Брянское княжество. Запад Верещанских болот.

Я одёрнул полы новёхонькой камуфляжной куртки, ещё раз мысленно поблагодарив Суету, сумевшего где-то раздобыть для меня охотничий костюм. Довеском прилагалась пара кожаных ботинок на шнуровке, которые здесь называют берцами.

— Вот дед Никита удружил! — не удержался я.

Злата хихикнула.

— Будто ребёнок радуешься. — Она на секунду задумалась и вдруг спросила: — Кстати, Проповедник, я тут одну нестыковочку заметила. Тебя же после воскрешения из этого…как его?.. Внутреннего царства выбросило на болоте в чём мать родила?

— В чём мать родила, — подтвердил я, не понимая, куда она клонит. — Считай, в одном халате. Даже шлёпок не было.

— А куртка откуда? Штаны, свитер, туфли? — приподняла брови Бочкина. — Что-то я не припомню на тех болотах шмоточных магазинов.

— Точно! Я тоже хотела спросить, — подключилась Мария.

— С одного из мертвецов снял. Чтобы голым не ходить и магию на обогрев не тратить.

— ЧЕГО⁈ — хором выдохнуло несколько человек. Боровиков перехватил инициативу: — Каких ещё мертвецов?

— Да как-то из головы вылетело вчера.

Я не врал и ничего не утаивал. Просто вчера мозг сам расставил приоритеты: сначала жратва, душ и кровать, а потом уже подробности воскрешения. Но расспросов не избежать, и пока шли к нужному месту, пришлось коротко рассказать о встрече с Михаилом и его людьми. Про Раума тоже не забыл.

Наверное, посыпались бы уточняющие вопросы, но тут стало не до того: мы миновали полосу густого кустарника и выбрались на пригорок, откуда открывался вид на старый заброшенный торфяник. Место, где раньше велась добыча, было усеяно тушами тварей — по большей части местных «пиявок», хиров.

— Их тут около сотни… — Артур покосился на меня и осторожно спросил: — Костя, это ты их?

— Да. Вчера уничтожил и эту колонию хиров, и прочий сброд, кого удалось приманить: бесплотные, пёсьи, цикады, с десяток некротических ульев. Это вон та мерзость, что дурно смердит, — мой палец указал на обгорелый ком из истлевшей плоти, костей и земли с обугленными щупальцами. — Некоторым удалось сбежать: мне пришлось прерваться, когда учуял сильного демонического духа, рядом с которым эти твари даже не стояли.

— Что, и демона убил⁈ — округлил глаза Боровиков. — Да ты зверюга, Костя!

— Вообще-то нет. — Я усмехнулся и перевёл взгляд на перфида. — Демон оказался против. А вообще, если бы не Орзо, мы бы так скоро не встретились.

— Святой, — прищурился явно взбудораженный Молчун, — хочешь сказать, что почуял его отсюда? Лагерь ведь почти в километре.

— Наш бестолковый рогатый друг особо не скрывает свою нечестивую душу. — Физиономия Орзо вытянулась, но я не дал ему возразить: — Видимо, став высшим духом, решил, что ему ничего не грозит. Или эликсира храбрости хлебнул, не знаю. Я бы и за тройку километров почуял, если бы поднапрягся, ибо он сиял как столб алого пламени, разрывающий небо пополам. Не заметить сложно.

— Святой, ну что ты начинаешь? — шмыгнул носом Орзо. Я погрозил ему кулаком для порядка, потом хлопнул по плечу.

— Не дуйся. Твоё разгильдяйство помогло нам встретиться. Кстати, я очень рад, что вы все здесь. — Я потёр ладони и широко улыбнулся. — Можем возвращаться к зачистке болот. План немного изменился: я стал чуть сильнее.

— Чуть? — с сарказмом переспросил Молотов, окидывая взглядом усеянное тушами поле и задержавшись на мёртвой хире. — Устроил тут резню не хуже штурмовой группы магов. Как ты их убивал? Не вижу ни ран, ни следов магии.

— Здесь как раз всё просто. — Настало время короткого инструктажа. — Известно, что хиров плохо берёт магия и пули, но у них есть несколько серьёзных слабостей.

— Каких? — Юрий, кажется, даже уши приподнял.

— Например, если червяк упадёт с трёх метров на твёрдое, он, скорее всего, сдохнет. От деформации нервного кольца в головной части, но не суть. Вторая слабость — медная соль. Для хиров это сильный яд.

— Ты их отравил? — закономерно спросил Юрий.

— Нет. — Я мотнул головой.

— Ран нет. Значит, отравил!

— Нет, хотя такая мысль была перед поездкой. — Я действительно рассматривал этот вариант, но отбросил. — Я воспользовался третьей слабостью: при всей своей живучести и силе, у хиров очень слабая связь души с телом. С моей нынешней силой достаточно сомкнуть волю и вырвать из твари нечестивую душу. Без вербальных форм, кругов и прочих костылей.

