Среда-четверг. За 6–5 дней до…

На территории старинной усадьбы в столь поздний час работало только одно кафе. Вернее, не кафе даже, а уличный киоск с фастфудом. Остальные заведения, мимо которых мы прошли, уже закрылись по причине полного отсутствия посетителей – кажется, кроме меня и Демьяна в парке больше не было никого. Ну, кроме курьера на велосипеде, которого давно и след простыл. И усталой женщины средних лет, что сидела в киоске. Тот, к слову, тоже вот-вот должен был закрыться, ибо работал до полуночи, а до означенного времени оставалось всего ничего.

– Ты что будешь? – спросил меня Демьян.

– На твое усмотрение, – пожала плечами я.

Сосед ловко вытащил из кармана тканевую маску и, спрятав под ней нижнюю половину лица, отправился делать заказ. Я же близко к киоску подходить не стала, осталась ждать его на перекрестке под фонарем.

Продавщица с недовольной миной выслушала заказ и, бросив в сторону Демьяна лишь пустой мимолетный взгляд, принялась колдовать над поздним перекусом.

Я же запоздало подумала, что к киоску лучше было подойти мне. Так и так таймер смерти этой женщины увидела. А Демьян, как абсурдно ни звучало, рисковал, даже прогуливаясь со мной ночью. В конце концов, он знаменитость! Хорошо, что продавщице не было дела до припозднившихся посетителей и оказалось совсем не любопытно, кого же понесло ночью гулять по парку. Женщина явно считала мгновения, когда рабочее время закончится, и она сможет отправиться домой.

Через несколько минут Демьян вернулся ко мне, удерживая в одной руке подставку с двумя стаканчиками, и пару французских хот-догов в другой.

– Кофе и чай. Что будешь?

Я выбрала чай. Кофе пила редко, а вот чай в течение дня обычно поглощала литрами. И черный, и зеленый, и со всевозможными добавками, и травяной… Одного не помнила, когда в последний раз пробовала чай, заваренный из пакетика.

– Пойдем, – сказал Демьян, – там есть столики.

За киоском, у самой воды, был устроен навес, под которым спрятались от непогоды несколько пластиковых столиков со стульями. Если лавочки в парке еще не просохли после дождя, то тут оказалось сухо.

Мы выбрали столик поближе к берегу, уселись друг напротив друга и принялись за нехитрый ужин.

– А вкусно! – удивленно изрек Демьян, когда вгрызся в хрустящую булку.

– Угу, – жуя, отозвалась я.

Хот-догов я тоже давненько не ела, особенно вот так, на природе. Вкус оказался весьма недурен. Я даже пожалела, что сосед заказал так мало.

Хлопнула дверь, мы одновременно обернулись на звук.

– Уберите потом за собой! – крикнула продавщица, закрывая киоск.

– И вам доброй ночи, – отозвался Демьян.

Я хихикнула.

– Ночи! Спать бы лучше шли… – что-то недовольно бурча себе под нос, женщина ушла.

– Несложно представить, что она про нас думает, – заметила я.

– Ага. Беднягам переночевать негде, – он с улыбкой кивнул, – и денег на приличное кафе нет.

Прикрыв ладошкой рот, я рассмеялась. Эх, знала бы эта продавщица, кто решил у нее сегодня поужинать. Вот бы удивилась!

– Спасибо тебе, – вдруг, разом посерьезнев, произнес Демьян. – Я уже и забыл, каково это, просто гулять в свое удовольствие. Есть вредную еду.

– Вообще-то это ты меня вытащил. И еду тоже ты купил.

– Если бы не ты, я бы точно не пошел ночью гулять в этот парк. Я про него даже не знал.

– Да, это точно, – кивнула я и глотнула чая, который внезапно оказался не так уж и плох.

– И я бы хотел как-нибудь повторить прогулку.

Я подавилась чаем и закашлялась. Наконец, совладав с собой, выдохнула:

– Ты?..

