Машина куда-то поехала, причём явно по просёлочной дороге, потому что Данила постоянно подбрасывало, и он то и дело жёстко приземлялся боком на дно багажника. С одной стороны, хорошо, что его туда запихнули, потому что теперь можно было не делать вид, что он спит или без сознания. Никто же не видит. С другой стороны, кажется, его может вырвать. А если не один раз, то и захлебнуться недолго.

Господи, какая наиглупейшая смерть — загнуться в двадцать шесть лет, захлебнувшись собственной рвотой, в багажнике машины, которая однажды его уже переехала. Да уж, жизнь определённо удалась.

Наконец машина остановилась. Ну, хотя бы тряска закончилась, что уже неплохо. Шаги. Снова притвориться уснувшим. Отлично, кто-то открыл багажник, и стало полегче дышать. Только вот жутко запахло болотом. И прохладно. Что-то где-то плещется, хлюпает. Лягушки разливисто квакают на все лады. Очень знакомо, прямо как водяные соловьи.

Данила тем временем выволокли из багажника и бросили на холодную сырую землю. Пришлось немножко развернуться, чтобы не ткнуться лицом в болотную жижу. Пока Клещеев ходил вокруг, Данил сквозь ресницы рассмотрел высокие густые камыши и кудрявые ивовые ветки, свисающие до самой воды.

Потом Клещеев снова его куда-то поволок. Вот дурачина. Ничего с первого раза сделать не может — снова пришлось помогать. Это как в простеньких детективах, когда показывают, как миниатюрная девица на каблуках тащит куда-то здоровенного мужика по глубокому снегу. А он ей ногами помогает. Смехота.

Только теперь вот не до смеха. Пришлось посодействовать Клещееву в запихивании себя в салон машины. Вырваться бы, да несостоявшаяся тёща на кой-то ляд тоже сюда притащились. Бродила кругом, недовольно цыкала. Хорошо, что хотя бы Анфису они дома оставили, без её бесконечного нытья и ядовитых плевков как-то спокойнее.

— Так, я всё, — отрапортовал Клещеев, захлопнув дверь машины.

Данил усердно делал вид, что дрых на водительском кресле.

Дальше Клещеев протянул руку в окно с опущенным стеклом и завёл мотор. Пришлось побороть искушение откусить ему ухо, ведь его башка оказалась прямо под подбородком. А вот искушения двинуть подбородком по макушке Данил не поборол.

Клещеев вскрикнул и вылез из окна. Обозвал Данила непотребными словами. А тот лежал лицом на руле и только что не хохотал в голос. Вот они удивятся, когда он вечером войдёт к ним домой, весь мокрый и в водорослях.

Дальше чета Клещеевых с двух сторон взялась за борта машины, и вместе супруги, крысы их сожри, затолкали автомобиль в болото.

Данил сполз головой на переднее пассажирское кресло. Скоро в салон стала затекать ледяная вода, промокли ноги, брюки, вся одежда. Воды стало по грудь, потом залило весь салон. Пришлось задержать дыхание и только потом вылезать.

Увы, выбрался Данил прямо в трясину. Его мигом стало затягивать вниз, воздуха не хватало, на виски жутко давило. Интересно, оживёт он во второй раз, или нет? Да и что толку очнуться где-то в глубине болота.

Но вдруг его потянуло вверх. За шкирку. Причём рядом как будто шевелились громадный хвост и плавники. Это русалка, что ли? Здесь есть русалки? А почему бы и нет.

Данил ещё не совсем погрузился во тьму, собрал последние силы и стал помогать себе руками и ногами, пытаясь всплыть в тягучей густой воде. Даже если Клещеевы ещё там. Но он же теперь не один, а с компанией.

Наконец голова вынырнула, и Данил резко вдохнул. Потом ещё раз. Попытался поморгать, но глаза заливала болотная вода.

Когда удалось нормально открыть глаза, кругом Данил видел только тёмно-зелёные кружевные тени, ветви, прутья, тёмную воду. И красивые сине-зелёные глаза.

— Как водичка? — буднично спросила Вита, без особенных усилий удерживаясь на плаву.

А вот Данил только кое-как хлопал руками и дрыгал ногами, так что ему было трудновато вести светскую беседу посреди болота.

— Где берег? — только и смог побулькать Данил.

Вита кивнула куда-то, развернулась и легко поплыла. Ну прямо как в бассейне премиального фитнес-клуба. Данил, барахтаясь, кое-как плыл следом.