— Взглядом убиваешь, что ли? — выпучила глаза Злата.

— Не совсем, но со стороны может так показаться. Если проводить аналогии: они как тараканы, а я большой и тяжёлый тапок в умелой руке.

— Сравнение так себе, — фыркнула блондинка, и тут же загорелась: — Я тоже так хочу!

— Сможешь и лучше, но всему своё время. — Я двинулся к куче веток у поваленного дерева. — А сейчас мне нужно пожитки забрать.

Разворошив нагромождение сушняка, откинул гнилые головешки, оставшиеся от пня, и извлёк оттуда увесистый свёрток серой ткани — ту самую одежду, в которой вернулся к жизни.

— Здесь камни душ от убитых болотyых тварей и бесплотных. Пригодятся как валюта.

Правильно расценив наступившую тишину, не стал тянуть интригу:

— План охоты изменился. — Приятно, когда слушают внимательно. — Уполномоченный от князя Стародубского прибудет на замеры только через пару часов, а значит у нас есть время уничтожить вчерашних недобитков. Не будем терять его понапрасну.

Я достал монету Вороньего рынка.

— Эта вещица нам поможет.

— Трофей с пернатого лорда-демона, — смекнул Молотов, подходя ближе. — Можно посмотреть?

— Конечно. — Я протянул ему сокровище.

— Тёплая, — тут же отметил особист, покрутив кругляш в пальцах и вглядываясь в чеканку. — Очень детализированная работа. Сразу видно, ценная. Непонятно только, как ею торговать и, главное, с кем.

— Это не деньги, а пропуск. — Я попытался объяснить, но понятнее не стало, пришлось тряхнуть узелком с камнями: — Вот это деньги, а монета — лишь пропуск… Ммм… — на ум пришло выражение из этого мира. — Как бы в закрытый клуб. Сейчас увидите.

Пообещав это, принялся вливать в монету инфернальную силу из печати Форнеуса. Предмет послушно заряжался, но я остановил поток и поспешил предупредить:

— Да… Попрошу не впадать в буйство и не хвататься за оружие.

Чувствуя, что монета заполнилась до отказа, я крутанул её в пальцах и подбросил. Красно-золотой кругляш описал дугу и упал на землю в нескольких шагах от меня, полыхнув алым огнём. Воздух зазвенел, от монеты разошёлся сияющий круг — чуть больше двух метров в поперечнике — и заполнился по краю инфернальными рунами. После нескольких вспышек из центра повалил буро-красный дым, послышался неприятный треск.

Затем глухо ухнуло, и густой дым рассеялся. Вопреки моим предупреждениям, Артур и Боров вскинули оружие, взяв на прицел проступающий в дыму низкорослый силуэт.

— А это что за мелкая ушастая жаба? — оценила внешность визитёра Бочкина.

— Поразительная наблюдательность, человеческая самка. — Зеленокожий бес в чёрном сюртуке и берете картинно прищурился в монокль. — Диву даюсь, что твои мысли способны выходить за пределы причёски.

— Это он меня сейчас оскорбил? — вопросительно изогнула бровь блондинка, недоверчиво глядя то на меня, то на беса, и поправила непокорную прядку. — Этому сморчку с утиным рылом моя причёска не нравится?

— Тебе показалось, Золотце. — Я сделал пару шагов к призванному уроженцу инфернального плана и протянул узелок из своих бывших одежд, набитый камнями душ. — Представься и оцени.

— И не подумаю! — Коротышка поправил монокль и дерзко сложил руки на груди. — Отказываюсь говорить, пока эти два выкормыша скрофа (свиньи) тычут в меня оружием. Я пришёл вести дела, а не развлекать неотёсанных чуловеков!

— Морхал, у тебя длинный язык, но слабый слух. — Я чуть придавил своей волей.

Получилось сильнее, чем рассчитывал: ритуал призыва, к счастью, не разорвало, но у демона подкосились ноги и задрожали колени, а мои друзья попятились.

— Представься и оцени, — повторил я уже с меньшим дружелюбием, встряхнув свёртком.

— Вот ещё! Думаешь, раздобыл персональную монету, так сразу стал хозяином жизни?

— Костя, можно я ему пулю в лоб пущу? — поинтересовался Молотов, один глаз которого полыхал синевой, а из-под повязки второго пробивался лазурный свет магии. — Бесит.

— Не успеешь, чекист. — Перед вытянутой рукой Златы уже звенел клинок-перо, готовый пройти сквозь голову беса. — Ща я этого земноводного препарирую.

— Отставить. Сейчас этот морхал станет очень добрым и покладистым, как и его вчерашний коллега. — Я шагнул вперёд.

