Вторник-среда. За 7–6 дней до…

Проболтали мы Аленой до вечера. Вскоре из-за стола мы перебрались на диван в гостиную, я подписала для девочки книгу, и разговор закономерно свернул на гораздо более приятную для меня тему. Несколько часов мы говорили про книги. Не только мои, но и чужие. Хотя про романы авторства Лины Арроу беседовали, конечно, больше. Алена расспрашивала о моих писательских планах, интересовалась любимыми героями и были ли у них прототипы, узнавала, что вдохновило меня на написание той или иной сцены, как вообще пришла в голову идея написать «вот эту историю».

– Лина, а почему у твоей первой книги такая странная обложка? Герой ведь блондин, я точно помню, а нарисован брюнет. И главная героиня… ну такая! – немного смущаясь, Алена выразительно обрисовала пышный бюст.

– Потому что художник издательства так решил, а меня спросить забыли, – рассмеялась я.

– Это как так? – опешила девочка.

– Все сложно, – я вздохнула. – Это только обложка электронки целиком забота автора. Тут все зависит от бюджета, вкуса и того найдется ли художник, согласный нарисовать за оговоренную сумму нужную обложку в указанные сроки, – я усмехнулась. – А вот обложку бумажному изданию обычно рисуют в издательстве и иногда с автором даже не согласовывают. Хотя если в книге есть иллюстрации, то нередко это опять же инициатива автора и оплачиваются они им же.

– О-о-о…

– Поэтому не стоит ругать авторов, за странные обложки к их книгам, – развела руками я.

В какой-то момент девочка прямо посреди разговора выключилась – заснула с моей новинкой в руках. Я же почувствовала вину. Ведь знала же, что Алена устала, но так радовалась возможности поговорить с кем-то про книги, что эгоистично не замечала очевидного.

Я пододвинулась к девочке, намереваясь ее осторожно разбудить и проводить в большую гостиную. Но моя рука так и замерла у ее плеча. Во сне племяшка Демьяна выглядела совсем юной и трогательно беззащитной, жалко стало ее будить. Аккуратно, стараясь не потревожить, я поудобнее устроила внезапную гостью на диване и укрыла пледом. Пусть поспит. Буквально через несколько дней ее жизнь изменится раз и навсегда – она потеряет близкого человека.

Сидя рядом со спящей девочкой, я мысленно, как мантру, повторяла бабушкину поговорку, слова которой переделала на свой лад:

Не думать. Забыть. Не вспоминать, что Демьяну осталось жить всего неделю. Все равно я не могу ничего изменить…

* * *

На город опускалась ночь, еще более ненастная и промозглая, чем уходящий день. Впрочем, об этом я могла судить лишь по виду за окном, да сводкам синоптиков. Уже пару часов я бесцельно бродила по квартире. Пробовала поработать, но сосредоточиться не вышло, попыталась нырнуть в чужую историю – и тут меня поджидала неудача. В итоге тупила в интернете – читала переписку коллег в писательском чатике, да всякие окололитературные новости и сплетни.

Шел уже одиннадцатый час. Алена все так же тихо посапывала с моей книгой в обнимку на диване в гостиной. Надо было будить девочку, если я не хотела, чтобы Демьян явился за племянницей ко мне.

Я присела на корточки рядом со спящей поклонницей моего творчества и тихонько, практически шепотом, позвала:

– Эй!.. Просыпайся.

Девочка никак на мое воззвание не отреагировала.

– Алена, просыпайся, – чуть громче сказала я и легонько потрясла ее за плечо.

Она что-то сонно пробормотала и, все так же прижимая к себе книгу, перевернулась на другой бок. Ко мне спиной.

С чувством выполненного долга я поднялась на ноги. Ну, что ж, нет – так нет. Я пыталась.

Да и потом ребенок промок, замерз, устал, а теперь сладко спит. Бесчеловечно ее сейчас будить, тем более неизвестно, когда ее дядя явится. У работников шоу-индустрии, как и у мастеров пера, график ненормированный. Но если писатели, когда не горят дедлайны, могут сами регулировать рабочее время, то артисты – обычно товарищи подневольные. Они зависят от волеизъявления режиссеров, продюсеров, рекламодателей, подстраиваются под графики других коллег… и прочая, и прочая.

