Я сглотнула, ища влагу. Мой язык метнулся к пересохшим губам, пока я формировала свой ответ.

— Моя рука... мне не следовало вставать между тобой и Челси.

— Нет, не называй ее по имени. Скажи, кто она такая.

Я сморгнула слезы.

— Брайс?

Он посмотрел на мой корсаж, напомнив мне о боли, которую он причинил моему соску. С отвратительной усмешкой его глаза нашли мои.

— Попробуй еще раз.

Эти слова ранили мое сердце, сжимая его, словно нож, режущий не только меня, но и Челси.

— Шлюха.

— Дорогая, все пойдет гораздо лучше, если ты научишься когда говорить и что говорить, — проворковал он, еще сильнее надавив на мой подбородок. — Она не просто шлюха, она моя. Начни сначала и скажи все правильно.

Больной ублюдок.

— Мне не следовало вставать между тобой и твоей шлюхой.

— Продолжай, — я не была уверена, что мне следует говорить. — Возьмите на себя ответственность, и я приму твои извинения.

Моя шея напряглась. Мои извинения?

Моя голова резко откинулась назад, когда Брайс потянул меня за волосы.

— Такое отношение неприемлемо. Я думаю, что твой отец сказал тебе это.

— Я... я не делала ничего.

Он отпустил мой подбородок и волосы, а затем осторожно стер с моей щеки предательскую слезу.

— Не плачь, дорогая, скоро ты все поймешь. В конце концов, именно тебя приняли в Стэнфорд и Колумбийский университет.

— Брайс, я не хочу, чтобы мы были такими. Я... я не... ты меня пугаешь.

Он поднял мою руку и поднес костяшки пальцев к своим губам.

— После того, что ты сделала сегодня, ты заслуживаешь подозрительности, не так ли?

Я по-прежнему ни в чем не признавалась.

— Брайс, я знаю, что ты думаешь, но это не так. Если бы я была с Лен... — я быстро вспомнила, что не должна произносить его имя. — Если бы я была с ним... подумай об этом. Как ты думаешь, я бы вернулась сюда? Я была с Патом. Мы пошли к моей маме. Я не стала регистрироваться. Теперь они меня знают. Я не знаю, почему они сказали тебе, что меня там не было, кроме того, что смена, возможно, сменилась.

— Платье?

— Я не могу этого объяснить. Может быть, там что-то странное с камерами. Ты помнишь то платье, которое стало вирусным несколько лет назад? Некоторые люди видели один цвет, а другие – другой, — я сделала шаг в сторону от лестницы. — Я бы не стала рисковать Алтоном или тобой, — добавила я. — Теперь... — У меня защемило в груди. — ...Боже милостивый, с Челси я бы не стала...

Его пальцы накрыли мои губы.

— Не по имени.

Я закрыла глаза, позволив ресницам задержаться возле моих щек, и попыталась успокоить хаос внутри себя.

— Твоя шлюха, — я сделала глубокий вдох. — Не имеет значения, почему ты так думаешь, но это не так. Она моя подруга.

Взяв меня за руку, он снова повел нас к лестнице, на этот раз мы спускались шаг за шагом.

— Это была одна из проблем Калифорнии. У Саванны есть более качественные друзья. После завтрашнего вечера мы с тобой пообщаемся с Милли и Йеном, Джесс и Джастином, Лесли и Гамильтоном. Они никогда не были высокого мнения о моей шлюхе.

Каждый раз, когда он говорил это, называл ее так, у меня бежали мурашки по коже и внутри все сжималось.

— Конечно, — продолжал он. — Тебе придется подтвердить все их подозрения. История, которую ты рассказала моей матери, прекрасно подойдет. Я уверен, что после завтрашнего вечера у нас все получится.

Мы добрались до нижней дорожки. Позади нас горели огни поместья, лужайка сверкала. Влага была комбинацией последствий действия разбрызгивателей и тонкого слоя росы, которая начала формироваться.

Маленькие полоски лунного света освещали озеро и поля за лужайками.

Я посмотрела на свои ноги, на высокие каблуки.

— Я не в тех туфлях.

— Тогда сними их.

Пока я обдумывала этот вариант, над полями и озером поднялся легкий ветерок. Маленькие волны сверкали в серебряном отливе, когда шуршали оставшиеся листья. Я обхватила себя руками за живот.

— Я замерзла.

Раздраженно фыркнув, Брайс снял пиджак и накинул его мне на плечи. Мои глаза защипало от запаха его незнакомого одеколона. Я тосковала по древесному запаху Нокса или даже по божественной тайной формуле Патрика.

— Ну вот, теперь снимай обувь. Мы идем пешком.

— Зачем? Какова конечная цель? — дрожа под его пиджаком, спросила я.

— Конечная цель? Конечная цель – преподать тебе урок о честности и уважении.

— Пожалуйста, я все понимаю. Я сделаю. Мне не нужно идти по мокрой траве, чтобы доказать это. Что тебе надо?

