Распорядитель вышел на постамент и прокашлялся, ожидая, пока трибуны стихнут в ожидании его речи.

— Перед началом второго тура оглашаются результаты первого… — сухо, с ноткой канцеляризма, сказал он, и принялся оглашать результаты.

Так как из нашей академии победителя было сразу два, мы заняли первое место в туре, набрав четыре дополнительных балла. Остальные команды набрали по два очка, за исключением Тифлиса — этим ребятам не повезло проиграть в обоих боях.

Оно и немудрено: у первого южного претендента противником был я, а у второго — Булатов. Короче, ребятам просто не повезло ещё на этапе жребьёвки.

Отдельной хорошей новостью стало то, что распорядитель доложил: все претенденты, пострадавшие в ходе первого тура, стабильны, и их жизни ничего не угрожает. Скоро они будут на ногах и составят компанию своим соратникам уже к ужину.

Я выдохнул с облегчением. Мало того что с Джубой всё будет хорошо, так ещё и мы, наконец, начали сокращать разрыв. До победы, конечно, было ещё ой как далеко, но начало было положено. Бочаров тоже выглядел воодушевлённым, правда, ровно до того момента, как объявили следующих претендентов.

— В следующем бою выступают: Ян Бронин из Петроградской академии имени Лукаса Вагнера, против… Константина Мельникова из Иркутской духовно-аскетической академии Восточного округа! — произнёс распорядитель, откладывая список обратно на кафедру. — На подготовку даётся десять минут.

— Этот Мельников… — Бочаров шепнул мне на ухо, легонько кивнув в сторону монаха, — с ним что-то не так. В предыдущей схватке он вёл себя странно. Держи руку на пульсе и не подпускай его слишком близко.

— Да он в полтора раза быстрее меня, — прошипел я в ответ, — как тут не подпустишь-то… Но ты прав. С ним явно что-то не в порядке.

— О чём шепчетесь, парни? — к нам подсел Булатов, дружелюбно скалящийся во все тридцать два. — Везёт тебе, Бронин! Видать, не придётся нам с тобой драться. Этот лысый тебя раскатает…

— Как знать, — пожал я плечами. — Быть может, у меня и для него найдётся пара сюрпризов.

— Ну, — хмыкнул Макс, — в таком случае буду ждать кого-то из вас в финале!

— Ты главное сам туда попади, — усмехнулся Бочаров, убирая руку Булатова со своего плеча. — А там уж посмотрим, кто кого.

— Пора бы мне на бой выходить, — я поднялся на ноги, разминая спину. — До встречи, парни.

— Ага, ни пуха, — хором ответили Булатов с Бочаровым. Кирилл добавил вдогонку:

— Ты там поосторожнее!

Я обернулся, ловко козырнул и поспешил ко входу на арену. Интересный этот Булатов, всё же, персонаж… То язвит, то подбадривает. Не справляется с образом плохого парня, или, наоборот, пытается натянуть личину дружелюбного? Кто его знает. Сейчас меня волновал мой соперник.

Совершенно точно было видно, что иркутские монахи… странные. Но вот градус этой странности оценить было сложно. Впрочем, поведение Мельникова на прошлом поединке давало понять одно: его определённо не стоит подпускать к себе на близкое расстояние. А значит, пришло время выдвинуть массивный аргумент в пользу увеличения дистанции…

Прохладный коридор, ведущий к выходу на арену, слегка бодрил, приводя в чувство. Настраивал на нужный лад, выгоняя из головы всякую ненужную дребедень. Сложно сказать, было это следствием какого-нибудь мудрёного артефакта, или всё проще, и сама атмосфера давала тебе нужное настроение.

Как только я вышел на арену, прозвучали многочисленные овации. Взгляд тут же зацепился за трибуну нашей академии, где вовсю размахивали руками Лиза с Антоном. В этот раз реакция зрителя была гораздо более бурной. Ещё бы — маг победил физика на дуэли, так ещё и среди первокурсников.

Бьюсь об заклад, если здесь есть подобие тотализатора, самые азартные игроки уже поставили на мою победу. В таком случае постараюсь их не разочаровать. Я мысленно усмехнулся, настроение улучшилось.

Из двери напротив, с небольшим запозданием, показался бритоголовый противник. Он шёл прямо, не оглядываясь по сторонам, а лицо его не выдавало ни одной эмоции. Взгляд казался отрешённым, будто он и вовсе был где-то там, в другом мире. Похоже, и вправду монахи перед боем читали про себя какие-то мантры, медитируя прямо на ходу. Или им было просто плевать на то, что будет дальше, кто знает?

Так или иначе, я и он добрались до стартовых позиций. Мельников смотрел на меня не мигая. В этом равнодушном взгляде не было ни злобы, ни боевого азарта. Даже странно… Как предыдущий его соперник умудрился вывести физика из себя?

