Четверг. За 5 дней до…

Если верить настенным часам, то Дем проснулся за несколько минут до будильника. Имелась у его организма одна особенность, которая сильно облегчала ранние подъемы и ненормированный график. Если перед сном настроиться, что надо проснуться в определенное время, то пробудиться получиться легче, а нередко и до звонка. Вот и сейчас Демьян вроде и спал немногим больше четырех часов, но чувствовал себя бодрым. Во всяком случае, пока.

Он осторожно потянулся за смартфоном, чтобы отключить будильник, пока тот не потревожил Лину. Мандариновая девушка сладко спала, всем телом прижавшись к нему, даже ногу ему на бедро закинула и рукой крепко обнимала, словно не хотела отпускать, боялась, что он уйдет, когда она будет спать.

У Демьяна мелькнула мысль, что хорошо бы разбудить Лину поцелуем, а потом и вовсе заняться любовью. Лучше кофе с утра может быть только секс, особенно с девушкой, которая сводит с ума…

Наконец Галин дотянулся до мобильника на тумбочке и увидел входящий вызов от директора агентства. Телефон все еще находился в беззвучном режиме.

Мысленно выругавшись, Дем выскользнул объятий соседки, вышел из спальни, плотно прикрыв за собой дверь, и только потом принял звонок. И тут же отодвинул трубку подальше от уха, потому что из нее полилась отборная брань.

– …Щенок, ты что себе позволяешь?! – через некоторое время перейдя с обсценной лексики на более цензурную вскричал Серафим. – Мало того, что вчера не явился на встречу с инвесторами. Заметь, потенциальными инвесторами! А теперь вряд ли они хотя бы копейку вложат в новый проект! Эти уважаемые люди выделили время в своем крайне загруженном графике, а ты не явился! Так еще ночью шлялся неизвестно где и теперь твои фотки с мелкой лохматой девкой по всей сети! Да еще и эта Роза свой ролик запостила! Что ты там сказал? Что «не принял окончательное решение» продлишь ли со мной контракт? Не принял решение он! А с чего ты взял, что я захочу подписать с тобой новый контракт?! Да ты на коленях должен ползать, умолять меня!..

Очень хотелось бросить трубку, но этого Дем себе позволить не мог. Если не даст Серафиму выговориться, будет только хуже. Вчера он игнорировал звонки не только Руда, но и директора агентства, так что последствия закономерны.

Как Демьян и предчувствовал, проблем теперь добавилось. Правда, он не ожидал, что все навалится разом. Роза выбрала неудачное время, чтобы опубликовать материал. Тот факт, что его с Линой могли сфотографировать, он тоже не учел. И пока оставалось лишь гадать, какого рода фото попали в сеть…

– Если у вас все, то мне надо собираться, – сказал парень, когда Серафим выдохся и замолчал, – не хочу опоздать на эфир.

– Ты где сейчас? – прорычал директор.

– В ЖК, мое конкретное местоположение значение не имеет. Через несколько минут поднимусь в пентхаус.

– Если твоя девчонка запостит хотя бы одну фотку …

– Я бы больше беспокоился, что Лина подаст на агентство в суд. Из-за вашего попустительства ее жизнь была подвергнута опасности. Если бы вы предприняли меры по поводу «сталкерши», ничего бы этого не произошло.

– Лина, значит… – задумчиво протянул Геннадий Юрьевич Серафимов.

Демьян промолчал.

– Меня не волнует, с кем ты спишь, пока это не мешает работе. Ты знаешь правила. Но у меня один вопрос: ты о Миле подумал?

Ну, конечно, если кто-то директора и волновал, так это только Мила.

– Вы же знаете, мы давно расстались.

– У меня другие сведения. Недавно Мила советовалась со мной по поводу вашего брака. Брака, Галин, черт возьми! Пиарщики уже начали работать…

– Я не собираюсь на ней жениться и Миле это прекрасно известно.

– Вот значит как… – с нехорошей интонацией протянул Серафим.

– Мне надо готовиться к эфиру.

