– Мамочка, а я Смешанная? – Семилетняя Тар, вся в веснушках, с любопытством смотрела на мать. Рыжие, как у Майи, волосы торчали во все стороны. Майя тяжело вздохнула.
– Да, солнышко мое. Но это неплохо, а что ты там читаешь? – Майя поняла, что вопрос, которого она боялась, все-таки прозвучал.
– На это учительница внимание обратила. Сказала, чтобы я выучила к следующему уроку. – Тар показала на открытую страницу в толстой книге.
Мама заглянула через плечо дочери, запустив руки в ее мягкие волосы. На лице Майи отразился весь спектр эмоций: негодование, грусть, страх. Но она справилась с собой и улыбнулась дочери.
– Теж! Иди сюда! Посмотри, что задали выучить нашей дочке. – Ее голос слегка дрожал.
В комнату вошел Теж – коренастый мужчина. Тяжелая работа сделала его мышцы крепкими, словно камень. С виду его можно было принять за мальчишку.
– Вот, папуль! – Тар ткнула пальцем в страницу. Теж знал, что это за книга. Книга Посланий. Она была в каждом доме. И с каждым годом становилась все толще. Жители Долины должны были сами от руки вписывать в нее новые Послания, чтобы ни одно слово Столетнего не забылось.
– «П-2748. Дети, рожденные в браках, где родители родом из разных провинций, именуются Смешанными…» – прочитала Тар. Теж выхватил у нее книгу. Тар удивленно раскрыла рот. Отец, увидев ее испуг, улыбнулся. Но глаза его оставались холодными.
– Тар, доченька, а знаешь, что мы сделаем? – спросил он, глядя на нее.
– Нет, папуль, не знаю. Но мне страшно немного. – Тар прищурилась.
– А вот что! – Теж взял ведро с едкой смесью, которой он обрабатывал дома от насекомых, и «случайно» провел кистью над книгой Посланий. На странице остался грязный коричневый след. Майя укоризненно посмотрела на мужа.
– Столетний тебя накажи, Теж! Ну что за глупости? Ты правда думаешь, это что-то изменит? – В ее голосе не было упрека, только усталость. Но глаза ее смеялись. Она бы и сама с радостью уничтожила эту книгу.
– Нет, но, как видишь, я испортил одно из важнейших Посланий Столетнего! Как жаль, что у нас в доме это Послание не записано! Наверное, забыли случайно. Теперь нас оштрафуют. Мы, конечно, заплатим за новую книгу, но Тар уже не сможет выучить урок, а в следующий раз будет другое задание.
Майя покачала головой.
– Теж, родной, как бы беды не вышло… кто поверит в эти сказки? Ей выдадут другую книгу, а нас заставят переписать Послание. И ладно, если не под надзором квартального!
– А мы «потеряем» вторую книгу! – подхватил Теж. – Скажем, что к нам забрались Непрощенные и… украли ее! – Он широким жестом указал на дверь. – Вон, смотри, кажется, я их видел!
– Где, пап? – Тар подбежала к двери и выглянула на улицу.
Отец, подкравшись сзади, схватил ее в объятия. Тар звонко смеялась.
– Теж родной, ты сотворил глупость, – сказала Майя. – Хочешь, чтобы Тар научилась врать?
– А я не буду врать! – закричала Тар. – Папа случайно измазал книгу! Правда-правда.
– Вся в тебя! – Майя улыбнулась. – Тар, детка, если в школе будут проблемы, ты скажи. Мы все уладим. Заплатим штраф. Хорошо?
Тар кивнула и еще раз с ненавистью посмотрела на книгу.
На следующее утро Тар тошнило от страха. Она знала, что ей придется отвечать урок, и трясущимися руками выводила на листе бумаги символы.