Вита легко вышла из воды и грациозно поднялась по травяному берегу. Оказывается, она всё время плавала в болоте в голубом платье, которое теперь мокро облепило её шикарную стройную фигуру. Данил же, только достав ногами до дна, повалился вперёд. Кое-как выбрался и рухнул на траву. Некоторое время просто лежал на боку, пытаясь отдышаться, потом перевернулся на спину.

— И что это было? — спросила Вита. Да таким обычным тоном, будто интересовалась, который час и скоро ли подадут обед.

— Клещеевы опять пытались меня грохнуть. — Данил закрыл рукой глаза. — Не помню уже, в который раз.

— А ты живучий, — с уважением произнесла Вита где-то рядом.

— Этот гад мне недавно то же самое сказал. — Только без уважения, мысленно добавил Данил.

— Что ты им сделал? — спокойно спросила Вита.

— Сам не знаю. Наверное, узнал, что кто-то из них — лярва. А может, и все сразу. Бывает такое?

— Ещё как бывает, — протянула Вита. — Только это как-то мелко. Ну, лярвы. Да их полным-полно кругом. Если бы они убивали каждого, кто про них узнал, людей бы не осталось. Да и их самих тоже. Потому что бывают существа и покруче. Сожрут и сразу забудут. Даже изжоги не останется.

— Мне бы так, — прошептал Данил. Почему-то он не мог не то что встать, а даже пошевелиться было трудно.

— Давай, поднимайся. Надо уходить. А то вдруг они пойдут вокруг пруда. — И Вита даже похлопала Данила по плечу.

— Не могу, — простонал Данил. Даже глаза открыть теперь казалось невыполнимой задачей.

— Они тебе ничего не подсыпали? — с беспокойством спросила Вита.

— Сам выпил… — Выдохнул Данил остатки воздуха.

Кажется, Вита резко произнесла что-то про водяных тараканов.

Данила перевернули на бок. Некоторое время он лежал один, пытаясь пошевелиться.

Потом Вита вернулась. Она кое-как перевернула его обратно на спину и посадила. Помочь бы ей, как Клещееву, да куда уж. Сознание бы сохранить, а то что-то оно стало распадаться на песчинки.

В рот полилась вода. Данила как-то наклонило, чтобы вода прошла в горло, потому проглотить её самостоятельно он уже не мог. Потом ещё вода, ещё глоток.

А дальше ему надавило на живот, и его вырвало. Прямо на свои прекрасные брючки стиля кэжуал. И ещё раз. Потом снова вода в пищевод, и снова рвота.

С очередным выворачиванием внутренностей ум начал прочищаться. Данил уже проглатывал воду сам и сам отхаркивал. Руки-ноги стали гнуться. С глаз спала матовая пелена.

— Спасибо, — наконец самостоятельно прохрипел Данил.

— Пожалуйста, — легко ответила Вита. Как официантка в кафе, поставившая чай на столик. О, надо будет потом Виту в хороший ресторан пригласить.

Наконец сознание прояснилось достаточно, чтобы вместить всё, что стряслось с ним за последние часы.

Данил сел на землю, подтянул ноги, упёрся локтями в колени. Какой же он всё-таки нескляшный и бестолковый. Буквально притягивает неприятности.

— Что теперь-то? — тупо спросил Данил у болота.

— Езжай домой, — предложила Вита, садясь рядом. — Прими душ, поешь. Да, не забудь выпить какой-нибудь сорбент, хотя бы активированный уголь. И бабушке обязательно позвони, она волнуется.

— А ты откуда знаешь, что она волнуется? — повернулся к Вите Данил.

— Так я ей вчера ещё позвонила. Спросила, какого камыша ты тут забыл. Она сказала, чтобы я тебе не мешала. Что ты вроде как какое-то расследование затеял. Я и не мешала, думала, у тебя всё на мази.

— И когда меня затолкали в машину и утопили, ты подумала, что так и должно быть? — неожиданно для себя рассмеялся Данил.

— Ну, учитывая, что ты внук Вальпургии Карловны, — протянула Вита.

— Спасибо за помощь, — искреннее произнёс Данил.

— Пожалуйста. Обращайся. — Вита помолчала, потом спросила: — Так куда теперь?

— Обратно, — уверенно ответил Данил. — Я там кое-что не дорасследовал.

— Ты что, серьёзно?

— Ну да. Составишь компанию?

— Ага, щас.

— У них есть бассейн. Можешь там поплескаться, пока я одно дело закончу.