– Сегодня у тебя эфир на радио, да… Короче, больше никаких срывов и переносов. Причины меня не волнуют. Хоть понос, хоть температура под сорок. Не волнует! Ты должен выложиться на все сто! До премьеры меньше месяца!.. И, напоминаю, в понедельник ты ведешь награждение. Это большая честь, который ты, конечно, недостоин. Но я тебя в порошок сотру и в асфальт закатаю, если хотя бы в чем-то напортачишь. Понял?! – рявкнул Геннадий Юрьевич.

– А как же, – нарочито спокойно произнес Демьян и нажал «отбой».

Возникло безумное желание запустить мобильником в стену или что-то разбить, ударить кулаком… Эмоции, которые он сдерживал во время разговора с директором агентства, требовали выхода.

Демьян несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, затем направился в ванную комнату, умылся ледяной водой, затем тщательно вытер лицо пушистым белоснежным полотенцем. Полегчало, хотя и ненамного.

В прихожей он в нерешительности остановился. Просто уйти, ничего не сказав, казалось неправильным. Хотелось вернуться в спальню, увидеть Лину, но он боялся разбудить девушку… или того, что она уже проснулась, слышала хотя бы часть его разговора с Серафимом.

Нет, лучше он встретится с ней вечером.

Сейчас же его ждала еще одна неприятная беседа, на этот раз с Рудом, и работа.

С чувством глубокого сожаления он покинул апартаменты, которые дали им с Линой приют на эту ночь.

* * *

Я проснулась в тот миг, когда Демьян встал с постели. Потянувшись, тоже поднялась, последовала за ним, уже приоткрыла дверь, но потом до меня донеслись голоса. Подслушивать изначально я не собиралась, но, уловив содержание беседы, решила, что лучше мне остаться в спальне. Так что снова закрыла дверь и, оставив крохотную щелочку, вся обратилась в слух.

Слова парня я разбирала прекрасно, но из телефона до меня долетали лишь отдельные реплики. Впрочем, этого хватило, чтобы сделать вывод – Демьян разговаривал с директором своего агентства.

Какая же сволочь этот босс Демьяна. И как земля таких носит? Скотина! Мразь! Уууу… придушила бы!

Я и раньше понимала, что знаменитостью быть нелегко, и сосед находился под колоссальным давлением, но истинные масштабы начала осознавать только сейчас. Наконец стало понятно, почему у звезды такого уровня, как Демьян Галин, проблемы с самооценкой, ведь рядом с ним Серафим и Руд. Мне одновременно стало жаль парня, и я прониклась к нему еще большим уважением – постоянно выдерживать такой прессинг крайне нелегко!

Вот только вряд ли бы Демьян обрадовался, если бы узнал, что я слышала разговор. И уж точно в моей жалости он не нуждался! Мне, окажись я на его месте, было бы неприятно, если бы кто-то стал свидетелем, как меня смешали с грязью…

Так что, когда голоса стихли, я вернулась в кровать и притворилась спящей.

Время шло, Демьяна все не было. А потом я услышала, как хлопнула дверь. Сосед ушел.

Разом мне стало горько и одиноко.

Он даже не заглянул ко мне перед уходом. Ни слова не сказал. Вот же черт!

Я снова поднялась с кровати и босиком прошлепала в прихожую к вмонтированному в стену небольшому монитору – видеодомофону, с помощь которого связалась сначала с управляющим, а потом и с начальником службы безопасности. Суть обоих разговоров сводилась к следующему. Змей изловили, они, кстати, оказались неядовитыми – безобидными черными ужиками. Квартиру проверили, порядок навели – в общем, можно смело возвращаться домой. Безопасники сейчас пытались выяснить, кто отправил злополучную посылку, но пока особенно в этом не продвинулись. Обратный адрес на коробке указан не был. Коробку со змеями доставил курьер в мотоциклетном шлеме, так что лица его никто не видел, номер его транспортного средства тоже заснять не удалось, потому как ни на подземной парковке, ни рядом с ЖК его мотоцикла не оказалось. Парень в шлеме пришел пешком и ушел тоже, по камерам его удалось отследить только до ближайшего переулка, и там он просто испарился.

– Усильте меры безопасности, – распорядилась я. – Больше никаких курьеров в шлемах и масках! Не доставляйте посылки и письма без обратного адреса на двадцать пятый этаж. Посылки вскрывайте под камеру, письма тоже, если адресат незнакомый и вызывает сомнения.