— Во-первых, ходить по мокрой траве – это не мой план, — он посмотрел на озеро, а потом на горизонт. — Я уверен, что мы сможем уйти достаточно далеко от поместья, чтобы никто не увидел нас, пока ты будешь продолжать играть эту роль. — Он оглядел меня с головы до ног. — Во-вторых, мне надоело ждать. Если для этого придется тащить тебя по мокрой траве или грязи Джорджии, мне плевать. Неважно, что ты говоришь, — он нагло потянулся к моей сердцевине, к счастью все еще прикрытой платьем и трусиками. — ...Теперь ты моя. Это значит, что когда эти ноги раздвинутся, ты будешь кричать от моего члена.

Я сделала неуверенный шаг назад.

— Только не так. Нет.

— Как я уже сказал, я не подбираю объедки, — он склонил голову набок. — Но поскольку мы будем честны друг с другом, а ты будешь придерживаться своей истории о сегодняшнем дне, то объедки больше не проблема. Правда, дорогая?

Он обнял меня за талию и притянул к себе, сводя наши бедра вместе, пока его растущая эрекция под брюками не уперлась мне в живот.

Я старалась не напрягаться, не выказывать никаких внешних признаков отвращения, кипевшего во мне. Я оказалась в безвыходной ситуации, и с каждой секундой моя паника росла.

— Брайс?

В свете луны его лицо приобрело жутковатую бледность.

— Дорогая, сегодня вечером я кончу с тобой, — кончик его пальца задел мои губы. — У тебя во рту. — Его прикосновение переместилось ниже. — На твои сиськи. — Его рука двинулась к моей сердцевине. — Или внутри твоей пизды, мне все равно. Это случится.

Дыхание стало слишком быстрым, когда меня охватила паника.

— Почему?

Он потерся об меня всем телом.

— Тебе обязательно спрашивать? Ты же сама просила меня «выместить это на тебе». Твое желание для меня закон, дорогая.

Он снова потянулся к моей руке.

— Вон там, у теннисных кортов... я собираюсь выместить.

Мои ноги скользили по мокрой траве, все еще на каблуках.

— Я этого не хочу.

Он остановился, и его голос снова стал холодным.

— Неправильно. Ты этого хочешь. Скажи, что хочешь.

Я судорожно сглотнула.

— Пожалуйста, Брайс.

Его улыбка прорвалась сквозь прохладу.

— Закройся. Попрошайничество вполне приемлемо. А теперь скажи мне, что ты хочешь, чтобы я взял тебя. Нет, скажи мне, что ты хочешь, чтобы я тебя трахнул. Ну же, дорогая. Нет, я знаю! Скажи мне, что ты хочешь трахнуть меня, и ты сделаешь это лучше, чем моя шлюха.

Я никак не могла переварить услышанное. Но слов нигде не было видно. Как и воздуха. Куда же он делся? Я попыталась вдохнуть, пока его пальцы крутили мои волосы. Все мое тело напряглось.

— Алекс! Алекс!

Мы с Брайсом оба обернулись. Как выпускной клапан, напряжение покинуло мои мышцы, когда я отшатнулась назад и сделала неровный вдох. Наверху, во внутреннем дворике, махали нам руками Патрик и Сай.

— Блять! — сказал Брайс сквозь стиснутые зубы.

Его проклятие было громче бормотания, но не настолько громко, чтобы его услышали кто-то, кроме меня. Мы были слишком далеко.

— Пат! Сай! — крикнула я им. Положив руку на грудь Брайса, я удержала его на расстоянии нескольких дюймов. — Пожалуйста, Брайс, мне очень жаль, что ты так расстроился. Я играла идеальную невесту на ужине. Теперь твоя очередь. Веди себя хорошо с Патом.

Он усмехнулся.

— Кажется, я помню ту же самую речь много лет назад.

— Вы двое всегда были... — я пожала плечами. — ...не сильно совместимые.

— Ну, очевидно, у нас разные вкусы.

— Сайрус – очень хороший человек. Он заботится о Патрике и хорошо к нему относится, — в отличие от того, каким ты был сегодня вечером. — Разве это не самое главное?

Когда я повернулась к лестнице, Брайс взял меня за руку и вернул к себе.

— Это еще не конец. Единственный положительный момент в этом перерыве – то, что я снова услышу историю. Мы можем считать это тренировочным выступлением на завтрашний вечер. Запомни: не называй ее по имени, и она не просто шлюха – она моя. Я хочу слышать каждое слово.

— Я… я Брайс, Пат знает ее, знает о ней.

Когда мы повернулись к особняку, огни внутреннего дворика осветили его губы, когда они изогнулись вверх.

— Тем лучше, — Брайс наклонился и поцеловал меня в щеку. — Не обращай на меня внимания. Я буду наслаждаться зрелищем. — Он еще раз дернул меня за руку. — Сделай хорошую работу. Если ты этого не сделаешь, то будешь не единственной, кто столкнется с последствиями.

Я ничего не ответила. Вместо этого я поспешила к лестнице и поднялась по ней, пока не оказалась в объятиях Пата.

— Проблемы? — прошептал он.

Я не могла ответить, потому что Брайс был всего в нескольких метрах позади меня. Вместо этого я кивнула и потянулась к Саю. Его руки обвились вокруг моих плеч.

