Озерное княжество. Остров корабелов. Мертвый город

Слова князя Артама о войне с богами, в которой Озерное княжество стало ареной борьбы, если не испугало Венцариота, то заставило его задуматься о том, что будет дальше. Ситуация была сложной, не все князья поймут решение Великого Озерного князя пойти под руку старшего брата. Многие будут роптать. Не привыкли еще вожди к тому, что надо подчиняться центральной власти, много еще посторонних и даже опасных мыслей бродят у них в голове. Венцариот это знал, и к нему приходили ходоки от других князей, чтобы прощупать его настроение.

Когда угроза со стороны горных князей миновала, то и те, кто силой был присоединен к княжеству, стали проявлять недовольство. Бродили слухи о сговоре, о желании вернуть прежние вольности, но при этом остаться князьями. Положение князя, а не вождя, нравилось бывшим вождям. Вождь он кто? Он первый среди равных, и любой, кто набрал силу, мог бросить вождю вызов. Князь – это другая величина, он главный лорд. И на Озерах больше не существовало обычая свергать вождей. Нет вождей – нет обычая. Но подчиняться Великому Озерному князю не все хотели. И тут представился такой случай: тот, кто объединил племена, пошел под руку безземельного, выгнанного с Озер брата. И то, что Артем стал за рекой царем, ничего не значило. Для князей он чужак, а значит, ему подчиняться не будут. Все это Венцариот ясно понимал и предвидел возможный ропот и даже неповиновение. А летом придут вангорцы со своим священным походом… Нужно объединять силы, а кто будет командовать объединенными войсками? Артам? Трудно сказать. Командовать должен тот, кто старше, а старше Артем, брат Артама. Как поведут себя князья?..

Венцариот зябко поежился, в щель задувал сквозняк, и жарко растопленный камин не согревал большой гостиный зал его княжеского терема. Он поправил полушубок и ближе придвинулся к огню.

«Тут еще эта богиня, что обосновалась на острове», – с неприятным осадком на душе подумал он. Мало им было неприятностей. Только-только отвадили бродить по окрестностям мертвяков, и вот новая напасть. Что от нее можно ждать? Венцариот не знал и мучился.

«Надо бы посты на ночь усилить», – решил он и подошел к двери, открыл и крикнул воину, стоявшему на страже княжеских покоев:

– Позови лорда Ветроиса. – Воин вскочил со скамьи и быстро ушел вниз по лестнице.

Ветроис пришел быстро. Он был в полушубке и засыпан снегом. Отряхнулся на пороге, снял шапку, распахнул полушубок и спросил срывающимся простуженным голосом:

– Звал, княже?

– Звал, мой друг, проходи, садись. Разговор у нас с тобой будет непростым.

Командир дружины, охранявшей поселок корабелов, прошел, сел рядом. Лоб его покрылся испариной, серые насупленные брови сошлись на переносице, взгляд суровый и внимательный. Он молча смотрел на Венцариота. Ветроис видел сцепленные руки князя, и это было недобрым знаком. Все знали – если князь сидит, так сцепив руки, значит, он чем-то озабочен.

Венцариот молчал, думая, что можно сказать командиру дружины, а о чем лучше умолчать. Наконец, он решился сказать полуправду.

– Времена наступают смутные. В воздухе кружится запах большой войны, и нежить тоже будет в ней участвовать. Усиль посты…

– Да где ж усиливать, княже? – не удержавшись и перебив Венцариота, удивленно воскликнул Ветроис. – У нас, почитай, одна стена перед городом. Со стороны озера дыра. Со стороны леса, востока и юга – тоже. Сил не хватит всё перекрыть.

– Я понимаю трудности, – со вздохом ответил князь, – усиль патрули псами-ширдами со стороны леса и со стороны протоки, где заканчивается стена, надо быть предусмотрительными. Выдай огненные амулеты командирам патрулей. Я ничего не утверждаю, но после того, как князь Артам с трудом выбрался из города Мертвых, могут быть всякие последствия, – туманно объяснил он. Но командир дружины, привыкший к конкретным указаниям и желая четко понимать ситуацию, недоуменно спросил:

– Какие могут быть последствия, и последствия чего? Я не понимаю, княже. Что я людям скажу: «Смотрите в оба»? А они спросят: «На что смотреть-то?»

– Смотреть надо на мертвяков, чтобы не пробрались в город, – тихо ответил Венцариот.

– А что им тут делать, княже? Ордой они не пойдут, а поодиночке они сюда боятся заглядывать.

– В городе появился предводитель, который собрал мертвяков и управляет ими. Он почти поймал в ловушку князя Артама… Не хотел этого говорить, и людям не надо это знать. Нечего их пугать. Просто пусть будут более бдительными…

– Ладно, княже, это я понял, но не могу не сказать патрульным, иначе не поймут и службу будут тянуть, как прежде, одним глазом, а я за всеми не услежу. Если это все, то я пойду распоряжусь насчет усиления патрулей.

– Иди, – отпустил его Венцариот.

Было далеко за полночь. Ночь накрыла поселок корабелов своим морозным одеялом, замела поземкой и укутала сонной тишиной. Дым из труб медленно поднимался вверх, как толстые серые стволы сосен. Венцариот зевнул и решил отправиться спать. Он поднялся, скинул полушубок на лавку и направился в спальню. Там было теплее, горела магическая печь, она давала много тепла и немного света. Венцариот разделся и толкнул в бок спящую жену.

– Подвинься, – не очень любезно произнес он и, умостившись, обнял ее со спины. Уснул быстро, только лег головой на подушку.

Но тут же, как ему показалось, проснулся. Странным было то, что он был не в своей постели. Он находился у разрушенного дома.

На завалинке дома сидел молодой парень, худой и невзрачный, он смотрел на Венцариота серыми, слегка вылупленными, безразличными глазами.

«Взгляд как у рыбы», – непроизвольно подумал Венцариот. Оглядел местность, где он находился. Небольшая лужайка перед домом, чуть в сторонке, дальше видимость терялась за серой зыбью тумана.

