Ты спал с Теей?

— Да.

— Почему не я? — плачу. — Почему не я? — повторяю.

— Люси, ты любила Бенджи, или все это было уловкой? — спрашивает Атлас. Его брови так плотно сдвинуты, что гнев становится ощутимым, а кулаки крепко прижаты к бокам.

Но, может быть, если я поцелую его еще раз, гнев исчезнет, и он поймет, чего ему не хватает. Я делаю шаг вперед, но он удерживает меня.

— Да, вроде того… Я имею в виду, может быть.

— Он любил тебя, Люси. Ты была первой любовью Бенджи, — произносит он. Мне было легко заставить Бенджи делать то, что я хотела, он был марионеткой, а я — главной. Единственный человек, с которым у меня когда-либо были проблемы в этом плане,  это Атлас, руководить им. Но скоро я возьму его под свой контроль. Однажды, очень скоро.

— Он украл, потому что знал, что это разозлит тебя, и ты нашел меня, не так ли?

— Я больше не могу терпеть твоих выходок, Люси. С этого момента звони Сидни, если тебе что-нибудь понадобится… Я меняю свой номер.

— Она не любит тебя, ты же знаешь. Теа сказала мне, что использовала тебя, — он останавливается, поворачивается, но не смотрит на меня, когда я позволяю словам слететь с моих губ. — Она сказала, как легко было манипулировать тобой. Бьюсь об заклад, она сказала тебе, что я всегда уводила ее парней. Чего ты не знаешь, так это того, что… ты был для Теи способом отомстить мне. Я брала то, что хотела. Теа использовала тебя, Атлас, но я никогда этого не сделаю.

— Я вас всех чертовски ненавижу… всех вас, женщин Фицджеральдов, — он бормочет ругательства и уходит.

Я улыбаюсь, закрываю дверь и иду в гостиную, закидывая ноги на кофейный столик.

Может, он и был у Теи.

Но он будет принадлежать мне.

Я потираю живот и улыбаюсь.

Прости, Теа, но на этот раз тебе не победить. Потому что его сердце уже принадлежит мне, и тебе туда вход воспрещен.

Потому что он мой.

Глава 9

Теодора

Прошло две недели, и мне удалось начать то, в чем я была не уверена, что смогу сделать самостоятельно. Я горжусь собой. Мой веб-сайт готовится к запуску, а образцы уже в пути. Марисса была права: поставщики пошли на риск со мной, так же, как и я с ними, и они сократили для меня минимальный объём заказа при условии, что я оплачу доставку, на что с радостью согласилась. Я несколько вечеров поработала с Тиной, чтобы обеспечить себе некоторый финансовый запас, и теперь провожу ночи без сна, продумывая, как именно я хочу выстроить работу моего бизнеса в будущем.

Мне нравится, как все складывается, и, заглядывая в будущее, я вижу, что у меня все получится.

В итоге Сидни позволила Мариссе рассказать мне подробности заранее, перед ужином, что я и сделала, правда, не сразу. Сначала мне нужно было пространство, чтобы отдышаться. Перерыв в работе с Атласом подобен отключению от аппарата искусственной вентиляции легких — ты задаешься вопросом, можешь ли ты все еще дышать самостоятельно.

— Боже, я думала, ты сказала, что заказывала небольшие партии, — говорит Тина, входя в дверь с коробкой с образцами одежды.

— Так и есть.

Ее глаза выпучиваются.

— Итак, что означает крупный заказ?

— Транспортная упаковка, — говорю ей, на что она качает головой.

— Ты уже решила, что хочешь продавать?

— Повседневная одежда, но с изюминкой, —  улыбаюсь я.

— Я имею в виду... это же ты, — она оглядывает меня с ног до головы в моих выцветших джинсах, и топе на бретельках. — Это похоже на то, чем ты занималась?

— И да, и нет. Цены в компании Хлои были высокими. Она была жадной, и ей было наплевать на продукт. Мне не плевать, и я надеюсь, что цены останутся на нормальном уровне, — говорю я, закусывая губу и открывая первую коробку, полную джинсов и спортивных штанов. В последнее время я хожу в спортивках, и единственные по-настоящему хорошие, в которых удобно ходить по дому, и которые достаточно хороши, если мне нужно отлучиться по делам, стоят целое состояние. Я планирую это изменить. Я хочу что-то удобное, в чем не стыдно выйти из дома. Я называю это повседневным шиком.