– Будет сделано, – кивнул начальник службы безопасности. – Но у меня вопрос касательно корреспонденции Демьяна Галина. Не будет ли он возражать…

– Не будет. Я поговорю с ним… А вообще другие письма или посылки Демьяну были?

– Насколько мне известно, нет.

– Вероятно, и не будут, – пробормотала я.

– Что?..

– В ближайшую пару недель усильте меры безопасности. А касательно фотофиксации курьеров и всевозможных доставщиков продуктов, а также корреспонденции – это бессрочное распоряжение. Странно, что у нас в замке творится такой бардак. Я неприятно удивлена.

– Исправимся, – мрачно кивнул безопасник, – можете быть уверены.

– Хорошо.

– И еще одно… – собеседник замялся, похоже, ему было неловко. – Вы уже видели фото?

– Нет. Мой телефон остался в кабинете. А что там?

– Да, в принципе, ничего такого, но лучше вам самой увидеть… Мы пока не выяснили, кто сделал фото. Есть вероятность, что кто-то из наших, но, может, и сотрудник полиции, кто-то из жильцов. Вас с Демьяном видели много людей.

Кивнула. Вчера вечером я и думать забыла об осторожности, Демьян, видимо, тоже. А он все-таки публичная персона, притом весьма узнаваемая. За каждым его шагом пристально следят тысячи фанатов.

– Мое имя в прессе фигурирует?

– Пока нет. Но, сами понимаете, это вопрос времени.

– Значит дом, в котором живет Демьян Галин, теперь всем известен?

– Да. С раннего утра у ворот толпа фанатов, и с каждым часом их все больше. Плюс замок осаждают всевозможные журналисты и блогеры. Некоторые из них пытались пробраться на территорию ЖК. Пока мы никого не пускали, но… – начальник службы безопасности вздохнул и замолчал.

– Но скоро откроются кафе, ресторан, магазины… Вы не можете не пускать в них посетителей.

– Да. Я увеличил количество охранников. Будьте уверены, жильцов никто не побеспокоит. В лобби тоже, как и прежде, будут допускаться только местные жители и их гости. Но… возможны инциденты.

– Понимаю, – я поморщилась, – со знаменитостями вечно проблемы.

– По моему опыту, – сказал безопасник, – через несколько дней все утихнет. Демьян Галин – не первая звезда, что живет в вашем замке. А через пару недель все и вовсе про него забудут. Ну, может, несколько наиболее упорных фанаток-малолеток продолжит шататься по окрестностям.

– Если бы… – прошептала я. – Боюсь, не в этом случае.

Впрочем, когда Демьян умрет, последнее, что меня будет волновать, это толпы убитых горем поклонниц и охочих до сенсаций журналистов.

* * *

Фотографии Демьян посмотрел уже в лифте.

На первой их с Линой засняли в холле двадцать пятого этажа. Мандариновая девушка замерла с растерянным выражением лица, он же, припав на одно колено, завязывал ей шнурки на ботинках. Вокруг толпилось множество сотрудников ЖК и ребят в форме, но ни одному из них макушка Лины не доставала до плеча.

Второй раз их поймал объектив фотокамеры в лифте, когда двери открылись на первом этаже. Лина тогда испуганно прижалась к нему всем телом, спрятала лицо на груди. Он обнимал ее одной рукой, а другой тянулся к панели управления на стене.

Оба снимка оказались весьма безобидные, но давали волю воображению и, разумеется, в комментариях под ними разразились настоящие дебаты.

Демьян пробежал глазами самые залайканные реплики под фотографиями. Мнения народа разделились. Одни возмущались, что он изменяет Миле. Другие кричали, что давно знали, что «Демочка» с кем-то тайком встречается, а слухи про Миланович распустило само агентство для отвода глаз. Третьи говорили, что девчонка слишком мелкая и, видимо, это его племянница. Четвертые предполагали, что ему вообще нравятся малолетки. Пятые заявляли, что выходят из фан-клуба, Дем предал их в лучших чувствах и разбил нежные девичьи мечты… И все задавались вопросом, кто же в действительности та девушка с фото.

