Лориан Риатон

Как я умудрился вляпаться во всё это?

Я прислонился плечом к косяку и с каким-то медитативным эффектом следил за леди Торильдой, командующей лакеями: слуги переносили её мебель под недовольное пыхтение Улгура. Можно было выпроводить тетушку, но тогда она устроит грандиозный скандал, наверняка выставив наши отношения с Амари как запретные. Это не то, что мне сейчас нужно. Поэтому со стороны всё должно выглядеть чинно и невинно.

Придётся потерпеть.

– Медитируешь? – внезапно раздался голос Авы, и я скосил на неё заинтересованный взгляд.

Она даже фразу подобрала крайне точно. Будто чувствовала меня на инстинктивном уровне. Сегодня в библиотеке меня глубоко задели её слова о том, что мы знакомы тысячу лет. Как оказалось, она просто преувеличивала и продолжительностью жизни в её мире это никак не обусловлено.

Но всё же в чём-то она права. И я даже не уверен, что дело в татуировках Мортаны, связавших наши души. Амари была максимально далека от моих представлений об идеальной супруге, а вот Ава…

Эгрос, да мне иногда кажется, что она моё отражение, но в женском обличье!

– Вижу, ты тоже забавляешься, – откликнулся я, стараясь выбросить из головы ненужные ассоциации. – Как тебе перспективы?

– Размышляю над тем, что мы будем делать ночью, – томно, явно издеваясь, произнесла Ава и поиграла бровями.

Я едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Что эта девчонка творит со мной? Почему рядом с ней становится настолько легко и беззаботно? Хотя именно она свалила на меня кучу проблем. Но при этом она же была и их решением.

Невозможная попаданка! Кажется, это слово она использовала впервые?

– Вам выделили разные спальни, не волнуйся, – прокомментировал тихо. – Хотя твоя кровать будет для вида… Перед тем как прийти ко мне, не забудь на ней хорошенько попрыгать, чтобы тётушка не сомневалась, где ты спала.

И почему по венам бежит раскалённая лава, едва я думаю, что нам опять придётся ночевать вместе? Лучше бы я не видел её настоящую, не ощущал именно её тело и душу – так было бы легче. К жене брата я бы и пальцем не прикоснулся, но Ава – не она.

– Отличный план, только зачем мне переходить к тебе ночью, раз меня всё равно к тебе перенесёт? – Ава пожала плечами. – Так даже меньше шансов, что кто-то заметит, как я крадусь к тебе, – лишь как выхожу от тебя.

– Придётся вставать раньше, – поморщился я. – Мне пора идти. Ни о чем не волнуйся в мое отсутствие: здесь ты в безопасности. Увидимся вечером.

– Постой, – остановила меня душа и обхватила ладонью моё предплечье. Кожу в месте прикосновения словно обожгло. Почему меня к ней так тянет? Видимо, пора встретиться с Энэль и сбросить напряжение. – Мне необходимо тебе кое-что рассказать. «Тётушка» натолкнула меня на странные мысли, что Амари могла пойти в тёмный переулок по своим делам. Видишь ли, оказывается, тётушка её сопровождала до определённого момента, но теперь интересуется причиной и подробностями произошедшего. Я сослалась на амнезию, то есть потерю памяти, но…

Я нахмурился. Только подковёрных игр от жены брата мне не хватало.

– Любовник? – предположил я.

– Я тоже так подумала, но тётушка весьма бурно отреагировала на известие о нашем с Элдженом разводе, будто не ставила под сомнение чувства Амари. Это противоречит изначальной теории.

– Логично, – кивнул я.

А эта девчонка умеет здраво мыслить.

Я тряхнул головой. Моя судьба уже предначертана: я собирался жениться на принцессе и взойти на престол.

– Попробуй выведать ещё что-то, – попросил я и удивился, когда Ава отреагировала спокойно и согласилась.

Надо же, без шантажа?..

Радовался я рано, потому что она подалась ко мне и улыбнулась.

– А что мне за это будет?

– Моя искренняя благодарность и, возможно, твоя целость и сохранность, – хмыкнул я и, щёлкнув Аву по носу, направился к двери.

– Лорд Риатон, а вы куда? – высокомерно спросила Торильда. Она меня никогда не любила. Её пугала моя магия. – Неужели покидаете нас и оставляете без защиты?

– Улгуру я могу доверить свою собственную жизнь, не говоря уже о вашей, леди Торильда, – откликнулся я. – Увы, служба.

Затем я подошёл к хмурому Улгуру.

– Займи её чем-нибудь. Если она останется наедине с Амари, установи слежку или будь недалеко. Останусь должником.

– Это я тебе по гроб жизни должен, – отмахнулся орк. – Сделаю всё, Лориан, не волнуйся. И о своей душе не переживай, в обиду не дам.

– Она не моя, – инстинктивно поправил я и нервно прикоснулся к шейному платку, оглянувшись на Аву. – Мне нужно в министерство, решить несколько важных задач.

