Как-то всё не вязалось и не клеилось. Допустим, Анфиса — на самом деле лярва, но зачем ей тогда давить Данила машиной? Потому что он её раскрыл? Всё равно бессмысленно. Не настолько это страшная тайна, чтобы пойти на убийство.

Можно допустить, что подклады людям делала именно она, пусть даже вместе с кем-то из родителей. Предположим, узнал Данил и об этом. Всё равно мотив хлипковат. Ну, поссорились бы, перестали общаться.

Или они испугались, что Данил начнёт распускать слухи и подпортит им репутацию? Да нет, бред же. Кто бы поверил россказням про порчи у клиентов? Какой дурак будет подкладывать порчи людям, с которых хочет получить доход?

Может, вообще дело не в Клещеевых. Может, это кто-то другой воду мутил.

Воду мутил. В памяти всплыла Вита. До чего красивая девушка. Да ещё ведьма.

Так, надо отвлечься. В конце концов, у Данила есть невеста. Или нет? Или её никогда и не было, а Данил всю историю выдумал, чтобы самому себе казаться нормальным и даже преуспевающим молодым человеком? Вроде как и бизнес, и наследство, и невеста из хорошей семьи — всё при нём. Жизнь удалась.

Или нет. Кто-то же очень хотел раскатать эту жизнь по асфальту. И ведь раскатал.

Данил подобрался. Всего-то дел — что проверить.

Вошёл в дом, задумался. Если бы он был… нет, ну он и есть маг. А если бы магом не был, но очень хотелось, то где бы он учился проводить всякие обряды?

В общем-то, дача вполне подходила. И забор высокий, и посёлок старый, город далеко.

Данил прошёл гостиную, заглядывая во все шкафы и ящики подряд. Ничего особенного не нашлось. Обшарил спальню, которую ему выделили. Ожидаемо ничего. Комната, где обычно спала Анфиса. То же самое ничего.

А вот в комнате её родителей нашёлся сейф. Пожалуй, лучшее место в доме, чтобы припрятать кое-что. Есть на нём защита?

Данил присмотрелся. Наклонялся и так, и этак, чтобы увидеть знаки охраны. Но всё равно ничего не рассмотрел. Правильно, зачем дополнительная оборона там, куда по определению никто не сунется.

Но всё равно — сейф-то заперт. Хотя, с другой стороны, раз уж Данил сумел подобрать пароль к флешке, которую сам когда-то закодировал, то может, и теперь получится. Данил начал методично нажимать кнопки, вводя разные числовые комбинации — дату рождения Клещеева, потом его жены. Дату свадьбы (её он запомнил, потому что был приглашён на юбилей). Дата рождения Анфисы.

Сработало. Не так уж много времени ушло. Уже приоткрыв дверцу сейфа, Данил вдруг притормозил.

Нет, серьёзно? Он без разрешения лезет в сейф к потенциальному тестю? Сможет он после этого нормально спать и смотреть на себя в зеркало?

Припомнив, что недавно показалось ему в собственном зеркале, и как это чуть его не угробило, Данил пообещал сам себе, что только посмотрит. Ничего брать оттуда, и тем более, красть он не намерен.

Так что всё в порядке. Должно быть.

Должно было быть. Пока первым, что увидел Данил в тёмном ящике, не оказалась его собственная перьевая ручка. Та самая, которую ещё отец себе заказал. С чёрным дроздом.

Выкатилась с полочки и упала прямо в руку бывшего владельца.

Хотя почему бывшего? Ручка и сейчас его. Это кто-то из Клещеевых её спёр. Наверное, подумали, что трупу такая вещь ни к чему, а им, может, на что и сгодится.

Как же, оказывается, обидно быть облапошенным теми, кому доверяешь.