Это то, о чем я думаю? Или я опять неправильно воспринимаю сигналы и принимаю желаемое за действительное? В конце концов, опыта в отношениях у меня нет, а дружить, во всяком случае, в реале, за столько лет я разучилась.

– Да, я приглашаю тебя на свидание, – встретившись со мной взглядом, улыбнулся он. – Если ты не против провести в моем обществе еще некоторое время.

Я вновь кивнула. Возможно, несколько более поспешно, чем следовало.

Сосед в немом вопросе вскинул брови.

– Не против, конечно, – я тоже улыбнулась. – А когда?

– Хотел бы сказать, что завтра, но я не знаю, когда удастся выгадать время. – Демьян показал мне экран своего мобильника, на котором высвечивалось сорок три пропущенных вызова.

– Ого… – выдохнула я. – А если что-то срочное? Важное?

– Тогда позвонил бы Борис, а это все от Руда и Серафима.

– Борис?

– Мой водитель. Ну и телохранитель.

– Сегодня среда, вернее, уже четверг, – задумчиво проговорила я. – Тогда в пятницу или в выходные?

– Выходные у меня обычно еще более загружены, чем будни.

– И свободными остаются только ночи…

– Не всегда, – возразил он. – Нередко приходится сниматься по ночам, а то и вовсе сутками пропадать на съемочной площадке.

– А когда же ты отдыхаешь?

– Никогда, – парень горько усмехнулся. – Первые нормальные выходные за два месяца у меня выдались как раз в тот день, когда мы с тобой познакомились.

Перед глазами во всех красках пронеслись подробности нашего феерического знакомства. Чувствуя, как опять пунцовеют щеки, я отвернулась и пробурчала:

– Однако оригинальный способ пригласить девушку на свидание.

Демьян потянулся через стол и поймал мою руку.

– Лина, – негромко сказал парень, вынуждая посмотреть на него, – я бы хотел с тобой встретиться еще не раз при… – он на мгновение замешкался, подбирая слово, – при менее драматических обстоятельствах. Началось у нас все очень быстро и по-дурацки, признаю. И я не обещаю, что со мной будет легко, все-таки мой график, фанаты… И по контракту я не могу публично состоять в отношениях, во всяком случае, в ближайший месяц… Но я хотел бы снова сходить с тобой на свидание.

Если бы я уже не была влюблена в Демьяна, то без сомнения сейчас стала бы жертвой его обаяния, растеклась бы лужицей от восторга.

Рациональная часть меня понимала, что в этом-то и заключался талант Демьяна Галина – в умении красиво проникновенно говорить, вот так смотреть и очаровательно, с этакой затаенной грустью улыбаться. Не зря по актеру сходили с ума тысячи и тысячи фанатов.

Вот только сейчас он не играл на камеру для миллионов зрителей, все обаяние Демьяна было направлено в мою сторону. И я чувствовала его искренность.

Я растеряно переводила взгляд от его открытого, безумного красивого лица к груди… на которой, аккурат напротив сердца, высвечивались цифры таймера смерти. Пять дней. Всего пять.

– Черт… – прошептала я и поняла, что сейчас заплачу. Снова отвернулась, украдкой смахнула слезинку со щеки и резко поднялась из-за стола. Шагнула к воде, на самый край дощатого настила уличного кафе. – Черт… – беззвучно, кусая губы, прошептала еще раз.

– Лина? – негромко позвал меня парень.

Я молчала. Меня раздирали в клочья противоречивые эмоции. Невероятная радость и счастье. Невыносимая тоска и предчувствие скорой боли. И недоумение. Та самая рациональная часть меня не могла поверить, что такая девушка, как я, действительно могла понравиться Демьяну Галину. А даже если и правда понравилась, то нужны ли мне новые свидания и тем более отношения длинною в пять дней? Зачем? Чтобы потом больнее было?

А будет ли.

Он подошел, встал у меня за спиной.

– Это значит «нет»?