– Понимаю. Осталось придумать, чем занять эту деятельную тётушку. Она – сущий эгрос в юбке!

– Например, своей коллекцией шляпок? Или иголками. У тебя их тоже много.

– Заколоть её до смерти – неплохая идея, но вряд ли суд оценит мои оправдания, – поморщился Улгур.

Я усмехнулся и поспешил на выход, буквально чувствуя лопатками прожигающий взгляд Авы. Кажется, когда все это закончится, я стану её должником. Нужно подумать о том, как устроить её судьбу. Слава Мортане, родители Амари давно уже в её царстве, и мне хотя бы не придётся объяснять им, почему их дочь так изменилась.

Мало ли, как она могла измениться за четыре года их отсутствия…

Я воспарил в воздух, призвав призрачные крылья, и через пять минут долетел до здания министерства. Прошёл по допуску магии и крови, после чего быстро поднялся на второй этаж. Здесь находился кабинет главы министерства. Официально я к нему не относился, имея свой собственный отдел, должность при императоре и кабинет во дворце, но неофициально – часто бывал тут, ведь наши задачи пересекаются. Да и мои служащие числятся именно здесь.

Десять лучших воинов-магов в свой отдел я отбирал лично. И они по праву считались специалистами каждый в своей отрасли. Вот и сейчас один из них, Кайн, вырос словно из ниоткуда, отделившись от стены. Он умел уходить в тень – личная способность, дар, если можно так сказать.

– Ваше светлейшество, – он слегка склонил голову, – я заждался.

– Задержался по личным причинам, – пояснил я. – Что удалось выяснить о происшествии в той подворотне?

– Следы эскарцев, – многозначительно протянул Кайн. – Двое свидетелей утверждают, что слышали эскарскую речь, а также один торговец упомянул, что продал кинжал эскарцу. Я смог собрать магические следы на осмотренных им кинжалах, но они блёклые, даже с учётом дорогого металла.

– Уже отдал Сей-Мину? – спросил я.

Сей-Мин чужестранец, но давно ассимилировался у нас, при этом обладал уникальным даром «чуять» людей по магии. Лучшей ищейки не придумать.

Эскария – соседнее королевство на нашем Чернильном материке. С небольшой территорией, которую эскарцы жаждут расширить и, как гиены, выжидают возможности поделить ослабленного соседа. Падальщики.

Но они не дождутся. Рошмад не ослабнет.

– Да, но всё слишком запутанно, выследить не удалось. Однако, если эскарец появится вновь – Сей-Мин его почувствует. Тодж поговорил с несколькими аптекарями и другими лавочниками – все сходятся во мнении, что уже видели леди Амари там. Несколько раз.

Тодж работал под прикрытием в самом оживлённом районе города, рядом с портом, и узнавал все новости из первых уст. Такой осведомитель на вес золота.

– Значит, леди Амари могли убить эскарцы, – заключил я.

– Если позволите, сделаю предположение, – повинно начал Кайн. – Ваш брат мог связаться с эскарцами, чтобы они помогли ему взойти на престол, и в том числе попросил избавить его от супруги.

– Нелогично, – нахмурился я. – Зачем брату связываться с эскарцами, если он хочет легитимно стать монархом, женившись на принцессе? Тут два варианта: либо леди Амари сама вела какие-то дела за спиной мужа и её союзники от неё и избавились, что вряд ли, либо брату угрожали, в итоге приведя угрозу в действие и убив его жену.

Я не боялся называть вещи своими именами, ведь Кайн был связан со мной клятвой о неразглашении, а разговаривали мы под звукоизоляционным куполом – обычное дело для бесед в министерстве.

– Значит, ваш брат может быть невиновен?

– Пока не знаю, – я покачал головой, – но мне невыгодно оставлять его репутацию кристально чистой. Поэтому он должен думать иначе. Даже если его вина не будет доказана, сама судебная тяжба и слухи плохо повлияют на его репутацию, что мне только на руку. И пока он думает, что я уверен в его причастности к покушению на Амари Риатон, я смогу приблизиться к разгадке его взаимоотношений с эскарцами.

– Хороший план, – хмыкнул Кайн. – Тогда мне следить дальше за вашим братом?

– Нет, – покачал головой, – за братом приставь кого-то другого, а сам следи за домом Улгура и за Амари.

– Вернее, за той, что сейчас в её теле? – уточнил Кайн, и я кивнул. – Вы думаете, что если сама леди Риатон была связана с эскарцами, они рано или поздно свяжутся с ней или вновь попытаются избавиться?

Я опять согласился. Кайн моментально прыгнул в тень, а я зашёл к главе министерства. Теперь осталось собрать нужные бумаги на брата, чтобы начать официальное расследование. Пока у меня были лишь мотивы и один интересный факт: отсутствие алиби у брата во время покушения. Я точно знаю, что дома его не было, как и в других излюбленных братом местах. Разумеется, я понимал, что даже если Амари убита им, то лишь по его приказу, а не лично Элдженом. Но в то же время, если его не было дома и он не озаботился своим алиби, значит, занимался чем-то противогосударственным, поэтому не станет раскрывать карты.