В общем, пусть Алена отдыхает.

Я тут же отправила информацию ночному консьержу, чтобы тот оповестил моего соседа, где искать племянницу.

Ничего со мной не случится, если еще раз увижусь с Демьяном…

И тут я себя словно окинула взглядом со стороны. Грива спутанных волос, которых сегодня не касались зубья расчески. Домашняя одежда – футболка и шортики – что была, по сути, пижамой. Нет, я не могла допустить, чтобы Демьян увидел меня в таком виде.

Я бросилась в ванную комнату. Тщательно расчесала волосы. Затем умылась и нанесла на кожу дневной крем… С некотором долей сожаления скользнула взглядом по содержимому зеркального шкафчика. Косметики у меня было много, но исключительно уходовой, декоративной не имелось от слова совсем – ни туши, ни теней, ни тональника, помада и та нашлась лишь гигиеническая. Не то чтобы я собиралась краситься, я вообще не делала этого сто лет, да и не умела толком, но… надо бы прикупить!

Снова расчесав волосы, я попыталась уложить непослушные завитки в некое подобие прически.

Потом направилась в гардеробную. Одежды у меня было много, но до этого момента я не замечала насколько она однообразна – сплошь джинсы, спортивные штаны и шорты, футболки, джинсовые и клетчатые рубашки, всевозможные толстовки, свитшоты и худи. Ассортименту позавидовал бы магазин молодежной одежды, вот только надеть мне было решительно нечего…

Стоп! Я так и замерла с клетчатой рубашкой в одной руке и джеггинсами во второй.

Это я что пытаюсь выбрать, что лучше надеть, для встречи с Демьяном?..

Осознание данного факта на некоторое время повергло меня в шок. Оказывается, несмотря ни на что, я хотела увидеть Демьяна хотя бы еще раз, пусть и на пару минут. И при этом не выглядеть пьянчужкой с банкой пива, или психованной истеричкой в халате. Но и допустить, чтобы парень заметил мои потуги принарядиться, я тоже не могла.

Я сдернула в вешалки черную футболку и присовокупила к той одежде, которую и так уже держала в руках. Быстро переоделась и замерла у большого ростового зеркала все там же, в гардеробной.

Пожалуй, своим обликом я была довольна. Выглядела я просто и вполне по-домашнему. Приталенная футболка с треугольным вырезом и джеггинсы подчеркивали фигуру, но их эластичная ткань не стесняла движений. Дополняла образ темная рубашка в изумрудную клетку, которая удивительным образом гармонировала с цветом моих глаз. Рубашка была свободного кроя, длиной до середины бедра, застегивать ее я не стала. Немного подумав, я достала из угла тапочки с зайчиками и всунула в них ноги. Глупо отказываться от любимой обуви.

Я еще раз провела пальцами по волосам, пытаясь растрепавшуюся во время переодевания гриву привести в подобие порядка – ну или художественного беспорядка – и робко улыбнулась собственному отражению. К встрече с соседом я была готова.

* * *

Звонок в дверь раздался около полуночи. Та самая непривычная уху мелодия, которую я услышала лишь недавно. Похоже, Демьян вновь решил воспользоваться второй дверью.

Что ж, разумно, в лифтовом холле все-таки камеры. И пусть я могла гарантировать полную конфиденциальность и что ни фото, ни видео, снятые на общедомовых территориях, не окажутся за пределами жилого комплекса, Демьян в этом уверен быть не мог. Если в сети окажется снимок популярного актера, который ночью заходит в квартиру одинокой девушки, то это наделает много шума…

Я поднялась с кресла, бросила взгляд на спящую девочку, и отправилась открывать.

Пока дошла до двери, звонок прозвучал еще дважды. Кажется, кто-то очень нервничал или спешил.

Стоило щелкнуть замку, как Демьян буквально ворвался в мою квартиру.

– Где она? – отрывисто спросил он.

Выглядел сосед каким-то взъерошенным, даже верхнюю одежду не снял, лишь расстегнул двубортное серое пальто, да уличную обувь где-то скинул.

– В гостиной, – я посторонилась, пропуская парня.

