Мауро проснулся и осмотрел комнату, в которой его оставили. Окон в ней не было, дверь оказалась прочно заперта. Мебели тоже не было, только соломенный матрас, на который его уложили. Мауро удивился, увидев хорошее постельное белье и поднос с водой и нарезанными фруктами, ведь сама комната была похожа на грязную кладовую.

Через некоторое время дверь открылась и в комнату степенно вошел мужчина с редеющими волосами. За ним следовал вооруженный мулат – чтобы у Мауро не возникло искушения попытаться сбежать.

– Кто вы? – спросил Мауро.

– Энрике Олосага, владелец судна, доставившего вас на Кубу, – представился незнакомец.

– Рабовладелец, который обманул галисийцев.

– Может, и так, а может, и нет.

– Что вам нужно?

– Всему свое время, – твердо, но вежливо ответил Энрике. – Вы видели труп Лойнаса?

– Видел.

– Клянусь, это не я его убил. Я пришел к нему, чтобы познакомиться с вами. Лойнас был уже мертв.

– Это с вами я должен был встретиться?

– Именно так.

Мауро нахмурился: Олосага и был той тенью, которую он видел. Тем человеком, что убегал из дома Лойнаса. От всех ужасных событий, которые Мауро пережил на Кубе, нити тянулись на корабль Олосаги.

– Лойнас был хорошим другом, – грустно проговорил судовладелец. – Это большая потеря для меня и для нашего дела.

– Почему вы убежали из его дома?

– Вероятно, по той же причине, что и вы: чтобы меня не обвинили в убийстве. Иногда страх сильнее принципов.

– Страх – достаточный повод, чтобы обвинить Рикардо в смерти сеньориты Бру? Вы теперь назначите его виновным и в смерти Лойнаса?

– Вы правы в том, что убийство Мигеля Лойнаса не первое. Но ошибаетесь, если думаете, что это мы подставили Рикардо. Нам сразу было ясно, что это не его рук дело. Однако, как вы понимаете, мы были очень встревожены и… напуганы. Послушайте, сейчас мы с вами гребем в одном направлении: Лойнас был моим другом, и я хочу выяснить, кто его убил. А еще я намерен продолжать его дело и бороться с рабством. Вы мне доверяете?

– Человеку, который сделал меня рабом? Тому, кто меня похитил? Думаю, вы не удивитесь, если я скажу «нет».

– Идемте со мной. У меня нет причин держать вас в этом неприятном месте. Я хочу познакомить вас еще кое с кем.

Мауро вышел из комнаты и обнаружил, что находился в подвале большого особняка. Он поднялся по лестнице вслед за Олосагой. Олосага провел его в гостиную, полную книг и дорогой мебели. Там, с бокалом бренди в руке, развалившись в кресле, сидел мужчина лет шестидесяти в коричневом пиджаке. У него были густые бакенбарды, а на носу – маленькие круглые очки, придававшие ему сходство с испанским писателем Франсиско де Кеведо.

– Я Висенте Антонио де Кастро, врач, – представился он, вставая. – Насколько мне известно, вы тоже изучали медицину.

– Я не доучился, – коротко ответил Мауро.

– Возможно, мое имя вам ничего не говорит, но на Кубе я довольно известен. Больше двадцати лет я боролся за отмену рабства, десять лет провел в изгнании в Соединенных Штатах и вернулся сюда всего несколько месяцев назад. Я был первым не североамериканским врачом, который использовал эфир в качестве анестетика еще до того, как он появился в Европе. Я доказал это, усыпив вас. Надеюсь, голова не болит?

– Вы друг судовладельца, торгующего рабами.

– Так меня называют, – смиренно пояснил Олосага. – Говорят, я судовладелец, который доставил вас и других галисийцев на Кубу. В этом меня обвинили, потом начали преследовать, и я лишился своего дела. Вот только это неправда. Все, что я сделал, – последние пятнадцать или двадцать лет арендовал судно у компании в Лондоне. Я не знал, чем они занимались, и не интересовался, что они перевозили…

– Незнание не освобождает от ответственности, – отрезал Мауро.

– Это ваша точка зрения на случившееся. Я же считаю себя невиновным. Однако важно другое…

– Важно название компании, у которой вы арендовали судно.

– «Ромасанта».

