— Весьма любопытное решение.

Профессор Ланге, крепкий коренастый мужчина в возрасте за восемьдесят с выбеленными временем волосами и бородой, осторожно отложил лупу и покрутил между пальцев патрон, изготовленный по заказу его внучки. За стеклами очков блеснули умные, темно зеленые глаза, лишенные любого намека на старческую растерянность и потерю памяти.

Георг вызвал его из провинции еще в прошлом году, когда представители кафедры рунологии не смогли в достаточной мере удовлетворить запрос безопасности дворца. Профессору было предложено возглавить кафедру и переехать в столицу. После недолгих размышлений он согласился и с тех пор жил при Академии, постепенно наводя порядок в своих владениях.

Заполучив загадку в виде символа на пуле, Валенсия настояла на приглашении рунолога во дворец. Конечно, проще было бы передать находку для изучения в соответствующие инстанции, но ей хотелось получить разъяснения из первых уст, а супруг не стал спорить.

— Вы понимаете, что сделала фройляйн Ланге?

Кроме самой императрицы в ее кабинете находился только молодой Рохфогель, который и без того знал уже много, но принесенные клятвы никогда бы не позволили ему рассказать что-то лишнее. Император занимался более важными делами, к тому же ему она сможет все рассказать за ужином. Вечера для двоих стали приятной семейной традицией, позволившей им стать ближе за прошедшее время.

— Она использовала сочетание рун, которое считается нерабочим, так как в нем имеется противоречие, — профессор аккуратно поставил патрон на стол и сложил руки на животе. — Для правильной работы рунескрипту необходимо плавное течение энергии, которое обычно обеспечивает внешняя среда. Поэтому так важно правильно выбрать источник или место, если рунескрпит будет к нему привязан. Однако здесь, — он указал пальцем на снаряд, — данный принцип нарушен. Две руны использованы в противоположных положениях, что полностью блокирует поток энергии.

Не имея магического образования Валенсия предполагала, что не сможет понять объяснения профессора, но он умел доносить свою мысль весьма ясно.

— И подобные рунескрипты нигде не используются? Например, для защиты?

— Нет, — собеседник улыбнулся немного снисходительно и сразу же пояснил свой ответ: — Для хорошего щита тоже нужна сила, поэтому следующий базовый принцип велит использовать для защиты встречный поток энергии. Не обязательно противоположный, подобное может привести к необратимым последствиям, поэтому обычно в защитных плетениях используется смещение стихии. От огня защищает не вода, а земля. А от воздуха — вода или, например, тьма.

— И к чему же может привести нарушение базовых принципов? — апийка нахмурилась, пытаясь понять логику женщины, сознательно сотворившей нечто, противоречащее всем законам науки.

— В обычном случае… — профессор погладил бороду и едва заметно нахмурился. — В обычном случае плетение было бы уничтожено. Оно не жизнеспособно. Любой сильный поток просто сотрет его. Однако учитывая то, что содержится внутри пули…

В начале встречи императрица кратко пояснила гостю предысторию. Неизвестно, сколь близко он общался с внучкой, пока жил в столице, но о планах фройляйн Ланге, как и все остальные, ничего не знал. Обеспокоенным впрочем не выглядел. Возможно еще не до конца осознал реальность?

— Предположим, что пуля окажется в теле мага тьмы, — медленно заговорил Ланге. — Тогда, при попытке пострадавшим использовать магию, он испытает некий дискомфорт. Но, как я уже говорил, сильный поток и связь с элементалем легко устранили бы преграду. В данном же случае, учитывая свойства алмаза, напитанного тьмой, преграда может стать весомой.

— То есть маг не сможет использовать силу?

— Теоретически, да. Весьма и весьма вероятно. Но пуля должна находиться внутри тела. Даже сам рунескрипт завязан на кровь.

— Кровь? — Валенсия удивилась и бросила короткий взгляд на охранника, тот тоже выглядел растерянным. — Разве в рунологии используется кровь?