Демьян тут же кинулся вглубь квартиры, благо дорогу он знал. Я же в некоторой растерянности поплелась за ним следом.

Ну вот тебе! Ни «здрасте», ни «спасибо». И в мою сторону он даже не посмотрел.

Было, мягко говоря, неприятно.

– Аленка, – негромко, с нежностью произнес парень, склонившись над спящей племянницей.

– Дем… – сонно пробормотала она, а потом распахнула глаза и воскликнула: – Дем! Ты пришел!

Он легко, словно девочка ничего не весила, подхватил ее на руки и направился к выходу. Уже в коридоре Демьян обернулся, окинул меня мимолетным взглядом, и коротко сказал:

– Спасибо.

Сосед и его племянница покинули квартиру, я осталась одна.

Н-да, не такого я ожидала! Давно я себя не чувствовала настолько лишней и никчемной…

Постойте, а на что я надеялась? Конечно, для Демьяна племянница гораздо важнее соседки, которую он видел пару раз. А то, что мы переспали, опять-таки только для меня имеет значение. Это у меня был первый секс в жизни, а для него случившееся – ничего незначащий инцидент, про который он и думать забыл. Сколько у Демьяна было девушек до меня, а возможно, уже и после меня? Вон, не далее как вчера, он с этой Миланович страстно обнимался…

Хватит себя жалеть и вообще думать про Демьяна. Надо идти работать. На часах только полночь, а книга сама себя не напишет.

* * *

Увы, вопреки заявленным планам, за книгу я не села. Писать дальше современный любовный роман про звезду и простую девушку сейчас морально не могла, а начинать что-то новое не хотела. Идей в загашнике было много, но ни одной я не горела.

Надо подождать несколько дней. Или пару недель. Пережить все это. А тогда уже решить, какую историю писать дальше.

Так что я занялась разбором текучки. Как ни парадоксально, но работа писателей состоит не только в писательстве. Вернее, когда-то давно, возможно, так и было, да только в нынешний век у авторов полно и других забот. Это и загрузка книг на литературные порталы и оформление там страниц, ведение социальных сетей, общение с читателями, составление техзаданий для обложек и иллюстраций. Поиск и взаимодействие со всевозможными художниками, редакторами, корректорами, верстальщиками, декламаторами, таргетологами и блогерами. Заключение договоров, контроль оплаты счетов…

Все это занимало время, отнимало силы, требовало некоторой сосредоточенности… и сложно сочеталось с творческим полетом мысли.

Конечно, у меня имелись бухгалтер и адвокат, а еще Полумна помогала вести соцсети. Как справлялись другие авторы, если у них не было такой поддержки, я не представляла…

Точно, Полумна! Рядом с именем подруги высвечивалось двадцать непрочитанных сообщений. Игнорировать их дальше я не могла и со вздохом открыла вкладку чата. Поли закидывала меня вопросами, негодовала, строила абсурдные… и не такие уж далекие от истины предположения. Ведь вряд ли она всерьез думала, что я внезапно запала на ее Демочку. А даже если и так, все-таки фанатская любовь и реальные, пусть и очень кратковременные взаимоотношения – это совсем разные вещи.

«Извини, что не отвечала, заработалась, – написала я. – Ты же сама сказала, что герой новой книги похож на Демьяна. Вот собираю информацию. Для полноты картины», – я поставила пару милых смайликов.

«Завтра поболтаем», – добавила я.

Поли, как и я, была полуночницей и, несмотря на позднее время, находилась в сети.

«Ловлю на слове!» – тут же пришло сообщение от подруги.

А следом еще одно:

«Сладких!»

«И тебе», – напечатала я.

Удивительно, но Полумна одновременно являлась главой фан-клуба Демьяна Галина и администратором группы в соцсети, посвященной творчеству Лины Арроу. И Алена была не только племянницей Демьяна, но и поклонницей моих книг.

Это так странно, когда еще пять дней назад человек был для тебя просто «лицом с обложки журнала» и «эльфом из любимой кинотрилогии». Затем он поселился в твоей квартире и оказалось, что связывало тебя с ним многое…

Я зажмурилась и встряхнула головой. К черту Демьяна! Мне надо последний договор, который прислали из издательства, прочитать!