Ладно, что тут ещё есть? Свёрток. Бумажка, перетянутая красной ниткой. Кажется, Вита что-то говорила про свёртки, которые подсовывают для присушек. Данил осторожно отогнул краешек листка. Вроде там показались чьи-то волосы. А если попробовать согнуть сложенную бумажку, то оказывается, что там внутри ещё спрятано что-то твёрдое. Кажется, игла. И про такие штуки Вита тоже упоминала.

Кроме того, в сейфе нашлись кости в мешочке (кажется, куриные), свечки, похожие на церковные, только чёрные. И старая тетрадка.

Данил достал её и просмотрел несколько страниц. Исписаны чьей-то рукой, и судя по текстам, это были не то заговоры, не то заклинания. Интересно, где Клещеевы эту тетрадку добыли.

И зачем они всё-таки подкладывали клиентам порчи? Да и с самим Данилом не до конца всё ясно. Зачем его привораживать, если он сам, можно сказать напрашивался к ним в родственники?

Данил бегло просмотрел остальное содержимое сейфа. Просто какие-то документы. Ещё, правда, нашлось несколько пузырьков, но выяснять их содержимое точно не стоит.

Данил запер сейф и вернулся в гостиную. Всё не сходилось со всем, всё непонятно.

Масштабы не бились. Ну, допустим, Клещеевы подкладывали клиентам порчи ради какой-то личной выгоды? Но какой? Порчи-то находились у тех, с кем все сделки были уже закрыты. Чтобы наследники потом снова пришли недвижимость продавать? Да нет, масштабы не те.

И с Данилом непонятно. Он припомнил, как они познакомились с Анфисой. Очень давно, ещё в школе. Собственно, их родители были раньше знакомы. Когда отец уже умер, а сам Данил был ещё ребёнком, его мама сдавала офис как раз Клещеевым. Хотя вроде бы в то время между семьями ещё не было особенно близкого общения.

А потом, когда они выросли, то это он бегал за Анфисой, она ещё довольно долго носик от него воротила. Цветы-подарки, конечно, принимала, но сохраняла приличную дистанцию. Девушка-то из интеллигентной семьи, не какая-нибудь случайная распутница из ночного клуба.

Или она давно ему приворот как-то подсунула? А вся эта недоступность — только игра?

А зачем? Могли бы ей найти и более подходящую партию. Только если…

Данил так опешил от собственной догадки, что даже колени подогнулись. Он сел на диван, продолжая вертеть в руках найденную в сейфе отцовскую ручку. В отце, наверное, и дело. Он спился и умер, а Клещееву был нужен надёжный подельник-нотариус, которым предстояло стать Данилу. Ну, допустим.

Всё равно как-то криво выходило. И что, его потом пытались убить просто за то, что он решил больше не иметь с ними дел? Тем более что никаких особенных преступлений Клещеевы всё же не совершали.

Хотя, если посмотреть на случившееся под другим углом, то получится, что из-за их порч умерли несколько человек. Но что они с этого поимели? Квартира Крайнова вообще сгорела.

Сгорела. А не приложили ли к этому происшествию руку Клещеевы? Ага, спалили свой собственный актив, пусть и не шибко ликвидный. Или там тоже был подклад? Нет, ну он там, конечно, был, но куда проще его стащить оттуда, чем устраивать поджоги.

Подклад оказался силён. Довёл бедного Крайнова аж до сумасшествия — он же перед тем, как повеситься, глаза себе чуть не выцарапал и на стены кидался. Может, он так пытался сопротивляться, но не сдюжил? Правильно, куда обычному несчастному больному человеку против такого мощного злого колдовства. Ну, он хотя бы Данилу помог — разрешил припрятать конверт в своём сарае. А потом, уже в виде привидения, пытался спасти его от утаскивания жуткой сущностью в кромешную тьму.

Но оставался главный вопрос — от кого именно они прятали конверт? Неужели всё-таки от Клщеевых?

Голова снова шла кругом.

Понапрягать и так уставший мозг можно и потом. Особенно хорошо будет посадить рядом бабу Валю, Новикова и Виту. Последнюю — обязательно, без неё никак, ага.