— Готовсь… Начали!

Я тут же сложил руки, призывая в них свой коронный двуручник. С повышением уровня он заметно увеличился в размерах и теперь был вдвое выше меня самого. С учётом того, что он не весил вообще ничего и не обладал инерцией, я мог вертеть им, как зубочисткой. Напитав орудие до предела, я первым шагнул навстречу оторопевшему физику.

Мельников быстро среагировал: вокруг него появилась лёгкая дымка — активировал защитный покров физика, значит… Посмотрим, выдержит ли он мои удары.

Я рванул вперёд, делая широкий замах своим орудием и, не доходя пяти метров, резко вывернулся, атаковав с другой стороны. Меч выглядел неподъёмным и ожидать такого финта с моей стороны противник не мог, тем не менее, предельная концентрация Мельникова сыграла ему на руку — парень эффектно увернулся, кувыркнувшись в воздухе, и тут же пустился в контратаку.

Это его не спасло — следующая, почти молниеносная атака моего магического двуручника, пришлась ему в бок. Старался бить плашмя, чтобы увеличить площадь удара. Такой бандурой и разрубить ведь можно…

Но обошлось! Противник не проронил и звука, но скривился лицом и тут же отпрыгнул в сторону, и встал в защитную стойку, закрыв корпус локтями. И это стало его главной ошибкой. Я прокрутил меч, легко проходящий сквозь каменную поверхность пола арены, и выставил его вбок, призывно разведя руки в стороны.

Провокация была скорее для зрителей — Мельников и не думал на неё вестись. Он передвигался плавно, смещаясь влево, как кобра, выжидающая момент для удачного броска. Выдержке соперника оставалось лишь позавидовать — он откровенно отставал, но при этом даже не думал паниковать, совершая глупости.

Но… Как говорится, кто не рискует, тот не проходит в финал. Я переложил меч в одну руку, полностью окутав себя в щит бездны. Он не спасёт от удара физика, но смягчит его уж точно.

Будто что-то почувствовав, соперник напрягся, но сделать уже ничего не мог — я взял разбег и нёсся прямо на него. Замах — удар. Меч прошёл насквозь, не причинив видимого вреда Мельникову. Вот только я почувствовал заметный прилив сил, а это значило лишь одно — энергия бездны превзошла физическую и с упоением напитала ей мой источник.

Судя по растерянному лицу Константина, он это тоже почувствовал. Спустя секунду последовал ещё один удар, а за ним следующий. Я с лёгкостью орудовал своим мечом, не оставляя противнику даже шанса на то, чтобы опомниться — атаки сыпались на него со всех возможных сторон, до тех пор, пока поле вокруг парня подёрнулось рябью и исчезло, а сам он рухнул на четвереньки, а потом и вовсе расстелился по земле. Его источник ушёл в откат, лишив силы физическое тело.

Звук гонга, хлопок телепорта. Растерянный распорядитель, явно не ожидавший такого исхода, вышел к кафедре и объявил:

— Проигравший претендент эвакуирован для оказания первой помощи… Победил Ян Бронин!

На этот раз зрители разразились настолько бурными аплодисментами, что, казалось, затмили даже те, что звучали после приветственной речи Императора. Я отозвал свой меч и приветливо помахал своей группе поддержки в лице Лизы и компании, после чего направился к выходу с арены.

Я был очень доволен таким исходом — показав всего одну технику, я смог победить в этом бою. Осталось лишь победить Булатова. В том, что мне придётся биться с ним в финале, я не сомневался ни на йоту. Слишком уж велик был его разрыв в силе с другими кандидатами.

— Следующие претенденты: Кирилл Бочаров из Петроградской академии имени Лукаса Вагнера против…

Я на мгновенье остановился, не дойдя до выхода с арены, и замер, в ожидании оглашения соперника Бочарова. Если так выйдет, что против него поставят Булатова — дело дрянь… Распорядитель запнулся, спешно высматривая что-то в своей папке. Вскоре он прищурился, пожал плечами и продолжил:

— Против Ильи Тихонова из Казанской академии имени Алексея Баратынского! На подготовку десять минут.

Я облегчённо выдохнул. Тихонов, конечно, был весьма сложным соперником, но всяко проще, чем Булатов. Повезло. Значит, в финале мы встретимся с Максом один на один. Я дошёл до двери, ведущей внутрь, и ещё раз оглянулся на трибуну участников. Булатов сидел расслабленно, методично что-то втирая Бочарову, который к тому моменту был явно рад тому, что, наконец, свалит от нового приятеля, пусть даже и на арену.

К тому моменту, как я подошёл к нашим местам, Кирилл уже собрался уходить.