Был уже час ночи, когда по квартире снова пролетела хрустальная мелодия дверного звонка.

За дверью оказался Демьян. Один. Пальто он снял, остался в серой классической рубашке и темно-серых, почти черных, брюках.

– Она заснула. Спасибо. И… извини за прошлый раз, – парень отвел взор и несколько растерянно взлохматил волосы у себя на затылке. Чувствовалось, что ему неудобно за все произошедшее.

«Это за который?» – хотела язвительно поинтересоваться я.

Но вместо этого неожиданно для себя спросила совсем иное:

– Зайдешь?..

Не успела я сказать, что пошутила и вообще ночь на дворе, как Демьян кивнул.

Отменять приглашение было глупо. И я направилась на кухню, а парень последовал за мной.

Меня одолевали противоречивые эмоции. Хотелось одновременно обернуться, убедиться, что не почудилось и он действительно идет следом… и все же прогнать нечаянного гостя. То ли ускорить шаг, то ли наоборот идти как можно медленнее. Коридор длиной в десяток метров неожиданно показался бесконечным…

Я остановилась у холодильника и, стремясь сгладить неловкую ситуацию, с улыбкой произнесла:

– Кофе? Чай? Сок, морс, вода? Ничего крепче предложить не могу… – и тут же, чувствуя, что пламенеют щеки, отвернулась от Демьяна. Попытка пошутить, чтобы разрядить обстановку, явно не удалась.

Черт возьми, что я творю?! Зачем пригласила его? Как вообще можно попасть в такое абсурдное и нелепое положение?

И почему он согласился зайти?..

– Не откажусь от минералки, – раздался слегка хрипловатый голос соседа.

– Ага…

Я достала из холодильника стеклянную бутылку с газировкой, налила в стакан и поставила его на барную стойку, которая отделяла кухню от столовой. Затем включила электрический чайник. Потянулась за жестяной баночкой с заваркой… Мне определенно надо было чем-то занять руки и мысли.

– Как ты узнала, что Аленка действительно моя родственница? – спросил Демьян.

– У меня свои источники информации, – проворчала я, возясь с чайником. – Решила помочь по-соседски.

– И я очень благодарен тебе за это, – медленно произнес он. – Ты была не обязана…

– А что мне было делать? Наблюдать, как этого ребенка выгоняют на улицу? Или следить, как твоя Аленка весь день сидит на стульчике в комнате охраны? – кажется, начал закипать не только чайник, но и я.

– Управляющая компания должна была связаться со мной.

– И пыталась. Но, вот беда, твоего телефона не оказалось в базе. В агентство звонили трижды, но там отказались давать номер твоего менеджера. Обещали, что передадут информацию, но позже, когда ты закончишь работать.

Демьян помрачнел.

– Не передали, – поняла я. – Хорошее у тебя агентство, заботится.

У парня дернулась щека, он отвернулся, подхватил стакан и начал пить холодную воду так, словно изнемогал от жажды.

Я же полезла в кухонный шкаф за чашкой.

– Лина, запиши мой номер телефона, – вдруг сказал Демьян. – На всякий случай. Это личный. Его мало кто знает.

Рука дрогнула, и я чуть не уронила любимую чашку с лисичками.

– Х-хорошо, – выдавила из себя я.

Трясущимися пальцами я внесла в память мобильника номер Демьяна Галина. Тот самый номер, за который Полумна, наверное, убила бы… А потом, поддавшись порыву, отправила вызов. И тут же по кухне заструилась мелодия «Лунной Сонаты» Бетховена.

– А это мой номер. Тоже на всякий случай.

Что я делаю?! Зачем сближаюсь с ним еще больше?.. Но поступить иначе я не могла и, скажем честно, не хотела.

– Надеюсь, другие твои родственники или друзья не собираются свалиться мне, как снег, на голову. Вообще, если не можешь встретить гостей лично, то принято предупреждать консьержа.

– Не собираются, – слабо улыбнулся Демьян.

– Учти, эта твоя Аленка – исключение, других кормить и спать укладывать не буду, – продолжила ворчать я. – Кстати, надолго она у тебя останется?

– Завтра домой отправлю, – он вздохнул. – Бунтует мелкая. Из дома сбежала.

– Как сбежала?.. – переспросила я.