Подождав, пока Венцариот осмотрится, парень спросил:

– Ты знаешь, кто я?

– Нет, – ответил князь. – А должен?

– Нет, не должен, но теперь будешь знать: я дух Озер, покровитель народа Озер, бог Иль.

– А что с тобой случилось, Иль? Домик твой разрушен…

– А ты сам подумай. Ты закрыл мои храмы у себя в княжестве, люди перестали поклоняться тому, кто помог вам победить горцев, забыли того, кто сделал вас князьями и дал власть над людьми.

Венцариот пожал плечами и спросил:

– А от меня-то что ты хочешь, бог Иль?

– Стань моим приверженцем, поставь храмы в княжестве, и я тебя укрою от большой беды.

– Я подвластен великому князю Озерному, – спокойно ответил Венцариот, – обращайся к нему. Как он скажет, так я и сделаю.

– Артам, князь Озерный, забыл своего благодетеля. Я не прощу ему этого. Здесь твои земли и твоя власть. Если ты боишься Артама, то я тебя прикрою от его гнева…

– Думаю, ты этого сделать не сумеешь, – смело произнес Венцариот и указал кивком головы на разрушенный дом: – Ты и дом свой починить не можешь. Отпусти меня, я уйду.

– Ты сделал свой выбор. – Венцариот видел, что Иль с трудом сдерживал рвущуюся ярость и гнев. Затем, сделав над собой усилие, уже спокойно Иль произнес: – Иди. Ты еще вспомнишь мои слова…

Венцариот не стал отвечать на враждебный выпад Иля, но сердце его болезненно сжалось. Он всей душой не хотел иметь конфликты с богами, но и выбора у него не было. Сохраняя спокойный, невозмутимый вид, он сделал несколько шагов, отдаляясь от Иля. Уходя, он чувствовал, как взгляд бога прожигает ему спину, но не оборачивался. Шагнул в серую пелену, и тут ужасный отчаянный крик разорвал тишину. Венцариот вздрогнул, остановился и окончательно проснулся в своей постели. Кричали снаружи, долго, отчаянно. Он приподнялся. Стал прислушиваться. По коже пробежали мурашки, и на мгновение князя парализовал ужас.

Кто мог ночью бродить у дома князя и что случилось? Разрозненные мысли пару мгновений метались в его голове, но князь взял волю в кулак и заставил себя сбросить оцепенение.

Проснулась его жена и, прикрыв грудь шерстяным одеялом, испуганно посмотрела на мужа.

– Ты тоже это слышал? – еле слышно спросила она.

– Крик? – сухо спросил Венцариот. Жена кивнула. – Да… Пойду узнаю, что случилось.

– Будь осторожен, Венц, – напутствовала его жена.

Венцариот надел сапоги, вышел в зал, подхватил полушубок, накинул на исподнее и вышел в коридор – там стоял у узкого, похожего на бойницу окна страж и смотрел на улицу. Он обернулся на звук открываемой двери и произнес:

– Ничего не видно, поземка, сэр, но кто-то кричал, похоже на женский крик.

Венцариот подошел к окну. Страж посторонился.

Действительно, в темноте и кружении снега что-либо увидеть было трудно.

– Пошли во двор, – приказал Венцариот и приготовил амулет огненных шаров. На нежить он действовал убойно. На ногах князя были войлочные сапоги до колен, выше – серые подштанники. Страж оглядел князя, крякнул, но, не выказывая мнение о внешнем виде князя, промолчал.

– Я первый, сэр, вы уже за мной, и не вмешивайтесь, я за вашу жизнь отвечаю. – Он вытащил меч, подхватил масляную лампу со стола и направился к лестнице. Венцариот пошел следом, спорить со стражником он не стал. Все должны делать свою работу. Он должен управлять народом, стражник – защищать.

На улице порывы ветра сыпали снег в лицо. Венцариот остановился на крыльце, поднял воротник полушубка и стал отплевываться.

– Кричали с той стороны, – показал рукой направление стражник.

– Тогда пошли, посмотрим, вроде это недалеко, – приказал Венцариот.

Стражник осуждающе покачал головой, но подчинился. Он шел крадучись, как на охоте, и только скрипение сапог о снег выдавало его шаги. Вскоре оба увидели темные пятна на снегу. Стражник нагнулся, поднес ко рту ком темного снега и, сделав вдох, скривился:

– Кровь, сэр… Кого-то убили или ранили, вон следы волочения. – Он указал мечом на протянувшуюся дорожку в снегу. Дорожка от волочения тела тянулась к протоке, связывающей озеро и небольшое озерцо рядом с поселком корабелов. – Надо бы подмогу вызвать, – обернулся к князю страж.

– Времени нет, надо спасти несчастного. Это мог сделать заблудший мертвяк, – подумав, ответил князь. Ему тоже было боязно, но показывать страх перед неизвестным не давала гордость.

– Как прикажете, сэр, – недовольно ответил стражник и двинулся по следу, оставленному в снегу. Периодически попадались наплывы темных пятен. Стражник шел осторожно, не спеша, он мечом окидывал темные пятна и, качая головой, шел дальше.

У недостроенного корабля лежало тело, оно выделялось темным пятном в кружении снежинок.

– Стойте, сэр, – приказал стражник, – дальше я сам.

Венцариот подчинился. Он приготовил боевой амулет и стал оглядываться. Но уже в двух шагах ничего не было видно.

– Это Венза, сэр, вдова. Муж ее был охотником и погиб от нападения медведя еще осенью. Ума не приложу, что ей понадобилось делать на улице в такое время?

– Как она? – Венцариот подошел к телу.

– Мертва, сэр, горло разорвано… И это странно – если ее схватил заблудший мертвяк, то почему не утащил?.. – Он посмотрел на Венцариота, словно тот знал ответ на его вопрос.

– У нее дети были? – спросил Венцариот.