– Верно, но «Ромасанта» – это один из филиалов интересующей нас компании «Санта Каталина де Баракоа», – уточнил Кастро. – Знакомое название?

– «Санта Каталина»? Мне рассказывали о корабле, который так назывался, – вспомнил Мауро. – Рабы говорят, что на нем на остров прибыл демон. Не знаю, что тут правда, а что – часть легенды, но слышал, будто на корабле нашли много трупов, а капитана запытали до смерти – так же, как Лойнаса и Амалию Бру.

– Порой факты переплетаются с вымыслом так тесно, что уже не различить, где начинается одно и заканчивается другое. Так вышло и с «Санта Каталиной». Тем не менее одно можно сказать наверняка: на этом корабле действительно прибыл демон. Есть рукопись, в которой рассказывается о его зверствах на восточной кофейной плантации.

– Лойнас рассказывал мне о рукописи. Он думал, я смогу ее раздобыть.

– И вам необходимо это сделать, Мауро, – кивнул Олосага.

– Вы считаете, что Лойнас и сеньорита Бру погибли из-за нее?

– Возможно, хотя здесь у нас есть существенное расхождение, – вмешался доктор Кастро. – Мне кажется, убийца устраняет людей, которые боролись за отмену рабства. Он хочет, чтобы все оставалось по-прежнему, а рукопись никогда не была опубликована.

– Но только мы знали, что Бру и Лойнас были сторонниками отмены рабства, – возразил Олосага. – Для остальных она была обычной владелицей плантаций, а он – адвокатом, защищавшим плантаторов. Следовательно, в глазах общества оба они были сторонниками рабства. Убийцей может быть, например, африканец, раб. Власти быстро скрыли тело, но есть основания полагать, что была еще одна жертва – Коллантес, работорговец, приехавший из Соединенных Штатов. Здесь, на острове, он жестоко обращался со своими рабами… Демон, о котором идет речь в рукописи, белый или черный, устроил настоящий ад на восточной кофейной плантации. Это глухое место, будто остров внутри острова.

– Если это так, Рикардо следует исключить из числа виновных, – заметил Мауро.

– Об этом напишут в завтрашних газетах. Некоторые охотники за рабами подтвердили, что он в вашей группе беглецов. – Кастро налил себе еще немного бренди. – Рикардо будет оправдан и сможет наслаждаться свободой, которую подарила ему сеньорита Бру.

– Вместе со своей семьей, – добавил Олосага. – В следующий четверг Освальд Пайк объявит об освобождении всех рабов на сахарном заводе «Санта Роса». Насколько мне известно, у Рикардо там мать и брат.

– Он заслужил хоть немного радости после всего, что произошло, – сказал Мауро. – Я был бы рад присутствовать при воссоединении их семьи.

– Возможно, вам это удастся. Мы хотим, чтобы вы отправились в «Санта Росу» и были там в этот исторический день, – сказал Олосага.

– Но зачем?

– Сеньорита Бру спрятала рукопись у себя дома, в алом секретере. А если ее там нет, возможно, Леонор Морелл знает, где она. Может быть, бумаги уже у нее.

– Но меня никто не приглашал в «Санта Росу»…

– Я добуду приглашение на имя Мануэля Сантоме, – сказал Кастро. Очевидно, врач был в курсе сделки, которую Мауро заключил с Лойнасом. – Мы понимаем, что это очень опасно… Что, если кто-нибудь раскроет вашу настоящую личность? Но я представлю вас обществу как моего протеже. Мануэль Сантоме вне подозрений, никому не будет дела до того, что он работает у меня консультантом.

– Больше всего меня беспокоит другое, – признался Мауро. – Эта рукопись… Кажется, все, кто пытался ее найти, теперь мертвы.

– Значит, Леонор Морелл тоже в опасности.

Мауро не нужно было слышать слова Кастро. Тревога и так не давала ему покоя. Он думал о том, как слова, написанные на бумаге, могут таить в себе столько опасностей. В рукописи содержалось описание зверств демона, который, говорят, прибыл откуда-то на остров и создал царство ужаса на восточном сахарном заводе. Мауро был уверен, что кожа у демона белая. И возможно, он прямо сейчас выслеживает Леонор. Мауро знал, что отыщет ее, хотя и не мог бы сказать, делает он это ради освобождения рабов или потому что испытывает острую потребность защитить Леонор, снова быть с ней. Коснуться ее белой, как вереск, кожи.