– Почему? – не оборачиваясь, ответила я. – Зачем тебе я? У тебя ведь эта… Мила.

– Я расстался с ней еще несколько месяцев назад. А почему?.. Не знаю. – Демьян осторожно, будто боялся спугнуть, обнял меня со спины. – Возможно, я сошел с ума. У меня сейчас нет времени на отношения. Я ничего не могу дать тебе. Но я не прощу себе, если упущу тебя, – с тихим смешком закончил парень.

А я не прощу себе, если упущу эти пять дней. Проживу их без тебя.

– Это значит «да», но с одним условием. Мы будем встречаться каждый день. Или ночь. Неважно. Если у тебя будет хотя бы пара минут, обещай, что придешь ко мне.

– Обещаю, – он обнял меня чуть крепче, пристроил свой подборок у меня на макушке. И мне разом сделалось тепло и очень уютно.

Не знаю, сколько мы стояли так. Любовались призрачными фигурами фонарей и изломанными контурами деревьев. Наслаждались тишиной, которую нет-нет да разрывал шум от автомобилей, проносившихся по набережной Москвы-реки.

– Мне кажется, тебе понравился бы Углич, там фонари также отражаются в воде, только не в каналах, а в Волге… – задумчиво проговорил Демьян и начал рассказывать про свой родной город, по которому скучал, который искренне любил.

К стыду своему я была вынуждена признать, что до этого момента ничегошеньки про Углич не знала. Разве что осталось в памяти с уроков истории, что там убили малолетнего царевича Дмитрия, того самого, чьим именем несколько лет спустя назвался печально известный Гришка Отрепьев.

Потом мы еще некоторое время, взявшись за руки, бродили по аллеям ночного парка. Демьян продолжил увлеченно, как и я недавно, рассказывать про свою родину. Про древние монастыри и храмы, про Угличский кремль и княжеские палаты, часовой завод и одну из старейших гидроэлектростанций в России…

– Ты так интересно рассказываешь! Тебе надо было экскурсоводом стать, – вырвалось у меня.

Я тут же прикусила язык и мысленно дала себе подзатыльник. Только я могла додуматься сказать популярному актеру, что лучше бы он стал экскурсоводом в провинции. Браво, Лина!

– А я и был, – с улыбкой отозвался Демьян. – Подрабатывал во время старших классов.

– О, значит, я угадала! Знаешь, кажется, теперь я хочу там побывать.

– Я собирался поехать в Углич на праздники… Вернее, обещал родителям и Аленке, что приеду, – он неловко замолчал.

Некоторое смущение Демьяна мне было понятно. Несколько преждевременно нам с ним обсуждать поездку в его родной город и тем более знакомство с родителями на Новый год. Тем более что до этой поездки сосед не доживет…

– Ну, я все равно никуда поехать не смогу, – нарочито весело ответила я, пытаясь разрядить атмосферу, – транспорт и я несовместимы, а пешком до Углича и за год не дойду.

– Только автомобильный или другой тоже?

– Другой?

– Рядом с твоим домом пристань, а Углич стоит на реке. По Волге ходят круизные лайнеры. Или можно яхту нанять.

– Хм… Не знаю. Не уверена.

С водой у меня тоже связаны не самые приятные воспоминания.

– Тогда, может быть… – Демьян постарался подавить зевок, но не преуспел в этом – …летом попробуем? Или весной?

– Может…

Только теперь я заметила, насколько усталым и измотанным выглядел парень.

Ну, конечно! Это я встала в полдень, а сосед проснулся гораздо раньше. И последние часы он развлекал меня, чтобы пережитый ужас выветрился из головы и про змей я и думать забыла.

Боги, какая же я слепая эгоистка!

– Сколько сейчас? – спросила я.

Мой мобильник остался в кабинете, так что представление о времени я имела весьма смутное. А часов я в принципе никогда не носила.

Демьян вытащил смартфон, пару раз моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд на экране.