– Нет, бездетная. Молодая еще. Баба она справная была, до мужиков охочая… Многие на нее заглядывались, – он невесело усмехнулся, – и пользовались. Может, от полюбовника шла или к нему…

– Узнать надо, – согласился с мнением стража князь. – Просто так баба ночью бродить не будет. Что до любовника – понять можно, ей пропитание нужно добывать… Где мы ее нашли? Шагах в ста от ворот?.. Пошли посмотрим, кто там дежурит. Никто даже не дернулся прибежать на крик… Вот им я задам… – Он резко обернулся и зашагал обратно.

– А с бабой-то что делать? – крикнул ему вслед стражник.

– Оставь до утра, – бросил на ходу Венцариот.

Венцариот шел вслепую, широкими шагами, придерживаясь заметавшейся снегом полосы от волочения тела женщины. Стражник его нагнал и пошел рядом. Венцариот сжал губы, сдерживая рвущуюся ярость и гнев на нерадивых сторожей. Он кипел от мысли, что его указания усилить охрану просто проигнорировали. Но еще не доходя до ворот, он понял, что не все так просто, как ему казалось. У ворот лежало тело, оно уже было частично присыпано снегом. Он приостановился, потом встал окончательно.

– Смотри, – указал он на темнеющее в снегу тело. – Как ты думаешь, кто там?

– Думаю, там наши сторожа, – без всякой радости ответил стражник. – Надо, сэр, поднимать тревогу.

– Давай свисти, – разрешил Венцариот.

Свист свистульки разогнал ночную тишину, и вскоре Венцариот услышал поспешно приближающиеся шаги. Со стороны княжеского дома бежали пятеро воинов. Впереди них бежал Ветроис.

Он добежал до князя и запыхавшимся голосом спросил:

– Что случилось, княже?..

– Женщина кричала, – ответил Венцариот. – Страшно кричала, отчаянно. Мы вышли и нашли Вензу, вдову, у недостроенного корабля, убитую. Убили ее возле княжеского дома и оттащили уже потом к кораблю. Затем пошли к воротам, а там… Сам посмотри. – Князь указал на темнеющее тело у ворот.

Начальник стражи соображал быстро.

– Вы двое, – указал он на воинов, – быстро к воротам, осмотрите там все, и в сторожку загляните. А вы прикрывайте князя, – приказал он остальным, – я пойду тоже посмотрю, что случилось.

Он ушел, а Венцариот продолжал смотреть ему вслед. Вскоре Ветроис вернулся хмурый и опечаленный.

– Двое, – не скрывая скорби, сообщил он, – оба убиты. Разорваны гортани, напали внезапно, убили и ушли.

– Кто дежурил у ворот? – спросил Венцариот.

– Молодые парни, Верзий и Варгоза.

– Кто из них общался с Вензой? – спросил Венцариот.

Начальник стражи отвел глаза и неохотно ответил:

– Да кто с ней только не общался, княже… Эти тоже.

– Так, значит, Венза шла к ним? – спросил Венцариот.

– Наверное, к ним. Продаться хотела…

– Мы что, вдов содержать не можем? – хмуро спросил князь. – Они должны тело за еду продавать?

– Так Венза молодая баба, могла бы работать, дел-то в поселке много. Но, видишь, не хочет, не по чину ей, – ответил командир стражников, – вот и бродит по мужикам… Вернее, бродила.

– Бродила и добродилась, – подвел итог сказанному князь. – Почему не усилил посты, как приказал?

– Как не усилил? – удивился Ветроис. – Ты приказал усилить посты у проток и у леса, а про ворота сказано не было, да и что тут усиливать?..

– Протока! – перебивая командира дружины, воскликнул князь. – Мы не видели там сторожей. Где они?

– Так в корабле, видно, сидят, от ветра прячутся, – ответил Ветроис. – Оттуда видно хорошо…

– Ничего не видно, Ветроис. Такая поземка, что в двух шагах ничего не различишь. И мы подошли вплотную к кораблю, а они нас не окликнули. Живо туда. Тела убитых оставьте тут. С ними будем разбираться утром, как посветлеет.

Первыми к кораблю устремились два воина, они пошли по следам Венцариота и стражника. За ними двинулись сам Венцариот и командир стражи. Прикрывали их с тыла два воина, остальные разошлись в стороны и прикрывали с флангов. Так они беспрепятственно добрались до корабля. Один из воинов, худощавый, но ловкий как барс, по знаку Ветроиса заскочил внутрь корабля и попросил подать ему фонарь. Стражник посмотрел на князя, и князь кивнул, разрешая отдать фонарь. Тот неохотно отдал фонарь. Ловкий воин исчез внутри корабля и скоро закричал:

– Сюда, тут один есть еще живой!..

Воины было рванулись на крик, но строгий окрик командира стражи остановил их.

– Стоять, ведьмины дети! Куда прете, а если там засада? – Воины смущенно остановились, понимая, что совершили промах, потупились. – Ты, Винсерт, иди и посмотри, что там, потом доложишь, – Ветроис указал пальцем на одного из немолодых воинов. Тот послушно полез на борт, скрылся. Но вскоре он показался снова.

– Тут никого из чужих нет, убит ширд и ранен стражник, но он не жилец. Истек кровью.

– Спроси его, что случилось, – приказал Ветроис с мрачным выражением на лице.

– Он мычит про какую-то бабу и весь в крови – истек, говорю же, помирает и без сознания. Забился под палубу, и ему ноги порвали…

– Дайте ему эликсир исцеления, – приказал Венцариот.

– Так нету его, – растерянно ответил воин.

– А у этих сторожей есть? – спросил князь и укоризненно посмотрел на Ветроиса.

– А что я? – пожал тот плечами. – Не было приказа брать исцеляющие зелья, да и дорогие они, не напасешься…

Венцариот слушать оправдания своего командира стражи не стал и приказал сопровождавшему его стражнику:

– Бегом к моей жене, пусть даст два эликсира исцеления…

– Да поздно уже… – Над бортом появился ловкий воин. – Помер Верига, только и успел сказать: «Баба»…

– Тащите их сюда, – приказал Венцариот.

– И пса? – спросил ловкач.

– Да, и пса. Почему он был на корабле, а не бегал вокруг?

– Да это понятно, – с горьким вздохом ответил ловкач. – Он забился под доски вместе с раненым и тоже истек кровью.