Ну и конечно внешности Лины тоже досталось. Разобрали весь ее облик, лицо, прическу… Таких колких истекающих ядом высказываний Демьяну давно не приходилось читать.

Хотя самый популярный комментарий все равно выглядел так: «Хочу быть на ее месте».

Эх, знали бы они про Лину то, что известно ему… Впрочем, нет. Большинство его поклонниц все равно возжелали бы поменяться с Линой местами, особенно если бы услышали, что девушка владеет пентхаусом. А странное поведение Лины, ее панические атаки и психологическую травму после гибели родителей, они назвали бы капризом скучающей богатой дурочки.

Так что хорошо, что его фанаты про соседку пока ничего не разузнали. И лучше бы оно так и осталось. Но Демьян давно лишился наивности в подобных вопросах и понимал, что фанатское неведение долго не продлится. В ближайшем будущем это создаст сложности и неприятности и ему, и Лине. Пока же имелись более насущные проблемы…

Оба снимка он сохранил себе на телефон.

А затем отправил сообщение:«Извини, что так ушел. Не хотел будить. Увидимся вечером». Лина забыла мобильник дома, но она же планировала туда вернуться… Про то, что их сфотографировали вместе, писать не стал. Вечером при встрече обсудит все с Линой, это не та ситуация о которой можно просто уведомить в мессенджере. Да и крайне маловероятно, что девушка сегодня выйдет из дома, не говоря уже о том, что она далека от всей этой тусовочно-звездной жизни и вряд ли узнает, что ее разыскивают его фанатки…

Вопреки ожиданиям Демьяна в холле двадцать пятого этажа Руд его не поджидал. Там и вовсе ни души не оказалось. У парня затеплилась слабая надежда, что, может, менеджер все-таки отправился домой. Вчера, перед тем, как выйти прогулку с Линой, он предупредил Руда, что на вечернем мероприятии все же не появится… К слову, о том, что ему следовало встретиться с какими-то потенциальными инвесторами, Дем только сегодня услышал от Серафима. Вполне вероятно, директор агентства выдумал историю на ходу, так как сказать для пущего драматизма и нагнетания обстановки, чтобы потом в очередной раз упрекнуть Демьяна в плохой работе и неисполнении условий контракта… Вчера парень должен был присутствовать на юбилее одной почтенной оперной дивы. Гостей в списке значилось около трехсот, но на подобные мероприятия регулярно кто-то в итоге не доходил. Дем не видел трагедии в том, что пропустил очередную богемную вечеринку. Серафим считал иначе.

Увы, надежды Демьяна не оправдались – Руда он нашел в гостиной. Его надзиратель вальяжно развалился в кресле. Одежда менеджера выглядела вчерашней и помятой; рубашка расстегнута, галстук и пиджак брошены рядом на диване. Волосы взлохмачены, под глазами залегли густые тени. На журнальном столике перед Рудом высилась груда грязной посуды из ресторана.

– Явился-таки.

– И вам доброе утро, – поморщился парень. – Смотрю, ты опять не выспался.

– Твоими стараниями, Демочка, – приторно ласково проворковал Рудольф Германович, – я вообще не сомкнул глаз. Фотки уже видел?

– Видел. На них ничего такого, о чем стоило бы волноваться.

– Как сказать, как сказать, – протянул менеджер. – Поначалу я не понял, почему ты променял Милу на эту «мандариновую девушку», теперь же все…

– Ладно, я в душ, остальное обсудим в машине, – перебил Дем. – А то мы и так уже выбиваемся из графика.

– Некоторые вопросы надо решить сейчас. Да, ситуация, на первый взгляд, рядовая. И пиарщики уже работают. Но есть нюанс. Галин, мне вот интересно, ты с самого начала знал и только притворялся идиотом, или тебе так необычайно повезло?

Демьян в немом вопросе вскинул брови.

– Хотя нет, – продолжил размышлять Руд, – ты, конечно, неплохой актер, но не настолько. Где-то да прокололся бы. И тогда в холле ты слишком уж достоверно отыграл удивление и ревность. Если бы знал, что Максимилиан ее дядя, то так бы не смог.

– Ты о чем? – спросил Дем. Хотя, кажется, уже начал понимать…

– О том, Галин, что ты сорвал джекпот.