— Покажи ему, — я похлопал соратника по плечу. — Мы почти в финале.

— Уж не знаю, — прошептал Бочаров, наклонившись ко мне, — как-то мне тревожно.

— Ты это брось. Ничего страшного не происходит. Просто иди и наваляй противнику, как ты умеешь!

— Ага, — парень отрешённо кивнул. — Так и сделаю…

Я застыл на месте, провожая взглядом удаляющегося в сторону арены друга.

— Чего ты ему наплёл? — я пристально посмотрел на Булатова. — Хочешь сказать, не от твоих речей он потерял настрой?

— С чего бы мне таким заниматься? — фыркнул Макс. — Я, конечно, потрепаться любитель, но побеждать привык честно.

— Так о чём рассказывал?

— Да про жену, детишек… — недоумевающе пожал плечами физик. — Про имение родное. Кто его знает, чего это он решил взгрустнуть?

Я хмыкнул в ответ, не сводя глаз с выхода на арену. Быть может, у Бочарова проблемы дома, или с роднёй? Мы, конечно, не настолько близки, да и мне хватает забот, но… Будто бы стоило хотя бы поинтересоваться, что происходит. Раньше я его не видел в таком состоянии.

— Готовность минута! — объявил распорядитель, как только участники появились на поле и направились к стартовым позициям.

Видимо, прохлада коридора не одного меня приводила в чувство — Бочаров выглядел посвежее. Лиза, как бессменный лидер фан-клуба нашей академии, уже вовсю заводила кричалки на той стороне стадиона.

Противники остановились на позициях. Тихонов едва заметно кивнул. Бочаров сделал то же самое. Ещё с половину минуты они молча стояли, наращивая напряжение среди зрителей.

— Готовсь… Начали!

Оба претендента сорвались с места и уже через секунду встретились в центре арены. Скорость была сумасшедшей! Бой был рукопашным, но крайне насыщенным на события — физики своё дело знали и лупили друг друга от души, быстро и чётко.

Спустя время, оба парня подсдулись, толком не нанеся друг другу урона, и первоначальные серии лёгких ударов сменились более редкими, тяжёлыми. Один из таких пришёлся Бочарову в бок — парень плохо защитил корпус, и это едва не стоило ему поражения.

Чуть согнувшись, Кирилл выставил блок и спешно отступил на пару шагов назад. Противник его отпускать не желал, тут же рванув вдгонку. Кирилл сделал один точный, едва видимый выпад, и Тихонов резко подлетел над землёй, раскинув конечности в сторону, после чего рухнул спиной на пол.

Звук гонга, телепорт, стадион взревел с новой силой.

— Поражённый претендент эвакуирован для оказания первой помощи. — Голос распорядителя в этот раз был крайне оживлённым, будто он наконец-то очнулся от полудрёмы и начал делать свою работу с душой. — Победил Кирилл Бочаров! Прекрасная, чистая победа меж двух равных противников!

Я озадаченно посмотрел на распорядителя. Не припомнилось мне, чтоб он хоть кого-то хвалил, а тут ещё и так красочно…

Кирилл постоял немного в центре арены, отвесил поклон в сторону трибуны нашей академии и спешно направился к выходу. Выражение его лица было довольно сложно разобрать, но мне показалось, что хандра его покинула. И вправду, хороший бой помогает отвлечься от мирского. Ну, или крепкий тычок в ребро. Кто его знает.

— Последняя пара претендентов: Янек Новак из Варшавской академии имени Станислава Домбровского, против Максима Булатова из Нижегородской академии имени Филарета Вяземского! На подготовку десять минут!

— Вот сейчас я этому выскочке задам, — шепнул мне Булатов. — Ох, он у меня попляшет…

— С чего такая враждебность? — удивился я.

— Наши семьи, мягко говоря, друг друга не любят, — буднично пожал плечами Макс. — Но у меня с этим олухом личные счёты.

Булатов поднялся на ноги, кинув косой взгляд на поляка, который пока не торопился выходить на арену.

— Бывай, Ян Бронин. — громко произнёс Макс. — До встречи в финале!

Уверен, он сделал это специально, чтобы подколоть Новака. Поляк на это никак не отреагировал, лишь смерил задиру незаинтересованным взглядом, встал и неторопливо побрёл вслед за будущим соперником.

Перерыв пролетел незаметно — ко мне вернулся Бочаров, вновь свежий, будто и не впадал в меланхолию буквально несколько минут назад.

— Видал, как я его вырубил? — довольно оскалился соратник.

— Не то слово, дружище, — я впечатлённо покивал. — Отличный бой вышел. Ты как, в порядке?

— А чего мне будет, — Кирилл буквально светился от гордости. — После удара Тихонова даже синяка не останется… Кстати, а почему мы с тобой вдвоём тут сидим?