– Да что тут происходит? – воскликнул пораженный Венцариот. – Как ширд мог испугаться женщины?..

Ловкач сверху молча пожал плечами.

– А что там на корабле, только один воин и собака? – подумав, спросил Венцариот.

– Один, – ответил ловкач.

Венцариот с немым вопросом в глазах посмотрел на Ветроиса. Тот побледнел.

– Второй пропал, – произнес он промороженными, треснувшими губами. – Я всю ночь не спал, проверял периметр, и тут был, все были живы, и на воротах не дремали… Что происходит, князь?

– Ты у меня спрашиваешь? – сильно удивился князь. – Кто у нас командир дружины?

– Я… – растерянно произнес Ветроис. – Но такое случилось впервые, и ты, князь, что-то знаешь.

– Пошли со мной, – распорядился Венцариот и кинул на растерянного Ветроиса многозначительный взгляд. – Прикажи, пусть соберут убитых, я потом их осмотрю. Отправь гонца ко всем патрулям, пусть возвращаются в казармы… – Отдав приказ, Венцариот резко повернулся и зашагал к дому. Стражник, что его сопровождал, стоял с разинутым ртом, но от толчка Ветроиса опомнился и побежал за князем.

В зале с камином Венцариот сел у огня и протянул к играющему пламени озябшие руки. То, что это проделки Иехиль, богини смерти, он понимал. Не понимал, кто был в поселке. Что за баба? Почему ее так боялись и воин, и ширд, натасканный на чужаков. Эти собаки не знали страха. Нападали, рвали чужака до самой своей смерти, не отступая, а тут так странно себя повели? Что приготовила хитрая богиня и что делать ему, князю?

«Вопросы, вопросы, – подумал князь, – а ответов на них нет. Пока нападения случились ночью, а потом могут пойти и днем. Люди начнут роптать и убегать с острова…»

«Убегать!» – удивился откровению Венцариот. Она хочет прогнать его и его людей с острова. Она считает остров своей территорией, и чужие, живые люди ей тут не нужны. «Как быть?» – вновь задумался Венцариот. Гордость озерного дикаря не давала ему возможности подумать об отступлении. Вся его жизнь и жизнь его племени проходила в непрестанной борьбе за выживание, они победили и с приходом на Озера Артама стали сильнее и свободнее, а тут просто мертвяки…

Звук открываемой двери захватил его, отвлекая от мрачных мыслей. Он обернулся. В зал входил Ветроис.

Командир стражи, топая, прошел к камину, скинул полушубок и сел рядом с князем на соседнее кресло. Тоже протянул руки и стал греть у огня.

Венцариот вздохнул.

– Дело такое, мой друг. Хочу тебе правду рассказать. Ты слышал, что за рекой брат нашего князя стал царем?

– Кто этого не знает, – хмыкнул Ветроис. – Только глухой и слепой.

– Так вот, – кивнул Венцариот, – он еще и дракон.

– Я слышал эти сказки про дракона, но не верю им. Пока сам не увижу, и слушать не буду.

– Меня тоже не будешь слушать? – негромко, но твердо спросил князь.

– Тебя, князь, буду слушать, прости, вырвалось. Много сказок я в жизни слышал…

– А князю Артаму ты готов поверить?

– Князю Артаму всегда верю, – решительно заявил воин. Он внимательно окинул взглядом своего князя. – Это он тебе сказал про брата?

– Он, – кивнул Венцариот. – И я ему верю.

– Но как? – воскликнул Ветроис. – Я же его видел, он из этого города пришел, его вызволил великий князь… Еще говорили, что якобы его похитили маги из королевства Риванган. Но тут я точно не поверю. Когда жили маги? Несколько сотен лет назад, и все давно погибли. Ни Артама, ни его брата Артема тогда и в помине не было. Вранье это… Скорее всего, он привез брата… если это его настоящий брат, из поездки в Риванган, и потом придумал сказку, чтобы мы приняли его как равного Артаму. Но это… – Ветроис не договорил, просто махнул рукой. – Хочет так говорить князь Артам – пусть говорит, но дураков нет поверить в это.

– Можно и так рассудить, – кивнул Венцариот. – Неважно, во что веришь ты или верю я. От этого истина не поменяется. То, что царь эхейцев – дракон, который объявил себя владыкой всего Запада, это факт. А про то, как брат Артама попал на этот остров, есть правдивая история: маги смогли по небесным светилам посчитать, когда и где родился дракон, они перенеслись в будущее, в наше время, туда, где жил Артам, и забрали его брата. Его поместили в магический лед, так рассказывала Неела, а я ей верю. Она девушка строгих правил, лжи за ней не наблюдалось. Из льда его вытащил Артам и привел к месту инициации драконов, там была и Мила, и сама Неела, они все видели. Этот лед защитил Артема от нападок нежити.

Ветроис сидел с открытым ртом. Назвать князя Венцариота наивным и доверчивым ни у кого бы не повернулся язык. Если он что-то утверждал, значит, так оно и было.

– Прямо чудеса в решете, – качая головой, произнес Ветроис. – Никогда такого не было, и вот опять. И что дракону нужно от нас?

– Он владыка Запада, Ветроис. Если ты еще не понял… – Венцариот помолчал, давая возможность уже далеко не молодому воину проникнуться его словами.

– И что?.. – все равно не понимая, спросил Ветроис.

– А то, что мир разделился на тех, кто с драконом, и кто против него.

Ветроис заморгал, до него трудно доходил смысл слов князя.

– И что? – уставившись на князя, повторил он.

– А то, что надо выбирать сторону: или прежний хранитель, или новый.

– Так хрен редьки не слаще! – воскликнул Ветроис. – Не пойму, княже, зачем нам выбирать, мы тихо себе сидим на озерах…

– А когда придут люди моря и с ними горские князья мстить за поражение, что мы будем делать? – спросил Венцариот.

– Как что, сражаться! Князь Артам поведет нас в бой…

– Он-то поведет, но сил у нас не хватит отбиться. Нападут с двух сторон, с реки и с гор, а еще часть князей оказались предателями, готовы ударить в спину.