— В современной — нет. Но сама рунология как наука берет свое начало в старинной письменности, в которой есть руна, обозначающая кровь. И в старых книгах она встречается весьма часто. Современная магия предполагает использование стандартных рун стихий, щита, усилителя, меча и еще нескольких связывающих, что крайне ограничивает создание рунескриптов. Поэтому маги привыкли использовать базовые плетения, имеющиеся в любом справочнике и проверенные временем. Но то, что создала Сабина, не имеет никакого отношения к современности.

Теперь он улыбнулся иначе. Так порой улыбался отец, наблюдая за их успехами. Глаза его наполнялись блеском, плечи распрямлялись и будто бы становились шире. Карлос преисполнялся гордостью — чувством, которое ей еще только предстояло узнать.

Валенсия машинально погладила живот, задумавшись, как будет выглядеть Георг, когда станет гордиться успехами сына или дочери. И гордился ли им отец? Кажется, тем для вечерних встреч только что стало больше.

— Значит, источником энергии для рунескрипта является кровь? — уточнила она, заставив себя вернуться в реальность.

— Кровь и тьма, — сразу же ответил профессор, продолжая медленно поглаживать бороду. — Но руна тьмы использована в обоих положениях, а кровь только в прямом.

— То есть для магов других стихий ранение данной пулей будет безвредно?

— Не уверен, что можно говорить о безвредности в контексте пули, но да. Способность использовать силу элементаля они не потеряют. И я снова подчеркну, что пока мои выкладки являются теоретическими.

— Мы с императором понимаем, что проверка на практике на данный момент невозможна. Но в любом случае благодарим вас за пояснения.

Рунолог с достоинством кивнул и задал вопрос:

— Скажите, в доме герцога Рейса не нашли какие-либо выкладки? Быть может, черновики Сабины? Не думаю, что она оставила бы подобное открытие без внимания.

Обыск в особняке начался сразу после отъезда домочадцев, и проводила его тайная полиция под личным присмотром Кенига, о результатах пока не докладывали, но теперь императрица понимала, на что стоит обратить внимание.

— Пока неизвестно, но если что-то найдется, вы будете первым, кому сообщат.

Надо же как-то будет разобраться в записях. Без профессионального взгляда ничего не выйдет.

— Благодарю, Ваше Величество. Я изложу свое заключение в письменном виде и направлю герцогу Кенигу и императору.

Ланге неторопливо поднялся, явно собираясь уходить. Он рассказал все, что мог, и держать его дольше не имело смысла, но неожиданно ей в голову пришел еще один вопрос:

— Скажите, а могла ли фройляйн Ланге придумать способ отыскать герцога Рейса при помощи рунологии?

Профессор замер на месте и нахмурился, задумался, машинально провел ладонью по бороде и медленно покачал головой.

— Нет, мне неизвестны подобные способы, но моя внучка очень талантлива. И у нее нестандартное мышление. Очень творческое. Это у нее от бабушки… Та была актрисой…

Лицо его неожиданно преобразилось, разом став моложе на несколько лет, будто мужчина неожиданно увидел солнце, которое долго заслоняли тучи. Валенсия, уже знавшая историю его брака, с трудом смогла удержать невозмутимое выражение. Неужели Ланге продолжал любить жену до сих пор? После измены? Побега? Возвращения? Подобное выходило далеко за пределы ее понимания.

— Если вдруг в особняке герцога найдутся черновики ее разработок, я постараюсь их восстановить, но самостоятельно вряд ли смогу создать нечто подобное.

— Благодарю вас, профессор. — Валенсия встала, плавно обогнула стол и подала мужчине руку, которую тот осторожно пожал, не решившись поцеловать. — Хочу заверить вас, что делается все возможное, чтобы ваша внучка вернулась домой целой и невредимой.

— Дети быстро растут… — неожиданно мягко произнес Ланге, глядя на нее с мудрой печалью долго живущего человека. — И все, что мы можем, научиться их отпускать. Сабина давно выросла и стала самостоятельной. Я буду рад, если она вернется, но если нет… Так тому и быть. Всего вам доброго, Ваше Величество.

Процессор ушел, а императрица в глубокой задумчивости покинула кабинет и направилась в недавно отремонтированную детскую. Слова о детях невольно направили ее мысли в определенном направлении, ладонь снова легла на живот и в нее сразу же пришелся знакомый толчок. Губы сами собой растянулись в улыбке. Да, детей нужно отпускать, но прежде их необходимо вырастить. И у нее впереди еще достаточно времени, чтобы свыкнуться с мыслью о разлуке.

