— Дорогие мои, — спокойно сказал Император, — приветствую вас! Скажу как есть — господин Новак получил серьёзную травму, но поводов для беспокойства нет. Им уже занимается мой брат — князь Эдуард Петрович Романов, наш блистательный Абсолют!

Государь сделал паузу, и трибуны взорвались аплодисментами.

— Так случается, — сказал он, дождавшись, пока шум стихнет, — что молодые, сильные одарённые калечат друг друга на дуэлях. Но, как я сказал ранее, господина Новака мы поставим на ноги уже к вечеру. Господин Булатов признан победителем в этой дуэли. Он вернётся в строй в течение часа. А теперь прошу меня простить — дела государственной важности.

Император коротко поклонился и спешно зашагал к выходу. Стадион проводил Романова аплодисментами. На трибуну вышел распорядитель и прочистил горло, призывая к порядку.

— Ввиду непредвиденных обстоятельств на предыдущей дуэли, — сухо произнёс он, — объявляется двухчасовой перерыв. Участникам и сопровождающим просьба пройти в обеденный зал. Зрители могут воспользоваться услугами нашего буфета по сниженным ценам. Приносим свои извинения за эту ситуацию.

— Ну наконец-то! — довольно потёр руками Бочаров. — Нормально пожрём!

— Тебя Ложкин не кусал, случайно? — рассмеялся я. — Больно много ты сегодня о еде болтаешь…

— Сегодня — точно нет, — уверенно ответил Кирилл. — Но вот в прошлые дни…

— Иди уже, — пихнул я приятеля боком, — проход почём зря занимаешь.

Говорил я это беззлобно, с лёгким подколом, да и Бочаров был не против подобного общения, оно давало небольшую разрядку, которая так нужна была в этой всей кутерьме.

— А вот сам, как думаешь, — спросил меня Кирилл по дороге к обеденному залу, — если бы не князь, выжил бы Новак?

— Это ты мне скажи, — усмехнулся я. — Я же не в курсе, как у вас, физиков, всё работает. Выглядел он… неважно, насколько я мог разглядеть.

— Мне кажется, что среди гостей я князя не видел… — задумчиво произнёс Бочаров.

— Хочешь сказать, ситуация была настолько серьёзной, что его дёрнули сюда телепортом? — прищурился я, открывая дверь перед собеседником. — Проскакивай.

— Ага, спасибо, — парень кивнул и спешно прошмыгнул внутрь. — А что до князя… Да кто его знает, — пожал он плечами. — Мутное дело, но ясно одно. Раз уж привлекли Абсолюта, вломил ему Булатов так, что мама не горюй… Так что ты это. Поосторожнее с ним, ладно? Или, хочешь, я тебя подменю?

— Не нужно, — я похлопал приятеля по плечу. — Спасибо. Я справлюсь, да так, что у тебя, да какой там, у всего стадиона челюсть к полу прилипнет!

— Прям-таки к полу? — скептически посмотрел на меня Бочаров. — Теперь жду не дождусь… Ты только это… В общем, ладно. Не маленький, справишься.

— Спасибо за доверие, — улыбнулся я. — Смотри, вон Дугин с ребятами. Нас ждут?

— Ян! — пискнула на весь коридор Лиза и бросилась к нам. — Кирилл! Ну каковы красавцы! Что один, что второй! Так я вами горжусь!

— Ну всё, всё, — я аккуратно освободился от цепких объятий Громовой. — Красавцам нужно подкрепиться.

— Рано их нахваливать, — показательно сурово сказал Дугин. — Пусть сначала турнир выиграют. Не передумали? Бронин пойдёт?

— Так точно, Иван Сергеевич! — бодро отчеканил я. — За победой.

— Осторожнее, — покачал головой наставник. — Булатов — серьёзный противник. Даже несмотря на исход предыдущего боя, к вашему он будет готов. Действуй быстро и не вздумай подпустить его к себе.

— Есть у меня на этот счёт пара идей, — усмехнулся я. — Не переживайте, всё под контролем.

— Ну… — скептически протянул мужик, — Ладно. Группа, строимся и заходим!

Несмотря на минувшие события, в обеденном зале было шумно и весело. Даже бравые поляки, чей товарищ только что не отправился к праотцам, беззаботно щебетали, активно налегая на свежие угощения. Чего уж говорить о студентах других академий — они чувствовали себя ещё лучше.

Шум десятков голосов фонил на заднем плане, пока я шёл к нашему столу. В последнем бое было странно всё. Понятное дело — у Булатова с Новаком были родовые тёрки. Но чтоб настолько? Они же дрались в полную силу, чуть не прибили друг друга.