Теперь-то что делать? Валить отсюда? Или притвориться, что ничего не произошло?

Со двора донеслись звуки. Кажется, вернулась Анфиса.

Данил быстро, на цыпочках, пробежал наверх, скинул одежду и улёгся в кровать. Сделал вид, что спит.

Анфиса, когда поднялась на цыпочках в спальню, проверила — наклонилась к нему, постояла рядом. Потом так же тихо отправилась в ванную, но ложиться рядом не стала, ушла к себе.

Утром вернулись её родители, кажется, в прекрасном настроении.

— Мы были у адвоката, — рассказывала Лора Карленовна, накрывая на стол к завтраку. — Он сказал, что у этой дочки Крайнова шансов ноль.

— Вот и хорошо, — произнесла Анфиса, сидя на высоком стуле у барной стойки, глядя в смартфон и качая туфелькой на ноге. — Думала, что самая умная. Типа папаша сдохнет, а ей наследство свалится.

— Разве там большое наследство? — спросил Данил, стараясь выглядеть безразлично. — Квартира-то сгорела.

— Данечка, дело же в принципе… — Начала было Лора Краленовна, но так и застыла с открытым ртом, глядя за спину Данила.

Он повернулся и увидел дуло пистолета, направленное ему в голову.

— Встал, живо, — чётко произнёс Клещеев.

— Максик, ты чего? — как-то глухо усмехнулась Лора Карленовна.

— Он всё знает, — процедил Клещеев, с ненавистью глядя на Данила. — В сейфе нет ручки.

Анфиса мерзко выругалась и соскочила со стула.

— Я вам говорила, надо было сразу его кончать, — злобно выплюнула несостоявшаяся невеста.

— А я что сделал⁈ — рявкнул Клещеев. — Живучий оказался, гад. Встать!

Последний окрик относился к Данилу, но вздрогнули сразу все.

Данил послушно сполз со стула. Пульс был таким, что казалось, отстукивало всё тело.

— А вы мне всё — потрепи, потерпи, он нам подходит, — кривлялась Анфиса где-то рядом. — Да меня блевать от него тянет!

— Могла бы сразу сказать, — прохрипел Данил, косо глянув на неё.

— Маги Печати к нам в очереди не стоят, — резонно заметила Лора Карленовна. Потом глянула на мужа: — Что теперь-то?

— Да мочи его, и всё, — просто заявила Анфиса.

— Ага, а труп потом куда девать? — нервно гаркнула её мамаша.

— Вывезем, — так же просто ответила дочка. Как будто о заказе пиццы говорила.

— И кто его попрёт? Ты, что ли? Куда его девать? На свалку? В болото? Его же будут искать! — Лора Карленовна нервно теребила кольца на пальцах.

— Да кто будет его искать! — отмахнулась Анфиса. — Кому он нужен сто лет! Разве что эта тупая бабка, да кто её слушать-то будет, она же ненормальная!

— Ты зато нормальная, — не удержался Данил.

— Что⁈ — взвилась Анфиса. — Закрой свой рот поганый! Урод вонючий!

— Зачем вы вообще всё это затеяли? — глупо спросил Данил. Лучше бы подумал, как выкручиваться, да ни годной одной мысли в голове не было.

— Не твоё дело! — гаркнул Клещеев. — Потом чуть посторонился и махнул пистолетом: — Пошёл!

— Куда? — истерично спросила его жена.

— В подвал, — бросил Клещеев. — Потом что-нибудь придумаем.

Данилу пришлось выйти из кухни, пересечь гостиную. И всё с ощущением свербения промеж лопаток, куда смотрело дуло пистолета. Надо же было так вляпаться. Вот тебе и жизнь удалась.

Скоро его заперли в тёмном подвале с каменными стенами. Оконца там, конечно, были, но слишком маленькие и слишком высоко, да и как бежать через весь двор?

С другой стороны, попытаться стоило. Только чуть погодя.

Хорошо, что они не забрали у него ручку. Точно. Ручка.