— А ты знаешь, как девушку соблазнить. Ладно, пошли. — И Вита легко поднялась на ноги.

А вот Данил, как только встал, сразу качнулся в сторону, даже пробежал пару шагов, пока Вита не поймала его за рукав. Немного постоял, раскинув руки. Подышал. Собрался.

И вместе они зашагали по берегу прудика. Стало быть, баба Валя была в курсе его приключений. Но предоставила разбираться со своими проблемами самому. Правильно, в общем-то. Не ребёнок уже, сколько можно его кормить с ложечки, напевая «летит самолётик».

— А если они сейчас дома? — осторожно спросила Вита, замедляя шаг.

— Вряд ли, — отозвался Данил, продолжая топать по тропинке между раскидистыми ивами. — Они, скорее всего, быстренько свалили в город. И там теперь где-нибудь шатаются, чтобы попасть на камеры, и чтобы их как можно больше людей видели. Алиби себе мастрячат.

— Резонно, — заметила Вита. Прибавила шаг, нагнала Данила и спросила: — А что ты там собрался доделывать?

— А что я умею? Печати ставить. Или документы аннулировать. Вот и займусь.

Они вышли на поселковую дорогу, добрались до забора Клещеевых. И как он, интересно, собрался залезать в дом. Да никак. Ему это больше и не нужно.

— Давай за мной. — Данил провёл Виту за угол забора и попросил: — Посмотри, чтобы никого рядом не было.

Вита кивнула, и Данил привалился спиной к забору и прикрыл глаза. Представил, как входит на участок, идёт по дорожке к дому. Легко открывает двери, пересекает гостиную, поднимается по лестнице и оказывается в хозяйской спальне. Вот он, сейф. Вводит код, дверка открывается. Данил берёт оттуда документы, достаёт свою ручку-артефакт, снимает колпачок. А дальше просто крест-накрест перечёркивает все бумаги из набора. Закончил, убрал всё на место. Закрыл сейф и вышел. Повернул за угол. Открыл глаза.

— Всё, — выдохнул Данил, проведя рукой по лбу. — Теперь можно и домой. Только у меня там вещи остались.

— Твои вещи остались в утонувшей машине, — сухо ответила Вита. — Извини, выбор у меня был небольшой — или помочь тебе, или вытащить твою сумку. Я выбрала тебя.

— Правильный выбор, — похвалил Данил.

Отлично, он во второй раз остался без телефона. Причём за этот утонувший в болоте аппарат даже ещё не вернул бабушке деньги.

— Я позвоню. — И Вита достала откуда-то смартфон.

— Он у тебя непотопляемый? — спросил Данил, глядя, как она изящными пальчиками порхала по экрану.

— Я что, ненормальная, с телефоном нырять? Он на берегу лежал. — Вита приложила трубку к уху, подождала. Потом весело произнесла: — Вальпургия Карловна, добрый вечер! Как ваши дела? Да? Это очень хорошо! Потому что я только что выловила вашего внука из болота, куда его пристроила семейка лярв из нашего посёлка. Почему, живой, и даже всё на месте. Да, всё нормально. Только телефон утонул и вещички. Ну, что-то осталось. Да, хорошо. Мы скоро!

Вита убрала телефон и по-деловому проговорила:

— Идём к окраине посёлка. Тётя Валя сказала, что там сейчас какой-то ваш знакомый будет проезжать, он подбросит нас до города.

Вместе они направились в старую часть, в Висельники.

— Почему такое мрачное название? — спросил Данил, пытаясь немного отвлечься от приступа собственной бестолковости и неуклюжести.

— Потому что здесь устанавливали виселицы, — просто ответила Вита. — Давно, ещё в царское время. Выводили осуждённых и вешали. Закапывали потом тут, недалеко, в божедомке у старого кладбища.

— Это где теперь «Добромыслов Плаза»? — вяло спросил Данил.

— Ну да. Нашли где высотку построить.

— Так там же целая улица теперь перестраивается, — кое-как поддерживал беседу Данил. — Моя бабушка там жила.

— И опять будет жить. Как и все остальные. — Вита шагала легко, как на обычной вечерней прогулке и щебетала: — Ты, кстати, слышал, что эти снобы из Плазы очень хотели, чтобы домики Божедомки поскорее снесли. Потому что им, видите ли, вид не нравился. Да и контингент не тот — обычные люди. Только вот все эти обычные-необычные люди уже застолбили там новые дома и скоро вернутся обратно. Представляешь, как эти богатеи из Плазы обрадуются?

