— Этот замок… я его не вешал.

— Странно. Ты уверен?

— Конечно. Я знаю, что делаю, а что нет. Это не просто странно, это… невозможно. Ключ от этого помещения только у меня.

— Хм… и он единственный?

Маркус оторвал взгляд от массивного навесного замка, которым были заперты обе створки, и посмотрел на Филиппа.

— Да. Давно собирался сделать дубликат, но всё забывал.

— А ты не знаешь, где может быть ключ от этого замка?

— Нет.

— А на связке?

— Да нет же, чёрт! — взорвался Маркус, и на лбу у Филиппа залегли морщины.

— Я просто пытаюсь помочь. Не надо на меня рычать. У тебя ведь и аккаунт в инстаграме был, о котором ты не знал, и членство в этом форуме…

Маркус перебил:

— Ладно, ты прав. Хорошо, посмотрю, хотя точно знаю, что ключа от этого замка у меня нет.

Он достал связку из кармана куртки и начал перебирать ключи один за другим, сдвигая по кольцу. На четвёртом остановился.

— Чёрт…

Филипп вопросительно взглянул на него.

— Что? Всё-таки нашёл?

— Понятия не имею, но вот этот мне незнаком. — Маркус указал на ключ, слишком маленький для двери, но вполне подходящий для навесного замка.

Он повернулся к шкафу, вставил ключ в скважину и провернул. С щелчком хромированная дужка выскочила и откинулась в сторону.

Замок открылся.

Хотя после всего пережитого за последние часы Маркус почти ожидал именно этого, он издал удивлённый возглас.

— Что за чёртова хрень тут творится?

Филипп посмотрел на него смущённо и молча пожал плечами.

— Не знаю. Может, в последнее время было слишком много стресса и ты просто забыл? Со мной такое тоже бывает. Сталкиваешься с ситуацией и думаешь: да не может такого быть…

Маркус слушал вполуха, не сводя глаз с открытой дужки и пытаясь найти логическое объяснение. Такое, с которым можно жить и которое не означает, что он сошёл с ума и не ведает, что творит.

Он пересилил себя, снял замок с дверцы и отложил в сторону. Руки слегка дрожали, когда он ухватился за петли обеих створок и одновременно потянул.

Увидев содержимое, он окончательно перестал что-либо понимать.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 39

Четверг, 02:09

— Ого! — выдохнул Филипп, пока взгляд Маркуса ошеломлённо скользил по предметам на полках шкафа. В центре громоздилась видеокамера — по размерам явно устаревшая модель. Такой у Маркуса никогда не было. Рядом выстроились лампы разной величины, какие он видел в фотостудиях. Сложенные штативы лежали тут же.

Ноутбук на полке ниже он тоже видел впервые — как и всё остальное. Но не эти устройства заставили пульс участиться, а содержимое остальных отсеков.

Помимо наручников, нескольких видов, там обнаружились плётки, ремни и верёвки, кожаные маски и какая-то одежда из блестящего чёрного латекса. И это ещё были безобидные вещи. Отсеком ниже — целый арсенал: ножи, кастеты, дубинки, палки.

— Какого чёрта… — вырвалось у него, и хотя минуту назад он с удовольствием вцепился бы Филиппу в глотку, сейчас ощутил острую потребность объяснить, что вещи в этом шкафу — не его.

— Я… понятия не имею, откуда это взялось, — пробормотал Маркус, не в силах отвести взгляд от странных предметов. — Весь этот хлам вижу впервые.

— Если посмотреть на оборудование, — Филипп указал на камеру, — похоже, кто-то что-то снимал и сохранял на ноутбук. Может, стоит заглянуть. Если не ошибаюсь, похититель твоей дочери хотел, чтобы ты это нашёл.

Да, подумал Маркус. А может, это ты хотел, чтобы я нашёл, и потому предлагаешь именно это.

Хотя ему было не по себе, он кивнул.

— Можно попробовать. И надо поторопиться — скоро четверть третьего.

Он достал ноутбук с полки, положил на настенную полку напротив — примерно на уровне груди — и откинул крышку.

Через несколько секунд экран засветился. Появилось поле для ввода пароля, а под ним — имя, от которого Маркуса словно ударили под дых.

Тони.

— Тони, — произнёс он тихо. — Это же бред какой-то. Этот кошмар когда-нибудь кончится?

— Есть идеи насчёт пароля?

— Нет. Но если через пару минут мы не узнаем, зачем я здесь…

Маркус положил руки на клавиатуру, интуитивно набрал пароль от онлайн-банка и лишь на миг замешкался, прежде чем нажать Enter. Когда на экране появился рабочий стол, он не удивился. Во всём этом прослеживалась определённая логика.

— Ого! — повторил Филипп, разглядывая — как и Маркус — множество иконок, по маленькому значку узнаваемых как видеофайлы. Названия вызвали дурное предчувствие. Сплошь женские имена — на первый взгляд два, с приписанными датами. Конни и… Ирина.