Данил достал перо, снял колпачок. И что писать? Ну, во-первых, надо поставить защиту.

Что писать-то? Да какая разница. Данил водил кончиком пера по косякам у двери, просто выписывая все слова, что приходили на ум и были связаны с защитой и запретами. Потом провернул то же самое с окнами. Дотянуться до них не сумел, поэтому выписывал знаки защиты, стоя внизу и только взглядом примеряясь к контурам рам под потолком.

Потом прикрыл глаза, представил, как вся грёбная семейка Клещеевых идёт к нему с нехорошими намерениями. Мысленно перечеркнул их всех разом и поставил подпись. Ну, теперь они его точно не достанут.

Только вот свалить бы отсюда по-тихому.

Высоковато окна. Данил быстро обошёл весь подвал. Ничего, на что можно было бы забраться, не нашлось. Просто пустой подвал, даже заготовок и хлама нет. Такое полезное помещение и впустую простаивает.

Может, попробовать просто так выбраться? Данил, конечно, в прыжке доставал до ручки окна, только открыть его не получалось. Наверное, теперь и не получится. Потому что открылась дверь, и вошли все Клещеевы.

Вперёд, разумеется, выступил глава семейства.

— Слушай сюда, — начал Клещеев. — Мы тут подумали и вот что решили. Я тебе предлагаю просто дальше работать вместе. Мы будем подкидывать тебе клиентов, ты будешь заверять сделки. Если ты, как раньше, не хочешь знать деталей, то и не суйся. Просто тупо ставь подписи и печати. Я тебе буду башлять процент за каждую сделку. Идёт?

— Не идёт, — сразу отказался Данил. Взять бы время на раздумья, да что толку и дальше торчать в этом дурацком подвале.

— Я говорила, что надо сразу его грохнуть, — прошипела Анфиса. — Как он меня достал!

— Да что я тебе сделал-то? — устало спросил Данил.

— Да ты душнила! — выплюнула Анфиса. Лицо у неё стало злобное, как карикатура в аниме. — Я живу так, как мне нравится, но нет — родаки мне тебя подкинули!

— Так я в этом не виноват. — Данил просто тянул время, ища выход.

— А ты, тупой, всё предложение не делал, — продолжала плеваться Анфиса. — Хоть бы женился уже. Но нет, всё резину тянул.

— Навязали мы ей, — возмутилась Лора Карленовна. — Живёшь, как хочешь. Чего ты хочешь? По клубам шастать? Пить в три горла⁈ С мужиками валяться⁈ Для этого мы тебя спасали⁈

— Спасли они меня, — фыркнула Анфиса. — Спасибо вам большое!

— От чего спасли? — продолжал тянуть время Данил.

— Не твоё дело! — выкрикнули разом папа с дочкой.

— Да погодите вы, — примирительно произнесла Лора Карленовна, выставив ладони. — Может, он поймёт.

— Чего он поймёт? — усмехнулась Анфиса. — Пап, давай уже, кончай его, и всё. Мне сегодня ещё в салон, я на брови записалась.

Клещеев протянул Данилу пластиковый стаканчик с прозрачной жидкостью и приказал:

— Пей!

Данил не двинулся с места.

— Пей, или колени прострелю!

Дальше вспышка, грохот, женщины взвизгнули. Данил тоже непроизвольно вскрикнул и закрыл голову руками. Когда убрал ладони от висков, оказалось, что на пальцах осталась кровь. Обернулся и увидел скол на бетонной стене.

— Пей! — снова приказал Клещеев, протягивая стаканчик.

Данил трясущимися руками взял пойло. Выплеснуть? Нет, этот психопат его или расстреляет, или так забьёт.

— А давайте его просто пристрелим и закопаем ночью, — звонко предложила Анфиса. Вот же тварь, говорила так просто, будто предлагала на завтрак выпить чаю, а не кофе.

— Ещё чего, — фыркнула её мамаша. — Чтобы у меня дома труп валялся?