– Не может быть! – воскликнул пораженный Ветроис. – Тогда… тогда, – замялся он, – пусть нам Артем-царь помогает.

– С чего бы это? – сделал удивленный вид Венцариот.

– Как с чего, он же брат Артама, должен! – воскликнул Ветроис.

– Кому он должен? – переспросил Венцариот.

– Э-э-э-э…

Ветроис замычал и замолчал. До него наконец дошло, что заречный царь – дракон и повелитель, а повелитель никому ничего не должен. Это все ему должны. Венцариот все это прочитал по лицу Ветроиса.

– И что, пойдем под дракона? – сумрачно спросил Ветроис.

– Уже, – ответил Венцариот. – Артам пошел под крыло дракона, и боги, что поддерживают старого хранителя, объявили ему войну. А значит, они воюют и с нами. Здесь, на острове, богиня смерти Иехиль, и она гонит нежить на нас. Я уверен, что она хочет нас изгнать.

– Вот оно как… – протянул Ветроис, осознавая, какая ситуация возникла и на острове, и более масштабно на Озерах. – И что, князья примут власть заречного царя? – с сомнением спросил он.

– А тут хочешь не хочешь придется принять. Выбор-то небольшой: или принять, или погибнуть. Тут борьба идет не на жизнь, а на смерть, Ветроис. Вот ты не понимаешь этого, и другие не поймут, и я даже боюсь представить, что будет… Мы в западне. С запада люди моря и горцы. С востока Риванган и церковь хранителя. Мы или выстоим, или все погибнем. А с драконом есть надежда выстоять.

До сурового, много пережившего дикаря наконец дошло положение вещей.

– Значит, богиня мертвецов к нам пожаловала.

– Да, и надо думать, как защитить поселок, – устало кивнул Венцариот.

– Ну, – подумав, ответил Ветроис, – сначала нужно устроить засаду на эту бабу.

– Как ты хочешь это устроить? – Венцариот с надеждой посмотрел на сурового, хитро улыбающегося командира дружины.

– Предложим ей приманку и устроим засаду поблизости. Если она крутится у ворот, это идеальное место для засады. Один воин у ворот будет стоять, а мы в сторожке обложимся амулетами и схватим ее. И еще, княже, надо бы сообщить князю Артаму о том, что здесь происходит. Может, помощь какую пришлет.

– Не пришлет, – отмахнулся Венцариот, – дружины ждут горцев, чтобы их встретить у болот. А царь Артем будет бить людей моря на реке. Уже все обговорено.

– Вот это я понимаю, – оживился Ветроис. Услышав добрую весть, он воспрянул духом и выпрямил спину, сел, положив руку на кинжал, подбоченился и другой рукой погладил небольшую седоватую бороду. – Ширдов возьму, – сообщил он, – и шамана молодого. Пусть покамлает.

– Иди и все хорошо продумай, – отпустил воина Венцариот.

* * *

Артем наградил Красотку своим вниманием, но недолго. Прикинув время, он приказал:

– Одевайся и дуй за Степой.

– А чего одеваться, я и так могу дунуть, – ответила она и, надув щеки, дунула. Артем, не понимая ее действий, смотрел на гоблинку с недоумением. Она вновь надула губы, дунула и произнесла: – Не идет, старший, накажи его ремнем.

Но следом она и ее одежда полетели на пол. Крик Артема:

– Срочно сюда Степу! – словно катапульта выкинул ее из комнаты.

Артем машинально вложил в слова гнев взрослого дракона, и этого было достаточно чтобы Красотка начала действовать. Она подхватила с пола вещи и, сверкая голым задом, опрометью бросилась вон из комнаты. Не останавливаясь, не открывая двери, – поравнялась с ней и исчезала, словно испарилась. Артем сел и, осознавая, что земные слова и выражения тут незнакомы и понимаются буквально, стал продумывать речь перед его «бойцами», как он назвал спутников.

Степа появился как раз когда он надевал штаны. Следом в одной кожаной, старой юбке, тряся маленькой грудью, появилась Красотка и пнула орка ногой под зад.

– Ты чего? – возмутился орк.

– А того, ты слышал, что я тебя звала.

– И что? – обиженно ответил Степа. – Смотреть, как вы кувыркаетесь? Больно надо, – и отвернулся. Красотка поспешно приводила себя в порядок.

– Степа… – Артем не спеша надел рубаху, куртку, накрутил портянки и сунул ноги в сапоги. – У нас новые правила в отряде.

– В каком отряде? – удивленно спросил орк.

– Мы трое – это отряд, – опоясываясь ремнем, ответил Артем. – Ты хочешь жить? Стать сильным драконом и найти свою вселенную?

– Очень хочу, – пылко ответил орк и окинул победным взглядом гоблинку. Та показала ему язык и отвернулась.

– Чтобы это произошло, ты, Степа, должен научиться выживать, сражаться и применять свои умения в отряде.

– А я и так умею, – самонадеянно ответил Степа.

– Ага, я это видел, – усаживаясь за стол, сказал Артем. – В последнем бою заголосил, как петух, которого делали каплуном. Только и смог, что испугаться.

Степа заморгал, но тут же приосанился.

– Так это тебе помогло одолеть драконида.

– Нет, Степа, это была просто удача, и в следующий раз ее может не быть. На удачу надеяться нельзя, надо надеяться на свои силы и умения. По одному мы слабы, а вместе мы сила! – Артем сжал кулак и потряс им в воздухе.

Степа молчал, обдумывая слова старшего. Затем, почесав клык над губой, спросил:

– И что надо делать, старший?

– Правильный вопрос, Степа. И ответ тоже будет правильный: учиться сражаться в команде. Каждый должен знать свой маневр и грамотно применять умения дракона. А что для этого нужно?.. – Артем замолчал, давая возможность орку самому ответить на этот вопрос.

– Вызывать на битву драконов? – с сомнением спросил Степа.

– Нет, тренироваться взаимодействовать и отрабатывать умения до автоматизма.

– Это как? – Орк от удивления открыл рот, показывая свои клыки.