– Долгое время на земле Вань шли войны. Голод, засуха и болезни. Люди умирали чаще, чем рождались. Однажды некая девушка увидела сон. В этом сне корабли пересекали большое море. Ее нарекли Оракулом – Видящей. И решили, что это спасение. Мудрейшему из божественного народа Эндов поручили спасти самых сильных из враждующих стран. Так были собраны десять кораблей и десять народов, которые отправились в неизведанные воды в поисках новой земли. – Тар с трудом прочитала последние слова и подняла глаза.
– А как они отправились по воде? – раздался писклявый голос с задней парты.
– На кораблях, я же только что сказала. – Учительница отложила книгу и посмотрела на мальчика. Он глядел на нее с недоумением.
– Но мы ведь не плаваем! – произнес кто-то еще.
– Раньше плавали, – ответила учительница. – Да и сейчас многие рыбаки умеют плавать. И передают это умение своим сыновьям.
– Сыновьям, – презрительно фыркнула Тар. – А девочки чем хуже?
– Да всем! – крикнул кто-то из мальчишек. – Тем более что вы не тонете, как… – Он замолчал, подбирая сравнение, а затем выпалил: – Как навоз!
Класс залился смехом.
– Тишина! Тел! Следи за языком! – строго сказала учительница. – Тар, это умение не нужно в нашей провинции. Мы выращиваем рис и делаем глиняную посуду.
– Да-да! Мой клан знает тайное умение! Мы особенные! Клан Тигров! – Мальчик с первой парты вскочил и гордо выпрямился.
– Сделаешь мне ночной горшок, а? Мастер! – ехидно спросила Тар. Мальчик покраснел и сел.
– А ты Смешанная. Можешь под себя ходить! – пробормотал он. – Все равно от тебя воняет!
В классе наступила тишина. Тар, сжав челюсти, улыбнулась.
– Смотри, чтобы я тебя не измазала после уроков, Тиб! – сказала она тихо, но отчетливо.
Учительница вздохнула. Она не любила, когда дети ссорились. Но сегодня решила промолчать.
– А сколько лет Столетнему? – спросил Тжи, сидевший позади Тар. Он видел, как она нервничает.
– Никто не знает, – ответила учительница. – Энды – дети Богов и живут веками. Долине всего три века.
– А почему его называют Столетним?
– Когда они отправились на поиски новой земли, ему было сто лет. Девушка-Оракул велела ему оставить имя на старой земле – теперь он выше любого имени.
– А почему кораблей было десять, а провинций семь? И куда делись эти корабли?
– Ну ты и дурак! – сказала Тар. – Вообще-то провинций было восемь!
В классе наступила тишина. Все посмотрели на Тар.
– Восемь? – переспросила учительница. – Но мы же изучали…
– Даже девять! Одна просто не смогла образоваться. Они какую-то болезнь привезли с земли Вань, и, чтобы нас не заразить, их отселили. А когда они там все повымерли, землю сожгли. Говорят, вонь от трупов до сих пор стоит над той провинцией. И по ночам призраки стучатся в дома… – Тар с ужасом округлила глаза и развела руки. Тин, сидевшая рядом, прыснула со смеха.
– Тар! Откуда ты все это знаешь? – Учительница потерла ладони, стараясь не выдать своего волнения. – Мы же только начали изучать историю Долины.
– А я книгу в библиотеке брала, – сказала Тар, закусив губу. Она вспомнила, как тайком стащила ее из тайного отделения, пока старый Тэб – смотритель библиотеки – ходил в туалет. Она прятала книгу под циновкой дома.
– А восьмая провинция? – спросил Тжи, глядя на Тин.
– Тиды! Там мятеж был, они на провинцию Эндов хотели напасть и… Это было совсем недавно, просто запрещено… – Тар осеклась.
– Их остановили, – сказала учительница. – Они были врагами, а врагов мы не поминаем. Об этом вам еще рано знать. Главное, что сейчас семь провинций Долины живы и процветают.
– Ну не все, – тихо добавила Тар.
Учительница покачала головой.
