Мы отправились на трибуну для участников — по итогам жребьёвки наша команда выступала третьей. И это было отличной новостью: будет время понаблюдать за ходом испытаний и тем, как другие претенденты будут справляться с тяготами и невзгодами, подготовленными для них.

Первыми на арену вышли студенты Тобольской академии. Выглядели они… обычно. Две группы по пять человек, сбалансированные по способностям, как и наши. Заняв стартовую позицию, они замерли в ожидании указаний распорядителя.

Я молча наблюдал за происходящим. Слова советника заставили задуматься о том, что этот турнир и впрямь будет удивлять, и делать он это будет отнюдь не самыми приятными методами.

Главный распорядитель вышел на трибуну, сменив Императора, и озвучил правила этапа. Если пропустить ненужные подробности, выходило так, что первым испытанием будет реалистичная симуляция Оазиса.

Новая магическая технология, подпитываемая несколькими сотнями артефактов и целой прорвой магов иллюзий и прочих смежных областей позволяла превратить всю стадионную арену в поле боя.

По словам распорядителя, для каждой из команд был разработан собственный, уникальный Оазис, который должен был пройтись по слабым местам претендентов. Звучало интригующе.

На зачистку каждому из восьми отрядов давалось сорок минут. Обычный Оазис за это время зачистить вряд ли бы получилось, но в рамках активной площади арены это казалось более чем реальным.

— Готовсь! — громогласный клич распорядителя, усиленный магией, эхом разнёсся по затихшим в ожидании трибунам стадион. — Начали!

Сразу после этого арена начала перестраиваться. Каменная кладка пола сменилась зелёной травой, из земли на глазах начали спешно вырастать густые деревья, по всей площади Оазиса начали появляться невиданные монстры, больше похожие на сгустки слизи. Они чем-то напоминали големов, которых я видел на зачистке оазиса с нежитью, разве что состояли не из костей, а из непонятной полупрозрачной субстанции.

Команда первопроходцев разделилась на две группы, но отходить они друг от друга не спешили, наоборот, заняли позиции поблизости и принялись ждать инициативы со стороны неприятеля.

— Чего они ждут, — буркнул под нос Бочаров, — не видят, что ли…

— Может, чем-то убойным шарахнуть хотят, — тихо ответил я, наблюдая за происходящим на арене.

Дело было в том, что пока нерешительные претенденты выжидали, активные твари начали стекаться в одну большую группу. На данный момент треть всех монстров собралась в кучу и не спешила нападать, принимая в свои ряды всё новых последователей. По трибунам пронёсся гул недоумевающих выкриков.

Наконец, в сердце группы раздался небольшой огонёк. Он спешно разрастался в размерах, поднимаясь над головами претендентов, и в скором времени достиг внушительного диаметра — в воздухе завис огромный огненный шар, поддерживаемый сразу двумя магами команды Тобольска.

Этот шар мгновенно ускорился, огромным снарядом влетев в скопление мутантов, и следом группа перешла в наступление. По стадиону разлетелся знакомый запах озона, а следом раздался оглушительный грохот — заклинание достигло цели, разметав в стороны оставшихся недобитков.

Участники шли ровным строем, спешно добивая выживших монстров и принимая бой от новых.

— Только и всего? — усмехнулся Ложкин. — Не похоже на то, что у нас возникнут проблемы на этом этапе…

— Ты, главное, снова от своих же не выхвати, — рассмеялась Лиза, легонько толкнув Антона локтем.

— Уж постараюсь, — слегка помрачнел Антон, передёрнув плечами. Видать, не сильно понравился заряд бездны, прилетевший в него накануне.

Тем временем команда Тобольска уверенно продвигалась к своей цели. Прошло каких-то десять минут, а они уже вовсю прорывались к сердцу искусственного Оазиса, не встречая на пути серьёзного сопротивления. Чтобы сэкономить время, команда разделилась на группы, разойдясь по разным краям локации — как раз с этого момента у них начались проблемы.

Нижняя группа не удосужилась заглянуть в небольшую пещеру. То ли не заметили, то ли просто не придали значения, но как только они вступили в бой со следующими противниками, за их спиной из пещерного прохода начали один за другим высыпать монстры.

