Дэниел почувствовал, что смерть была рядом, когда падал с лошади. Лежа на земле, он видел испуганные лица левого и правого, чувствовал, как кто-то подхватывает его и оттаскивает в сторону, зовет лекаря. А одновременно видел другую картинку, другое время.
Провинция Джан, академия. Дэниел никого не подпускал к себе и уверенно толкался локтями с лучшими на курсе. Он помнил, что самое главное испытание его жизни впереди и заводить друзей для него опасно.
В напарники ему поставили парня из низшей провинции, и Дэниел, как и все, поморщился. Хоть он и понимал, что разница в происхождении создана Столетним, но привычки остаются с тобой надолго.
Им предстояло работать в паре и попытаться сорвать флаг с забора, что отделял их провинцию от пустых земель.
– Ну, какой план, красавчик? – произнес его напарник хмуро и, как показалось Дэниелу, даже сплюнул на землю.
– Плана нет, я не работаю в команде, – отрезал Дэниел, даже не посмотрев на напарника, который был намного ниже его ростом, да и явно полноват, а значит, неповоротлив и медлителен.
– Понятно, – хрипло произнес тот, а затем развернулся и ударил ребром ладони Дэниела под дых.
Тот согнулся пополам, он никак не ожидал удара, оттого не смог его блокировать. С сипом воздух вылетел наружу.
– Ты с ума сошел, чокнутый? – рявкнул Дэниел.
Но напарник уже убежал вперед и, развернувшись, показал ему, как ребенок, язык и оттянул нижнее веко левого глаза.
– Я нет, лично у меня в планах сорвать этот флаг раньше тебя!
– Ты рехнулся, мы же в команде, мы не соревнуемся друг с другом! – Дэниел вглядывался в круглое лицо паренька, в его небольшие, но яркие темные глаза.
– Раз ты не со мной в команде, значит, ты мой противник! И я Тев. – Парень стукнул себя в грудь кулаком. – Обыграю тебя, смазливого придурка из Джун, раз ты нос от меня воротишь. Глотай землю у моих ног! – прокричал он и побежал вперед. Дэниел раскрыл рот от удивления, потом представил, как отмутузит этого засранца, расхохотался и побежал следом.
– Слева, придурок! – крикнул Дэниел, когда увидел приближающуюся пару противников.
– И-яй! – крикнул парень и, подпрыгнув, нанес удар одному из них. Тот покосился и упал, второй в ужасе закрыл голову рукой, сдаваясь.
– Ну, как объедки тебе, пес? – проорал парень и вновь убежал.
– Вот гаденыш, – подумал Дэниел, но улыбка не сходила с его лица. Впервые за все годы после расставания с Дороти в груди у него что-то шевельнулось и заставило искренне смеяться.
У забора их настигли еще две команды, и Дэниел довольно прокричал:
– Тебе помочь, придурок?
– От придурка слышу! – прокричал Тев и, уворачиваясь от удара сверху, сделал подсечку, сбив с ног ближайшего противника.
Дэниел смотрел на него и видел, что парень-то хорош, даже очень. Но против четверых ему не выстоять, и он видел, как его схватили за руки и начали бить в живот.
– Э, может, пом…ожешь? – в перерывах между ударами прокричал он.
– Не думаю, кажется, ты справляешься, – ответил Дэниел хохоча, но все же подошел, и при виде него противники покачали головами. Дэниел был лучшим на курсе, и не знали его лишь такие придурки, как Тев.
Дэниел раскидал их в два счета, и вот они уже вместе лезут на забор. Тев, на удивление, был очень юрким, и Дэниел заметил, что он обходит его. Тев забрался на вершину забора и встал перед флагом.
– Ну, срывай, ты чего?! – крикнул Дэниел снизу, нащупывая выступ рукой. Нога соскользнула, и он повис на руках, ища опору.
– Давай, а то я упаду!
Тев замешкался, протянув руку к флагу, а потом развернулся и, расставив широко ноги, упер руки в бока.
– Знаешь, все-таки я решил быть с тобой в команде, так что пока ты не залезешь, я не сорву этот флаг.
– Ты идиот, точно! – ответил Дэниел, все еще не находя опору. – Сзади! – крикнул он, когда заметил, как с другой стороны забрался парень из другой команды. – Срывай этот дебильный флаг!
Тев качнул головой и, вместо того чтобы потянуться к флагу, отступил, уступая его противнику, который удивленно хлопал глазами, вытаращившись на идиота из Тэнси.
Тев же подошел к краю, лег на живот на каменном заборе и протянул руку к Дэниелу.