– А так, разберем нашу последнюю битву… Но, – Артем поднял палец, привлекая внимание. Оба спутника свели взгляды на этом пальце, словно он был самым важным откровением в их жизни. Заметив это, Артем опустил руку. – Сейчас для вас есть работа.

– Мы драконы, повелители небес, – гордо выпрямился орк. – Мы не работаем.

– Значит, будете служить мне, – не выказывая гнева, ответил Артем. – Для вас есть задание.

– Для кого? – Орк удивленно посмотрел на Артема.

– Для тебя и Красотки. Полетите…

– Я с ней не полечу…

– Полетите к князю…

– Я не полечу…

– Тогда пошел вон и сам добывай себе пропитание. Сражайся один на один с другими драконами. А чтобы ты долго не мучился, вызову тебя на поединок и убью, – совершенно спокойно произнес Артем, так, словно речь шла о «схожу на рынок куплю картошки».

Орк стоял как громом пораженный, но вид Артема говорил, что он именно так и сделает.

– Ты мужчина, Степа, и тебе решать: быть с нами или остаться одному. Решай прямо сейчас.

Как и предполагал Артем, красный дракон был неглуп, хотя и горделив не в меру.

– Я с тобой, старший, – быстро, но немного растерянно ответил Степа. – Приказывай.

– Вот это хорошо. Верное решение, Степа, из тебя выйдет настоящий дракон огня. Отвезете двух людей к князю бей Беру и вернетесь. В вашей паре Красотка будет старшей. Она командует, ты подчиняешься. Понял?

– Понял, – неохотно ответил Степа и кинул завистливый взгляд на гоблинку. Та демонстративно отвернулась.

– Это все, идите к себе, а ты, Красотка, давай сюда привезенного человека…

Не успел он договорить, как в комнате из воздуха возник худой невысокий шуанец. Орк и гоблинка при этом исчезли. Артем вздохнул и указал удивленному шуаньцу на стул напротив него за столом.

– Садись, Луй Ко.

Луй Ко поклонился:

– Рад вас видеть, сир… – И, не чинясь, сел.

– Есть хочешь? – спросил Артем.

– Хочу, – просто ответил шуанец.

– Вино будешь?

– Буду.

– Стража! – крикнул Артем, и в комнату заглянул паладин. – Прикажи подавать сюда обед.

– Так уже ужин, сир, – удивленно ответил воин.

– Тогда ужин и вино на двоих. Иди, – отпустил воина Артем, потом посмотрел на шуаньца: – Я тебя знаю, Луй Ко, давно, ты тоже меня знаешь… Но раньше знавал и в другом обличии.

Шуанец ощутимо напрягся.

Артем это заметил и улыбнулся:

– Не напрягайся, я все тебе расскажу. Хочешь верь, хочешь нет. – Артем немного помолчал, собираясь с мыслями. – Однажды по дороге в Хволь в одном городе я прогулялся в катакомбах подземного кладбища и там вступил в бой с двумя магами-бойцами: парнем и женщиной, я их убил, а твой наниматель повесил на меня долг. Ты мне принес в гостиницу его вещи и назвал мурадой. Я отдал долг Уильяму, потом встретил вас в Хволе как беглецов и забрал с собой.

– Но это… – не выдержал шуанец.

– Был Артам, – закончил за него Артем. – Да, какое-то время я жил в его теле. Мне это просто, я дракон, – и Артем преобразовал кожу на руке в чешую. – Для всех я брат Артама, так меньше разговоров. Тебе я могу доверять, как и Уильяму. Я хочу, чтобы ты мне служил.

Шуанец молчал пару мгновений.

– Что за служба? – Он нагнулся к столу, приближаясь к Артему.

– То, что ты лучше всего умеешь делать: быть моим агентом в стане врагов.

– Я готов, сир, – неожиданно для Артема обрадованно ответил шуанец. – А то я в Озерной жемчужине уже истосковался по настоящему делу. Куда поеду?

– Полетишь на драконах, моих спутниках. Будешь сопровождать женщину-шпионку, жену убитого местного князя. Станешь ей слугой и будешь ее учить всему, что знаешь сам. Вам надо будет от одного горного княжества добраться до портового города, где обосновались купцы. Инструкции я тебе дам позже, но помни, эта женщина… Как бы правильно сказать… Умеет пользоваться мужским вниманием. Не дай ей себя обмануть. Она коварна и по характеру авантюристка.

– Понял, – широко улыбнулся шуанец. – Странно, – произнес он, – а я вам, сир, сразу поверил…

* * *

Княжество бей Бера находилось ближе всего к морю и городу торговцев, которые построили свою факторию на побережье. Постепенно небольшая фактория превратилась в укрепленный городок. Отсюда торговцы отправляли за границу меха, драгоценные камни, серебро, речной жемчуг и рабов. Взамен они привозили оружие, вино, специи, ковры и ремесленные изделия, а также женщин в жены князьям. Отсюда люди моря по реке совершали набеги на эхейцев и озерных жителей. Сильные, крепкие, неприхотливые рабы высоко ценились в островных княжествах.

Когда бей Беру доложили о появлении посланцев царя-дракона, он вздрогнул. Старый князь много в жизни повидал, участвовал во многих сражениях. Не боялся смерти и людей. Но дракон – это совсем иное существо, он повелитель. И этот дракон обосновался тут, у моря. Своим появлением он бросил вызов Риванганскому дракону. Спорить с повелителем небес было опрометчивым шагом. Тем более враждовать.

Бей Бер не участвовал в совещаниях, которые проходили в городе торговцев, но знал, что много горских князей готовы пойти набегом на Озера. Гордые князья хотели посчитаться с наглыми дикарями за свое поражение. Кроме того, перестал поступать источник дохода в виде рабов. А это сулило князьям возможные неприятности. Теперь они сами и их подданные могли стать объектом нападок людей моря. Если озерные жители укрепятся, а эхейцы станут их союзниками, то самой легкой добычей станут их уделы, а пиратам все равно кого грабить, их или других, лишь бы была прибыль.