К счастью для команды Тобольска, кто-то успел заметить надвигающуюся опасность и предупредить остальных. Студенты заняли круговую оборону и даже послали сигнал второй группе. Это их и сгубило.

Верхняя группа, как и ожидалось, спешно закончила свои дела и рванула на помощь товарищам, вот только напоролась на подкрепление монстров и как следует в них увязла. Над ареной зазвучал холодный голос распорядителя.

— Один из претендентов потерпел поражение!

Я не понял, что случилось, но в первой группе, что оказалась в кольце врага, действительно была потеря. Маг поддержки, склонившийся над девушкой, невесть каким образом получившей смертельное ранение, тщательно пытался привести её в чувство, но не вышло. Раздалась зелёная вспышка телепорта и девица просто испарилась с поля боя.

— Произведена эвакуация согласно протоколу, — монотонный голос подтвердил мою догадку. — Продолжайте бой!

Следующий конфуз случился в той же группе: потеряв одного бойца, ребята значительно ослабли. Магичка отвечала то ли за защиту, то ли за ближние контратаки, и с её уходом оборона команды потеряла в эффективности. Прошло не больше минуты, как на помощь к ним пробилась вторая группа, но исход боя был уже решён.

В один момент Оазис перестал существовать, монстры исчезли, а на месте невообразимой кучи-малы осталась девятка студентов, двух из них тут же телепортировали с арены для оказания медицинской помощи.

— Выбыл ещё один претендент, — огласил распорядитель с трибуны. — Эвакуация прошла успешно. Тобольская академия имени Феофана Подольского продержалась на испытании семнадцать минут, двадцать четыре секунды. Пострадавшим уже оказана помощь, критическое состояние позади. Перерыв двадцать минут. Следующие претенденты — Иркутская духовно-аскетическая академия Восточного округа!

Я сидел, не отрывая взгляда от понурых студентов, покидающих арену стадиона. М-да… Не повезло ребятам. Жаль, проморгал, как именно зацепили первую выбывшую… Но оно и неважно.

Думаю, главной их ошибкой было то, что ребята заигрались, почувствовав преимущество, и проморгали засаду. Ну, и то, что группы разошлись слишком далеко друг от друга, даже при условии того, что поначалу обладали подавляющей силой.

Короче говоря — осторожность в данном случае является решающим фактором. Ещё грамотное планирование, макроконтроль ситуации, слаженность команды…

В общем, расслабляться нельзя. Всё как в жизни, за исключением того, что в Оазисы ходят мало-мальски адекватные, сработанные команды с каким-никаким опытом. А на этом турнире выставили неопытных первокурсников против вполне себе нелёгких противников.

Хотя судя по восторженному рёву трибун, многим из зрителей новое представление было в радость. Ещё бы — можно своими глазами приоткрыть завесу тайны, почувствовать жар битвы внутри почти настоящего Оазиса. Да многие за такое представление отвалили бы баснословные деньги!

Как оказалось, раньше турниры были скромнее. Чаще всего учащихся выпускали биться против мутантов, отловленных после побега из Оазиса. Ну, и между собой не забывали их сталкивать, в рамках дуэльного турнира. Что-то мне подсказывало, что и нас в будущем ждали схватки с учениками других академий.

В какой-то момент, лет десять назад, министерство образования добавило ещё и ту часть, которую никто не любил — теоретическую. Мол, настоящий боевой маг должен быть не только ловок телом и силён источником, но и в теоретических дисциплинах ему отставать не положено. Так и появились в программе турнира испытания на логику, образованность и смекалку.

Активное обсуждение предыдущего выступления закончилось лишь в тот момент, когда на арену выступили монахи из Иркутской академии. Эти ребята мне изначально не нравились — слишком уж они напоминали культистов, с которыми у меня отношения как-то не заладились.

Для них распорядители турнира подготовили нечто интересное — пустынный биом, причём во время надвигающейся бури. Ограниченная видимость не позволяла нам толком разглядеть происходящее на арене, лишь всполохи мощных заклятий и утробный визг упокоенных тварей сигнализировали о том, что испытание в самом разгаре.

Тёмные силуэты претендентов проглядывались сквозь полупрозрачную пелену песка, но всё это напоминало «туман войны» из какой-нибудь старой стратегии.