— Мы во дворе его зароем, — пожала плечиками Анфиса.

— Ещё лучше. У меня там всё уже устроено. И потом — садовник приходит. Вдруг он его найдёт!

— А привидений не боитесь? — кротко спросил Данил. — Я вот недавно видел призраков. Мало приятного. Вдруг я тут буду шарахаться у вас в доме и из вас жизнь тянуть?

— Не будешь, — оскалился Клещеев. — Во-первых, мы тебя тут не оставим, во-вторых — я же не тупой, защиту умею делать. Пей!

Делать нечего, бежать некуда. Куда Данилу одному против троих. И зачем его вообще возвращали?

— У меня последний вопрос, — произнёс Данил, на всякий случай напустив на себя обречённый вид. — Это вы меня сбили на машине?

— Конечно я, — усмехнулся Клещеев. — Как говорил мой отец, царствие ему небесное: если хочешь сделать хорошо, делай сам.

— Золотые слова, — вяло усмехнулся Данил, глядя на жидкость в стаканчике. — А зачем ручку украли?

— Думали, что сами сможем ей пользоваться, — просто ответила Лора Карленовна. — Не вышло.

— Правильно, — продолжал улыбаться Данил. — Вы же не маги. И даже не ведьмы. Так, лярвы.

— Да что ты понимаешь! — прокричала Лора Карленовна.

— А чья тетрадка с заклинаниями в сейфе? — быстро спросил Данил.

— Одной старушенции. Моя первая клиентка по ренте, — хмуро произнесла Лора Карленовна. — До того гнилая баба была, фу. Хорошо, что хоть хату и тетрадку оставила.

— Хватит! — рявкнул Клщеев. И снова направил пистолет на Данила: — В последний раз говорю — пей. Или пристрелю.

— Себя пристрели, — усмехнулся Данил и мысленно поставил под пожеланием свою подпись.

Потом залпом опрокинул стаканчик. Сначала ничего не произошло. И потом тоже ничего не произошло. Гадкая компания таращилась на него в ожидании непонятно чего.

А Данил чувствовал себя прекрасно и не знал, что изображать. На всякий случай кашлянул. Припомнил криминальные сериалы и сделал вид, что давится кашлем. Тянул руки к воротнику, выпучивал глаза. Упал на колени, скрючился на полу. Несколько раз дёрнулся. Затих, ожидая, что будет дальше и надеясь, что контрольного в голову не последует.

— Всё? — шёпотом спросила Анфиса. — Он точно сдох? А то мне ещё в салон.

— Да замолчи уже! — нервно прошипела Лора Карленовна. — Успеешь ты в свой салон.

Тяжёлые шаги. Это, наверное, Клещеев. Пинок в бок. Данил не шевельнулся.

— Может, контрольный в башку? — шёпотом предложила Лора Карленовна.

Данил сжался и снова понадеялся, что это не было заметно.

— Нас и так соседи, может, слышали, — раздражённо бросил Клещеев. — И потом — лужа натечёт. Мы же плёнку-то не подстелили.

— Нафига ты тогда вообще стрелял? — раздражённо спросила Анфиса.

— Рот закрой! — прикрикнул на неё папаша. — Умные все кругом. Так, быстро открыли все двери и пошли к машине.

Снова шаги, и Данила больно приподняло. Он мужественно стерпел. Клещеев, пыхтя, взял его за руки и потащил. Под спиной и ногами проскальзывал холодный пол, потом края ступенек больно били по пояснице и ногам. Пришлось прикусить себе язык, чтобы не закричать и не застонать.

Наконец Данила дотащили до гаража. Там нашлась та самая светлая машина, что однажды несколько раз его переехала. Кое-как Клещеев приподнял Данила и запихнул его в багажник. Нет, сам бы он не справился, пришлось помогать. То есть, почти самому туда залезть, но Клещеев этого, к счастью, не заметил.

Скоро глухо хлопнули двери и завёлся мотор.