Князь пару мгновений помедлил, пока все эти мысли кружились у него в голове, и приказал:

– Позовите посланца и окажите ему уважение.

Слуга поклонился и вышел. Вскоре в покоях князя появилась миловидная молодая женщина с печатью печали на лице. Ее сопровождал желтолицый шуанец. Он поклонился князю и оставил женщину наедине с пожилым властителем.

– Присаживайтесь… – Бей Бер замялся, не зная, как почтить женщину.

– Зовите меня Лишан, бей, я вдова князя бея Урул Гажи. Он был убит при штурме замка, но эхейский царь был ко мне милостив и меня отпустил. Я хочу обосноваться в городе купцов и начать новую жизнь… – Она посмотрела на князя сухими глазами, в которых тот прочитал внутреннюю муку.

«Бедная девушка, – пожалел он ее, – видно, ей пришлось многое пережить, она даже плакать не может. И царь повел себя как настоящий правитель, не стал воевать с женщинами, это показывает его благородство».

– Шуанец – мой слуга, – помолчав, продолжила говорить женщина. – Я была привезена в жены князю два года назад…

– Вы хотите вернуться домой? – осторожно спросил князь.

– Нет, там меня не ждут. Я из обедневшей семьи раджей, бей. Просто помогите мне добраться до города и там снять жилье…

– Я помогу вам всем, чем могу, дирам. – Князь, показывая женщине свою ученость, произнес теперешний ее статус по-заморски. На языке жителей островов дирам – это вежливое обращение ко вдове знатного человека, и Лишан, услышав это, благодарно кивнула. – Когда вы хотите отправиться в город? Сейчас там небезопасно.

– Сейчас, бей, везде небезопасно. Я это поняла совсем недавно. Ни один князь теперь не может себя чувствовать в безопасности. Но я женщина и знаю: горцы чтят законы предков. Мой статус делает меня неприкосновенной еще год.

– Да, это так, – согласился бей Бер. – Тогда завтра я отправлю вас, вашего слугу и своего человека с отрядом в город. Он поможет вам снять жилье. Как у вас со средствами, дирам?

– Спасибо, царь милостиво позволил мне взять часть накопленных мужем богатств. Это амулеты, драгоценности и серебро, немного золота. На первое время я обеспечена и попробую открыть лавочку, чтобы торговать и жить.

– Мудрое решение, дирам, – поклонился бей Бер. – Вас проводят в ваши покои. Если вы не захотите разделить со мной трапезу, то еду вам принесут в вашу комнату. Слуга будет рядом в соседних покоях.

Женщина кивнула в знак благодарности и встала с подушек. Бей крикнул слуге:

– Проводите дирам в ее покои.

Лишан, бывшая жена горского бея, молча наблюдала за Луй Ко, который вносил в ее комнату баулы и сундуки. Он играл роль ее верного слуги, но сегодня она чувствовала, что настал момент, когда она могла бы приблизить его и стать его госпожой. О, это Лишан умела делать блестяще. И все мужчины, переспавшие с ней, желали ее еще и еще…

Когда Луй Ко уже собирался уйти, она, делая вид, что преодолевает страх и сомнения, тихо коснулась его руки.

– Подожди, – прошептала она, ее голос дрожал, и в нем звучала мольба. – Нам нужно поговорить.

Луй Ко, не удивленный ее внезапным жестом, посмотрел на ее руку, а затем, когда она убрала ее, тихо ответил:

– Поговорим на месте. В городе. Сейчас нас могут подслушать.

Он поклонился и вышел, оставив Лишан одну в ее комнате. Ее сердце билось учащенно, но она чувствовала, что сделала правильный выбор.

Лишан долго смотрела ему вслед, а затем, с огорчением вздохнув, подошла к окну. Она была рада, что ее жизнь со старым князем закончилась так быстро. Она не хотела быть и его женой, и женой командира его дружины. Ее душа жаждала свободы, и эхейский царь, заметив это стремление, использовал ее в своих целях.

Лишан не была рождена в знатной семье. Она была циркачкой-актрисой, которая однажды украла красивый и дорогой браслет во время представления. Радж, местный князь, предложил ей сделку: стать его дочерью и женой князя из обедневшего маленького горского княжества в обмен на свободу. Она согласилась, но жизнь со стариком оказалась для нее невыносимой.

Со временем Лишан нашла себе утешение в обществе немолодого управляющего, который стал ее любовником. Она ждала удобного случая, чтобы вырваться из этого омута. Если бы такой случай не представился, она, возможно, решилась бы на крайние меры – тайно убить мужа и стать княгиней. Но нападение эхейцев изменило все.

Теперь Лишан была спутницей шуаньца, худого и молчаливого человека, который стал ее слугой и учителем. Она не знала, чему он должен ее учить, но понимала, что ей нужно завести связи в городе и узнать настроения купеческой верхушки. Однако ее истинные планы были гораздо амбициознее. Она хотела приблизить шуаньца к себе и уговорить его отправиться на острова, где они могли бы начать новую жизнь с богатством, которое ей вверил эхейский царь.

На угрозы царя стать «гниющей заживо» Лишан не обращала внимания. Ее душа стремилась к свободе, и она была готова на все, чтобы обрести ее.

«Ладно, – решила она, – значит, еще не время», – и, успокоившись, позвонила в колокольчик.

Вошла служанка и поклонилась.

– Еду мне сюда, – капризно приказала Лишан и отвернулась к маленькому окошку. Она не смотрела на служанку, она думала, как ей заманить шуаньца в постель. Лишан верила в свою неотразимость и не сомневалась в успехе, но она не хотела затягивать… Или если этот узкоглазый остолоп не захочет ей подчиниться, то надо будет сдать его пиратам… и уплыть с ними…

«Нет», – Лишан сразу же отбросила эти мысли. Пираты ею воспользуются, заберут все ее имущество, а саму отправят на корм рыбам. Она лучше сдаст шуаньца как шпиона и присоединится к какому-нибудь купцу или приказчику, и уже с ними будет на островах. А там новая жизнь… Она мечтательно вздохнула.