Не раздумывая, Маркус кликнул на файл с именем Ирины — дата примерно шестинедельной давности.

Открылся медиаплеер. В начавшемся видео — черноволосая женщина в профиль. Этого хватило: несмотря на тёмные разводы размазанной туши на щеке, Маркус понял — та самая, которую они видели в прихожей «Красного русского».

— О боже, — произнёс Филипп так тихо, что это было почти шёпотом.

Молодая женщина — обнажённая. Свернувшись как эмбрион, лежала на кровати, плечи судорожно вздрагивали. Всё тело покрывали кровавые рубцы и тёмно-красные пятна, запястья в блестящих наручниках — стёртые до крови.

— Чёрт! — Маркус опустил руки и уставился на страшно изуродованное тело. Изображение задвигалось — камеру повели вокруг кровати. Тот, кто её держал, словно упивался страданиями женщины. Ролик длился около двух минут, потом окно почернело.

— Кто бы ни был этот Тони, — Филипп бросил взгляд на полку с ножами и кастетами, — хотел бы я, чтобы он сейчас стоял передо мной. Я бы объяснил, что о нём думаю.

Маркус не отреагировал. Имя Тони вертелось в голове, а вместе с ним — чудовищное осознание того, как тесно оно, похоже, связано с ним самим. Эти мысли надо было подавить изо всех сил, иначе сойдёшь с ума.

Ещё неполных три четверти часа — и три ночи. Надо что-то найти, неважно что. Сейчас нет ничего важнее, чем уберечь Леони от того, что этот ублюдок хочет с ней сделать. Маркус заглушил и ехидный внутренний голос, шепчущий вопрос: с чего он взял, что эта тварь действительно откажется от выручки за прямую трансляцию с Леони? Об этом нельзя думать. Поставить под сомнение возможность спасти дочь — всё равно что взять нож из шкафа и вогнать себе в сердце.

Как робот, он навёл курсор на файл с именем Конни и кликнул. Через секунду видео запустилось.

Конни — заметно старше и полнее Ирины. Может, сорок лет, может, пятьдесят — Маркус затруднялся определить. Лицо перемазано помадой и тушью. На правой щеке обширный синяк, губа, похоже, разбита.

В отличие от Ирины в предыдущем ролике она была одета и не связана, но от этого зрелище не становилось менее пугающим: расширенные от ужаса глаза панически смотрели в камеру, а она, как мантру, повторяла снова и снова:

— Я — ничтожество, я заслужила наказание. Я — ничтожество…

Сбоку появилась тень, и ладонь со звонким шлепком впечаталась ей в лицо. Камера дёрнулась — и видео оборвалось.

— Что это за человек такой, — потрясённо сказал Маркус.

— Человек? — презрительно выдохнул Филипп. — Это не человек. Это кусок дерьма.

Маркус молча кликнул на соседний файл. Эти кошмарные записи пока ничуть его не продвинули.

Снова Конни, но совсем другое видео. Теперь она тоже обнажена. Однако в отличие от Ирины — не в позе эмбриона на кровати, а сидит на голом полу, прислонившись к батарее. Уже от этого вида в Маркусе тревожно шевельнулся какой-то голос, но он пока его отмёл.

Руки Конни заведены назад, кисти, вероятно, привязаны к батарее за спиной. Влажные пряди светлых волос до плеч прилипли ко лбу и щекам. На лице прибавилось ссадин, но ещё страшнее выглядела грудь — сильно сдавленная, исполосованная тонкими кровавыми рубцами.

— Что это за извращенец?! — заорал Филипп так внезапно, что Маркус вздрогнул.

Но оторвать взгляд от экрана не мог ни на секунду. Этот пол… эта батарея…

Вдруг до сих пор неподвижное изображение дёрнулось — словно камеру сняли со штатива. Поворот — и стала видна часть комнаты.

Маркус хрипло выдавил:

— Нет!

Камера, слегка покачиваясь, двинулась к женщине, а он, не веря глазам, добавил:

— Это… это та квартира. Видишь? Вон стена с окном — я только что там стоял. Снято здесь, наверху, в пустующей квартире, из которой мы только что… Не может быть.

Камера приближалась к женщине, чьи глаза были распахнуты от ужаса, — пока перемазанное лицо не оказалось в метре от объектива. Распухшие губы шевельнулись, послышался хриплый голос:

— Пожалуйста, не надо. Пожалуйста, Тони, не делай мне больно.

Она закрыла глаза и уронила голову, но в следующий миг в кадре появилась рука в чёрной резиновой перчатке. Два пальца легли ей под подбородок и резким рывком задрали его вверх. Когда она снова открыла глаза, Маркус заметил нечто, от чего окончательно усомнился в собственном рассудке.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 40

Впервые в жизни она не чувствует себя ребёнком.

