Сиэтл, штат Вашингтон

Сара едва владела собой.

Она чуть не опрокинула тарелку с лазаньей и чашку томатного супа на двух мальчишек, на вид лет по шесть, которые с воплями носились по залу и постоянно врезались в нее.

Их родители сидели в отдельной кабинке, уставившись в смартфоны и ничего не замечая. Одна из двух пожилых женщин за угловым столиком, казавшаяся довольно милой, постучала ложкой по чашке, требуя еще кофе. Другой клиент бросил сердитый взгляд, намекая, что слишком долго ждет свой особый заказ, состоящий из блюда, даже не представленного в меню. Посетитель описал приготовление в мельчайших деталях: «Соль не добавлять. Ясно? Ни грамма соли».

Но мысли Сары были заняты совсем другим. Она думала о рисунке Кэти и разбившейся насмерть Анне. Жуткая правда стремилась наружу, словно крик души.

Сару окликнули, вернув к реальности: Бет и Полли звали ее в нишу рядом с кухней.

– Да? – Она подошла к подругам.

– Что стряслось? – спросила Бет.

– Ничего.

– Чушь, – отрезала Полли. – Ты сама не своя. В чем дело?

– Это из-за Кэти? Или твоей мамы? – допытывалась Бет. – Поговори с нами.

– Доверься нам, Сара, – подхватила Полли.

Когда посреди царящего в зале шума и доносящегося с кухни звона посуды Полли взяла ее за руку, Сара прочла искреннюю тревогу на лицах обеих официанток. Она старалась дышать ровно, но так и тянуло упасть в объятия подруг и разбиться на тысячу осколков, не в силах противостоять тайным страхам, обрушившимся на нее со страшной силой. А вдруг?.. Может, ей станет легче, если она скажет правду? Казалось, она почти готова признаться. Губы раскрылись, чтобы облечь мысли в слова, но…

Нет. Нет, слишком рискованно. Нельзя публично заявлять, что Кэти могла убить Анну; сама я, что еще хуже… Нет, нельзя.

– Заказ готов! – объявил Мел, сунув две тарелки с рыбой и картошкой в окно выдачи.

Сара коснулась рук Полли и Бет, и все вернулись к работе.

– Вы лучше всех, – сказала она подругам напоследок. – Спасибо. Я справлюсь.

И все-таки не справилась.

После работы она позвонила соседке по имени Вэл Росси. Кто, как не Вэл, выручит в трудную минуту? В район, где жили Сара и Кэти, Росси переехала несколько лет назад, после смерти мужа. Женщины познакомились, когда Вэл выгуливала пса Бинго, и с тех пор дружили. Соседка казалась Саре чуточку одинокой. Детей у нее не было, поэтому Вэл мгновенно прониклась симпатией к Кэти и часто повторяла: «Девочки, вы для меня как семья».

Позвонив ей, Сара попросила присмотреть за дочкой несколько часов после ее возвращения из школы.

– Разумеется.

– Извини за неудобства, но сегодня мне надо побыть одной.

– О чем речь! Рада помочь. В последнее время тебе пришлось несладко.

– И не говори.

– Я зайду к вам и сама заберу Кэти. Сегодня веду Бинго на спа-процедуры. Могу взять девочку с собой.

– Она будет в восторге.

– Потом угощу ее чизбургером, а перед тем, как забрать Бинго, походим по магазинам.

– Звучит неплохо.

– Как мама?

– Нормально.

– Как-нибудь съезжу в Ботелл и навещу ее. Передавай привет.

– Конечно.

– Могу еще чем-то помочь?

– Нет. Огромное спасибо, Вэл.

Нити дождя стекали по окнам дома Сары.

Оставшись одна, она обхватила обеими руками керамическую чашку горячего чая в тщетной попытке согреться и побороть леденящий душу ужас. Бросила взгляд на кубок, украшенный ярким лозунгом: «Лучшая мама на свете». Кэти смастерила этот подарок на уроке рукоделия в «Санни дейз».

Затем Сара взяла альбом для рисования, лежавший на кухонном столе, и открыла рисунок, запечатлевший Анну и Кэти на скале.

У нее вырвался всхлип.

Зачем Кэти нарисовала эту картинку? Может, хочет признаться?

Сара вновь вспомнила о детективах, Пирс и Бентоне, сидевших за этим столом совсем недавно. Они приезжали поговорить с Кэти. Заверили, что речь о простой формальности, но принесли документы, предложили несколько вариантов беседы и так тщательно соблюдали правила, словно готовили почву для уголовного дела.

Что им известно?

Впрочем, с тех пор копы не давали о себе знать.

Сара подтянула ноутбук ближе к себе, вошла в Сеть и несколько минут изучала сайты новостей и посты в соцсетях. Затем перешла на страницы людей, распространяющих слухи и теории заговора, связанные с ее темным прошлым.

Похоже, ничего нового.

Сара вновь взглянула на рисунок дочери.

Считается ли он доказательством? Может, лучше сжечь его? Или нанять адвоката, – но он мне не по карману. С кем посоветоваться? Что делать?

Она закрыла лицо руками.

Надо посмотреть правде в глаза.

Взгляд Сары метнулся к потолку.

Правда прячется там.

Она вышла с кухни и через несколько секунд оказалась на втором этаже, глядя на закрытую дверь в конце коридора, за которой скрывались ступени, ведущие на чердак.

Сара терпеть не могла туда подниматься, зная, что ждет наверху.

Замерев как вкопанная перед закрытой дверью, она бросила взгляд на татуировку на запястье и потерла его. Тревога из-за дурных мыслей Кэти пробудила мрачные воспоминания.

…Дождь… боль… крик…

Она развернулась и побежала вниз.