Прошло совсем немного времени, и бой стих, а по всему стадиону раздался громогласный звук гонга. Декорации резко пропали, оставив группу участников растерянно стоять на каменной кладке. Впрочем, они быстро смекнули, что к чему, и снова вернулись в свои полуокаменелые позы.

— Учащиеся Иркутской духовно-аскетической академии справились с поставленной задачей за шестнадцать минут и тридцать две секунды! — радостно огласил распорядитель. — Перерыв двадцать минут. Следующие претенденты — Петроградская академия имени Лукаса Вагнера.

— Жутковатые они, — поморщился Бочаров. — У меня от них мороз по коже…

— Монахи-то? — усмехнулся я, провожая взглядом делегацию соперников, неспешно покидающих поле боя. — Мне они тоже не очень нравятся. Ещё и песок этот… Не дал разглядеть толком.

— С ними надо ухо востро, — со спины ко мне подошёл Дугин. — Сильные ребятишки. И наставник у них будь здоров… Чёртовы аскеты… Ладно. Скоро наш выход, строимся.

Мы спустились, в комнату для подготовки. Внутри почти ничего не было — два ряда деревянных скамей, пара кувшинов с водой и ряд панорамных окон, выходящих прямиком на арену.

— На зачистках у нас бывал Бронин, — сказал Дугин, как только мы расселись по местам, — Он будет вашим координатором в предстоящем испытании. Господин Бронин, опыта хватит?

— Должно хватить, — пожал я плечами. — Свою группу я знаю хорошо, но вот с командой Боброва…

— Я справлюсь, — Миша был на удивление спокоен и сосредоточен, даже привычная желчь пропала из голоса.

— В любом случае, — проректор повернулся к Боброву, — прислушивайся к советам Яна. Боевой опыт в этом испытании крайне полезен. Что мы выяснили из предыдущих выступлений?

— Не лезть на рожон, — я начал загибать пальцы, — локацию зачищать равномерно, заглядывая в каждую подозрительную щель. Если щель не подозрительная, всё равно заглянуть. И не разделяться, если времени будет хватать.

— Верно, — гордо улыбнулся Дугин. — Не забывайте, ребята: если строй нарушен, значит, он уязвим. Держитесь построений, что мы отрабатывали на тренировках, и всё будет хорошо. Первым делом определяем тип врага, следом оцениваем его тактику и принимаем контрмеры. Спешка недопустима.

За окнами раздался первый звук гонга.

— Готовность пять минут, — нахмурился наставник. — Времени мало. Пьём воду, строимся, не суетимся. Помните: что бы ни случилось, это всего лишь турнир. Работайте командой и постарайтесь не подставляться под удар. Всё, давайте на выход. Удачи.

Мы построились в две колонны перед дверью, ведущей к арене, и принялись проверять снаряжение. По лицам моих соратников было видно — волнуются. Да и я почему-то не мог найти себе места. Казалось бы, ничего сложного — обычная зачистка. Быть может, выступление на публику так сказывалось, кто его знает…

Двери бесшумно отворились, приглашая нас войти, я глубоко вдохнул свежий воздух и двинулся вперёд. Яркий солнечный свет резал глаза после полумрака буферной комнаты, трибуны встречали нас одобрительным гулом.

Пол арены был чистым, будто за полчаса до этого здесь и вовсе не происходило ожесточённой бойни в песках.

— Что-то меня колошматит, ребята, — растерянно прошептала Василиса.

— Это нормально, — ответила ей Громова, — ты, главное, щит придерживай и следи за тем, чтобы никто не поранился.

— Постараюсь, — тяжело вздохнула Январская.

Мы добрались до стартовой позиции — круг, очерченный на брусчатке в самом начале арены. На главной трибуне появился распорядитель, шум зрителей потихоньку начал становиться тише. Дождавшись, пока трибуны затихнут полностью, распорядитель повторил основные правила испытания.

— Готовсь… Начали!

В такт с последним словом распорядителя арена вновь начала перестраиваться. Каменная кладка расплылась под ногами, превращаясь в вязкую, пропитанную влагой землю, покрытую буро-зелёной жухлой травой и кочками.