– Почти два, – наконец изрек он.

– Пойдем домой. Тебе, наверное, опять рано вставать.

Он кивнул. С выражением обреченности на лице открыл мессенджер, пролистнул множество сообщений.

– Руд в бешенстве. Ждет в пентхаусе. А может и у лифтов. Так что незаметно не пробраться. Ни ко мне. Ни к тебе.

Опять этот чертов Руд! От меня упорно ускользала суть взаимоотношений Демьяна с его менеджером. Вроде, мой сосед – звезда, а этот Руд должен с него пылинки сдувать, следить за душевным и телесным комфортом, ну и рабочий процесс организовывать, всякие проблемы улаживать. Но пока вырисовалась странная картина, и Демьян своего менеджера недолюбливал и даже, кажется, опасался.

Надо бы разобраться, но не сейчас.

К себе домой я возвращаться тоже не хотела. Змей, вероятно, уже отловили. Но лучше я все осмотрю при свете дня, когда у меня будут на это душевные силы.

– Пойдем, – я потянула его за рукав.

– Куда?

– Просто доверься мне.

Со вздохом Демьян кивнул.

Я повела его к замку. Но не к парадному подъезду и не к парковке, а к служебному входу – неприметному крылечку с торца здания. Набрала код на панели, открыла дверь, и мы оказались в узком светлом коридоре. Слева на стене располагалась дверь в гардероб для сотрудников. Охраны не было, только камеры видеонаблюдения.

Мы прошли по лабиринту коридоров к лестнице, поднялись на третий этаж. И вот только тут я в задумчивости замерла. Первые два этажа и часть третьего отводились под всякие служебные и технические помещения, кафе, магазины и прочая, а также апартаменты, которые я сдавала. Насколько я помнила, два помещения сейчас пустовало. Но вот какие именно, уверена не была. Конфуз выйдет, если мы с Демьяном заявимся к кому-то в гости в полтретьего ночи.

Взять мобильник соседа и позвонить управляющему или тому же ночному консьержу? Или все же попытаться вспомнить самой?.. Так, точно не крайняя дверь, и не эта – здесь пара живет больше года и здесь тоже. А тут одинокий мужчина, вроде популярный блогер… Вот! Видимо эта дверь!

С замиранием сердца я ввела служебный код, который открывал двери всех съемных апартаментов на этом этаже. Осторожно приоткрыла створку и облегченно вздохнула. Прихожая порадовала прямо-таки стерильной чистотой – я угадала правильно, здесь никто не жил!

– Заходи, – пригласила я.

– Что это за место? – зевнув в кулак, уточнил Демьян.

Всю дорогу до замка он молчал и, кажется, даже ноги переставлял с трудом, буквально засыпал на ходу.

– Одна из моих квартир. Сейчас тут никто не живет.

– Ты не перестаешь меня удивлять, – покачал головой он, но больше ничего спрашивать не стал.

Эти апартаменты, как и все на этаже, были невелики по площади – всего шестьдесят квадратов. Лишь прихожая, санузел, кухня-гостиная и спальня с гардеробом. Зато имелось все необходимое – постельное белье, полотенца, посуда… Этакий комфортабельный гостиничный номер, который можно снять на длительный срок.

Я повесила пуховик на вешалку, сняла ботинки и босиком прошла в спальню. Демьян, который тоже избавился от верхней одежды и обуви, проследовал за мной.

По центру комнаты располагалась широкая двуспальная кровать из темного дерева. Постель так и манила. Хотелось откинуть золотисто-кремовое, в цвет стен, покрывало и рухнуть на белоснежную простынь, уткнуться лицом с мягкую подушку, накрыться с головой пушистым одеялом…

– Ты ложись здесь, – я с сожалением отвела взор от кровати, – а я устроюсь на диване в гостиной. Только плед в гардеробе возьму.

– Кровать большая, – придержал меня за плечо сосед. – Хватит места всем.

– Я сейчас не…. – снова поняла, что стремительно краснею.