Дверь детской открылась бесшумно. Светловолосая девочка, играющая в чаепитие, сразу же повернула к ней личико и нахмурила бровки.

— Ваше Величество! — няня в аккуратном форменном платье, чепце и переднике, поспешила встать и поклониться. — Аннабель, надо поздороваться. Помнишь, мы учили?

— Не стоит, — отмахнулась Валенсия, проходя внутрь. Светлая отделка цвета топленого молока делала просторное помещение очень уютным. Толстый коричневый ковер с геометрическими узорами спасал от холодного пола и сквозняков, плотные занавески сходного оттенка, закрывали окна. Мебель обтекаемой формы спасала от ударов и синяков. Да, вышло очень и очень хорошо. И чем-то напоминало ее собственную комнату в апийском дворце. — Она еще мала. Успеет выучиться манерам. Вы хорошо разместились?

Девочка вернулась к игре, поправив куклу, сползшую со стула, а няня поспешно кивнула.

— Да, Ваше Величество. У нас все хорошо. Комната очень светлая, и я забрала все любимые игрушки Аннабель, ночью она немного капризничала, но уже почти привыкла. Думаю, еще пара дней, и она освоится.

Императрица кивнула, принимая ответ к сведению. Ее радовало, что неожиданные гости довольны. Меньше всего ей хотелось расстраивать ребенка, чья мать отправилась в опасное путешествие.

— Если у вас возникнут какие-то пожелания, можете передать мне через секретаря. Завтра в дворцовую конюшню привезут пару жеребят апиисок, я думаю, Аннабель сможет с ними познакомиться, если ей будет интересно.

— Это очень любезно, Ваше Величество, — няня теребила передник и отвечала подчеркнуто вежливо. За год в доме герцога не привыкла говорить с титулованными особами?

— Не стану вас более отвлекать, — решила Валенсия, собираясь уходить, но девушка вдруг решительно шагнула к ней, сжав передник в кулачки.

— Ваше Величество! Простите, что отвлекаю. Я не знаю, кому еще сказать, но… Понимаете, герр Шенбек, — она умолкла, то ли растерявшись, то ли пытаясь подобрать слова, а затем резко вздернула подбородок и твердо закончила: — Я думаю, он собирается совершить глупость.

Вот только мужских глупостей ей и не хватало…

Императрица жестом указала на кресла для взрослых, стоящие у стены, и приказала:

— Садитесь и рассказывайте все подробно.

В комнату, выделенную кузену Георга, Валенсия вошла без стука. Стоило бы, конечно, вызвать его на аудиенцию или передать приглашение через секретаря или хотя бы охранника, но если мужчина решил сбежать, ей требовались подтверждения, увидеть которые она могла лишь собственными глазами.

— Ваше Величество?! — удивление на лице герра Шенбека соседствовало с возмущением. Возможно от того, что он не успел спрятать саквояж, стоявший у его ног. Теперь можно обойтись без долгих вступлений и сразу перейти к сути.

— Вы куда-то собрались?

Дверь за собой она закрывать не стала, охранник остался ждать в коридоре молчаливым свидетелем происходящего, не хватало еще, чтобы по дворцу поползли слухи об уединении с родственником императора. Георг, конечно, не поверит. Все же они о многом договорились, и оба держали слово. Но зачем лишний раз заставлять супруга нервничать?

— Я всего лишь разбираю вещи, Ваше Величество, — процедил мужчина, явно не собираясь сознаваться. — Мы прибыли только вчера.

— Надеюсь, что так и обстоит, и вам в голову не пришла какая-нибудь глупость вроде преследования фройляйн Ланге.

Держать лицо бывший агент разведки умел и даже бровью не повел. Иначе и быть не могло, ведь до болезни он являлся лучшим.

— Ваше Величество, если вы желаете меня о чем-то спросить…

— Я желаю, чтобы вы остались во дворце, — перебила императрица. — Ведь именно я вас пригласила, и с вашей стороны было бы невежливо покинуть мой дом, даже не простившись.