– Каждый народ силен в чем-то своем, – сказала она. – И да, есть провинции, где живет намного меньше людей, чем у нас. Но и они вносят свой вклад. А сейчас мы перейдем к домашнему заданию. Ты не против, Тар?
Та понуро опустила голову.
– Кто хочет начать? – спросила учительница. – Начнем с первого Послания Столетнего, которое я вам задала.
Договорить она не успела. Тар вскочила и выбежала из класса. Тин и Тжи переглянулись.
– Ха! Смешанная не захотела говорить про Смешанных! – засмеялся Тел.
– Не смей! – крикнула Тин и, подскочив, принялась его бить. Тел зарыдал. Учительница бросилась разнимать их. Из носа мальчишки текла кровь.
– Немедленно прекратить! – кричала она, оттаскивая Тин от Тела. – Тел, иди умойся! Тин! Ты отстранена! Завтра приведи в школу бабушку! А ты, Тжи, приведи Тар!
Тар. Класс долго не мог успокоиться. Лишь когда Тар, нахмурившись, вернулась в класс вместе с Тжи, дети замолчали.
– Учительница, – робко начал Тжи, когда они сели за свои места. – А что стало с теми кораблями, на которых приплыли наши предки? И кто такая вообще эта Оракул?
Учительница вздохнула. У нее разболелась голова, и ей было жалко Тар. Домашнее задание оказалось слишком жестоким для нее. Она понимала, что Тжи пытается отвлечь Тар от неприятных мыслей. И решила поддержать его.
– Они где-то у берегов провинции Бэй, – сказала она. – Там, где высокие скалы и берег опасный. Любой, кто пытался добраться до кораблей, погибал. Говорят, их можно увидеть в ясную погоду, когда рассеивается туман.
– То есть эти корабли целы? – Тар забыла о своем горе.
– Не совсем. Лишь немногие сохранили мастерство корабелов. Поэтому они, скорее, как памятник нашей истории – стоят, дрейфуют и покрываются кораллами.
Тар прижала руку к груди. Ее сердце билось как сумасшедшее. Она всегда мечтала увидеть эти корабли. Прикоснуться к истории Долины.
– Как бы я хотела увидеть их, – прошептала она, глядя на раскрытые двери, из которых доносилось пение птиц.
– А Оракул, – продолжила учительница, – это женщина любого возраста, обладающая даром видеть будущее. Для кого-то это проклятие. Ее роль – до конца своих дней находится при Столетнем.
– А! Жена, короче, – махнул рукой кто-то из мальчишек. – Скучно. Тогда и моя мама – Оракул. Она всегда говорит папке, что он умрет от сакэ.
Класс вновь засмеялся. Учительница с трудом сдерживала улыбку.
– Нет, Оракул неприкасаемая, жена же у Столетнего может быть только из клана Эндов. Оракулы в клане Эндов еще не рождались. Имена женщин-Оракулов всегда скрывают.
– А он что, не может жениться на ней?
Учительница посмотрела на Тар и покачала головой.
– Нет, иначе это был бы Смешанный брак.
Класс замолчал. Никто не хотел очередной разборки. Дети уткнулись в свои чернильницы.
После урока Тар подошла к учительнице. Девочка стояла красная до корней волос, хлюпая носом и выпячивая грудь. Затем низко поклонилась.
– Простите меня… я случайно, родители очень расстроились, когда увидели, что я натворила, и отругали меня! Я выучу это Послание… обещаю! И понимаю, что это Послание об… обо мне… – Тар сжала кулачки. – Я клянусь.
Учительница смотрела на нее с печалью. Эта красивая смышленая девочка – лучшая ученица в ее классе. И она впервые не выполнила домашнее задание. Учительница понимала почему. Она взяла книгу и… бросила ее на пол.
– Эти пособия вечно попадают в передряги, – сказала она. – Дети берут и забывают приносить обратно. А я уже немолода и не могу вспомнить, кто брал ее последним.