Вроде сама же сказала Демьяну, что хочу проводить с ним все дни и ночи. Но не готова я была кэтому. Не так. Не сейчас.

– Лина, – он тихо и совсем необидно рассмеялся, – в данный момент я хочу только одного – спать! Да и ты выспишься на кровати лучше, чем в гостиной.

Резон в его словах был, а потому я кивнула.

К тому же, поймала себя на мысли, что не хочу этой ночью оставаться одна не только в квартире, но даже в комнате.

Демьян упал на кровать прямо в одежде. То ли у него не было сил раздеваться, то ли не хотел еще больше смущать меня.

Я тоже ничего снимать не стала и устроилась на своей половине.

И как-то так через пару минут получилось, что я оказалась в объятиях Демьяна. Поначалу напряглась, но потом вдохнула притягательный аромат кедра и бергамота, пригрелась, расслабилась… и заснула.

* * *

Демьян был уверен, что отрубится сразу же, стоит голове коснуться подушки, но сон не шел. Возможно, виной тому была мандариновая девушка, что мирно посапывала в его объятиях.

Загадочная. Манящая. Ранимая и сильная. Отчаянная и непредсказуемая. Поистине сказочная – словно принцесса. И одновременно очень живая, настоящая, искренняя.

Сейчас было самое неподходящее время, чтобы начинать отношения, тем более с такой сложной девушкой. Вообще все очень внезапно и быстро закрутилось, но вопреки всем доводам разума Демьян хотел быть с Линой.

Дем собирался поцеловать ее там на мосту. Но замешкался, пытаясь дотянуться до нее – никогда раньше ему не приходилось встречаться с такой миниатюрной девушкой. Задумался, правильно ли поступает, не окажется ли, что он опять воспользовался ее слабостью. А потом дотронулся до щеки и почувствовал, что Лину все еще бьет мелкая дрожь. И ляпнул первое, что пришло на ум…

Он и рад был бы заснуть, но слишком много мыслей роилось в голове.

Его переполняла странная эйфория и одновременно душила дикая усталость. Завтра предстоял тяжелый день. Да что там завтра, уже сегодня. Времени на отдых оставалось совсем ничего. Хорошо еще, эфир на радио в полдень, и он мог поспать часов до восьми. Демьяну следовало бы благоразумно распорядиться короткой передышкой, набраться сил перед боем. Ведь вчера он без веской причины пропустил мероприятие, а этого агентство просто так не оставит.

Да только как в такой ситуации заснешь?

По правде, стоило признаться хотя бы самому себе, Демьян хотел, как это только возможно, оттянуть наступление дня. Детское желание. Иррациональное. Но этой ночью он впервые за долгое время ощутил настоящую свободу.

А завтра на него вновь свалится сонм проблем и вопросов, которых после случившегося станет еще больше.

Теперь невозможно закрывать глаза на «сталкершу». Раньше ее проделки были мерзкими и раздражающими, но в целом безобидными. Вчера же эта чокнутая перешла все разумные пределы. Нельзя допустить, чтобы подобное повторилось вновь, чтобы опять пострадала Лина…

Галин чувствовал, насколько хрупким было душевное равновесие его девушки. Понимал, как тяжело ей дался прошедший день. В прошлом Лины таилась некая страшная драма, а может быть и не одна. На парковке соседка обмолвилась, что ее родители погибли в автокатастрофе, а сама она выжила чудом. Дем не стал расспрашивать, видел, что эта тема для нее крайне тяжелая. Но если он хотел быть с Линой, то выяснить подробности не мешало бы, чтобы опять ненароком не причинить боль, как в том случае с машиной.

А еще ему не давал покоя вопрос, какие отношения связывали Лину с Максимилианом Стрельцовым.

Ну и самая главная дилемма никуда не делалась, хотя и несколько померкла на фоне событий вечера и ночи. Демьян раздумывал, как дальше ему строить актерскую карьеру…