– Иногда, чтобы выиграть, надо проиграть. Думаю, дружба с таким придурком, как ты, стоит того, чтобы отдать этот флаг, – сказал Тев.
Дэниел не раздумывал ни мгновения и сжал его руку. Так Дэниел и Тев стали лучшими друзьями, и спустя годы и расстояния их сковывала еще и великая тайна. В тот вечер, когда Тев предпочел помочь Дэниелу, они сидели вечером на том же заборе, попивая сакэ. Дэниел был пьян, но все же проговорил:
– Тев, возможно, однажды мне понадобится от тебя услуга. Но прежде я должен сказать, что мне суждено стать Главным Следователем Долины.
Тев выплюнул сакэ и расхохотался.
– А ты не самый скромный, как я посмотрю!
Но вид серьезного Дэниела заставил Тева убрать с лица улыбку.
– Я клянусь, что это правда.
– Хорошо, давай так, если ты действительно говоришь правду и станешь Главным Следователем Долины, то, когда бы и о чем бы ты ни попросил, я помогу тебе. Но если ты брешешь, мой пьяный друг, то, похоже, у тебя есть предпосылки стать отменным пьянчугой.
Дэниел ухмыльнулся, но протянул руку.
– Это правда, к сожалению, мне довелось узнать то, что я поведаю тебе. Я скажу еще кое-что, и если это сбудется, тогда ты, как сегодня, будешь готов помочь мне невзирая на угрозу своей жизни, сможешь?
Тев хлопал глазами, фокусируя взгляд на лице Дэниела, и сурово кивнул.
Тот выдохнул и произнес:
– Провинция Тидов будет уничтожена. За один день она сгорит дотла, и только я буду знать, что там произошло. Когда это случится, я поведаю эту тайну тебе.
Тев должен был расхохотаться или заткнуть уши, настолько чудовищно прозвучало то, что произнес Дэниел. Но ему никогда прежде не доводилось видеть человека с таким обреченным взглядом.
– Я буду с ужасом ждать того дня, если все, что ты говоришь, произойдет, – сказал Тев и коснулся плеча Дэниела. Показалось ему или нет, но у приятеля полегчало на душе, и он улыбнувшись посмотрел в звездное небо.
Толчок, нещадно болит в области груди. Дэниел ненадолго открыл глаза, и до него донесся крик Тева.
Он хотел сказать: «Не трогайте его, так надо, он ни в чем не виноват», – но над ним снова сомкнулась тьма. Его куда-то понесли. Он повернул голову и увидел рядом лицо Таша, все в крови. Неужели он, раненный, вызвался сопровождать его? Дэниел попытался разглядеть его глаза, но только сейчас заметил, что на левом глазу у него повязка.
– П-подойди, – сквозь дикую боль произнес Дэниел, но понял, что Таш услышал.
Его опустили в каком-то доме на пол, в спине разрасталась жгучая боль. Дэниел попытался рассмотреть хоть что-то, но все было смазано. Когда в следующий раз приоткрыл глаза и повернул голову, он понял, что не один и рядом на полу лежат еще раненые, а промеж них ходит человек.
– Т-таш, – произнес Дэниел, надеясь, что его услышат, и вновь закрыл глаза.
Следующее пробуждение отличалось от предыдущих, жар пронизывал каждую клетку его тела, а озноб заставлял трястись челюсть.
– Он выживет? – послышался обеспокоенный голос.
– Нет, – ответил ему кто-то.
– Т-таш? – вновь попытался позвать Дэниел и с облегчением увидел перевязанное лицо молодого человека.
– Я здесь, Главный Следователь, – слишком быстро произнес парень. – Я… мы… мы схватили нападавшего. Мятеж тоже подавлен, вчера к нам прибыла подмога из Джун и Бэй. Мы восстановили порядок.
– Молодец. – Слова резали горло, но Дэниел не хотел, чтобы он уходил.
– Это был Тев, он стрелял в вас из этого нового оружия, никто из них не говорит, откуда оно, либо действительно не знают. Главный, вы держитесь!
– Я умираю. Так должно было случиться.
Таш непонимающе уставился на него, протестуя, но Главный качнул головой и попытался двинуться, однако боль в висках заставила его застонать.
– Воды… – попросил он, и к губам тут же приставили низкую чашу. – Спасибо. Мы… одни? – Дэниел не мог подняться, но понимал, что времени не остается и ему дарован шанс поговорить с Ташем перед смертью.
– Тут только левый… то есть ваша охрана.
– Отошли их, – сказал Дэниел и закрыл глаза, прислушиваясь к звукам.
Когда Таш отослал охрану, он вновь вернулся.