– Но! – Тар чуть не расплакалась. – Вы же молодая!
Женщина расхохоталась.
– Тар, – сказала она, глядя на девочку. – Ты достойна всего в этой Долине, хоть тебе это и недоступно. Запомни! Ты особенная. – Она притянула Тар к себе и поцеловала ее в макушку.
Тар росла необычным ребенком. Она была умнее и физически более развитая, чем сверстники. Но по иронии судьбы не имела права стать лучше других. Ее жизнь была предопределена.
Тар старалась как могла и лишь улыбалась своим невзгодам. Она не винила никого в неудачах – ни судьбу, ни родителей. Хотя большинство подростков именно так и поступают. Майя и Теж души не чаяли в своей дочери. Старались как могли защитить ее от жестокой реальности Долины. Но, когда Тар исполнилось двенадцать, все изменилось.
В первый день нового учебного года объявили о разделении учеников на классы профориентации. Конечно, Тар знала, какая профессия ждет ее в будущем, как знали это и ее родители. Долина давала шанс самым способным детям из нижних провинций попытаться изменить свою судьбу. Если они безупречно сдавали экзамены, то могли подать прошение в администрацию Тэнси. А если прошение одобряли, то его отправляли в высшую администрацию провинции Эндов. Как-то раз одного паренька даже пригласили в Джан. Он был настолько умен, что ему нашлось место среди стратегов по распределению ресурсов Долины. Каждый год десятки учеников подавали прошения, надеясь на чудо.
В школе с раннего утра царило напряжение. Кто-то молча стоял в сторонке, погруженный в собственные мысли. Кто-то нервно расхаживал. А некоторые сбивались в группы и искали поддержки в бестолковой болтовне с одноклассниками. Но переживали абсолютно все.
Тар сидела в углу, покусывая губу. В двенадцать лет она превратилась в настоящую красавицу. На нее заглядывались все мальчишки в школе.
– Тар, вот ты где! – К ней подбежала Тин. – Я тебя везде ищу! Пойдем! Уже пора! – Она схватила Тар за руку.
– Нет. Я не пойду. Какая разница, что я напишу? Ты же понимаешь, что шансов у меня нет. Я единственная Смешанная в нашем классе. Не считая тех, кто уже выпустились. – Она замолчала, пытаясь сдерживать слезы.
Тин с сожалением посмотрела на подругу. Что она могла ей сказать? В этой ситуации любые слова были бы лишними и бесполезными. Она обняла Тар и стала гладить ее по голове.
– Милая, ты умнее всех, кто будет сегодня сдавать экзамен, – сказала она. – И ты это знаешь! А что, если ты напишешь тест так хорошо, что у них просто не будет выхода? А? Об этом думала? – Тин сама не верила в то, что говорит. Но она должна была хоть как-то поддержать подругу.
И, как ни странно, ее слова подействовали. Тар перестала плакать, отстранилась от Тин.
– А ведь ты права! Я лучше всех! Знаю все, что мы проходили, посещала все дополнительные занятия! – Она встала. – Я смогу стать лучше вас!
– Нас? – усмехнулась Тин. – Эй, зазнайка! Не забывай, что я записалась на этот экзамен из-за тебя! А так меня ждут рисовые поля.
Тар рассмеялась, но смех ее был натянутым и фальшивым.
– Ну… идем? – Тин протянула ей руку.
Тар посмотрела на ладонь подруги и вспомнила слова учительницы: «Ты особенная…». В ней появилась уверенность.
– Идем!
Они опоздали, но надзирательница смилостивилась и пустила их в класс. Хотя по правилам должна была снять с них по баллу. Но надзирательницей была та самая учительница, и Тар посчитала это хорошим знаком.
– Готова? – спросила она, вручая девочке листок с заданиями.