Элджен угодил в ловушку.

Я не собираюсь отправлять родного брата на виселицу, и факты, действительно способные уничтожить его, никогда не всплывут – уж я об этом позабочусь, но сейчас мне необходимо его нейтрализовать.

Я постучал в дверь, хотя знал, что глава министерства меня уже ожидает.

– Входи, Лориан, – со вздохом разрешил он, и я переступил порог. – Ты по поводу покушения на жену брата? Скверное дело. Разрушение твоего дома связано с этим? Очередная попытка убить леди Амари Риатон?

Кейсар Торглон был военным до мозга костей. Всегда в отглаженной форме, с идеально уложенными усами и не менее идеальной осанкой. Когда дело касалось злоумышленников, он имел хватку эгроса. За более чем пятьдесят лет службы он поймал столько преступников, что ими была заполнена половина тюрем.

– Пока не могу ничего сказать по этому поводу, лишь то, что все в безопасности, – откликнулся я. – Я хотел только попросить вас выписать разрешение на обыск в доме моего брата, а также дать ход расследованию.

– Сделаю, – со вздохом согласился Кейсар и нахмурился ещё больше. – Это ведь не подковёрные игры, сынок? Не хочу, чтобы ваша борьба была нечестной.

– А политика бывает честной? – изумился я и прошёл вперёд, подав папку, которую успел оформить вчера утром и вписать туда несколько добытых вечером деталей дела. – Ознакомьтесь. Быть может, это что-то и прояснит.

– Лориан, – мужчина отложил папку, даже не став её раскрывать, – наше королевство вскоре будет втянуто в смуту. Принцессе не позволят решать, за кого выходить замуж, но меня пугает не это. А то, что от неё вовсе захотят избавиться.

Я сжал зубы.

– Её Высочеству смогут навредить только через мой труп.

Именно поэтому от меня тоже хотели избавиться. Я никому не говорил, но уже возвращал Мел к жизни. К сожалению, даже я не всесилен – и однажды не смог её уберечь, но она об этом не знает. Ей показалось, что она просто потеряла сознание.

Как же… яд был слишком агрессивен.

Император находился за гранью и того больше. Поэтому я уже не был уверен, что смогу спасти его еще раз. Я опустошу весь свой резерв для этого, но получится ли?..

Мортана может не позволить. Ведь одно дело – возвращать к жизни после преждевременной смерти, и другое – идти наперекор её замыслу, когда смерть наступает от старости или затяжной болезни.

– Каменщики активизировались, – выдал Кейсар. – Они стали засылать своих людей в высшие слои общества. У них всё больше сторонников.

– При всём уважении, но разве первые каменщики не из аристократии?

«Каменщики» – так грубо называли оппозицию, набирающую обороты в последние годы. Она собиралась вернуть нашу империю в каменный век, как шутили про них власть имущие. Оппозиционеры придерживались старых устоев, и многих не устраивала политика нынешнего короля – слишком резкие нововведения были осуществлены при нём. Например, женщины получили право участвовать в Совете. А простые рабочие смогли переходить с одной работы на другую без разрешения градоначальника. Но самое главное – король подписал разрешение простолюдинам обучаться в академиях, что вызвало шквал критики со стороны старой знати. Потомственные аристократы боялись смешивать свою благородную кровь с простой, неодарённой, что в итоге может привести к вырождению теневых драконов.

Теория, имеющая право на существование, вот только у человека всё равно обязан быть выбор.

– Мы должны служить императору до его последнего вздоха, – тихо произнёс Кейсар. – Но что будет, когда вздохов больше не услышим?

– Останется принцесса.

– Ты или Элджен, – возразил Кейсар. – Никто не потерпит женщину на престоле, она нужна лишь для продолжения рода и легитимности власти. Общество разделится на тех, кто поддерживает тебя, и кто – брата. Остаётся понять, на чью сторону встанут каменщики? Или решат выдвинуть своего кандидата? Последнее может привести к рекам крови. Впрочем, и ваша с братом…

– Я никогда не пойду против брата, – сказал уверенно. – Как бы там ни было, он моя семья. У нас с ним не всё гладко, мы придерживаемся совершенно разных взглядов на жизнь, но то, что нас связывает, останется навечно.

– Да будет так, Лориан. Но мы все готовимся к непростым временам. И лучше, чтобы они не наступили, для этого поторопись сделать так, чтобы принцесса вышла за тебя замуж, а Совет – поддержал.

Я сжал зубы. Я уже давно сделал официальное предложение, но Совет тянул с выбором кандидата. Что ж, возможно, происшествие с Амари действительно сыграет мне на руку и ускорит мою помолвку с Мелисантой.

Только почему сейчас я думаю об этом без предвкушения?