Между ними проступили тёмные лужи стоячей воды, быстро сливавшиеся в мелкие заводи. Из трясины рывками поднялись кривые, тонкоствольные деревца и чахлые сосны с редкими, растрёпанными кронами, окутанные клочьями тумана.

Воздух мгновенно стал тяжёлым и влажным, с резким запахом гниющего торфа и болотных испарений. Где-то впереди, из глубины тумана, раздалось оглушительное, многоголосое кваканье — низкое, вибрирующее, словно десятки огромных лягушек отвечали друг другу, перекрываясь и нарастая, пока звук не начал давить на уши почти физически.

— Хреново болото! — рявкнул Бочаров, занимая свою позицию впереди. Он напитал тело энергией, отчего вокруг появилось небольшое свечение, и обернулся через плечо. — Ян, есть идеи, как нам не увязнуть в этом дерьме?

Я огляделся по сторонам, продолжая оценивать местность. Из-под поверхности воды то и дело всплывали большие пузыри, лопаясь с хлюпающим звуком. Я слышал, что болотный газ взрывоопасен, но как он себя будет вести в условиях симуляции Оазиса — неясно.

Кроме того, существовала ещё одна проблема: из-за трясины вокруг, мы были серьёзно ограничены в подвижности и формировании строя. Относительно сухая, на вид безопасная тропа, идущая вглубь Оазиса, в ширину была от силы метров пять. Этого достаточно для комфортного перемещения, но не для ведения боя в составе двух групп.

— Опасайтесь газа, он может легко воспламеняться, держимся вместе. Строй сохраняем, стараемся друг другу не мешать. Поддержка — объединить щиты. Физики вперёд, боевые по флангам. Ждём первых тварей, без команды не атакуем!

Группы заняли свои места вдоль болотной тропы. По обе стороны от неё разлилось болото. Проверять на глубину его не рискнули — нечем, да и падать туда никто не собирался.

Мы двинулись вперёд медленно, почти крадучись, проверяя каждый шаг. Бочаров шёл первым, осторожно прощупывая почву, остальные держались плотным клином. Кочки на тропе пружинили под ногами, иногда предательски проседая. Каждый такой звук отзывался неприятным холодком где-то под рёбрами.

Туман сгущался. Видимость упала метров до десяти, не больше. Дальше — сплошная мутная белёсая пелена, в которой даже силуэты теряли очертания. Звуки вели себя странно: кваканье то приближалось, то резко отступало, будто источник его постоянно смещался.

— Не нравится мне это, — тихо проворчал Антон, оглядываясь по сторонам. — Чёртов туман.

Я хотел ответить, но в этот момент один из пузырей в луже слева всплыл слишком резко. Не лопнул — именно всплыл, вытянув за собой длинный, слизистый отросток. Вода вокруг вздрогнула, пошла рябью.

— Стоп, — прошептал я, поднимая руку. — Воздух! Нужно разогнать туман!

Команда замерла, а кто-то из группы Боброва начал усилено работать руками, будто пытаясь физически закрутить вихрь. Заклятье сработало — в двадцати метрах от нас образовался смерч, уходящий высоко в небо. Он планомерно всасывал в себя густой туман, расчищая воздух вокруг. Видимость прояснилась, заклинание рассеялось и стало тихо.

Гулкое кваканье сменилось глухим бульканьем, доносившимся сразу со всех сторон.

Из трясины впереди медленно поднялось нечто. Сначала показалась округлая, покрытая наростами спина, затем — ещё одна, и ещё. Твари были размером со свинью, внешне больше походя на мутировавших боевых лягушек. Массивные, приземистые, с толстыми лапами, заканчивающимися перепонками. Их глаза светились мутно-жёлтым, почти болезненным светом.

— Лягушечки… — сквозь зубы выдохнул Бочаров. — Ага. Огромные, мать их…

— Готовим атаку, — жёстко сказал я, заряжая по копью бездны в каждой из рук. — Ждём.

Твари не спешили нападать. Они медленно расходились полукольцом, отрезая нас от тропы позади. Из остатков тумана слышалось движение — тяжёлое, вязкое, будто болото само переставляло свои внутренности. Краем глаза я заметил движение где-то сбоку. Твари нас отвлекали!

— Бей по флангам! — закричал я, тут же выпуская первое заклинание по скрытой в трясине цели.