– Я всех побью! – с вызовом ответила Тар. Но заметила, как дрожит рука учительницы, и испугалась.
Тар села за парту и принялась за тест. Ей нужно было ответить на вопросы по истории Долины, решить несколько математических задач. И дать стратегические решения в нескольких ситуациях. Последнее задание было самым трудным. Нужно было рассказать о себе. И о том, что ты можешь дать Долине. Тар задумалась. Ответ был очевиден. Но кем она хочет стать в этой жизни? Она поставила на листке жирную кляксу и чуть не расплакалась. Она написала: «Я – Тар. Смешанная из семьи ТС-014…» и замерла. Ей захотелось вскочить и выбежать из этого проклятого класса. Бежать на север, все выше и выше… прочь из Тэнси, к границе с Муном, а может, и с Бэй. А если ее не выпустят? Она сожжет себя прямо там, на границе, станет Непрощенной и пошлет их всех к демонам. Она будет гореть и смеяться. Пока кожа не расплавится и не сползет с ее тела кусками.
– Все хорошо, Тар? – спросила учительница, заметив ее состояние. И внимательно посмотрела, а Тар возненавидела ее за этот взгляд.
– Да! – зло бросила девочка. Затем схватила листок и написала лучший рассказ, который когда-либо читал комитет Знаний.
Результаты экзамена должны были объявить через неделю. И этот день стал для Тар самым длинным в ее жизни. Она проснулась до рассвета и, не желая видеть родителей, их грустные понимающие взгляды, выбежала из дома. Она стояла у ворот школы, пиная камешки, и ждала… Когда появилась учительница, Тар бросилась к ней.
– Вы видели? – крикнула она.
– Нет. Тесты проверяет комитет Знаний, ты же знаешь…
– И вы даже глазком не заглянули? Они ведь не были запечатаны? Точно не видели?
– Что за глупости, Тар! Успокойся! – Учительница повесила на доску лист с результатами. Рядом висел портрет Столетнего. Лицо его было по традиции скрыто полупрозрачной тканью. Тар бросилась к доске и стала искать свое имя в списке тех, кто получил распределение по профессиям. Не найдя его, она горько усмехнулась.
– Ну конечно, с моим происхождением даже высший балл ничего не решает. – Тар продолжала искать, пока ее палец не уперся в черную линию. За ней было еще семь имен. Тар нашла свое в самом конце списка. «Тар – тест Смешанной не оценивается параметрами комитета Знаний. Профессия – развлекательный цех».
– Ох… – Тар пошатнулась. Учительница поддержала ее.
– Тар, милая. – Она обняла ее за плечи.
– Не смейте меня трогать! – Тар резко отстранилась. – Я Смешанная, а вдруг еще и заразная! Это именно то, на что я и надеялась! Все равно собиралась уходить со всех дополнительных занятий! С завтрашнего дня я отказываюсь получать ненужные мне знания! Я буду усердно изучать, как лучше ублажать мужчин в этом проклятом клане. А видите их? – Она ткнула пальцем в список имен над ее собственным. – Это мои новые одноклассники! Я должна соответствовать их уровню. И не оскорблять их своими выдающимися способностями. – Тар посмотрела на портрет Столетнего и плюнула в него.
– Будь проклят этот мерзкий старик! Никакой он не Бог! Прежние Боги были чуточку добры к людям! А я выберусь из этой чертовой провинции, чего бы мне это ни стоило! – Тар сжала кулаки и ударила себя в грудь. – Клянусь!
Тар выбежала из класса. Учительница смотрела ей вслед. Ее рука сама потянулась к портрету Столетнего. Она хотела сорвать его, растоптать. Но сдержалась. Только стерла плевок с лица правителя. Она оглянулась. Вдруг кто-то видел? Оракул? Шпион, который донесет в Дом Следствия? Учительница боялась за Тар. Она знала, что такие, как она, либо добиваются всего, либо сгорают от боли и обиды. Какая жизнь ждет ее?