— Приятно, что знаешь мою расу, — продолжил обострять зеленомордый уродец, — но любезнее меня это не сделает.

Я согнулся чуть ниже, навис над ним и обронил одно слово:

— Я Константин.

Чёрные зрачки в жёлтой радужке расширились, и дерзости во взгляде коротышки заметно поубавилось.

— Тот самый Константин. Ты правильно понял, демон. Теперь представься.

— Старший мастер-посредник Цепзоларг, — инфернальный торгаш почтительно поклонился. — Можете звать меня как угодно, господин Мясник Бога.

— Цепзоларг… Мгмм… — Я задумался на секунду. — Будешь просто Жмот.

— К-как пожелаете, господин, — выдавил из себя мой новый посредник, стараясь сохранить достоинство и не рухнуть в обморок, и протянул когтистые ручонки к свёртку. — Позволите оценить?

— Так бы сразу. — Я небрежно протянул ему камни. — Смотри на их качество, а не на силу, Жмот. Не повторяй ошибку вчерашнего, который хотел меня обмануть. Если цена устроит, дам добро на конвертацию. Плюс один процент тебе лично в качестве вознаграждения.

— Уже работаю, господин! — Морхал выхватил свёрток, глаза его алчно заблестели. — Я мигом!

Плюхнувшись на возникшую из ниоткуда подушку, бес зажмурился и хлопнул в ладоши. Перед ним тут же появился измеритель ёмкости — обычные весы с одной чашкой, но с двумя шкалами. Ловко развязав узел, он начал выкладывать камни в чашку и, сверяясь с показаниями, раскладывать добычу по кучкам.

— Не будем ему мешать. — Я развернулся к спутникам. — Отойдём.

Никто не шелохнулся: все взгляды были прикованы к сосредоточенно работающему мастеру Вороньего рынка. Пришлось расставить руки и потеснить товарищей в сторону.

— Костя, это мрак полный, — прошептал Молотов. — Впервые вижу, как призывают демона. Да и вообще живого демона, и так близко.

— Да это гоблин какой-то, а не демон, — вмешалась Злата, недобро косясь на морхала. — Разве что рога есть, а так — вылитый гоблин, я таких в фэнтези по телеку видела. Редкостные говнюки. Может, мочкануть его из пушки?

Пора было охладить пыл излишне ретивой блондинки, сделав акцент на одном весомом нюансе.

— Бесполезно, Золотце, твой клинок из «Пушки ветра» до него не долетит. Эта скотина исчезнет раньше, причём вместе с моими камнями, а мой доступ на «Вороний рынок» будет утерян навсегда. А мне бы этого не хотелось, учитывая, сколько пользы из этого можно извлечь. Я говорю не только о себе, но и об ордене инквизиции. Обо всех вас.

— Что демоны могут нам предложить? — Голос Молчуна сочился неприязнью. — Они наши враги, а ты предлагаешь с ними дела вести, Костя.

— Алексей, ты возводишь вражду в абсолют и, извини, своей непреклонностью напомнаешь моих наставников, — хмыкнул я. — Да, демоны нам враги, и твои опасения понятны. Но рынок есть рынок: он открывает доступ к вещам, которых в этом мире не найти.

— Сало беса, чёрные свечи, инфернальный мел из пепла проклятых? — деловито перечислил Боровиков и хохотнул. — Шучу, Костя.

— Вот и зря, ты не так далёк от истины. Что-то крупное и грандиозное получить сложно, потом объясню почему, — я поспешил свернуть долгую тему, заметив любопытные взгляды. — А вот инструменты, материалы, простые магические приспособления, реагенты, расходники, снадобья — запросто. Скоро сами убедитесь.

Около двадцати минут я отвечал на вопросы о демонах, Вороньем рынке и дальнейшем развитии нашего «предприятия». Во время разговора я заметил, как менялся в лице Юрий. Он о чём-то напряжённо думал, потирая щетинистый подбородок и кидая на меня взгляды, в которых смешались растерянность, уважение и опаска.

— Костя, я поражаюсь, — наконец не выдержал он. — Ты вообще человек?

— Сейчас уже нет, — усмехнулся я, вспомнив последние события. — Если только внешне…

— Да я не об этом, — отмахнулся особист и впился в меня взглядом, пытаясь что-то разглядеть. — Мне не хватало деталей, чтобы сложить картину целиком, но теперь… Костя, я думал, ты сильный, опытный маг, не лишённый житейской смекалки. Все твои действия не случайны, и выстроены в единую цепь. Но мне и в голову не приходило, что эта «цепь» — настолько длинная! Ты думаешь даже не на два, и не на три хода вперёд!

— Ты имеешь в виду что-то конкретное? — уточнил я.