— Так им и надо, — угрюмо выдохнул Данил.

Он ведь и сам подумывал продать квартиру в своей «сталинке» и переехать в элитную Плазу. То есть, получается, что он и сам — всего лишь пустоголовый сноб.

Наконец они вышли к окраине посёлка, перебрались через железную дорогу, миновали посадки и оказались у шоссе.

— Где там ваш друг? — всматривалась вдаль Вита.

— Что за друг? — скучно спросил Данил. А потом как понял.

И точно, через полминуты к ним подкатил «Газик» майора Новикова. Ну, этот хотя бы не станет бухтеть из-за мокрой одежды попутчиков и болотного амбре.

— Меня зовут Вита, — заулыбалась водяная ведьма, залезая в салон.

Ага, а с Данилом она так дружелюбно не беседовала, когда они в первый раз встретились.

— Новиков Фёдор Сергеевич, — с улыбкой представился майор. — Где так вымокли?

— Данила утопили в машине, а я его достала, — просто рассказала Вита, пристёгиваясь.

— Значит, в отделение? — предположил Новиков, глядя на Данила в зеркало.

— Нет, — покачал головой Данил.

— Почему? — хором спросили майор и ведьма.

— Как я это докажу? — устало глядя в окно, произнёс Данил.

— Что за машина? Та самая? — после паузы поинтересовался Новиков. Когда Данил молча кивнул, продолжил: — Хотя бы покажи место. Машину достанут…

— А в ней — мои вещи. Клещеевы скажут, что я её у них угнал. Или что они вообще не в курсе. Машина-то без регистрации.

— Пусть говорят что угодно, — резко вставила Вита. — За свои поступки надо отвечать. По справедливости.

Данил промолчал. Потому что недавно из-за его недальновидного поступка весь двор дома залило нечистотами. А ведь он хотел всего-то соблюдения ответственности и справедливости.

— Домой, — наконец произнёс Данил.

— К Вальпургии Карловне, — сказала Вита Новикову. Тот кивнул.

Сговорились. Мнения Данила теперь, похоже, вообще никто не спрашивал. И правильно. Кому он вообще нужен, позорище.

У Виты затренькал телефон.

— Ещё раз здравствуйте, — бодро пропела Вита. — Да, едем к вам. А куда? Ну, хорошо, я скажу. — Вита убрала телефон и как-то беспокойно произнесла: — Вальпургия Карловна сказала, чтобы мы ехали не к ней домой, а в твой офис.

И ведьма обернулась к Данилу. Новиков только пожал плечами и крутанул руль.

А Данил, кажется, понял, почему их вызвали именно туда — в контору. Потому что Клещеевы решили не просто уничтожить его как человека, а стереть всю его деятельность, распылить дела, а если получится, то и память о нём развеять по ветру.

Что же такое он им сделал? Чем заслужил? Всегда был вежливым, услужливым. А как стелился перед этой гадиной Анфисой, даже вспоминать противно.

Небо затянули тяжёлые тёмные тучи, обещавшие дождь с грозой. Машина проехала по чёрно-серым улицам Добромыслова, свернула в сталинские кварталы. И скоро остановилась у офиса Данила, с которого была сорвана дверь.

— Ничего себе, — выдохнула Вита.

Из тёмного проёма показалась следователь Батенко в компании Вальпургии Карловны. Они разом уставились на подъехавший «Газик» Новикова.

Данил вышел первым, поднялся на крыльцо, по которому будто экскаватор проехал — ступени были разбиты, перила выгнуты наружу, на месте вывески темнела подпалина.

— Тут или маг разрушения поработал, или… — Вита встретилась взглядом с Батенко и замолчала.

Данил заглянул в проём, по периметру которого обуглились знаки защиты. Ничего себе Клещеевы его ненавидели, раз столько сил потратили. Вся контора будто ураганом разнесена — мебель сломана, техника разбита, документы валялись по полу одинокими листами.

— Что с вами случилось? — без приветствия спросила Батенко, рассматривая мокрую одежду Данила, измазанную землёй и тиной.

— Упал в воду. Еле вылез. — Данил специально не стал упоминать Виту, чтобы ещё и её не впутывать в это дело.

— Вам в последнее время жутко везёт, — прищурилась следователь.

— Главное слово здесь — жутко, — произнёс Данил. Прикрыл глаза и вдохнул поглубже.

По стопам прошла лёгка дрожь.

Данил открыл глаза и понял, что крыльцо осталось где-то позади, а сам он полетел прямо в свой разгромленный офис.