– Ты должен устроить казнь. И убить всех, кто причастен.
– Что? Убить, но разве не каторга, мы ведь не можем…
– Слушай меня внимательно, Таш. Ты должен показать Столетнему свою преданность. И уничтожить восстание на корню. Потом ты возглавишь поход в Шун, а после в Чжан, где вычистишь всех до последнего, слышишь меня?
Таш смотрел не мигая, второй глаз был закрыт повязкой, и Дэниелу оставалось лишь гадать, что за рана могла там скрываться.
– Помнишь, я спросил тебя про брата и дядю? – Дэниел взял передышку и вновь попросил воды.
Таш кивнул, отведя взгляд.
– Они предатели.
Дэниел улыбнулся, но ничего не сказал.
– Потом Столетний призовет тебя во дворец. И ты возьмешь с собой нового Оракула. Во дворце Альбард передаст вам последнее письмо от Дороти.
– От кого? – спросил Таш, и его бровь с сомнением опустилась.
Дэниел горько улыбнулся, сожалея, что не может рассказать ему сейчас. Иначе он не поймет, почему важно сделать то, что он должен сделать.
Дэниел почувствовал, как в груди что-то сильно забилось, и он вскрикнул, отчего высокий мужчина вновь вбежал в комнату, но Дэниел мотнул головой и, стиснув зубы, прорычал:
– Не тронь!
Таш удивленно смотрел на лекаря, но не мог противиться приказу.
– Ты, слушай, будешь свидетелем. Я, Главный Следователь Долины Дэниел, прибегаю к праву последнего голоса и вручаю свой пост временному заместителю Главы Дома Следствия Ташу. Отныне он заменяет меня до официального голосования. Услышал?
Лекарь закивал, крикнув, чтобы в комнату вошла охрана, и, повторив все слово в слово, попросил подтвердить, правильно ли все услышал. Дэниел с трудом кивнул. Левый и правый переглянусь в удивлении, но, посмотрев на Таша, поклонились ему и прижали к груди кулаки.
– Вы уверены, Главный, ведь я ничего не сделал, чтобы помешать этому?
Дэниел посмотрел на Таша, и отчего-то ему показалось, что в его лице он увидел гордость или тщеславие. А потом понял, что та часть лица, что скрывалась за маской, словно была добрее, а эта слишком острая, резкая, и глаз смотрит прямо, не мигая. Но Дэниел увидел в этом глазу то, что заставило его в ужасе открыть рот. Зрачок у Таша был перевернут. Магия пробудилась в нем.
– Помни, что сила – это самый худший враг, – вымолвил Дэниел и закрыл глаза.
Он слышал, как вокруг сновал лекарь, чувствовал, как он давил на грудь, пытался что-то влить ему в глотку, но Дэниел уже был не здесь. Он был в провинции Тидов, привязанный к виселице, готовый умереть. Глава Дома Тидов не хотел убивать Дэниела, но знал, что тот пес Столетнего. А псы всегда верны хозяевам.
Дэниел висел, ощущая, как веревка впивается в шею. Позорная смерть для Долины. Отсечение головы мечом было бы благословением. Дэниел сказал, что может подавить восстание, но ошибся, и их взяли в плен. Однако Дэниел знал, что так будет, он лишь со страхом ожидал грядущего. И оно наступило.
Ветер вздымался вокруг, опрокидывая людей, крыши домов. Глава Дома Тидов в ужасе посмотрел куда-то вдаль, на небо, и побежал. За ним бросились все. Крики, плач. Дэниел знал, что их ничто не спасет. Ведь Столетний явился вершить кару. Вихри воздуха сбили конструкцию, и Дэниел повалился вместе с петлей, которую снять не мог, но и умереть ему больше не грозило.
Огромная тень закрыла солнце, а после гигантское чудовище из сказок, медленно выпустив когти, село на землю и зарычало. Чешуя на солнце отливала золотом и била в глаза. Чудовище повернуло длинную шею и посмотрело в глаза Главному Следователю Долины. Дэниел был готов поклясться, что дракон смеялся в этот момент, ощерившись. Столетний взревел и спалил все пред собой. Сгорая, люди превращались в черные угли, которые рассыпались в то же мгновение.
Дэниел был обречен смотреть, как провинция Тидов умирает в огне. Это и было первым видением Дороти. Он закрыл глаза и поклялся себе, что сделает все, чтобы это чудовище сдохло. Но магия Столетнего не умрет, она переродится в его сыне, и кто знает, будет ли это спасением или же погибелью всей Долины.
Дэниел умер, ответа на этот вопрос он так никогда и не узнает.