На следующий день Тар не пришла в школу. Никто не донес на нее. А потом она перестала ходить на дополнительные занятия. Оставила только «профессиональные» дисциплины: ублажение, гибкость, краткость речи, послушание, танцы. В танцах Тар решила стать лучшей. И она этого добилась. За четыре года Тар сильно изменилась. Она научилась скрывать свои истинные чувства под маской беззаботности и наивности и больше не хотела знать ничего лишнего. Глубокие мысли словно затягивали в омут, из которого было все труднее выбраться. Тин не сразу поняла, что Тар больше не играет. Что она действительно стала такой. Но потом смирилась, поняв, что иначе в этой Долине не выжить. Тар приняла свою судьбу и никого не винила. Она знала, что, если начнет рыдать и клясть судьбу, родители будут винить себя. Поэтому продолжала улыбаться. Даже когда ей было больно. И хотелось убить всех, кому повезло больше, чем ей. Она окончила школу, в совершенстве изучив свою профессию. Но при этом не сделала главного, что должна была сделать каждая девушка в ее положении. Она сохранила свою невинность. Было два варианта – продать девственность как можно дороже или самой выбрать того, с кем это сделать.
Тор, хозяин Бао, старался не смотреть на Тар, когда она пришла, чтобы обсудить условия работы.
– Тар, ты решила, как проведешь свою первую ночь? И с кем? – спросил он, разглядывая потолок.
– Ой, не надо так волноваться, – ответила Тар с натянутой улыбкой. – Как будто вы впервые с девушкой об этом говорите. – Она почти искренне веселилась. И чуть было не обманула Тора своей беззаботностью. Тор вздохнул – тяжело, протяжно, как умеют только старики.
Тар долго оттягивала этот вопрос. И утром первого рабочего дня, до открытия Бао, выбежала из дома и направилась вверх по склону к небольшому зеленому домику. Она знала, что Тжи живет там. Он недавно вернулся из Академии и временно устроился работать в Бао. Он не хотел трудиться на таможне вместе с отцом. Тар периодически оглядывалась, чтобы ее никто не заметил. Взрослые уже давно ушли на работу. А Тин… заранее отменила прогулку. Она должна была приступить к работе на полях только на следующей неделе. Тар подкралась к окну и заглянула внутрь. Тжи, как она и ожидала, все еще спал. Она тихо отодвинула створку и забралась в комнату. Он лежал, раскинувшись на узкой кровати. Тар долго смотрела на него, словно пытаясь запомнить каждую черточку лица. А потом нагнулась и нежно поцеловала в щеку. Он проснулся и, увидев Тар, испуганно отшатнулся.
– Что тут происходит? – спросил он, оглядываясь по сторонам и прикрываясь простыней.
– Это я, – прошептала Тар, смущенно улыбаясь.
– Да, я вижу, что это ты! – сказал Тжи. – Но что ты здесь делаешь? Как сюда попала?
– Извини, я немного не так себе это все представляла. – Тар нервно хихикнула. – Хотя а как ты еще должен был отреагировать? Но ты успокойся, все хорошо. Это всего лишь я. – Она подошла и развязала пояс своего нежно-голубого халата. Затем наклонилась и поцеловала его. Спустив рукава, Тар обнажила белую нежную кожу плеч. Тжи, ошеломленный, неуклюже отвечал на ее поцелуи, но остановил ее руку, когда та потянулась к простыне.
– Тебе не нравится? – невинно спросила Тар. – Нам говорили, что это очень приятно.
– Нет, что ты, мне все нравится, – пробормотал Тжи, краснея. – Просто, Тар, что ты делаешь?
Она внимательно посмотрела в его глаза. Ее дыхание было неровным, алые губы припухли.
– А на что это похоже? – спросила она, прищурившись.
Тжи смущенно отодвинулся. Тар заметила, как он старательно прикрывает свою возбужденную плоть.