Последний удар был такой силы, что воздух вокруг будто колыхнулся. Это ещё раз доказывает, что с Булатовым нельзя играть. Или я прихлопну его раньше, чем он до меня доберётся, или вылечу пробкой со стадиона, не успев досчитать до трёх.

Вообще, вся эта история с госпитализацией Булатова сыграла со мной злую шутку. Если выиграю я, многие скажут, что победа была нечестной, мол, Макс был ранен в предыдущем бою. Если выиграет он, будут судачить, что я совсем слабак, раз раненного завалить не смог.

В общем, ситуация патовая. Одно хорошо — меня всё ещё не особо волновало чужое мнение. Сегодня посудачат, а завтра никто уже и не вспомнит.

Оно и не важно. Моя главная цель — победить в турнире. И я добьюсь её всеми возможными средствами. И дело тут было уже не в просьбе Распутиной, а в глазах моих соратников. Даже Бобров смотрел на меня как-то по-особенному. Быть может, с надеждой? Подвести их всех я не мог. Особенно Бочарова, уступившего мне своё место в финале.

— Чего это ты такой загадочный? — ткнул меня локтем Кирилл. — Не поел совсем.

— А… — я дрогнул, выйдя из внезапного ступора. — Не знаю, задумался.

— Ты с этим делом завязывай, — весело хрюкнул Ложкин, активно налегающий на куриную ножку. — Перед финалом надо бы хорошенько подкрепиться!

— Ага, — закатила глаза Лиза, — сейчас наестся, станет неповоротливым и сольёт поединок! Это в тебя, как в чёрную дыру всё влетает, а другим время нужно, чтоб пищу переваривать…

— Ой, загнула, — отмахнулся Антон. — Дело ваше. И вообще, не отвлекайте, я тут трапезничаю!

— Да, давайте-ка без разговорчиков, — обратился к нам Дугин. — Яну бы неплохо ещё отдохнуть перед боем.

Слова наставника подействовали как надо, и наши быстро доели, построились и отправились обратно в комнату отдыха.

«Наконец-то тишина» — подумал я, как только дверь в коридор закрылась. Устало побрёл к кровати и рухнул на неё, зарывшись лицом в подушку.

Хотелось лишь одного: поскорее выйти на арену и покончить с этим, отправившись на заслуженный отдых до завтра. Интересно, как там дела с турнирной таблицей? Цифры я помнил смутно, но по идее, если проиграю в финале, в четвёрку лучших наша команда всё равно попадёт. Вот только проигрывать я не собирался. Нет уж. Я выйду туда за победой. Только немного передохну.

— Ну нихрена себе ты храпишь, дружище, — голос Кирилла вывел меня из полудрёмы.

Я поднялся на руках и посмотрел на приятеля, едва сумев разлепить глаза.

— Извиняй, что бужу, — продолжил парень, — но осталось полчаса, а у тебя отпечаток подушки на всё лицо. Слышал, Булатов уже вернулся к своим. С ним всё в порядке, так что бой состоится.

— Господин Романов не просто так в ранге Абсолюта находится, — буркнул я, переворачиваясь на другую сторону. — Ещё пять минуток…

— Поднимайся давай! — Бочаров принялся активно меня тормошить, благо хоть сверху не запрыгнул.

— Да хорошо, хорошо! — раздражённо ляпнул я, неохотно сползая с кровати. — Такой сон снился…

— Что за сон?

— Если бы я запомнил… Но в нём точно не было тебя, Кирь.

— Я бы больше удивился, если бы я в нём был, — пожал плечами физик. — Давай, дуй в умывальник и возвращайся, будем броню на тебя натягивать. Лиза её заботливо почистила, между прочим!

— Спасибо, Лиза… — на автомате пробурчал я, едва волоча ноги к выходу.

Ледяная вода из-под крана привела меня в чувство, неплохо взбодрив. Вот это разморило после обеда… Права была Громова, не стоило так налегать на еду. Ладно. В себя вроде как пришёл. Посмотрел в зеркало — след от подушки пропал. Поспать бы ещё, конечно, но это мероприятие я запланировал на вечернее время, когда мы отпразднуем мою победу, или что там в итоге получится.

На стадионе было тише, чем обычно. Я шёл вдоль зрительских рядов, прислушиваясь к разговорам, но ничего особенного не услышал. Погода, политика и ставки на скачки. Всё изменилось, когда на трибуны вышел Булатов.

Люди понемногу оживились, многие начали хлопать, встречая победителя предыдущего боя. Макс времени даром не терял, оперативно отыграв на публику. Где-то помахал рукой, где-то улыбнулся, даже отвесил воздушный поцелуй куда-то в толпу. Ну, артист… Я усмехнулся себе под нос и присел на своё место.