— Давненько не виделись, — прошептал он. — У тебя здесь очень мило, — добавил он громче, поцеловав меня в щеку.

— Спасибо.

Я хотела сказать, что предпочитаю квартиру Нокса или их. У меня было так много вещей, которые я хотела сказать. Вместо этого я повернулась к Брайсу.

— Позволь представить тебе моего жениха, Эдварда Брайса Кармайкла Спенсера.

Пат ухмыльнулся

— Ты уверена, что там нет другого имени? Я помню нескольких из них, которыми его звали в академии.

Сай протянул ему руку.

— Я Сайрус Перри, но Сай будет лучше.

Брайс пожал ему руку, не обращая внимания на Пата.

— Эдвард или Брайс. Приятно познакомиться.

Наверное, я никогда не замечала, как сильно Пат и Брайс по-настоящему не любили друг друга. В тот момент мне было на все наплевать. Я была слишком счастлива, что мой кузен снова спас положение.

— Могу я показать окрестности? — спросила я. — Как насчет того, чтобы выпить? В доме Алтона имеется большой выбор спиртных напитков.

— О, девочка, — сказала Пат. — Ты нас раскусила!

Я шла рядом с Патом, пока Сай разговаривал с Брайсом.

Вскоре мы все сидели в гостиной, Брайс прильнул ко мне, внимательный и трогательный. Это заняло несколько минут и один или два глотка лучшего коньяка Алтона, но вскоре Брайс стал меньше обращать на меня внимания и больше говорить о бизнесе, компаниях и банковском деле, мне было все равно, о чем они говорят, лишь бы это занимало Брайса.

— Как насчет того, чтобы показать мне все вокруг? — спросил Пат.

Словно ищейка, Брайс посмотрел в мою сторону, положив пальцы мне на колено.

— Серьезно? сказал он, отвернувшись от Сая. Это была первая прямая фраза, которую Брайс сказал Пату. — Я уверен, что ты знаешь дорогу.

Пат пожал плечами.

— Это было довольно давно, — кузен подмигнул мне. — Все меняется, верно? А насчет больших планов я ничего не знаю. Я хочу услышать о вечеринке и приеме. Мама сказала, что они оба будут здесь.

Сай откинулся назад.

— Звучит захватывающе.

Брайс ухмыльнулся.

— Девочки всегда будут девочками.

Мудак.

Вместо того чтобы обидеться, Пат встал и взял меня за руку.

— Скажи мне, ты планируешь использовать внутренний дворик? Мне всегда нравился этот вид…

Сай сделал еще один глоток коньяка.

— Итак, Эдвард, как ты думаешь, что для этого потребуется?

Брайс снова повернулся к Саю.

— Распространение – это ключ к успеху…

Я вздохнула, когда они продолжили разговор, и мы с Патом отступили в сторону патио.

— Когда я впервые увидел тебя... ты не ответила... что-то случилось?

Я повернулась к озеру.

— Очень красивый вид.

— Маленькая кузина?

Я сдержала слезы и покачала головой.

— Так много... я не могу... если я это сделаю, то слезы никогда не остановятся.

Его карие глаза сузились.

— Ты в порядке?

Его вопросы все еще звучали достаточно тихо только для меня.

— Наверное, но время покажет.

— Александрия, — мы с Патом обернулись, когда Брайс открыл французскую дверь. — Зайди, дорогая. Я не хочу, чтобы ты замерзла.

Я заметила выражение лица Патрика, но ничего не ответила кузену. Я снова повернулась к Брайсу.

Он поцеловал мою щеку.

— Хорошая девочка, — как только мы оба вернулись в дом, Брайс вернулся туда, где сидел раньше. — Нам с Саем не помешало бы выпить еще коньяку. Почему бы тебе не сделать его для нас, дорогая?

Патрик стиснул зубы.

— Позволь мне помочь тебе.

Сглотнув... прикусив губу изнутри... я делала все, чтобы не поддаться слезам, бурлящим прямо на поверхности.

— Дорога... завтра? — прошептал Пат.

Я сморгнула одинокую слезу.

— С твоей мамой все будет в порядке, — прошептал он мне на ухо. — Они уже все продумали.

Он стоял спиной к остальным.

— Сделай это, — произнес кузен одними губами.

— Да.

Это все, что я смогла сказать, прежде чем обойти его и отнести графин с коньяком Саю и Брайсу.

Глава 37

Нокс

— Если ты не убьешь его, это сделаю я, — сказал Пат.

Я расхаживал взад-вперед по своему гостиничному номеру, держа телефон мертвой хваткой.

— Ты видел ее снова?

— Да. Мы с Саем отправились в поместье. Мы видели ее и разговаривали с ней, если это можно так назвать.

— Что значит «если это можно так назвать»?

— Осел был вездесущ. Я даже отказался уходить, пока Алекс не ушла к себе в комнату. Я неуклюже оправдывался каждый раз, когда мудак намекал, что нам пора идти. Как только она извинилась – они с Джейн договорились провести вечер с кино – я не ушел, пока не подъехала машина Спенса.