– Тжи… ты… – Тар зажала рукой рот. – У тебя еще не было женщины?
– Что?
– Да? Ой, как неловко, – сказала Тар. – Я пришла… думала, ты мне поможешь, а тут тебе помогать надо. Ну и дела! – Она посмотрела на Тжи с улыбкой. – А ты ничего даже. А вдруг у тебя не получится?
– Что? Почему не получится? – Тжи покраснел до кончиков ушей. Тар едва сдерживала смех.
– Ты что, пришла сюда лишиться девственности? – спросил он тихо.
Тар удивленно посмотрела на него.
– А на что еще это похоже? – спросила она. – Не цветы же я поливать сюда пришла! – Тар расстегнула халат, обнажив грудь. Тжи, видимо, смирившись с нелепостью ситуации, посмотрел на нее.
– Глупо, глупо! – произнесла Тар и закрыла лицо руками. – Какая же я дура! – Она заплакала. – Это мой единственный шанс сделать что-то, что я могу контролировать! С рождения я обречена была стать Смешанной! Я все приняла, научилась жить с этим, смирилась даже с тем, что мне предстоит ублажать мужчин. Но хотела сама выбрать того, с кем стану женщиной. И выбрала тебя, понимаешь? Ты мой лучший друг. Я думала, ты мне не откажешь. Ведь это как просьба, как сделка. А я просто дура!
Тжи опустился перед ней на колени и, взяв ее руки в свои, прижал их к губам.
– Ты мне поможешь? – прошептала Тар, глядя на него сквозь слезы. – Ты ведь сделаешь это? Да?
– Ну, я же сейчас не цветы поливаю, – улыбнулся Тжи. Он поцеловал ее кисти, затем сгиб локтя. Тар вздрогнула. По ее телу пробежали мурашки. Но она не отстранилась, позволила ему прикасаться к себе, целовать. Его руки были неопытными, но нежными и сильными. Он словно изучал ее тело, задерживаясь там, где она дрожала сильнее. Все было совсем не так, как она представляла, не так, как их учили в школе. Это было настоящее, неподдельное счастье. Когда Тжи коснулся ее бедер, Тар улыбнулась.
– А ты не так прост, как кажешься, Тжи.
– Меня вечно все недооценивают, – ответил он и, наклонившись, слегка укусил ее нежную кожу.
– Я… я всегда знала, какой ты. И никогда не недооценивала… – прошептала Тар и закрыла глаза. Она застонала от наслаждения.
Для Тар было странно, что они не говорили о Тин. Ведь она всегда была между ними. Даже их дружба строилась вокруг Тин, ядра, а они были словно спутники.
«А что, если я смогу заполучить его? Сделаю его самым счастливым. И сама буду счастлива, несмотря ни на что», – думала Тар, мечтая о будущем с Тжи. Но ее мечты разбились вдребезги в тот вечер, когда она спустилась на первый этаж Бао и увидела, как Тжи целует Тин. Ее сердце рухнуло и разбилось, ноги стали ватными, а в голове наступила мертвая тишина. И в этой тишине она вдруг вспомнила рассказ учительницы о кораблях в провинции Бэй. Ей так захотелось увидеть их, доплыть до них и навсегда покинуть эту проклятую Долину! Слезы жгли ей глаза.
Тар отвернулась и, ничего не сказав, убежала на второй этаж, где ее ждал клиент.
– А мы можем сегодня поехать и посмотреть вашу провинцию, господин? – спросила Тар и склонилась.
Бадор осушил стакан с вином и поставил его на стол.
– А что ты готова дать взамен?
Тар закусила губу до боли.
– Себя, – произнесла она.
Бадор улыбнулся. И Тар вдруг показалось, что это не улыбка, а оскал – хищный, жестокий. Она впервые почувствовала настоящий, животный страх. Страх перед тем, что ее ждет. И перед тем, кем она сама может стать.