Конечно, в последнее время — особенно с папой — она всегда настаивала, что уже взрослая и заслуживает соответствующего отношения. И в те моменты говорила серьёзно. Но в самых сокровенных мыслях часто думала иначе.

Когда сидит одна в комнате и вдруг, по настроению, достаёт из коробки в глубине шкафа кукол и разговаривает за них. Детские глупости, которые уже не пристали пятнадцатилетней.

После таких моментов, убрав кукол обратно, она каждый раз спрашивает себя: может, с ней что-то не так? Может, она отстала в развитии?

И тогда боится, что никогда не станет такой взрослой и ответственной, как другие.

Такой разумной.

Она не раз собиралась поговорить об этом с мамой, но что бы мама подумала, узнай она, как по-детски дочь иногда ведёт себя, когда одна?

Теперь уже поздно разговаривать с мамой о чём бы то ни было.

Нет. Не думать о маме. Не сейчас.

В общем, она заметила, что ей уже почти всё равно — сидеть с голым торсом. И что на ней только трусики, а ноги раздвинуты, — тоже уже не так важно.

Важно, что будет дальше.

Важно, как логически продолжится цепочка событий.

Сначала этот тип снял с неё футболку, потом туфли, носки, джинсы и лифчик. Следующими будут трусики. А потом?

Это «потом» пугает её так сильно, что собственная нагота уже не важна.

Что сейчас делает папа?

Потребовали ли похитители выкуп? Сможет ли он заплатить?

Горячая волна прокатывается по телу, когда возникает другая мысль: а захочет ли он вообще платить за неё выкуп — после того как она его подставила в полиции?

Странно, что она только сейчас об этом подумала.

Может, всё время она старалась это забыть, потому что чувствует себя виноватой.

Но что ей было делать? Она же должна была сказать полиции правду. А правда в том, что она видела, как папа схватил маму за руки и толкнул её к стене.

То, что она рассказала об этом полиции, не значит, что она не любит папу, но… теперь мама мертва. Кто-то её убил, и…

Разум отказывается додумывать.

Боль от того, что она никогда больше не увидит маму, никогда больше не поговорит с ней и они не посмеются вместе, накатывает с такой силой, что её отбрасывает назад в реальность.

В ситуацию, в которой она находится.

Со множеством прожекторов и двумя камерами.

Со страхом перед тем, что будет.

Она плачет.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 41

Четверг, 02:16

— Что такое? — спросил Филипп. — Ты весь побледнел. Может, лучше не смотреть эти видео.

Маркус слышал слова, но не мог выдавить ни звука. Как заворожённый, он смотрел на руку, чёрную резиновую перчатку и запястье того типа, которого все называли Тони. И пока сердце не могло решить, продолжать ли колотиться о рёбра или просто остановиться, взгляд прикипел к наручным часам. Уникальные, ручной работы — часовщик из Майнца по имени Герхард делал их на заказ, — и сомнений не оставалось: они принадлежали ему.

Маркус медленно поднял руку и посмотрел на собственное запястье. На котором — как почти каждый день — были именно эти часы.

— Маркус, что случилось?

— Это… — он начал объяснять, потом подумал, что не стоит рассказывать Филиппу о своём открытии, и всё же продолжил — не приняв никакого решения: — Часы у него на запястье… они мои.

Чёрт. Зачем я ему это сказал?

— Ты уверен? — осторожно спросил Филипп.

Вместо ответа Маркус снова поднял руку и показал ему часы. Тот широко раскрыл глаза.

— Они уникальные. Беттина заказала их у бывшего одноклассника на мой сороковой день рождения, два года назад.

— Я… не знаю, что на это сказать.

— Я тоже. Это же полное безумие.

Взгляд Маркуса снова скользнул по предметам в шкафу, от которого у него был ключ. Видеокамера, которой снимали эти жуткие ролики, извращённые приспособления, отсек, где лежал ноутбук… Он замер. В том же отсеке лежала синяя папка-скоросшиватель. Маркус достал её, осмотрел чистую обложку с обеих сторон и раскрыл.

— Что это? — спросил Филипп, но Маркус не ответил.

Внутри — всего несколько листов. На первом — цветной фирменный бланк.

Д-р мед. Гвидо Бланкенфельд Специалист по психиатрии Психоаналитик (DPV/IPV) Приём по предварительной записи

Адресатом был… он сам.

Маркус опёрся рукой о шкаф и повернулся, прислонился к стене. Забыл, где находится и зачем сюда пришёл. Всё внимание — на этом единственном листе.

Он слышал своё частое дыхание, чувствовал стук сердца.

Неважно.

Он читал.

Уважаемый господин Керн, по вашему собственному запросу от 23.07 сего года, направляю вам «Научно-обоснованное психиатрическое заключение».