— Так это, — удивился я наблюдению напарника. — Кончились же претенденты — последние два на арену вон вышли… После этого боя будет финал.

— Ну что, орлы, отдыхаете? — к нам подошёл Дугин в компании с однии из распорядителей. Таким довольным я его не видел, наверное, никогда. — Как жизнь молодая?

— Отлично! — ответил Бочаров, пожимая протянутую руку. Следом Дугин поздоровался со мной.

— Спасибо вам, парни, — Дугин стал серьёзнее. — Две отличные победы в нашу копилку. Но я здесь с другой целью. Как вы уже знаете, по ошибке распорядителей…

— Не было ошибки, — осторожно поправил его спутник, до этого молчавший в сторонке. — Просто планы пришлось резко изменить из-за… Симуляционной системы.

— Как бы там ни было… — продолжил Дугин, смерив мужика подозрительным взглядом, — в финал дуэльного состязания прошли трое. Своих друг против друга ставить не будут, значит, один из вас должен уступить другому. Победитель будет сражаться с Булатовым за первое место.

— То есть вы даже не рассматриваете победу Новака? — подмигнул распорядителю Бочаров.

— Кхм… — кашлянул распорядитель, покосившись на Дугина. — Иван Сергеевич оговорился. Кто-то из вас будет сражаться с победителем следующей схватки. В будущее мы заглядывать не умеем, но да… Шансы у Булатова статистически выше… Сейчас вам нужно определиться, кто пойдёт биться в финале.

— Мы ожидали чего-то подобного, — кивнул я. — Кирилл, ты не против?

— Если хочешь — иди ты, — слишком легко согласился Бочаров. — Нет у меня желания сегодня по башке получать, и без того денёк выдался тот ещё…

— Значит, в финале будет биться господин Бронин? — уточняющим тоном спросил распорядитель, поглядывая то на меня, то на Дугина.

— Да, — одновременно ответили мы с наставником.

— Отлично, — распорядитель удовлетворённо кивнул. — Вас вызовут после перерыва.

— Готовсь… Начали!

— Чуть не пропустили! — недовольно буркнул Бочаров, уставившись на арену.

Новак и Булатов в бой не рвались. Постепенно сокращали дистанцию, присматриваясь друг к другу. Булатов что-то негромко сказал, но даже с учётом того, что весь стадион замер в ожидании, боясь проронить хоть звук, я ничего не расслышал. Поляк вместо ответа рванул на оппонента, да так быстро, что движение немного смазалось в восприятии.

Но Максим был готов — он прыгнул вперёд и немного в сторону, широким замахом встречая противника. Глухой звук удара руки о грудь Новака, сопровождаемый странным хрустом, разлетелся эхом по затихшим трибунам. Вопреки ожиданиям, поляк не улетел за пределы арены, а только перевернулся в воздухе, даже умудрившись сгруппироваться и пафосно приземлиться на одно колено, как один из тех супергероев в фильмах моего старого мира.

Булатов стоял, пошатываясь, и растерянно переводил взгляд с Новака на своё плечо. Левая рука, на которой он остановил выпад оппонента, плетью повисла вдоль туловища. Теперь ясно, откуда был хруст — не выдержал плечевой сустав.

Новак тоже выглядел неважно — на ноги он так и не поднялся. Парень тяжело дышал и уже во второй раз сплёвывал на землю увесистый сгусток крови.

Зрительный контакт продлился недолго. Новак поднялся на ноги и снова кинулся на противника. Только в этот раз Булатов даже не пытался дёргаться — стоял как вкопанный.

Сердце моё билось так, будто я сам нахожусь на арене. Внезапно время для меня замедлилось, и я увидел, как навстречу польскому физику устремился кулак Макса. Казалось, это длится несколько секунд, но на деле произошло мгновенно. Удар пришёлся в челюсть, отчего шея Новака неественно вывернулась, а сам он тут же рухнул на землю, будто потеряв контроль над телом. Следом рядом упал и сам Булатов.

Раздался звук гонга, и с поля боя исчезли сразу двое.

— Объявлен перерыв до выяснения обстоятельств, — голос главного распорядителя слегка подрагивал, да и папка в правой руке ходила ходуном. — Просьба не беспокоиться, на этот случай у нас дежурят лучшие маги поддержки, созванные со всей Империи! Мы будем держать вас в курсе событий.

Весь стадион в очередной раз замер, почти никто не шевелился. Спустя время начал появляться приглушённый взволнованный ропот. Прошло ещё несколько минут, и на сцену поднялся Император. Он был не в парадном мундире — в простом костюме. Правитель опёрся на кафедру и окинул взглядом трибуны.

— Дорогие мои, — спокойно сказал он…

Поговаривают, у автора сегодня день рождения…