— Верещанское болото, — ответил Юрий, чуть прищурившись. — Ты всё рассчитал с самого начала. Это не было спонтанным порывом или желанием заявить о себе.

— Не спонтанным, но и такие цели ставились. — Кажется, Молотов наконец начал понимать и решил разложить всё по полочкам. — Начну с начала. В этом мире на инфернальных тварей смотрят как на угрозу, а не как на ресурс. Например, шкура хиров ценна, и никто на неё не претендует. Добыть её можно только сейчас: летом жировая прослойка под кожей истончается, шкуру не снять. Слизь хиров — тоже ценный ингредиент. Со временем эта концепция может измениться, но пока козыри у нас на руках, и помимо материала для себя, мы получаем ресурс для торговли. А главное, создания базы для собственного производства и магазина. Не простой лавки, а полноценного — с экск…эск… Рх! С эксклюзивом, который будет только у нас.

— Проповедник, организовать бизнес не так просто, как и наладить производство. — Злата сморщила носик. — Затея обречена на провал.

— Как крем, которым с тобой Мария поделилась? — безобидно поинтересовался я.

— О-о-о… — В её серых глазах промелькнула растерянность, сменившаяся озарением и восторгом. — Это просто шикоз! Это же будут сметать с полок, если сделать хорошую рекламу!

— Если справимся с этим заданием, о нас заговорят по всему Черноземью, — вклинился Молотов. — Костя рассудил, что успех на Верещанских болотах заткнёт за пояс кудесников второй столицы, которые здесь облажались. Это паршивое местечко на слуху даже в Московском княжестве. Это будет лучше любой рекламы.

— Всё верно, Юра, но ты забежал вперёд. — Молотов кивнул и превратился в сгусток внимания. — Я намерен полностью реализовать опыт прошлой жизни: косметология, лекарства, талисманы, обереги, средства против демонов, бытовые мелочи. На примете есть человек, который с большой вероятностью возглавит это направление.

— Волчков, — тут же озвучил Юрий, усмехнувшись моему лёгкому удивлению. — Искушённый мастер, которому ты хочешь дать знания, ресурсы, достаток и работу.

— Верно. И он справится. — Я не сомневался. — Есть ещё несколько человек, которых я хотел бы видеть в ордене, но с ними пока не беседовал.

— Святой, у тебя походу весь бизнес-план расписан, — поддел Боровиков, но наткнувшись на мой невозмутимый взгляд, посерьёзнел. — Что, правда?

— Пока всё в голове, Артём. Задумок много, все не перечислишь, но все они ведут к одному: созданию материальной базы Орловской инквизиции. — Я решил в очередной раз обозначить курс. — Охота на тварей и демонов — это прекрасно, но для крепкой независимой организации нужно самообеспечение.

Мы ещё несколько минут говорили о делах, пока нас не перебило демонстративное покашливание.

— Жлоб? — Я посмотрел на три кучки, на которые бес разложил камни. — Сколько?

— Семьсот тридцать семь золотых перьев, Мясник Бога. — Цепзоларг отвесил полупоклон и замер в ожидании. — Зачислять?

— Десять забери себе. Остальное зачисли.

Камни исчезли. Жлоб вновь поклонился.

— Твой общий счёт, господин, составляет…

— Не нужно, и так знаю, — беспардонно прервал я.

— Как будет угодно. Что ещё могу сделать для врага демонической расы?

— Хочу купить «Барабан ярости» и три комплекта инструментов шкуродёра.

— Комплекты какого качества? — уточнил посредник.

— Искусного исполнения для обычных существ.

— Так… — Он почесал когтём бровь. — Три комплекта — пятнадцать золотых перьев. Барабан — тридцать. С доставкой — семьдесят одно золотое перо.

— Покупаю. Всё, можешь быть свободен, Жлоб.

— Жду следующей сделки с нетерпением. — И перед тем, как исчезнуть, церемонно добавил: — Товар доставят в эту точку не позднее, чем через минуту.

Границы круга сузились в точку, из которой со звоном вылетела монета и, упав мне в ладонь, растворилась, слившись с душой.

Жлоб не подвёл. Не успели очевидцы сделки опомниться, как на месте круга появились заказанные вещи.

— Замечательно! — Я схватил ритуальный барабан и протянул один из комплектов шкуродёра Юрию. — Тебе. — Следующие два отдал Артуру и Артёму. — Как пользоваться, объясню. Барабан применим потом. А сейчас… Нас ждёт тяжёлая, выматывающая работа. Этот барабан — расходный предмет, что разрушается от каждого удара. Он приманит сюда всех тварей в радиусе полутора километров. Мы уничтожим всех кто придёт, а после замеров брянских наблюдателей займёмся заготовлением кожи.

— Я знал, что здесь есть подвох. — Артур с тоской посмотрел на кожаный пенал и тяжело вздохнул. — Что делать-то?