— Здарова, — Булатов плюхнулся рядом со мной. — Скучал?

— Безумно, — ответил я, с увесистой щепоткой иронии. — Как там Новак?

— Жить будет, собака, — Макс нахмурился, уставившись куда-то сквозь меня.

— Ты будто не рад? — я сделал вид, что удивился.

Но на самом деле удивлён я был тем, как ситуацию замяли и не придали огласке факт умышленного причинения вреда.

— Да не особо, — как ни в чём не бывало пожал плечами Булатов. — Жалко, конечно, что не прибил гада… Но зато нам с тобой доведётся потягаться, скажи здорово?

— Я в восторге, — усмехнулся я, смотря на искренний запал парня.

— Дамы и господа… — на трибуну вышел главный распорядитель. — В финальном бою нашего сегодняшнего испытания примут участие: Ян Бронин из Петроградской академии имени Лукаса Вагнера, против… Максима Булатова из Нижегородской академии имени Филарета Вяземского! На подготовку отводится десять минут.

— И чего нам тут торчать целую вечность? — скучающе зевнул Макс. — Давай, может, пораньше выйдем?

— Не положено, — пожал я плечами. — Отдыхай, грейся на солнышке…

— Да боюсь, маку́шку припечёт! — подыграл мне парень.

Дело было в том, что после обеда небо над столицей заволокло густыми чёрными тучами и началась непроглядная грозовая метель — весьма редкое и, вероятно, красивое явление. Правда, увидеть его во всей красе не получилось из-за купола, поддерживающего свой климат внутри стадиона.

Поверхность быстро засыпало густыми снежными хлопьями, и лишь приглушённые вспышки молнии изредка просвечивались сквозь тонкий слой снега, облепившего купол.

— Пора, — серьёзно сказал Булатов, поднимаясь со своего места. — Удачи.

— Взаимно, — кивнул я, проходя следом.

Коридор, ведущий к выходу на арену, в очередной раз встретил меня своей успокаивающей прохладой. Впрочем, я и без него неплохо справлялся — сознание было чистым, ясным, а план был зазубрен до предела. Да и состоял, по сути, из одного пункта…

На арене в этот раз оказалось мрачновато. Даже факелы по периметру зажглись. Приглушённые гром и молния дополняли нарастающую драматичность грядущей битвы.

Я повернулся к трибуне своей академии, пытаясь разглядеть лица друзей. Все счастливые, прыгают, руками машут… Помахав им в ответ, двинулся дальше, на стартовую позицию. Булатов встал напротив и будто бы окаменел, ожидая отмашки.

По спине прошёлся недобрый холодок, когда я вспомнил, как закончился прошлый бой Макса. Но то был Новак. Сейчас перед ним совершенно другой противник. Противник, которого он здорово недооценил.

Стадион замер, в ожидании отмашки распорядителя. Сам он вышел на трибуну и поднял руку. В полной тишине раздался очередной раскат грома.

— Готовсь… Начали!

Артефакты, блокирующие мой источник, отключились, дав мне возможность зарядить заклинание. Пользуясь моментом, Булатов тут же рванул ко мне. Я со всех сил прыгнул в сторону, мигом оказавшись на другом конце боевой зоны. Почти готово.

Противник отреагировал незамедлительно, тут же кинувшись в мою сторону. Вот только было уже слишком поздно — он с разбега увяз в моём щите бездны, напитанном до предела. Сконцентрировав его перед собой, я выставил перед собой огромный, почти невидимый куб, в который всадил почти весь свой источник за каких-то три секунды.

Булатов застыл в воздухе посреди арены — щит радушно принял его в свои объятия и начал спешно выкачивать силу из магического источника моего оппонента. Шевельнуться он не почти не мог, будто увяз в очень густом киселе, так и таращился на меня глазами, полными непонимания.

— Сам впервые так делаю, — буднично сказал я, плавно сдвигая щит с места.

Пройдя ещё пару шагов, я рассеял заклинание, и на землю передо мной мешком рухнул Булатов. Стоит отдать ему должное — откат он победил быстро. Очнувшись, парень подскочил и даже поставил защитную стойку, но по всему раздался звук гонга.

Булатов замер на месте, а затем разочарованно опустил глаза ниже. Нас с ним разделяла красная полоса, очерчивающая границы боя, и он находился непосредственно за ней.

— Всё думал, как бы тебя не прибить ненароком, — по-доброму усмехнулся я, протягивая руку.

И это было чистой правдой. У меня было гораздо больше способов победить, не прибегая при этом к настолько рискованной тактике. Но я боялся ненароком прибить оппонента. Да, физики отлично блокируют магию, но с бездной всё сложнее.

В общем, я был просто рад тому, что всё обошлось. Ещё и облом такой сделал, все-то ждали шоу, а получилось то, что получилось.