Луй Ко сразу понял, что за женщина перед ним стоит. Авантюристка без принципов, красивая, соблазнительная, но не очень умная, хотя, надо отдать должное, смелая и хитрая.

Такая не будет служить царю, а царь не очень умеет разбираться в людях. Он действует прямолинейно, грубо, заставляя людей подчиняться. Луй Ко не знал, черта ли это характера, неопытность молодого правителя, или живущий в человеке дракон так его заставляет действовать. Эхейский царь ломал старое и силой насаждал новое, то, что он считал правильным. Не задумываясь и не задаваясь вопросом, хочет ли этого тот или иной человек. С одной стороны, Луй Ко понимал его, у царя не было времени на поиск подходящих людей. Но и самому не надо все делать. Подбери тройку преданных умелых управителей и расскажи им видение своего будущего, пусть его реализовывают. У царя были такие люди, Луй Ко их видел. Но царь не задумывался над тем, чтобы правильно расставить людей.

Луй Ко был рожден среди народа самой древней цивилизации на планете. Шуаньская империя не отличалась воинственностью, но никогда не проигрывала войны. У нее были отлично подготовлены военачальники, они подбирали подчиненных. Чиновники управляли империей, а император был воплощением бога, правил империей через них.

Перед убытием Луй Ко встретился с царем, для того чтобы получить последние инструкции. Выслушав, он немного подумал и произнес:

– Сир, разрешите дать вам несколько советов… – Он испытующе и с некоторым страхом посмотрел на царя, спокойно сидящего за столом.

К его удовлетворению, царь кивнул и ответил:

– Охотно выслушаю, Луй Ко. Говори.

Луй Ко недолго собирался с мыслями.

– Сир, – начал он прямо, – вы многое делаете для царства, я это вижу и понимаю, но ваши методы грубы и полны насилия над подданными. Вы заставляете их служить вам из страха, это работает, но не приносит к вам любви. Хотя вы и делаете их благородными людьми, возносите над остальными, но в итоге делаете их рабами страха. А если они что-то не так сделают, и вы подумаете, что это предательство? Вы убиваете инициативу на корню…

Понимаете, нужно доверять тем, кого вы приблизили, давать им свободу действий. Найдите способных людей, готовых и умеющих проводить вашу политику в жизнь не насилием, а используя свои способности…

Царь внимательно слушал, не перебивая, и Луй Ко осмелел.

– Вы знаете и понимаете стратегию развития своего царства? – спросил он. – Она у вас имеется?

Царь подумал и, медленно произнося слова, задумчиво смотря в потолок, ответил:

– Только примерно, Луй Ко. Для меня сейчас важнее отбить атаки пиратов и войск Ривангана. Все остальное потом…

– И это надо делать, – согласился Луй Ко. – Но почему все сам? Страной управляет элита, а царь правит. Вы понимаете разницу, сир?

– Если честно, не совсем, Луй Ко, я не родился царем и драконом. Меня такими сделали обстоятельства, которые не спрашивали моего мнения. Элита, говоришь? Но ее еще нет. А старая? Она восстала против меня. Жила своими интересами, пренебрегала обязанностями защищать страну. И вообще думала только о своем кармане. Побольше урвать и обогатиться. Им было наплевать, какая жизнь происходит в их царстве. Людей поработили долгами, выгребли из народа все до последней медяшки… На эту элиту мне надеяться и отдать ей управление царством?

– Нет, вы взрастили военную аристократию, сир, паладинов. Хойскар весьма способный управленец, но он привязан к вам. Среди казаков много способных людей. Только киньте клич о том, что вы выбираете команду, которая будет управлять царством, и к вам придут сотни кандидатов. Так набирают кандидатов в чиновники в империи. Там должности по наследству не передаются. Способных людей отбирают и готовят к государственной службе. Так молодые кадры подпирают тех, кто сидит на своем месте, и заставляют их работать максимально эффективно. А кто не справляется, тех заменяют…

– Хитро, – невесело усмехнулся Артем. – А как мне понять, на что способен такой человек?

– Это не вы должны понимать, сир. А те, кому вы доверяете. Вы Хойскару доверяете?

– Доверяю… – помолчав, ответил царь. – Но он воин.

– Пусть предложит вам некоторых своих паладинов на административные должности. Но вы должны разработать механизм управления государством или найти такого человека… который сможет это сделать.

– Ты подойдешь? – спросил царь.

– Я не подойду, сир. У вас свой канцлер, пусть он этим и займется…

Царь задумчиво покивал и ответил:

– Я подумаю, Луй Ко, над твоими словами. Можешь быть свободным.

Луй Ко ушел, не до конца для себя уяснив, услышал его царь-дракон или нет… Но это уже были не его проблемы. Его проблема находилась в комнате напротив, и она сразу же хотела затащить его в постель. Он это понял по позе, взгляду, дыханию женщины. Искусная актриса-соблазнительница. Она женщина неблагородного происхождения. Это он тоже понял сразу, как только ее увидел. Ее подсунули старому князю как дочь раджи и продали за большие деньги. Наглая, самоуверенная и опасная в своем напоре. От нее можно ждать чего угодно… Нельзя ее было отправлять в город агентом… «Но кто может быть указом царю?» – вздохнул Луй Ко.

Он об этом тоже сказал царю, на что тот ответил:

– Заметишь, что она готовит предательство, уходи из города, ее не трогай. – При этом как-то странно усмехнулся. В чертах царя появилось что-то такое, чего Луй Ко словами объяснить не мог, просто мелькнул образ синего ящера и пропал. Но по спине шуаньца пробежал холодок.

Луй Ко молча кивнул, осознавая, что перед ним стоит фигура, вызывающая симпатию, но в то же время непреодолимая пропасть отделяла их. Царь, как олицетворение власти и величия, был сам себе господином, свободным творить и вершить судьбы по своему усмотрению. В этом мире, где правили законы силы и власти, Луй Ко чувствовал себя незначительным, почти невидимым. Но несмотря на это, его сердце было наполнено искренним желанием помочь, пусть даже и в роли незаметного наблюдателя.