— Вежливость — мое второе имя, — Юстас улыбнулся, видимо избрав тактику ведения беседы. — Я бы никогда так не разочаровал вас.

— То есть вы предупредите, если решите уехать? Или мне рассчитывать на письменное уведомление?

— Разве я пленник во дворце?

Вопрос в ответ на вопрос — классический способ ухода от ответа. Подобные игры она не любила. Не то воспитание.

— Вы пленник своего тела в куда большей степени, чем места.

— Напоминать больному о его недуге — невежливо, — он все еще пытался удержать улыбку.

— Только если сам больной не забыл о нем, решившись совершить нечто безумное.

— Элементали! — все же болезнь сделала герра Шенбека нетерпеливым. — Кениг обещал, что Сабина вернется, но время идет. Неизвестно, что там делает его человек! Мне будет спокойнее, если я сам поеду следом и верну ее домой! Что здесь безумного?!

— То, что я уже говорила — вы недооцениваете фройляйн Ланге. И если вы все еще считаете, что она легко вернется, вы так и не приняли в расчет всю информацию, полученную нами пару дней назад. А если ее не окажется в Зельце, что вы будете делать тогда?

Он медленно вдохнул и выдохнул, а потом поднял на нее взгляд. Решительный и весьма красноречивый.

— Вот поэтому я и пришла. Вам не следует отправляться следом.

— Хотите сказать, что я слишком слаб для дороги?!

Упасите все духи мира намекнуть мужчине, что он не может что-то сделать! Особенно если он сам это знает.

— Я думаю, если бы фройляйн Ланге посчитала нужным, она сама попросила бы вас отправиться в дорогу вместо нее. Но она решила иначе. И видимо у нее имелись на то причины.

— Да, я нездоров, но у меня больше опыта! Я был в Ференции. Я смогу сориентироваться. Не везде нужна сила и ловкость! Порой достаточно мозгов!

— И вы считаете, что она глупее? Если смогла собраться в дорогу и уехать, даже не вызвав у вас подозрений.

В воздухе резко запахло озоном, в коридоре громко кашлянул Рохфогель, а герр Шенбек открыл рот, чтобы ответить, но так и не смог подобрать слов. Они наверняка у него имелись, но не те, что пристало высказывать женщине в деликатном положении, к тому же императрице.

— Я понимаю, что вы хотите ее уберечь, но вам не приходило в голову, что у вашей дочери должен остаться хотя бы один родитель? Или будет лучше, если она станет сиротой?

Теперь мужчина побледнел, а голубые глаза почти засветились молнией. Да, бить в самое уязвимое место — жестоко, но лучше пусть разозлится, чем натворит, элементали знают что, а потом погибнет.

— Вы не понимаете, — медленно заговорил Юстас, выплевывая каждое слово и тяжело дыша. — Я не заметил ее подготовку. Я сам, можно сказать, помог ей отправиться в это безумное путешествие. А теперь я должен сидеть, сложа руки, и ждать новостей? Да если она там погибнет!.. Что я скажу Аннабель?

Лицо маленькой девочки всплыло в памяти, и Валенсия напомнила себе, что говорит с ее отцом в том числе и ради нее. И нужно дойти до конца.

— Теперь вы знаете, что чувствуют женщины, когда мужья уходят воевать.

— При чем здесь?.. — попытался возмутиться герр Шенбек, но она перебила:

— При том. Мужчины уходят совершать долг, у них есть цель, они идут к ней, не думая о том, что происходит дома. Они защищают родных каждый день, а где-то там жены, матери, сестры просто пытаются выжить. День за днем. В немом ожидании и страхе, не имея возможности что-то изменить. Думаете, им легко?

— Я… я не знаю. Я же мужчина! Я должен защищать!

— И вы защищаете. Оставаясь здесь, вы защищаете вашу дочь от участи безмерно богатой сироты, которая может стать игрушкой в руках аристократии. И если фройляйн Ланге хватило сил, чтобы отправиться к цели, вам хватит сил остаться и ждать. Вы же не слабее обычной женщины.

Больше говорить было не о чем, императрица развернулась и покинула комнату, направившись в сторону столовой. Бесконечно длинный день подходил к концу. Ее ждала встреча с мужем, и видят элементали, им есть, что обсудить.