— Ну мутант, — Макс ответил на рукопожатие, всё ещё пытаясь переварить исход боя. — Не буду спрашивать, как ты это сделал… Всё равно не скажешь ведь?

— Не скажу, — улыбнулся я во второй раз.

— Победил Ян Бронин! — голос распорядителя прервал наш диалог. — Результаты сегодняшнего состязания озвучим через десять минут. Участников прошу вернуться на трибуны своих учебных заведений!

— Ну даёшь… — снова протянул Булатов. — Не думал, что эта твоя бездна так хорошо сдерживает физиков…

— Весь источник всадил, — ответил я честно. — Пойдём, по дороге пообщаемся!

— Пойдём, коль не шутишь… — Макс по-приятельски закинул мне руку на плечо, я её тут же аккуратно убрал, но парень этого будто и не заметил. — Напугал ты меня, конечно, знатно! — продолжал он. — Сколько битв я прошёл, что с людьми, что с мутантами, такой странной стихии не видел ни разу. И знаешь, что?

Булатов остановился, серьёзно на меня посмотрев.

— Что? — задал я напрашивающийся вопрос.

— Ты себе даже не представляешь, как я рад тому, что вас таких по пальцам обеих рук можно сосчитать!

— Понимаю, — рассмеялся я. — И полностью поддерживаю. Чем нас меньше, тем лучше.

— Это уж точно… — на автомате согласился бывший соперник, но сразу осёкся и посмотрел на меня с подозрением. Благо не стал он вопросами меня осыпать, но явно что-то отметил у себя на мой счёт. И пусть.

Я был действительно рад тому, что магов бездны в нашем мире было не так уж много. Чем их больше, тем больше шанс того, что могущественной стихией завладеет человек, преследующий не самые добропорядочные цели.

Да и исторические примеры это наглядно подтверждали — уже были задокументированы случаи целой охоты на взбунтовавшихся магов бездны. Собирали целый рейд из сильнейших магов и шли штурмом на дворцы.

Теряли уйму людей, лишь бы остановить одного-единственного противника. Нет уж. У меня на эту жизнь совсем другие планы, и геноцид в них явно не входит.

Распрощавшись с Булатовым, я вернулся к своим. Всё стандартно — поздравления, рукопожатия, Лиза снова просочилась, одарив меня поцелуем в щёку. В этот момент я отчётливо почувствовал, как у меня в голове что-то свербит. Ангелина пришла? Вроде не видно…

— Время оглашения результатов состязания! — громко объявил распорядитель, заняв свою трибуну.

Если отбросить формальности и перечисление полного названия каждой из участвующих академий, выходило так: мы заняли первое место, выиграв пять поединков, один из которых был победным, а, соответственно, давал пять очков вместо двух. Итого плюс тринадцать очков. Второе место занял Нижний Новгород — Булатов выиграл два раунда, принеся своей команде четыре очка. Варшава, Казань и Иркутск получили по два балла, и один только Тифлис не выиграл ни одного боя.

Вот только общая картина за два дня отличалась: Иркутск с Тифлисом разделили первое место, набрав в общей сложности по 40 очков. Мы шли сразу за ними со своими 39 баллами, четвёртое же место занял Нижний Новгород, набрав 36.

Сегодня последний раз выступали ребята из Казани и польские бравые воины. Они набрали 29 и 27 баллов, соответственно, после чего покинули турнир.

Потом были пара часов отдыха, которые я заслуженно проспал в дальнем закутке нашей гостиной и проснулся только тогда, когда меня растолкали перед походом на ужин.

До вечера Император так и не вернулся, так что торжественную речь, закрывающую второй день турнира, взял на себя главный распорядитель.

Не знаю, как у них это получилось, но речь получилась нудной, неинформативной и, попросту говоря, бестолковой, отчего публике это быстро наскучило. Благо распорядитель хорошо считывал настроение слушателей и поспешил закончить речь досрочно, прямым текстом сообщив нам, что избавляет нас от выслушивания этого бреда.

Столь резкое высказывание со стороны монотонного старика пришлось как раз впору — остаток приёма зал провёл в хорошем настроении, перед этим разразившись хохотом и бурными аплодисментами.

По возвращении в нашу обитель, мы с остальными студентами нашей академии немного отпраздновали, вскрыв малую часть личных запасов вина княжны Громовой, любезно предоставившей нам несколько бутылок отменного напитка.

Когда всё поутихло, я снова завалился на кровать и потянулся с довольным стоном. Мне нравилось, как закончился этот день, но я не забывал, на следующий день нас ждало очередное, быть может, самое сложное испытание.

И совсем скоро мне доведётся это выяснить.